Из грязи в князи

Ответ Ника был весьма многообещающим в какой-то степени. Однако, это не объясняло того и даже не намекало на то, что делать Арону, что рассказать, до какой степени придется раскрыться, какие именно мысли и неправильные желания придется поведать. Возможно, его дальнейшие действия и были последствием некоего подобия допроса, но это не означало, что молодой человек не хотел подобного, не желал делать это. Арон положил руку на шею гибрида и притянул к себе ближе, начиная целовать, при этом дожидаясь именно того момента, когда Николас прикроет свои милые глазки, и лишь после того готов был и сам их закрыть. Да, это было чертовски плохо, впрочем, это доставляло ему удовольствие, такое, ради которого, наверное, стоило бы пойти на уступки, от которых сейчас он так старательно убегал, чувственно и ласково целуя котенка. Конечно же, Ник позволил притянуть себя и поцеловать, конечно, он ответил на поцелуй и послушно открыл ротик. Но конкретно сейчас он это делал только потому, что должен, а не потому, что хочет этого. Он целовал Арона, но совершенно без того энтузиазма, который овладевал им ранее. Ему хотелось услышать ответы на свои вопросы, ему это было важным, и он считал, что поступить так со стороны Арона было неправильным. Неправильно уходить от ответа таким способом. Он действительно считал, что так делают только трусы. Ощущение того, что котенок отвечает на его поцелуй без желания, очень сильно разрушало ту прекрасную картинку, что была прежде. Да, к этому приложил руку непосредственно и сам Арон, поэтому винить в этом Ника он не имел права, не собирался. Однако он просто не желал, чтобы Ник близок с ним только потому, что это его работа, только потому, что должен, поэтому отстранился практически сразу же. - Прости. Если не хочешь меня целовать, прикасаться ко мне, то просто скажи, хорошо? Я не хочу тебя принуждать, как и не хочу чувствовать, что... - "безразличен тебе..." - подумал, но продолжил иначе, - ты делаешь это без желания. И, возвращаясь к твоим вопросам, я просто не хочу тебя выгонять. Это всего лишь мои странные, неправильные желания. И с этим я ничего не могу поделать, - вздохнув, все-таки ответил он, чтобы больше не испытывать этого поганого чувства ненадобности. Ник свободно выдохнул, когда Арон отстранился. Ему не был противен этот поцелуй, но сейчас он и не был желанным, как некоторым временем ранее. Да, он мог имитировать удовольствие и желание, но ему не хотелось. Ему не хотелось быть просто красивой фарфоровой куклой для этого человека. Он хотел быть для него живым существом, с чувствами, эмоциями. Сейчас в Нике боролось два желания: сказать, что он нашел человека, с которым хочет быть рядом всю жизнь или сказать, что он все понимает. Но эти двое нашли в нем компромисс. Ник обвил руками шею мужчины и снова положил головку на плечо Арона, а потом очень тихо, еле слышно сказал: - Я не хочу уходить. Я хочу остаться тут. Это было очень рисковое решение с его стороны, Ник и сам прекрасно это понимал, но ему хотелось освободиться от своих мыслей, перестать думать об этом. По большому счету, Арон был сбит с толку таким признанием Ника. Молодой человек, может, и хотел отчасти услышать что-то подобное, но когда столкнулся с этим, просто не знал, как реагировать. Это было очень странно и непонятно, скорее, на чисто эмоциональном уровне, касаемо непосредственно Арона. Мужчина положил руки на бедра Ника, притянув его вплотную к себе в крепкие объятия, но пока с его уст не сорвалось ни единого слова. И вряд ли можно назвать его деяния своего рода ответом, потому что все тело было напряжено, будто бы не к месту сказанное признание в любви свалилось на него. Однако это было не так. Чувства и тело, казалось бы, реагировали так, словно инь и янь, единое целое, но противоположное, совмещенное, но различное. Арону до невозможности, до боли хотелось оставить Ника у себя, но не думать о его профессии было также невозможно. Связать свою жизнь с хастлером мог далеко не каждый человек, и Арон сильно сомневался, что он сможет. - Так и не уходи, - все-таки прошептал молодой человек, прижавшись приоткрытыми чуть-чуть губами к его пушистому, мягкому ушку, которое опалил своим дыханием. Ник закрыл глаза и обнял Арона еще и ногами, будто желая слиться с ним в одно целое. Он от чего-то тихо всхлипнул и потерся носом о шею мужчины. - Я правда могу остаться? - спросил котенок еще тише, чем говорил предыдущую фразу. Ему хотелось сидеть вот так, ничего не делая, с этим человеком, иногда прерываясь на нежные поцелуи. Он сейчас чувствовал себя так правильно, как никогда прежде. Арон тихо рассмеялся, не насмешливо, конечно же, а так, будто бы Ник был самым не верящим из всех, кого молодой человек только знал, и не осознавал, что хозяин квартиры действительно готов принять его. Хотя, это же все равно не означало, что они принадлежат друг другу, учитывая то, какая у Ника работа. Впрочем, стоит ли из-за этого переживать, если котику нравится именно Арон, а с другими он не чувствует и половины того, что сейчас, как понимал мужчина? - Ты правда можешь остаться, - успокоившись через пару секунд, подтвердил он. Услышав смех, Ник расстроился, решив, что это была шутка. Настроение мгновенно из спокойного стало расстроенным, но следующие слова заставили Ника спокойно выдохнуть и улыбнуться. Его состояние было таким, будто его сильно напоили и он зачем-то начал говорить все свои мысли: - Я больше не хочу работать, - это было еще тише, совсем грустно. Он не знал, зачем вообще сказал это, ведь оно было совсем лишним. Но это было так. Он никогда не хотел этого. Часто он даже плакал от этого дома, но всегда шел на работу. Ник закрыл глаза и остался сидеть в таком положении. На его губах играла легкая улыбка. Да, была одна вещь, которая омрачала всю эту идиллию, но о ней хотелось забыть и не вспоминать, по меньшей мере, до завтра. Через некоторое время котенок начал засыпать и только прошептал: - Ты хороший, - он, улыбаясь, прижался к мужчине и заснул. Арон продолжал сжимать Ника в объятиях и прислушиваться к его размеренному дыханию, которое его так умиротворяло. Молодой человек не тревожил котика, изредка поглаживая его, даже когда тот уснул у него на руках. Пожалуй, такая поза была действительно неудобна, но Арона это не беспокоило. Мягкая улыбка озарила лицо мужчины, который, осторожно придерживая гибрида, поднялся на ноги и направился в спальню, где положил котика на холодную постель, застланную шелковыми простынями. Это была не та спальная комната, в которой они развлекались, а другая, гостевая комната, где кровать была застелена чистым постельным бельем. Так или иначе, Арон и сам прилег, накрыв их одеялом и постепенно провалившись в мир сладких снов. Ник совершенно не почувствовал, когда Арон вместе с ним перебрался в спальню, но даже во сне он слепо подполз к мужчине, когда тот лег рядом, и устроился у него под теплым боком. Ночью котенку снились теплые, добрые, нежные сны. Не удивительно, что в каждом из них присутствовал Арон. Они знакомы всего несколько часов, а мужчина уже устроился в ранимом сердечке гибрида. Проснулся Николас с первыми лучами солнца. Он с удивлением для себя обнаружил, что они в еще какой-то незнакомой, но красивой комнате. На тумбочке стояли часы, которые показывали семь утра, что значило, что у них официально осталось два часа. Фактически, Арон разрешил оставаться у него, но кто знает, что могло измениться за несколько часов? Да и было еще одно но, из-за которого он мог его выгнать. Но пока все хорошо. Они поговорят, когда Арон проснется. С этой мыслью Ник вылез из рук мужчины и отправился на поиски ванной комнаты. Арон же никак не отреагировал на солнечный свет, хотя и не любил его, не любил то, что лучики назойливо заставляли открывать глаза, когда еще так хочется поспать. К тому же, эта комната была очень светлая, что тоже не особенно ему нравилось. А между тем, молодой человек безвольно выпустил котика из объятий, перевернувшись на спину. Он до сих пор был в одних джинсах, а волосы были растрепаны. Одна рука прикрывала глаза, а вторая удобно расположилась вдоль туловища. Он так и продолжал спать еще несколько минут, поэтому, когда пробудился, сразу же заметил, что котика нет. Первая мысль - он ушел, но шум воды, доносящийся из смежной комнаты, дал понять, что все в порядке, поэтому он медленно потянулся с легкой улыбкой на лице. Ник долго не находил то, что было у него под носом: ванную комнату. Но когда нашел, быстро закрылся там. Как обычные коты, он не любил водные процедуры, но приходилось это делать. Купался он недолго, но когда выключил воду и вылез из душевой кабинки, перед ним встал вопрос: что ему надеть? У него сейчас были только эти ужасные брюки с жилеткой, и даже не имелось белья, о чем он сейчас очень жалел. В этот момент он ненавидел больше всего стилистов компании, которые совершенно не предусматривают такой поворот событий. В голове он поставил себе галочку, дабы сказать им об этом. О том, чтобы надевать свою одежду, и речи быть не могло по многим причинам. Например, потому что на влажную кожу второй слой кожи надеть безумно трудно. Решив, что ничего страшного не будет, Ник взял большое банное махровое полотенце и сначала вытерся им, а потом накинул на плечи. Он сам был довольно маленьким и худым, что ему сейчас хорошо помогало, ведь полотенце прятало его полностью, да еще прикрывало пах и попу. Завернувшись в него, как в плащ, и взяв одежду в руки, Ник вышел из ванной. Он не заметил, что Арон уже не спит, потому отпустил полотенце, и оно просто болталось у него на плечах, а сам он стал вешать свою "одежду" на кресло, повернувшись спиной к кровати, с которой, кстати говоря, теперь на него открывался замечательный вид. Арон хотел было уже поприветствовать котенка, но, раз уж тот его не заметил, не стал... К тому же, вид ему открылся воистину потрясающий. Хотя, по сути, все было дело в том, что Арон испытывал симпатию к Нику, к которому, кроме того, постепенно привязывался, что на данный момент не составляло никакого труда, да и проблем от этого не должно было бы быть, как наивно полагал Арон на данный момент. Взор цвета синих ирисов скользнул по тощим ногам гостя, потом выше и выше, медленно и осторожно, помечая каждую мельчайшую деталь, которая казалась такой важной и требующей внимания. И мужчина, сам не осознавая, тихо, очень и очень тихо, поднялся с кровати и направился к гибриду, осторожно обнимая со спины и прекрасно ощущая, что... начинает заводиться только от того, что смотрел на обнаженное тело Ника, прикрытое едва ли полотенцем. И да, Арон уделял особое внимание прекрасному мокрому рыжему хвостику и таким же мокрым ушкам, которые так умиляли его. - Как спалось, мой мокрый котеночек? – прошептал Найт ему на ухо сразу же, как только заключил в свои крепкие объятия и поцеловал в шею. Ник совершенно не услышал, когда к нему подкрался мужчина, поэтому, когда сильные руки обняли его, у него вырвалось невольное "мяу" от неожиданности. Но он, конечно, быстро сообразил и расслабился, а на лице появилась улыбка. Но потом он понял, что совсем голый, а сзади к нему прижимается полувозбужденный мужчина, что определенно подпортило картину по-семейному уютного утра. Он не отстранился, но аккуратно высвободил худые руки и спустил полотенце с плеч, так что теперь оно было повязано на груди и нормально прикрывало пах и пятую точку. - Отлично спалось, - очень искренне ответил котенок и осторожно повернулся в руках Арона к нему лицом. - А тебе, надеюсь, не хуже? - ответил он, смотря в глаза мужчины, утопая в них, совершенно забывая обо всем на свете, обо всех своих проблемах. Молодой человек сдавленно рассмеялся. Сдавленно, потому что старался подавить смех, вызванный непроизвольным мяуканьем котика, что так умиляло и веселило Арона. К тому же, ему еще нравилось и то, что гость старательно прикрывался. - Котенок, я уже все-все видел, поэтому не беспокойся об этом, - произнес мужчина, откашлявшись, немного хриплым из-за легкого смеха голосом. - И мне тоже отлично спалось, - ответил он вскоре, мягко улыбаясь. Ему действительно хорошо спалось, а еще лучшим казалось осознание, что котик здесь, никуда не делся, рядом с ним, такой милый, маленький и мокрый. В весьма определенных местах, разумеется. Улыбаясь, Ник опустил глаза в пол, краснея: - Там было темно. А при свете... Я стесняюсь... Взгляд его был немного грустным. Он знал, что скоро должен уйти, но время еще было, поэтому, натянув улыбку на лицо, он спросил: - Будешь кушать? Если ты не против, теперь моя очередь кормить тебя, - заметил он все с той же улыбкой. Затем, немного подумав, котенок задал еще один вопрос: - У тебя нет чего-нибудь, что я мог бы надеть? А то в полотенце ходить все-таки неудобно. - Что-то не так, котеночек? – поинтересовался Арон, игнорируя первый вопрос, подметив, что взгляд у Ника какой-то... незнакомый ему. Так гибрид на него еще не смотрел. Арону никогда не нравилось, когда хастлеры играют, а когда это сделал Ник, то молодой человек вообще был раздосадован и хмуро посмотрел на гибрида. Он в какой-то степени различал, когда с ним играют, а особенно сейчас, когда эта лживая улыбка не вязалась с тем, что было прежде, поэтому удовольствие от стеснения попросту стало блеклым, неприметным, серым. - Можешь взять то, что понравится. Гардероб в той комнате, где мы были вчера. Но сначала... расскажи мне лучше, почему ты сейчас пытаешься выдавливать из себя эмоции? - попросил Найт вполне спокойно, серьезно смотря на котика. Арон хотел было уже разозлиться. Он уже начал выходить из себя, о чем свидетельствовало недовольство, раздражение в ярко-синих глазах. Мужчина уже и не знал, что делать. - Разве ты не сказал, что хочешь остаться и бросить? - в какой-то степени со злостью проговорил Арон, смотря на такого хрупкого котика. Николас тяжело вздохнул. Он надеялся, что мужчина не заметит этого, потому что сам юноша не то что говорить, а даже думать не хотел об этом. Но, тем не менее, он вылез из объятий и прошел, сел на кровати, а только потом начал говорить. - Мне в любом случае надо будет уйти. В десять утра, через час после окончания срока, я должен появиться в компании. Они проверят, был ли я у тебя... - тут он замолчал, смотря, наконец, на реакцию мужчины, а потом перешел ко второй части. - И я не могу уйти с работы, - данная фраза была сказана в глаза мужчине, довольно-таки четким голосом, но потом он опустил глаза и тихо продолжил, - я не имею на это права, потому что подписал контракт. Я должен проработать у них еще минимум год...или они мне... Ну... Отрежут все, вот. - Он замолчал, тяжело дыша. На его глазах навернулись слезы, когда он увидел злость в глазах Арона. Он согнул ноги в коленях и обнял их, утыкаясь лбом. - Я не хочу спать с другими, и уходить я тоже не хочу. Но я должен. Иначе как быть? - Он действительно был растерян и напуган, не знал, что ему делать, и был из-за этого подавлен. Арон прикрыл глаза и выдохнул, старательно успокаиваясь. - Прости... Я не хотел. Но ты не будешь спать с другими, если хочешь быть рядом со мной, Николас, - серьезно произнес он, сев на колени перед гибридом и положив руки к нему на колени. - Я разберусь. Если нужно будет, то куплю всего тебя, все твое время, что ты должен быть там или еще где-то, у кого-то. Вдруг раздался звонок в дверь. Он был приглушен из-за расстояния, но все равно был слышен. Сначала раздалась одна трель, потом вторая, а за ней еще и еще, все увереннее. Ник с непониманием посмотрел на мужчину, одними глазами спрашивая, мол, кого ты ждешь. Арона прервал этот звонок. Мужчина только-только собирался начать разглагольствовать по поводу того, что ему жаль, что он поговорит с руководством и разберется, если нужно, то и заплатит. Ведь, по сути, не будь Арон столь благосклонен, то это агентство уже бы прикрыли из-за кое-каких норм, которыми они не соответствовали, а он же в силу своего положения замял пару вопросов. Так или иначе, мужчина поймал взгляд Ника, даже и не зная, как тому объяснить, что было только четверо человек, которым позволено входить в его квартиру: его родители, двоюродная сестра и... Кара, его невеста, навязанная родителями с его и ее стороны. И Арон, конечно же, уже планировал, как не довести все до свадьбы, которая по плану родителей должна быть через две недели. - Только не обращай внимания, хорошо? Все совсем не так...как ты можешь подумать - попросил он, поднимаясь на ноги. В глазах котенка непонимание и... обида. Ему обидно, что сначала, судя по всему, его собирались выставить поскорее. Но, несмотря на это, он кивает и провожает мужчину взглядом, остается так же сидеть в кресле лишь с одним полотенцем не плечах. Арон вышел из комнаты и пошел к дверям лифта. Молодой человек совершенно не хотел оставлять сейчас Ника, задаваясь вопросом, почему именно сейчас эта девушка, которой он даже и не интересуется, решила появиться перед ним. Раньше они встречались лишь дважды, что делало ситуацию еще хуже. В это время звонок трезвонил все настойчивее, разрывал тишину квартиры. В лифте стоит невысокая стройная брюнетка с красивыми чертами лица. Витые волосы спадают по ее смугловатым, загорелым плечам шоколадными водопадами. На лице красуется счастливая улыбка, обнажающая идеальные зубы. Арон включил камеру, и маленький экран показал, что в лифте именно она. С тяжким вздохом он нажал на кнопку, позволяя Каре подняться на этот этаж. Мужчина и сам остался возле лифта. Он не собирался приглашать девушку в какую-либо другую комнату, потому что не желал, чтобы она вмешивалась в его жизнь, в которой появился такой ранимый котенок. Поднявшись, сияющая девушка вышла из лифта, стуча по дорогому паркету каблуками. - Здравствуй, малыш, - прощебетала она, подходя к мужчине и обнимая его. Затем Кара поцеловала его сначала в одну щеку, а потом в другую, потом она деловито, не разуваясь, прошла на кухню. Девушка даже не говорила, чтобы мужчина шел за ней, потому что не сомневалась, что так и будет. Там она устроилась на высоком стуле и продолжила говорить: - Я тебя разбудила, милый? - но, в общем-то, ответ ее мало волновал, поэтому она продолжила. - Я подумала, что мне стоит заехать к тебе перед свадьбой, ведь нам столько всего надо обсудить! – С энтузиазмом щебетала она, закинув ногу на ногу. - Кстати, ты не мог бы сделать мне кофе? Арон не утруждал себя тем, чтобы поздороваться с ней, даже не удосужился сделать вид, что проявляет хоть какой-то интерес. Эта девушка выходила за него лишь потому, что у компании ее отца шаткое финансовое положение. И это было настолько классическим, что раздражало еще больше. В каком, собственно, они веке? А между тем, Арон направился на кухню за девушкой и поставил перед ней стакан с водой из-под крана. Возможно, в нем и таилась толика ненависти по отношению к Каре, но она же прекрасно понимала, что ничего не добьется. Так... в чем, собственно, проблема? - О какой свадьбе может идти речь, если я не давал свое согласие никогда? Уходи. Может, ты еще не поняла, но тебе здесь не рады. Я уже много раз говорил, писал, отвечая на твои глупые назойливые сообщения и звонки, что ты не выйдешь за меня. Не будет никакой свадьбы. Найдешь выход? Или проводить? Девушку это не остановило, не остановили эти слова, и она произнесла вполне спокойно: - А твое согласие никому не важно. Мы с тобой поженимся, нарожаем кучу красивых детишек и будем жить долго и счастливо, - защебетала она. И, конечно, по закону подлости, именно перед этими словами в Нике проснулось любопытство. Он подошел к кухне во все том же полотенце, совершенно не стесняясь, и стоял там, слушал. Он не знал, хорошо, что так вышло, или плохо. Он просто слушал. Это приносило ему боль, но он не уходил. Он слышал все, начиная со слов: "Мы с тобой поженимся...". Девушка все не умолкала, продолжая: - Знаешь, мы с тобой уедем из этого города. И все у нас будет замечательно, - с этими словами она встала, обняла мужчину за шею и чмокнула в губы. Арону все это было безразлично. На данный момент он ощущал себя мраморной статуей, на которую присела назойливая птичка, не дающая ему покоя и отвлекающая его от того, что действительно для него имеет значение. Мужчина невольно подумал, когда невеста поцеловала его, что в этот момент в кино обычно случается так, что третий узнает и неправильно все понимает. Но не могло же быть так именно с ним, верно? Арон оттолкнул ее, но сделал это слишком грубо, поэтому Кара столкнулась со столом. - Убирайся из моего дома и передай своей и моей семье, что могут поискать кого-то еще, но меня на эту роль даже и не думайте подписывать. И если отец еще мог бы пригрозить, что разорвет все связи со мной, то сейчас мне это и вовсе не интересно. Так как? Выход найдешь сама? - Ему не терпелось вернуться к Нику, а эта назойливая муха мешала ему. И слишком много говорила, предпринимала. Услышав последующие слова Арона, гибрид счастливо перевел дыхание, никак не обозначая свое присутствие. Девушка же совершенно обезумела от толчка. Она вскрикнула от удара, но быстро оправилась и затараторила: - Ах вот значит как!? Ничего ему не надо и все равно, конечно. Ну ладно, ты еще пожалеешь об этом! - Крикнула она и быстро побежала из квартиры не с той стороны, где был Ник, а в другой выход. Кара всегда была непростой девочкой. В детстве ее баловали, как единственную дочь, дома, но ненавидели в школе. Ее жизнь была раем напополам с адом, а Арон Найт - ее ангелом и недосягаемой мечтой. Когда отец ей сказал, что она выйдет за него замуж, девушка была на седьмом небе от счастья, хотя и знала, что Найт не хочет этого и в жизни не согласится на этот брак. Головой она всегда понимала, что этот брак не будет счастливым, но прикажешь ли сердцу? Только сейчас, когда краем глаза она увидела чьи-то вещи размером меньше, чем Ара, Кара поняла, что это конец ее сказки. В душе затаилось неимоверное желание только мстить ему, но она знала, что никогда не совершит этого, потому что не желает подвести любимого отца. Арон равнодушно проводил ее взглядом, смотря в одну точку. У него камень с души упал, когда девушка убралась из его квартиры. Когда же котенок услышал, что дверь хлопнула, а лифт ехал вниз, он снова вздохнул и, тихо ступая, вошел в кухню. Тот факт, что Ник появился так быстро, наталкивал Арона на мысль, что котик многое слышал из разговора с Карой, поэтому придумывать, отговариваться или избегать молодой человек не собирался. Войдя, Ник сел на стул, кутаясь в полотне, а потом как можно равнодушнее спрашивая: - Что это за нервная дамочка была? - Моя невеста, как полагается, - равнодушно ответил Арон, подходя к котику и мягко улыбаясь. - Я разберусь с твоей работой, - повторил он, возвращаясь к главному. - И ты можешь не ходить туда. Нику же, наоборот, более интересным был вопрос с невестой. Он был не таким уж эгоистом и понимал, что не должен вытеснять какую-то женщину только потому, что он смог полностью овладеть Ароном на половину суток. - Но если она твоя невеста... Почему вы не живете вместе? И почему ты ее выгнал? Ведь не из-за меня, нет? Мужчина коротко поцеловал Ника в кончик носа и взъерошил его волосы, ласково задевая пушистые ушки. От поцелуя Ник прикрыл глаза и улыбнулся. Несмотря на такую щекотливую ситуацию, никто не мог отменить того, что кот просто таял и внешне, и внутренне от прикосновений этого странного человека. - Хочешь что-нибудь поесть, котеночек? - Нет, я не хочу, спасибо, - Ник покачал головой. - Только молоко, если можно. Арон мягко улыбнулся в очередной раз, наблюдая за реакцией котенка, а потом направился к холодильнику, чтобы взять молоко. Молодой человек не представлял, что придется рассказывать эту нелепицу гибриду. Впрочем, здесь и рассказывать было нечего. Он ведь не обязан оправдывать чьи-либо ожидания, воплотить желания тех, кто на него наплевал. Между тем, Арон подогрел стакан молока и поставил перед Ником, только теперь, устроившись напротив, соизволил начать говорить, отвлекаясь от прочих мыслей. - Не из-за тебя. Просто некоторые хотят, чтобы через две недели мы сыграли с ней свадьбу. И я в их число не вхожу, как ты уже мог понять, - как можно равнодушнее ответил он, пожав плечами, смотря на котенка. Когда перед ним возник стакан, Ник улыбнулся и взял его двумя руками, греясь. Одно его ушко смешно дергалось. Немного подождав, когда ладошки согреются, гибрид стал пить, но уже не как котенок, а как человек, поэтому вокруг его верхней губы выросли "усы". - Спасибо, - протянул он довольно. Выпив все молоко, он внимательно посмотрел на Арона и с интересом спросил, - а почему ты хочешь, чтобы я остался у тебя? - Он не знал, то ли хочет услышать, что симпатия взаимна, то ли что. Но ему было важно знать. Арон мягко улыбнулся, когда увидел, что над верхней губой у котика остались следы от молока, поэтому не сразу стал отвечать. Гибрид его умилял и так, а что уже говорить о том, как он выглядел сейчас... Его пушистое и такое милое ушко, след от молока. Молодой человек поднялся на ноги и обошел барную стойку и развернул котика лицом к себе, при этом оперся руками об ту же стойку, наклонился немного вперед и провел кончиком языка по следу от молока. Ник вздрогнул, когда мужчина подошел к нему чуть ли не вплотную. Когда же Арон избавил его от молока над губами, он улыбнулся, опуская глаза, а его щеки заалели. - А обязательна причина, чтобы хотеть? - слабо, но искренне улыбаясь, поинтересовался мужчина. - Ну не любого первого встречного, которого ты знаешь меньше суток, тебе хочется оставить у себя. Так что да, наверное, должна быть. - Все это было сказано чуть ли не шепотом, еле слышно, очень робко и неуверенно. Котенок еще сильнее укутался, будто бы хотел спрятаться от мужчины. Арон подошел еще ближе, так близко, что больше подобного сделать не удастся. Он наклонил голову вбок и нежно посмотрел на безумно милого, смущающегося котенка, которого так и хотелось приласкать, что он и поспешил сделать, начиная поглаживать его пушистые ушки. - Просто мне еще не попадались такие милые котята, как ты, - усмехнулся Арон. - Это достаточная причина для тебя? - И все-таки он прямо не сказал, что гибрид ему симпатичен, но... по сути, можно было догадаться. Уже не имея возможности сдерживаться и думая, что, наверное, может сделать это, Ник неуверенно тянется к губам Арона и робко накрывает их своими. Юноша не знает, зачем это делает. Ему просто хочется и все тут. Ему нужно это. Ему кажется, что в этом он просто нуждается больше, чем в свежем воздухе, больше чем в воде или чем-либо еще. Арон, конечно же, отвечает на такой ужасно короткий поцелуй. Его маленький смущенный котенок поцеловал его, что по какой-то причине молодого человека безумно радовало. Парень потянулся за губами котика, накрывая их своими и проникая в его ротик языком так неспешно, как только мог. Он даже и не думал, что гибрид сможет заставить его желать себя настолько сильно. Ник почти сразу отстраняется, всего двадцатисекундный контакт, а на лице юноши уже сияет еще более довольная улыбка. Он сначала открывает рот, чтобы что-то сказать, но у него не вырывается ни слова. Ник вздыхает, и на самом выдохе говорит: - Спасибо... Арон обнял мальчика и приподнял, все также целуя и крепко прижимая к себе. Вдруг стало все равно, что там происходит вне стен его квартиры. Он только хотел продолжать обнимать и целовать своего котика, которому не позволит спать с кем-то другим. Ник с одной стороны обвил бедра Арона стройной ножкой, а с другой обнял хвостом за талию. Будь его воля, он бы повис на мужчине и никогда не слезал, но это была бы слишком большая роскошь для него. Сейчас был именно тот момент, когда кажется, что лучше уже и быть не может. Что нет вообще ничего лучше, чем единение двух душ, наконец, нашедших друг друга и уже решивших, что никогда не расстанутся. Да, они еще не сознались, но они любят друг друга более чем себя, более чем что-либо другое.