Мой дом там, где ты

Праздничный стол, как правило, должен быть скромен; но всего, однако, более чем хватало на двоих. Ху Тао не позволила бы хорошему своему другу и подчиненному заниматься готовкой в одиночку. Она сама почти поправилась и теперь считала, что лёгкий ее румянец на щеках, ещё не сошедший, только украшает. И сил в ней полно, чтобы встретить шумный праздник. «Порой мне сложно воспринимать его коллегой и подчиненным. Обычно не задумываюсь об этом, вот уж, пудрить себе голову! Но от себя самой секрета на утаишь. Я никогда не поднимала этой темы, никогда не пыталась затянуть разговора по душам, но в такой праздник это чувство разыгралось во мне ещё сильнее. Кажется это, мне только кажется, пусть это и неправда в самом деле, что друг другу мы как родные. По-семейному тихо отмечаем, по-семейному редко проводим вечера вместе. Он рассказывает мне что-то, и я, пристроившись рядом, слушаю. Переспрашиваю, что показалось непонятным, а он с большим удовольствием объясняет еще раз. Я не могу быть уверена, но впечатление такое, что ему часто бывает одиноко.» Тао так заболтала Моракса за ужином, что в один момент он просто сдался, уложил палочки на край тарелки. Был возмущён немного, но улыбался по-доброму, стараясь больше вникнуть. Девушка измаяла его своими впечатлениями и эмоциями от предстоящей ночи, однако, будь Чжун Ли против, попросил бы оставить его в покое. Не секрет, что порой человеку не столько нужно поговорить, сколько выговориться. Это же причина тому, почему их ужин затянулся, и на улицу они вышли позже остальных.  — Какой шум, - Смеется Чжун Ли, попутно собирая волосы в пучок. Фраза звучит так, будто толпа эта - для него неожиданность. — Какой шум! - Повторяет Тао, но иначе: с восторгом, громко и радостно. Правда что, громче обычного говорить приходилось обоим, иначе, даже стоя рядом, друг друга услышать не получается. — Идемте! Возьмём попробовать сладости. Вот бы скорее ночь кошмаров, там пряностей ещё больше. - Ху Тао нескромно хватает Моракса за руку и ведёт через толпу, резво обходя каждого на пути. Чжун Ли идёт быстрым шагом за ней и неловко извиняется, когда задевает чьи-то плечи своими. — И что в ночи кошмаров особенного? - Чжун Ли вскидывает удивленно брови. — Только детские визги.  — Ничего вы не понимаете! - Девушка замедляет постепенно шаг у шатров со сладостями; глаза разбегаются! На что ни взглянешь, все хочется попробовать. — Я уже решила вопрос с нашими костюмами. Вернее, знаете, у меня пока только идея, но несложно будет ее воплотить. - Тао идёт неспешно дальше. Интереснее всего ей лавки иностранных торговцев. Предпочтение она почти всегда отдаёт Мондштадту, разве что.  — Нашими? - Только больше удивляется Ли, всё идёт следом за девчонкой. Вот уж новость! Он, и в ночи кошмаров? Моракс не рассчитывал, что настолько скоро он от беды с головой впадёт в детство.  — А как иначе? В эту ночь столько можно раздать наших визиток. Обычно возникают проблемы с рекламой похоронного бюро, так что я уверена, что все сработает. - Девушка останавливается ненадолго, щурит глаза и с подозрением всматривается прямо в глаза торговцу, прибывшему очевидно из Снежной. Тот хмуро смотрит на неё в ответ, почти безымоционально. И в этот час, выходит, в Ли Юэ пожаловали эти проходимцы. — Вам уже приглянулось что-то? - Снова с улыбкой обращается к Чжун Ли Ху Тао, ведёт его дальше. Тот только пожимает плечами, на что девчонка цыкает. — Этих пару штучек, пожалуйста! О! И вот эту, - Тао все же делает выбор снова в мондштадтской лавке. С хозяйкой ее они быстро примелькались.  — Держи, дочка. С вас 500 моры, - Улыбается нежно женщина, протягивает доверчиво сладости вперёд, ещё не дождавшись платы за них. — Даже знаете, сделаем так.. 450.  Тао смотрит на Чжун Ли, тот смотрит на неё. — Да, сейчас, - Девушка ищет в сумке кошелёк, расплачивается. Моракс выдохнул облегченно. Как неловко могло получиться. Кто бы знал, что столько здесь пряностей? — Буду ждать вас ещё! - Хихикает женщина и провожает пару взглядом. Моракс ей кивает с улыбкой, а Тао машет на прощание рукой.  — Когда же салют? - Тао уже не терпится. Хоть и, в общем-то, погулять до полуночи всегда тоже весело, даже если не с девчонками, а так, спокойно, с Чжун Ли. — О, какая музыка! Идемте, нам нужно дойти ещё до центра, я обещала детям ожерелья. Из ракушек, помните? Окупятся все мои сладости, - Хитро улыбается девушка, осторожно подталкивая Моракса локтем в бок.  — Какая ты предусмотрительная. - Хвалит Архонт, снова треплет ту по волосам. — Салют в полночь.. Интересно, который уже час? - Задумывается Моракс, глядя вперёд на толпу. Потом только, когда Тао чем-то захрустела под боком, Ли повернул голову к ней. Стало интересно.  — Ещё бы. Я такая. Хотите попробовать? Я поделюсь! - Девушка даже протягивает целую булочку Мораксу, но тот вежливо отказывается. — Не нужно, я вижу, что ты хочешь съесть их сама. Потом возьму себе что-нибудь, - Обещает Ли. Тогда только Ху Тао успокаивается. Ей не было понятно, как большой праздник может пройти без перерыва на сладкое.  — Ну! Как знаете. Я бы не отказалась на вашем месте. О! - Тао чему-то будто удивилась ещё с набитым ртом. — Тао-о! - Остаётся загадкой, откуда в одно мгновение сюда набежало столько детей. По скромным догадкам Чжун Ли, как раз тех, что желают получить свои ожерелья. Девчонки полезли обниматься, юноши - поскромнее. Вроде как, даже видно, что им хочется тоже, но решился не каждый. Кто-то так и пожал девушке строго руку, как научил дома отец.  — Нет-нет. Ха-ха! Нет, все подарки только после салюта. Вы же знаете? - Тао переводит медленно взгляд на затихшего Моракса. Видно, он совсем не ожидал, что дети облепят его тоже. С тихим вздохом он осторожно попытался приобнять всех, кто так этого желал. Девушка засмеялась, не сдержавшись.  — Уу.. - Дети замычали расстроенно, пусть и знали, что правда подарки случаются только после салюта. — Тао, пойдём с нами в прятки? Господин Чжун Ли? Пожа-алуйста, всего разок! - К самой смелой малышке подключились и остальные. Не секрет, что часто детям интереснее со старшими, нежели друг с другом.  — Да ладно вам, что за прятки.. - Девушка немного смущается, все ещё улыбается, уже дожевывает булочку. Как быстро кончается все хорошее. - Ладно! - Та кладёт руки на бока и смело приподнимает голову. — Но только разок. Кто водит? Чжун Ли чувствует себя крайне неловко.  — Ладно вам, Чжун Ли. Сказать честно, ищут они очень плохо, - Шепчет девушка ему на ухо. Наконец Архонт слабо улыбается. — Сейчас, мы только договоримся о правилах. - Тао увлекается так, будто сама целый вечер мечтала поиграть с малышками. Возможно, ее больше привлекала возможность их напугать.. Каждому своё. Ребята отошли в сторону, начали обсуждение, даже спорили моментами. Чжун Ли присел на лавку у стены, чтобы дождаться их здесь, когда переговоры будут окончены. — Вас тоже втянули в это дело? - Усмехается мужчина, сидящий рядом. — Ноги у меня больные. Но как дочери то откажешь? Она у меня вон какая.  — Вы молодец. - Чжун Ли поворачивает к незнакомцу голову. — С детьми нужно быть рядом. Сейчас для них это особенно важно. Не перенапрягайтесь только.  — Да как тут? Дело ещё такое.. Беспокойно мне одну отпускать. Здесь детишек-то полно, но видел я, что снова фатуи что-то вынюхивают. Откуда только берутся? - Мужчина вздыхает тяжело, ведя назад и обратно вперёд ладонью по коротким волосам. — Надавал бы всем по мордам.  Чжун Ли смотрит задумчиво себе под ноги. — Думаете? Когда уж такое было? - Моракс спрашивает спокойно, даже без особого интереса; только чтобы поддержать диалог, вероятно. Что насчёт этих фатуи думать и рассуждать?  — Да вот! В этом месяце точно. Много их слишком. Даже взять в пример.. Рыжий этот, как его? Не знаю я. Рыбой торгую, он заходил пару раз. Я бы ему! - Эмоционально продолжает незнакомец. — Этот пройдоха из Снежной? - Тихо усмехается Ли. — Вы так беспокоитесь за дочь. - Меняет аккуратно тему Моракс. — Это правильно.  — Чжун Ли! Чжун Ли! Мы уже идём прятаться. - Тогда, когда мальчишка подбежал предупредить, все остальные, кроме водящего, разбежались. Моракс поднялся медленно со вздохом.  — Конечно-конечно. Иду. - Ли повернул голову обратно к новому знакомому. — Прошу меня извинить, - Улыбается Архонт. Второй понимающе кивает тоже с улыбкой и, вроде, уходит прятаться.  Чжун Ли понимает, что не подумал заранее, где может укрыться от детских глаз. Выиграть он не стремился, но и попасться, чтобы водить следующим, тоже. Вот дела! Действительно пора прятаться. Осмотревшись предварительно, он торопливым шагом поднимается по лестнице на самый верх - этаж, где одиноко стоят пустые столики. Сегодня здесь никто не ужинает и не назначает свидания. Как удачно Ли вспомнил об этом. Правил ему объяснить никто не удосужился, потому он посчитал, что сам может определиться с местом. Отсюда, если выглядывать осторожно, видно каждую макушку и фонарики, с недавних пор уже полетевшие в небо. Их пока было не много, но не заметить этот огонёк в чёрном небе все равно сложно. Тем более с верхнего этажа - свет до этого места дотягивается только снизу, не слепит глаза. Этой ночью сложно в принципе найти темный уголок.  Моракс присел за столик, самый ближний к перилам. Теперь молча наблюдал, подперев щеку рукой, как девчонка бегает и ищет целую толпу. Двое уже попались. Надо же было так плохо прятаться!  — Это мое место для пряток. - Голос парня звучит почти обиженно. Сначала даже сложно догадаться, дрожит он от накатившихся слез или смеха, что он так сдерживает. Чжун Ли вздрогнул, оторвав резко руку от щеки. Шагов он не слышал. Уж было решил, что и его поймали одним из первых. Моракс поднялся с места, глядя молча на возникший силуэт. — Или такого пройдоху, как я, не берут в прятки? — Как же.. - Заметно, что Ли в лёгком смятении. Однако, договорить он не успевает.  Чайльд прикладывает указательный палец к его губам, вскинув брови. — Тише. Иначе мы попадёмся, понимаете? - Сам юноша говорит только вполголоса, поглядывает в сторону перил, от которых видно детишек внизу. Чжун Ли выглядит все ещё озадаченно. Смотрит на предвестника так, будто пред ним явилось приведение. — Что вы? Присаживайтесь. - Аякс несильно нажимает на чужое плечо. Моракс садится обратно, за ним и сам Чайльд.  Снова в этом месте, как и прежде, становится тихо, пока Ли не задаёт вполне логичный вопрос. — Откуда ты здесь? - Моракс складывает руки на груди, глядя почти безымоционально на второго. Он не скрывает своего замешательства, однако, и лишней инициативы не проявляет тоже. Совсем он не ждал встречи здесь. Она, в прочем, случилась снова неожиданно. Обычаи выходцев из Снежной?  — Разве мог я отказаться от вашего приглашения? - Чайльд тепло улыбается, смотрит на Ли, сложив на столе руки в замочек. Он перебирает взволнованно израненными пальцами, царапает иногда себя ногтями. — Не думал, что вы станете прятаться, сяньшэн. Это не в вашем духе. - Дразнит парень. Моракс, обратив первым делом внимание на его руки, смягчается в тоне. Его зацепили эти незначительные намеки на неловкость и волнение. Сначала показалось, что Аякс пьян, оттого сильно решителен; иначе откуда бы ему так легко и просто усадить за плечо Чжун Ли обратно на место? — Не помню о приглашении. - Приподнимает уголки губ Моракс, все держа руки сложенными на груди. Он в самом деле не приглашал никого на традиционный, важный для него праздник, но вслух сейчас не говорил и о том, что в последнюю их встречу что-то побудило его все же задеть эту тему. Слова о прятках сейчас Ли не комментирует.  — Какая жалость, - Вздыхает Тарталья. Снова над головами виснет неловкая пауза молчания. Забавно, как она сопровождается приятной живой музыкой. Отсюда ее хорошо слышно. Все-таки, центр. — Я заметил, что вы напугались. - Чайльд снова старается дружески чем-то подцепить Моракса, чтобы вывести на диалог. — Вам стоит быть осмотрительнее. - Парень хмыкает с улыбкой, спускает одну руку вниз и берётся ей за ножку стула Чжун Ли. Тянет и двигает его в свою сторону с тихим скрипом.  — Да что ты? - С возмущением, но прежней улыбкой переспрашивает Ли. Удивительно, как этот мальчишка бывает смел. Так и руки лишиться просто. — В другой раз необязательно красться, чтобы поздороваться.  — Другой раз? - Чайльд подпирает забавно щеку рукой и смотрит в сторону второго, улыбается довольно. — Откуда вам знать? Я просто шёл мимо.  — Охотно верю. - Кивает Чжун Ли, отводя взгляд в сторону. Посматривал иногда за детьми. Визжат все ещё, правда, и смеются громко, но душу оно все греет. Признаться, нисколько не обидно, что об участии Архонта в прятках скоро забывается. Ху Тао предупредила, что игра эта несерьёзная. — Ты прибыл сюда с торгашами?  — От вас ничего не утаишь, - Неловко усмехается Аякс, почесывая затылок. — Мне хотелось взглянуть хотя бы раз на местные обычаи. Часто здесь бываю, но только по работе, представляете? Выпросился на отпуск.  Чжун Ли негромко смеется, сложив ногу на ногу. — Вот оно что. Или, похоже, приглянулся кто-то?  Тарталья тоже смеется. — Ладно вам ерничать! Все неправда. - Юноша заканчивает на выдохе, проходясь медленно взглядом по всему, что видел вокруг. И самому ему, кажется, здесь даже уютно. — Хотелось ещё только, знаете, шубу снять. Всего на месяцок. У меня кожа рук совсем огрубела на холоде. Правда, потрогайте! — Могу представить, Чайльд, - Смеется Ли. Он действительно не отводит взгляда от чужих рук, пока Тарталья не поднимается с места. Тянет расслабленно ладонь к Мораксу. Тот не понимает сначала, смотрит молча. — Потанцуем? - Аякс старается не отводить взгляда, но видно, что едва держится. Ещё не приноровился к привычке Моракса смотреть всегда в глаза. Чайльд готов все свести на шутку, даже объясниться. — Думаю, что нам подойдёт медленный ритм. - Юноша улыбается. Он все ещё ждёт. Ли кладёт свою руку поверх его ладони и поднимается на ноги, заправляя свободной рукой те пряди волос, что выбились из легкой прически, пучка. Чайльд от неожиданности начинает бегать взглядом, даже рот в улыбке приоткрывает от удивления; видно, удивлялся он даже не тому, а сам себе: как решился на такую глупость и как сумел добиться расположения Архонта. И все в этот миг кажется ему ярче и звонче, даже мелодия ритмичней, а детский смех - тише. — Это значит «да»? - Уточняет, вроде бы, Тарталья. Моракс проходит уже мимо него, чтобы выйти из-за стола. Юноша вертит головой, ищет его снова взглядом и податливо ступает следом. Так, будто Ли сделал всего лишь одолжение, и теперь торопишься, пока он не передумал.  — Все так. - Спокойно отвечает Моракс. Под руку его снова ловит предвестник, вытягивает обе плавно в сторону, как полагается. Второй берет за талию. Чжун Ли, подхватив и такую позицию, свободную руку кладёт ему на плечо, смотрит снова в глаза. Чайлд смущается. До такого абсурда добираются его мысли, что он беспокоится, как бы партнёр его не заметил быстрого и резкого темпа биения сердца. Правда, ведь только внешне сложно уловить, что ему неспокойно. — Расслабься. - Приказным образом, но мягким тоном просит Моракс. Тарталья только сжал его руку крепче. Он сбился с мысли и не понял сначала, почему Ли стоит неподвижно. Потом только, как от подзатыльника, вспоминает резко, что одолжил партнеру дамскую позицию. Аякс делает первый осторожный шаг под музыку, Моракс - второй.  — Откуда вам знакома дамская роль в танце? - Шепотом спрашивает Чайльд. Он ведёт танец, как джентльмен, главное действующее лицо. С каждым шагом вникает больше, расслабляется; улыбка возникает сама собой. Ли приходится совсем близко встретиться с его лицом, и по воле случая столкнуться взглядом с щеками, целиком усыпанными веснушками. Раньше не обращал внимания.  — Тебе больше идёт с закрытым ртом. - Тихо и на выдохе отвечает Моракс. Его не смутил вопрос, даже наоборот, Ли улыбнулся. Вдохнул полной грудью, снова подавшись вперёд, ближе к партнеру, но тот, как и было нужно, отступил назад. Движения в медленном танце в основном однообразны, но обоим чувствуется, что с каждым новым шагом все случается иначе. Чжун Ли теплее смотрит на Чайльда, увлечённо, а тот правда теперь молчит, расслабленно глядя в карие, сейчас только с лёгким переливом янтаря, глаза. Моракс касается непринуждённо большим пальцем чужой шеи, Тарталья - смелее обнимает за талию. И все без намека, оно происходит в танце, который по своей сути должен быть раскрепощённым.  — Чувство, будто вы готовились к тому, что я приглашу на танец. - Делает комплимент Чайльд спустя некоторые минуты молчания. Он догадывается, что Архонт в похвале не нуждается, но решает для себя, что молчать больше не может. И черт его, честно, знает, чем интересно ему стало подобраться к Чжун Ли ближе. Аякс не мог дальше самому себе врать, что ему только скучно, поэтому хотелось каждый вечер высматривать знакомый силуэт на набережной.  В этот же раз его запоминающийся образ возник рядом абсолютно так же внезапно. Моракс не уделил этому особого внимания, но все-таки: действительно ли просто его было найти в разгар праздника, сидящим здесь одиноко за столиком? Что для Чжун Ли сегодня было случайной встречей, для Чайльда - дикая боязнь опоздать. Не успеть передразнить Моракса хотя бы пару раз прежде, чем прогремит салют. Перед самим собой стыдно, но куда уж теперь? И думать не хочется, что, вероятно, сам Архонт ни разу не вспомнил о его рыжей макушке.  — Умел бы я читать мысли. - Ли делает резкий, заметный, но ещё тихий выдох, когда спиной падает назад. Аякс нарочно прерывает его, будто уронив, но придерживает галантно в танце за спину. Первый раз Чжун Ли смущается.  Он хмур, молчалив теперь ещё больше, но главное - отводит взгляд. Тарталья смотрит на него, так и застыв, не может оторваться. Ли сжимает его плечо сильнее. Так бы и промолчали снова минуту, а то и больше, если бы за спинами не зашумело. Чайльд приподнимает партнёра обратно, вытягивает свою руку во всю длину вперёд; Моракс широким шагом от него отходит, ещё держа за руку, а после, последним движением, примыкает резко обратно. Аякс  снова грубовато берет его за талию и прижимает с тяжёлым выдохом к себе. Парни заканчивают танец.  Молча подняв головы выше, оба смотрят на салют. Чайльд, вновь похожий на малого ребёнка, с приоткрытым ртом восхищенно наблюдает за огнями. Те отражаются один за другим в глубоких синих глазах. Тогда кажется, что впервые эти глаза блестят, искрят жизнью.  Тарталья тихо и медленно поворачивает голову к Чжун Ли. Тот не смотрит в небо больше. Он смотрит на народ, собравшийся тесной толпой внизу. Смотрит с трепетом и внимательностью, беспокойством и гордостью. Он рад за них, но сам наблюдает лишь со стороны. До сих пор пытается отдышаться. Чайльд неловко водит большим пальцем по чужой талии.