Сонный паралич

***

Мун как обычно сидел после тяжёлого рабочего дня в раздевалке, снимал маску, костюм и все его атрибуты. После переодеваний стал рыться в спортивной сумке, потягиваться из-за боли в пояснице. И все надумывал: сегодня его новый напарник хорошо справился с плачущей девчонкой. Но почему же так хотелось рвать и метать? Выбить стекло, а что еще похуже кому-нибудь рожу. – Пиздец какой-то... - со вздохом пробубнил Луна, надевая на себя худи. Он посмотрелся в зеркало, которое висит прямо у двери, прибрал волосы и пошел тяжёлой походкой. После в раздевалку зашел Саннрайз, забрать вещи, которые он успел оставить. Но Муна он не застал. Сегодня ночью прохладнее, чем обычно. После испуганного Райза в саду, Кристиан не очень-то и хотел спать. Это был всего лишь разговор, но могло стать и еще хуже. И все в первый день новенького. «– Блять, нужно было засунуть свои эмоции в задницу в этот раз», - с огорчением подумал луноликий и пнул камень, валяющийся по дороге. Почесал затылок и опрокинул голову назад. Вдох, выдох. Можно продолжать идти.

***

– Можно, пожалуйста, вот эти линзы? Я бы хотел на них ближе посмотреть, - с улыбкой сказал Ал в окошко аптеки. Милая девушка кивнула и направилась к полкам, где лежали коробки линз. Вернулась она с несколькими коробочками. Разложила по кассе. – Вот, они бывают разных видов, но все хорошие, - она подмигнула. Санн покроснел. – Но больше всего, - пододвинув блестящую коробочку ближе к покупателю, брюнетка еще раз подмигнула, но более откровенней, - вот эти. Самые лучшие! Пока с Алекса спадал окрас помидорки, он успел и заплатить и выйти, и даже уже подойти к дому. Номер он не осмелился взять. В этом и черта, чертова застенчивость, стеснительность и нерешительность. Заход в квартиру. Блондин снял с себя кардиган, пока снимал из кармана выпали белые перчатки. Вспомнил: Когда Крис вышел, голубоглазый зашел после. На столе откровенно лежали белые перчатки, а так же бубенцы и наручные ленты. Алекс посмотрел на его шкаф: он тоже открыт на расхват. Внутри лежал неаккуратно сложенный костюм. Сверху маска. – Такой неряшливый, ещё и грубый, - Санни снова вернулся к столу, решил осмотреть побрикушки. И наткнулся на перчатку с кровавым пятном. – Это что такое? . . . – Да... И почему я взял ее с собой? Если не считать мой испуг из-за кого-то, - он вздохнул и положил обратно в карман. Поделав свои дела, в девять часов уже хотелось спать, да и завтра рано вставать. Стоило беречь свой сон и нервы. Это про Кристиана, конечно. Если так все продолжиться, дело кончится плохо. Всё-таки, решил прилечь, может и уснет походу. Темная комната, белые лица. Огромные острые когти захватывают ноги, мурашки не хотят уходить. А ты все кричишь и кричишь, но тебя никто не услышит. Но ты слышишь его дыхание... оно очень тяжелое и ненасытное. Появилась голова, такая мелкая... лапти захватывают все больше мяса... И ты кричишь, кричишь, пот стекает все быстрей, но ты бессилен... Голубые глаза окрасились серым, Алекс из лежащего положения сел. Протер свои глаза, волосы. Лицо мокрое, тело ещё больше. Руки дрожат. Он откинул одеяло в сторону, на икрах ни одной царапины, покраснения и тому подобного. – Это снова паралич... Когда же это закончится...? - он скукожился колачиком, взялся за волосы и стал горько плакать то ли от усталости, то ли от страха. На дворе еще глубокая ночь. Нужно еще поспать... Ночь сменилась днем, спокойный сон избавил от всех бед. Дневной воспитатель уже как штык собирается на новую работу, причесавшись и собравшись, уже выходит за порог квартиры. Обычное серое утро, даже ночь более красочна, чем непробившеесе солнце сквозь тучки. Сегодня плекс работает еще более оживленно, на сцене уже разминалась рок-группа. Играя слэп и пробуя синтезатор, рокеры ловили кайф. Райз просматривал каждого, изучая их костюмы и гримы. Пока его волнует вопрос: почему у них гримм, а у нас маска? В маске более чем некомфортно, удобнее наносить краску на свое лицо. – Ух ты, посмотрите! Кто это там? - визгливо спросила девушка в розовом боди. Она обескуражена его золотистыми волосами и милым личиком. – Ты о ком? - повернулась «волчица» в сторону визга, подруга указала на парня, что стоит далеко от сцены. – Ну и зрение же у тебя, орлиное. И вправду, это еще что за новость? К ним присоеденился еще хорошо сложенный парень с красными рокерскими волосами. Задумчиво поглядел и удивился не хуже остальных: – Нихуя себе, это что за милюзга? - ошарашенно спросил он, прищурившись. Святая троица быстро стала спускаться, воспитатель это заметил, стоял в недопонимании, пока группа не пошла быстрым шагом на него. «– Я что-то не так сделал?» – Ты кто такой? - спросила грубым тоном девушка с волчьими ушами на голове. – Да... выкладывай, - еще больше нагнал суеты человек в косухе. «– Почему все в этом месте хотят меня убить?!» – Не так грубо! - между ними встала белокурая девушка, на еще щечках розовые узоры, а волосы украшает розовый бант. – Прости их, они по-началу такие, меня Лилит зовут! Я одна из рок-группы, псевдоним «Чика»! Как зовут тебя? Санн шелохнулся, после ее такого же радостного голоса, милой улыбки, не грех застыть в ожидании еще чего-то прекрасного. Стоял и наслаждался, Чика очень красива, вежлива. – Привет, меня зовут Алекс, я новый воспитатель в саду, - группа утонула в непонимании, тогда блондин неуверенно дополнил, - Дневной...? Тогда они и все поняли. – Меня зовут Дарси, псевдоним «Роксанна». А этот чересчур грубый даун — мусор, - Рокси начала хохотать, но рядом стоящий парень только закатил глаза. – Я — Чарли. «Монтгомери», можешь звать Монти. Все поменялись в лице, стали очень вежливыми, больше всего зацепило, то, как они отыгрывают свои роли, словно, они живут ими. – Приятно познакомиться, - улыбнулся во все зубы он. – Меня зовут «Саннрайз», но мне было бы приятно если бы меня звали просто — Санн. – Договорились! Хором сказали они, еще несколько минут поболтали, ну а потом Ал вспомнил, что с ним станет, если он опоздает. Они попрощались. Лилит на прощание бросила кокетливый взгляд.

***

Санни счастливый пришел в раздевалку, он пересекся там с Кристианом. Их взгляды встретились. Луна виновато отвел взгляд. Он все метался, сжимал губы, не мог начать разговор. – Слушай, - солнечный сказал первый, - то что произошло вчера... – Да, я хотел об этом поговорить, - перебил его Мун, он посмотрел на его лицо, сначала не понял, но заметил. – Почему у тебя глаза опухшие? Кристиан подошел к нему ближе, откровенно показывая свое волнение, наклонился над его лицом. – Ты о чем? – Ну вот же, - Крис провел пальцами по опухшему веку. – Вот тут, опухло. После просто отошел, пожал плечами. – Если не хочешь говорить не нужно, я просто хотел сказать, что был вчера неправ, не стоило грубить и все такое. – Ох, спасибо... Напряжение скакало, но совсем не собиралось падать. Пока оба переодевались, Луна заметил пропажу перчатки, но не предал этому значения, просто потянулся за новой на полке. Не велика потеря: потерять кровавую перчатку. – Так чего такой счастливый, скажешь хоть? – Ха-ха! Здесь рабочие просто нечто! - просиял ещё больше голубоглазый. – Ты... тоже, если честно. Вчера ты пел очень красивые колыбельные. Мун ничего не ответил, но налет горящих от смущения ушей дал о себе знать.