Cats and coffee

До ужаса счастливый Хан провожал Минхо взглядом и барахтал ногами туда-сюда, не доставая до земли. Ощущения от этого дня у Джисона останутся только самые лучшие. Ну вы подумайте, он нашел милую вещь на губах Ли и нет, не свои губы, а так называемый тинт. Он ему ну очень уж шёл. Они подурачились и побежали в кафе, в котором поели самые милые в мире роллы, покормив ими друг друга. Правда когда Минхо дрожащей рукой кормил Хана, один ролл выскользнул и упал прямо на штаны белки, тем самым запачкав их около кармана, чуть ближе к паху белым соусом. Да так, что салфетками он лишь усугубил ситуацию и еще больше размазал соус, Минхо смеялся с недовольной моськи белки, держащую салфетку, а Хан был разочарован, что не съел этот ролл, ведь он упал на пол, они были самыми вкусными на свете, белка не перестанет это упоминать. Никогда. Он повернул голову на звук, исходящей от колокольчика висящем на входной двери. Оттуда вышли четыре крупных парня, о чем то громко спорящих и явно подвыпивших, тут же повернув голову в другое направление, куда убежал Минхо, его там не обнаружил. От чего то сердце стало колотится в два раза быстрее, словно заранее чуяло неладное. К счастью, Хан уж подумал, что они расходятся, но ушли только двое, видимо братья даже похожи внешне, из-за чего осталось еще двое явно агрессивно настроенных парней. Джисон хотел уже встать и пойти за Минхо, от греха подальше. Все таки только с Ли он чувствовал себя в безопасности. Как только Хан приподнялся, на его плечо упала тяжелая и грубая ладонь, такая же по размеру как его голова. Уже трясясь от страха, Хан медленно поднял голову наверх, встречаясь с убийственным взглядом, он приоткрыл рот, пытаясь что то вымолвить, но его перебивает прокуренный голос. — Твой парень оставил тебя одного, милашка? Не против поразвлечься с нами? Хотя как ты можешь быть против, если передо мной сидит такая шлюха. — Выставив на показ противную усмешку, тот повернулся к своему другу, а он в свою очередь добавил не менее приятное высказывание. — Он что, реально дешевая шлюха? Видишь пятно на штанах, похоже на свежую кончу. Интересно, ему понравился твой минет, ой или ты сразу задницу подставил? — Залившись смехом оба дали друг другу пять. Джисон остолбенел от ужаса, ему еще никогда не доводилось встречаться с такими придурками лично. Их слова обжигали ядом, стало на сколько противно, что выражение его лица говорило само за себя. Он уже хотел сказать, что они все моральные уроды и их место на помойке, но не успел. Те парни посчитали его молчание согласием и резко потащили того в переулок через нельско зданий от магазина, между пивнушкой и старым складом, куда не достигал даже свет. Видимо, они занимаются подобным не впервые. Жалкие попытки Хана высвободиться и закричать провалились сразу же, ведь его буквально зажали между обшарпаной стеной, что с нее сыпалась штукатурка и тем парнем, а рот закрыли стальной рукой. Ему было настолько противно и мерзко, что слезы сами по себе стали скапливаться в уголках глаз и течь водопадом. Стало трудно дышать из-за сбитого дыхания, трудно кричать, из-за огромного, колючего кома в горле, трудно разглядеть что-либо из-за пелены слез перед глазами. Все было как в неприглядном тумане, даже в такой темноте, с мелким лучом закатного солнца, но и он медленно нас, как и его надежда на появление героя Лино, и трагического спасения прямо как в фильмах. Неужели жизнь на столько несправедлива и жестока? Неужели его никто не спасет? Ядовитые слова парней оттадаленно слышались где то на пересечении сознания и сна. Все было как в сказке, только в очень злой и беспощадной сказке. Немного придя в себя от такого резкого наката чувств, Хан прислушался к чужим словам, видимо, они разговаривали между собой. — Может он отсосет нам? Тебе не противно совать свой член в его грязную дырку? — Да похуй, чувак. Когда же еще перед нами будет такая опытная шлюха. — Раскинул руками второй и обернулся к трясущемуся Джисону. — Хэй, давай сначала на колени. — Сказал первый и начал опускать руку в волосы Хана, давя на макушку, чтобы тот сел, тем самым опустив руку со рта. — Катитесь к черту, придурки, я вас ненавижу! — Закричал он и попытался сбежать и ему бы удалось, если бы не второй парень, который поймал его и ударил кулаком прямо в глаз. Останется синяк. Первый тут же подключился и ударил в район челюсти так, что у бедной белки начала собираться кровь во рту, которую он сплюнул на чужой кроссовок. — Ах ты сука, тебе не жить. Тот еще больше разозлился и повалил того на землю, оставляя многочисленные удары по чужому мягкому телу. Хан свернулся калачиком, пытаясь заблокировать удары, но их стало только больше, подключился ещё и второй. Когда разум помутнел окончательно, единственная надежда умерла, так же как и боль в теле, он ее почти не чувствовал. Первое, что пришло в голову Хану перед тем как отключится это промолвить имя по-настоящему любимого человека. — Мин-нхо, п-помоги... Когда глаза уже были закрыты и разум постепенно отключался, а удары не чувствовались от слова совсем, лишь неприятный зуд, он услышал родной и до боли приятный голос. Он подумал, что это лишь глюки памяти. Что ж, Хан, видимо это конец. — Джисон? Это ты? — Спросил человек, вступая на темную территорию. Минхо был уже морально вымотан, пока бежал успел придумать всякого, но до последнего верил, что это не его Джисон. Может какой то другой, но не его. Может Хан просто вышел куда нибуть и все, но стоило ему увидеть двух людей избивающих самого родного ему человека, то он действительно озверел. В голове щелкнул переключатель, который отвечал за адекватность и стойкость разума, теперь он уже ничего не видел, кроме как опасность излучающую от этих парней и своего парня, которого он любит всем сердцем. Он должен его защитить. Любой ценой. — Эй вы, мрази, отошли от него. — Рявкнул Минхо и разминал кулаки, готовясь к драке. Да, двое против одного не лучшая затея, но ему было все равно. Уже было плевать. Послышались тяжелые вздохи и удары, сегодня двое не уйдут от сюда живыми. Осталось только гадать кто именно.