Маленькие воспитанники Гробовщика

Вот эта милая картиночка в тему: https://ibb.co/fGXw3nJ Гробовщик оказался на редкость нежным и страстным любовником, вместе они провели незабываемую ночь, и утром проснулись в объятиях друг друга, счастливые и донельзя довольные. А уже на следующий день Грелль переселился к Гробовщику. Джон и Шарлотта очень обрадовались, что мама и любимый дядя теперь будут жить вместе, но вскоре начали ревновать, видя, с какой нежностью дядя обнимает и целует Грелля, набрасывает на его плечи алый плащ и, вручив бензопилу, провожает на работу. И еще их очень интересовало, что это Гробовщик и Грелль делают в спальне после того, как уложат их спать. Однажды они тихонько выбрались из кроваток и притаились за дверью их спальни, но Гробовщик почувствовал их присутствие, вышел и сурово погрозил девочке и мальчику пальцем, сказав, что дети должны спать в своих гробиках, а взрослые — в своих, и что хорошие и послушные детки должны соблюдать это простое правило. Шарлотта и Джон, конечно, хотели быть самыми хорошими и послушными, поэтому шпионить прекратили, но интерес к тому, почему же мама порою так громко стонет по ночам за закрытыми дверями спальни, а утром так счастливо улыбается и краснеет, когда дядя целует ее в губы или, обняв, что-то шепчет на ушко, у них нисколько не пропал. Гробовщик понимал, что все тайное рано или поздно становится явным, и очень скоро решил поговорить со своими юными воспитанниками. Утром Грелль, позавтракав печеньками с вишневым вареньем, парой соленых огурчиков и запив все это мензуркой молока, стал собираться на сбор пленок, но никак не мог найти свою любимою бензопилу. Он заглянул во все гробы, но ее там не оказалось; велел детям поискать у себя — но и они не смогли найти косу смерти своей мамы, Грелль уже готов был потерять терпение, как вдруг в его поле зрения появился Гробовщик. — Гробби, ты мою косу не видел? — Грелль бросился ему навстречу, в отчаянии заломив руки. — Мне через полчаса нужно быть на месте жатвы, а я без косыыы… Уилл меня накажет, ой накажет, оставит на сверхурочные, да еще заставит кучу отчетов написать… — Ну-ну, успокойся, — Гробовщик обнял его и ласково погладил по волосам. — Все в порядке, твоя бензопила у меня в шкафу, там же, где и моя коса, и верну я тебе ее не раньше, чем появятся на свет наши детишки. Грелль с откровенным возмущением посмотрел на любимого. — Гробби, ты с ума сошел, да? А пленки я, по-твоему, чем собирать должен? — Вот… — ничуть не смутившись, Гробовщик достал из кармана своего балахона ножнички и подал их Греллю. — Но-о-ожницы? — разочарованно протянул тот. — Ножницы??? Да ты… да я тебя… — зашвырнув мини-косы смерти в самый дальний угол комнаты, алый жнец вцепился в горло Легендарного и принялся яростно его душить. Тот лишь усмехнулся и легко отцепил от себя разъяренного Грелля. — Тише, тише, успокойся, я очень хорошо понимаю, как ты любишь свою бензопилу, но… теперь тебе надо быть осторожнее и думать о НИХ… — с этими словами Гробовщик погладил любимого по немного выпирающему животику. — Твоя коса слишком большая и тяжелая, поэтому я подобрал тебе более компактный и изящный вариант. Пока Гробовщик говорил, Грелль немного поостыл, и теперь задумчиво стоял, поглаживая себя по животу. — Они? — он поднял взгляд на Легендарного. — Ты думаешь, ребенок будет не один? — Могу с уверенностью сказать, что внутри тебя зарождается не одна жизнь, — кивнул Гробовщик. — Думаю, еще пару недель — и тебе нужно будет брать отпуск, наши детишки растут очень быстро, сам понимаешь, скоро этого уже будет не скрыть… — Хочешь, чтобы я рассказал все Уиллу? — смутился Грелль. — Нет, думаю, не стоит, — покачал головой Гробовщик, — все равно он не поверит. Пока возьми отпуск, а потом я скажу Уиллу, что беру тебя к себе в ученики, что буду, так сказать, делиться с тобой своим опытом, ты ведь прилежный и опытный жнец, ну, а потом посмотрим… — Ты прав, как всегда, — Грелль со вздохом прошел в угол комнаты и подобрал ножнички, посмотрел на них с сожалением и положил в карман брюк. — Ну может я сегодня в последний разочек схожу на жатву с бензопилочкой, а? — он посмотрел на Гробовщика с самым жалостливым выражением лица. Но тот был непреклонен. — Я же сказал — нет, — улыбнулся тот. — Я должен заботиться и о тебе, и о наших малышах, поэтому твоя пила пока побудет у меня. Грелль пожал плечами, вздохнул и развернулся, чтобы уйти, но Гробовщик догнал его сзади, приобнял и поцеловал в щеку. — И ты вот так просто уйдешь? И даже не поцелуешь меня, м? Грелль поцеловал. И не раз. Учащенно дыша, он смотрел на довольно улыбающегося Легендарного и понимал, что ему сейчас хочется совсем не души собирать, а забраться под балахон Гробовщика пальцами и касаться его там, снова и снова… Тот понял, о чем думал Грелль, и мягко отстранил его от себя. — Иди, ты опоздаешь. — От тебя разве уйдешь… — Грелль с сожалением поправил на себе одежду. — Сегодня буду рано, так что готовься продолжить то, что мы сейчас не успели. — Буду ждать вечера, — хихикнул Гробовщик. В глазах его плясали веселые чертики. Грелль улыбнулся, послал ему воздушный поцелуй и отправился на сбор душ, напевая себе под нос: — О, Смерть! Ну какой мужчина! Я хочу от него сына! А лучше пусть будут двойняшки, Такие, как папа их — няшки… Дверь похоронной конторы за Греллем давно уже захлопнулась, а Гробовщик все стоял и смотрел ему вслед. Он был влюблен, Грелль отвечал ему взаимностью, о чем свидетельствовали их бурные ночи любви, а также то, что он совершенно охладел к Себастьяну, и смотрел на него с интересом лишь тогда, когда тот приносил очередную порцию соленых огурцов, к которым алый жнец воспылал сильной любовью. И конечно дети, которых ждал Грелль. Гробовщику очень хотелось стать отцом, но, зная нрав будущей мамочки, он опасался, сможет ли Грелль их выносить… Ведь он так бы и носился с бензопилой по заданиям, если бы ее у него не отобрали. Легкомысленный… но такой любимый… Джон и Шарлотта, меж тем, яростным шепотом спорили в сторонке. — Ты спроси! –Нет, ты! — Я не могу… — Жалкая трусиха, только и умеешь, что котят моих воровать! — Я больше не буду, обещаю, если ты спросишь… — Ладно, спрошу… Джон решительно подошел к Гробовщику и подергал его за рукав. — Дядя, дядя, ты зачем нас с Шарлоттой обманывал? Говорил, что маму любишь, а сам бьешь ее каждую ночь! От такого заявления Гробовщик тут же вернулся из мира грез и с удивлением посмотрел на мальчика. — Я? Джонни, да как тебе в голову такое могло прийти? — Не отпирайся, мы все знаем! Вы с мамой запираетесь в спальне, и она каждую ночь кричит, а нас ты туда не пускаешь, чтобы мы тебе не мешали, да? — А утром ты ее целуешь, чтобы она думала, что ты хороший! — присоединилась к брату Шарлотта, сжимая кулачки. Гробовщик несколько секунд смотрел на горящих праведным гневом детей, а потом оглушительно расхохотался, так громко, что вывеска, которая висела снаружи его конторы, с грохотом свалилась вниз. — Ты смотри, ему еще и смешно, — пробурчала Шарлотта, уперев руки в бока и сердито глядя на ухахатывавшегося дядю. — Бедная мама, — вздохнул Джон, — ты заметила — она стала больше есть, чтобы стать сильнее и давать отпор дяде. — Угу, съедает все варенье и огурцы, что приносит папа, — согласилась Шарлотта, — и толстеть начала. Эти их фразы были встречены новым приступом смеха Гробовщика, он упал на крышку близстоящего гроба и хохотал как ненормальный, стуча по ней кулаком. Девочка не выдержала, подошла к дяде и что есть силы толкнула его в бок: — И ничего смешного, говори давай, зачем маму бьешь? Гробовщик сел, переводя дыхание и утирая рукавом выступившие от смеха слезы. Жестом указал Шарлотте и Джону на соседний гроб, дети молча уселись на него, ожидая объяснений. — Ну вы меня и насмешили, детки, — все еще улыбаясь, молвил Гробовщик. — Это ж надо было такое придумать — что я бью вашу маму! — Она кричит, когда вы вместе в спальне, значит — бьешь, — резонно заметил Джон. — Я очень люблю вашу маму, — Гробовщик вдруг стал очень серьезным. — И никогда бы не посмел ее обидеть, тем более — ударить. Понимаете, дети, когда взрослые любят друг друга, они часто закрываются в спальне, ложатся в кроватку, обнимают и целуют друг друга, и им это очень приятно, бывает что настолько — что они кричат… — Кричат оттого, что им хорошо? — недоверчиво спросила Шарлотта. — Разве так бывает? — Ну да, — кивнул Гробовщик. — Помнишь, когда я тебе новую гильотину подарил — ты тоже кричала от радости. — Помню… — нехотя, согласилась девочка. — Ну вот и вашей маме хорошо, когда мы вместе, бывает что она кричит, а потом засыпает… — А почему она тогда стала много есть? Разве не для того, чтобы стать сильнее и защищаться, если ты станешь ее обижать? — удивился Джон. — Нет… — Гробовщик немного смутился. — Просто у нас с Греллем скоро родятся маленькие детишки, вот он и ест больше, чтобы они быстрее вырастали. — Детишки? — Шарлотта вытаращила глаза. — У вас? А где они сейчас? — В животике у мамы. — А как они туда попали? — на лице Джона читалось не меньшее удивление. — Вырастешь — узнаешь, — хихикнул Гробовщик. — Ну дядя! Я сейчас хочу! — Сейчас ты не поймешь, дети бывают только у взрослых. Вот подрастешь — тогда я тебе все и расскажу, обещаю. — И мне расскажешь? — Шарлотта подошла к дяде и положила голову ему на колени, лукаво глядя снизу вверх одним глазом. — Конечно, — Легендарный погладил по волосам свою любимицу. — А сейчас всем нам пора завтракать…

***

Время шло, живот Грелля увеличивался в размерах не по дням, а по часам. Настроение алого жнеца тоже постоянно менялось — то он был веселым, играл с детьми и котятами, помогал Гробовщику украшать мертвых в гробах, строя вместе с ним счастливые планы на будущее, а то вдруг становился вредным и капризным, театрально падал в самый красивый из пустых гробов, что стояли в похоронной конторе прямо на полу, и горестно жаловался на то, что у него болит спина, и его фигура безнадежно испорчена беременностью. Дети, как могли, утешали мамочку, уверяя Грелля, что он самая красивая мама в мире, и что она беременна только временно, и скоро ее детишки уже родятся, и они все вместе будут гулять с ними по кладбищу с маленькими гробиками-колясками, в которых когда-то лежали сами Джон и Шарлотта. Грелль успокаивался, обнимал детей, утирая слезы умиления, и садился за рукоделие. В конце концов, он ведь столько мечтал об этой беременности, а ради будущих детишек от любимого жнеца можно было и перетерпеть временные неудобства, с нею связанные. Гробовщик помогал любимому как мог: пек специально для него печеньки в виде черепков и бензопилочек, поил Грелля чаем с успокаивающими травами — по мере приближения родов алый жнец становился все беспокойнее — и вообще всячески поддерживал его морально, убеждая, что все будет хорошо, дети родятся здоровыми, а послеоперационный шов исчезнет уже через пару часов после родов, слава жнецовой регенерации. И Грелль верил возлюбленному, и, успокоенный его словами, принимался вышивать крестиком серые гробики на шапочках своих будущих сыновей. Он был уверен, что родятся мальчики-близнецы, с нетерпением ждал их появления и одновременно боялся предстоящих родов. Беременность сделала его тревожным и беспокойным, хотелось с кем-то поделиться своими ощущениями и опасениями, но беременных мужчин поблизости не наблюдалось, и Грелль искренне жалел, что Гробовщик стер воспоминания Сиэлю. Он хоть и недолюбливал юного графа, но охотно бы с ним поболтал о том, каково это — родить. Все началось внезапно, поздней ночью. Грелль, лежа в постели, мучительно стонал от боли, театрально закатывая глаза и причитая: «Ах, умираю, это невыносимо!» Гробовщик лишь добродушно усмехался, готовя все для предстоящей операции, грея воду и пеленки для будущих младенцев. — Милый, ты же жнец, ну посуди сам, как ты можешь умереть от обычных родов? — удивлялся он, поднося к губам Грелля мензурку с чаем. — На вот, попей, это поможет тебе расслабиться. — Обычных? С каких это пор рожающие мужчины стали для тебя обычным явлением? — возмутился алый жнец. — Или ты еще на ком-то то зелье испытывал, а? Признавайся, я ведь все равно узнаю! Фу, ну и гадость! — эти его слова уже относились к чаю. — Из чего ты его сварил? — Так, травки, — неопределенно пожал тот плечами, убирая с лица Грелля алые пряди и поудобнее устраивая его голову на подушке. — Сейчас ты почувствуешь, как твои мышцы расслабятся, ты перестанешь чувствовать боль и какое-то время не сможешь двигаться, но будешь в сознании и сможешь увидеть наших малышей… — Эй, ты что это, ты… вот уже прямо сейчас, да? — растерялся Грелль. — Но я… я еще не готов, давай еще подождем немного… — Детишки больше не хотят ждать, пора им уже познакомиться со своими родителями… — раздев Грелля, Гробовщик принялся тщательно мыть руки в тазу с водой. Ногти он снова предусмотрительно остриг. Чего не сделаешь ради детей! — Я боюсь… — жалобно всхлипнул алый жнец, заприметив скальпель в руке Гробовщика. — Совершенно зря, я же с тобой, значит, бояться нечего, — улыбнулся тот, делая первый надрез. — Сейчас мы узнаем, кто тут у нас… так… еще немного… Грелль перестал хныкать и стал заворожено наблюдать за тем, как тонкие пальцы Гробовщика ловко орудовали в ране на его животе, раздвигали ткани, погружались все глубже… — Ну? Кто там, говори уже! Легендарный извлек на свет первый сморщенный окровавленный комочек: — Мальчик! — гордо сообщил он и, перерезав пуповину, легонько похлопал новорожденного по спинке. Тот немедленно закричал. Удовлетворенно кивнув, Гробовщик положил его в приготовленные пеленки и занялся вторым ребенком. — Тоже мальчик? — нетерпеливо спросил Грелль, силясь приподнять голову, но ему это никак не удавалось. — Ага! — маленькое кричащее существо последовало в пеленки следом за братом. — Ой, да тут еще кто-то… — Еще мальчик? — не поверил Грелль. Так вот почему ему было так тяжело ходить — целых три ребенка! А Гробби-то постарался получше Себастьянчика! — Нет… это девочка… — Легендарный отер кровь и слизь с головки младенца. — Волосы яркие, как у тебя! Не обманула ведьма, не обманула… — он перерезал пуповину и с нежностью положил дочь в пеленки к сыновьям. — А? В чем не обманула? — не понял Грелль. — То зелье, что ты выпил, было усовершенствованным, оно позволяло не просто забеременеть, а еще и получить ребенка желаемого пола, так что все вышло именно так, как мы хотели… — Гробовщик склонился над любимым и нежно поцеловал его в губы. — Ты молодец, горжусь тобой, мой смелый алый жнец! — Да я что, я так… — смутился Грелль, — я же тебя люблю, и так хотел от тебя детей, так об этом мечтал… — по его щеке скатилась слезинка, но он тут же взял себя в руки и проворчал: — Ты мне живот-то зашей, а то все срастется некрасиво, шрам останется. Гробовщик добродушно захихикал, поцеловал Грелля еще раз и приступил к завершающему этапу операции. Детишки меж тем громко требовали еды, и Гробовщик мучительно вспоминал, достаточно ли у него в подвале было молока, чтобы накормить всех троих. А еще надо было смастерить третий гробик, алый — для дочки, колыбельки для двойняшек уже давно были готовы. Но это были приятные хлопоты, и Гробовщик улыбался своим мыслям, накладывая швы и с нежностью поглядывая на умиротворенное лицо задремавшего Грелля. Впервые за многие сотни лет Легендарный был так бесконечно счастлив…

***

В один из погожих дней у дверей похоронного бюро остановился экипаж. Две пары ног сошли вниз на землю и важно прошествовали внутрь конторы. — Эй, Гробовщик, у меня к тебе важное дело… — но тут Сиэль резко прервался, увидев вместо ожидаемой загробной тишины и пустоты пятерых детей, наполнявших мрачное помещение тем весёлым шумом, какой свойственен детям. Глаз у Сиэля невольно задёргался, он не то, что впал в ступор, он был в неимоверном шоке. — Ч-что тут... — А, это граф и его дворецкий к нам пожаловали! — вышел к нежданным гостям хозяин лавки — Гробовщик. — Так какое у вас там важное дело? — Себастьян, — шёпотом обратился граф к дворецкому, — он что, похитил этих детей? Откуда вообще они могли здесь взяться? — Ох, господин, вам этого лучше не знать…

Конец

_______________________________________________________________________________ От автора: вот и сказке конец, счастливый и няшный, каждый получил то, о чем мечтал: Себастьян — Сиэля и кошек, Грелль стал счастливой мамочкой и полюбил Гробби, ну, а тот, став отцом, тоже изменился: волосы стал собирать в хвостик, чтобы детишки не дергали за них, балахон сменил на более удобную в быту одежду, и ногти стал подстригать, чтобы сподручнее было ухаживать за своими тройняшками (см. картинку в начале главы). Спасибо большое всем, кто читает, пишет отзывы, нежно обнимаю и целую ручки своему соавтору, без нее бы ничего не было, а так у нас получился милый мрачноватый фанф) Поздравляем всех-всех с наступающим Хеллоуином, эту работу закончили как раз к этому празднику) Искренне ваши Aya Uchiha и Dark_Angel =^__^= =^__^= От соавтора: роль моя была здесь невелика, но я искренне рада, что смогла поучаствовать в написании этой совместной работы. Фанф получился больше романтичным, милым, нежели стёбным, как первый, но это уже другая история, история двух жнецов, думаю, тут и должно быть всё так, как есть. Спасибо, что читали обе истории, мне было приятно работать с таким замечательным автором, как Dark_Angel, и радовать вас, читателей. Ещё раз с наступающим Хеллоуином всех!