100% heterosexual

Чуя отлично помнит, как он усердно готовился к вступительным экзаменам. Переехавший когда-то из довольно беспорядочной Франции, он быстро успел понять, что в Японии к учёбе относятся очень строго. И именно поэтому в выпускной год он оборвал связи буквально со всеми своими приятелями из школы и засел за учебники. Каждый день Чуи с десяти утра до одиннадцати вечера был наполнен книгами, репетиторами и бесконечными пробными вариантами. И, если он допускал хоть какую-то ошибку, его это невероятно злило. Его маму очень беспокоило состояние сына, но в то же время она гордилась успехами сына. Чуя всегда отказывался от приёма успокоительного и снотворного, так как считал, что это сильно ухудшит его работоспособность. И поэтому за год усердной подготовки к экзаменам, Чуя, который итак был довольно вспыльчивым и эмоциональным, превратился в настоящего дьявола, которого бесило всё на свете. Его знакомые только крутили пальцем у виска и говорили, что он скорее попадёт в психушку, нежели в университет. Когда Чуя сдавал свой первый экзамен, у него из носа полилась кровь. Учителя предлагали написать работу в другой день, но юноша был непреклонен. Накахара засунул в свой нос несколько свёрнутых салфеток и с лицом Антихриста продолжал писать. На подушечках его пальцев отпечатался след от ручки, а вся ладонь была синей из-за чернил. И пока все его одноклассники выходили по несколько раз в уборную, дабы хоть как-то отдышаться, Чуя сидел почти неподвижно и не отрывал голову от листка с заданиями. Даже учителя смотрели на него с неким подозрением и подозревали, что он сидит на тяжёлых наркотиках. Но мальчик не обращал ни на кого внимания. Он знал, что докажет им всем, что он лучший. И когда наконец-то пришли результаты экзаменов, Чуя сразу сел у компьютера и по несколько раз перезагружал страницу с оценками. В тот момент оказалось, что его мама забыла оплатить интернет, и Накахара в ярости побежал в кафе, находившееся рядом с домом. Там он как ненормальный сел на первое попавшееся место и стал ждать. Когда страница окончательно загрузилась, Чуя чуть ли не заплакал от радости и понял, что весь его тяжёлый труд окупился. По каждому предмету стояла высшая оценка. Чуя почти незамедлительно подал документы в несколько университетов, хотя прекрасно знал, что с такими баллами его примут в любой из них с распростертыми руками. А единственное, что оставалось его маме, это с гордостью смотреть на своего сына и печалиться о том, что он уже совсем взрослый. Чую совершенно не пугало то, что из родного и красивого Мацумото, ему придётся переехать в большую и суетливую Иокогаму. Конечно, не хотелось оставлять маму одну, но он клятвенно пообещал, что будет постоянно её навещать. Женщина долго и муторно предлагала сыну снять квартиру, но он наотрез отказывался, обосновывая своё решение тем, что он итак тратит большое количество денег. Кое не стала противиться его упорству, так как прекрасно понимала, что раз Чуя что-то решил, то убедить его в обратном просто невозможно. Кое со слезами на глазах провожала Чуя на вокзал. Он долго обнимал маму и заверял в том, что всё будет хорошо. А она лишь просила его о том, чтобы он как можно чаще писал ей и присылал фотографии. Прибыв в университет, Чуя как умалишённый озирался по сторонам. Всё казалось ему таким необычным и интересным. И он был очень рад, что проведёт годы своей студенческой жизни именно здесь. Накахара отстоял долгую очередь на заселение в комнаты общежития. И пока он неподвижно стоял, много думал о том, каким окажется его будущий сосед. Подружатся ли они? Будет ли он чистоплотным? Будет ли вечно приводить своих друзей или девушку? У Чуи почти взорвалась голова от таких мыслей, но вдруг кто-то неожиданно потрогал его за плечо и Накахара поспешил обернуться. — Тут заселение в корпус А или в корпус В? — спросил его парень, стоявший сзади. Чуя был уверен в том, что встретив он его в тёмном переулке ночью, точно бы подумал, что тот вампир. Он был высоким и бледным парнем с буквально чёрными глазами, которые выражали лишь скуку. У него были чёрные как смоль волосы, а кончики передних прядей были окрашены в белый. — Вроде бы в А, — ответил Чуя, не отрывая взгляда от незнакомца. — Отлично. Значит я по адресу, — беспристрастно сказал черноволосый, а потом чуть подумав, добавил. — Тебя, кстати, как зовут? — Я Чуя Накахара, — Чуя машинально поправил чёрную шляпу на своей голове. — А тебя? — Я Рюноске. Поступил на математический. Честно говоря, лучше бы остался дома. Не люблю толпу. — Я на дизайн архитектурной среды поступил. Толпу тоже не люблю, но рад, что наконец-то поступил. Я пока готовился, чуть от стресса не умер, — Чуя ухмыльнулся. — Ну, значит на нелюбви к толпе и сойдёмся, — хмыкнул Акутагава. Чуя не особо умел ладить с людьми, так как их в основном отпугивал его взрывной характер и чрезмерная прямолинейность. Близких друзей у него никогда не было, да и он всегда считал, что он особо то в них и не нуждается. Но всё же перспектива общения с Рюноске его радовала. Он, конечно, явно был не от мира сего, но и Чую «земным» было назвать сложно. Поэтому когда оказалось, что они соседи по этажу, Чуя был искренне рад. Проводив Рюноскэ до его комнаты, Накахара поспешил смотреть свою. Он знал, что комнаты в общаге не отличаются особой оригинальностью, но ему всё равно было очень интересно увидеть своё новое жилище вживую, а не только на картинке сайта университета. Поэтому Чуя почти с придыханием открывал дверь своей новой комнаты, и ему в нос сразу ударил приторный запах ванили. «Неужели мой сосед уже успел заселиться?» — пронеслось в голове Чуи. Когда Накахара открыл дверь, его взору представился его сосед, который разложился на кровати, словно он не человек, а большая домашняя кошка. Услышав, что кто-то вошёл, он сразу встрепенулся и посмотрел на Чую с улыбкой. — Рыжих коротышек я тут ещё не встречал, — его новоиспечённый сосед встал и протянул Накахаре руку. — Разрешите представиться, великий и могучий Осаму Дазай. Чуя был оскорблён тем, что его назвали рыжим коротышкой, поэтому он никак не отреагировал на приветствие своего нового соседа, а лишь скривился и отмахнулся от его рукопожатия. Вообще по одному только взгляду можно было понять, что с его соседом было что-то не так. У него были кудрявые каштановые волосы, которые неаккуратно спадали ему на лицо, тёмно карие глаза и абсолютно лукавая улыбка. Но ни внешность его показалась Чуе странной, а скорее забинтованные руки и шея. А, ну и конечно же его новый сосед был невероятно высоким. И худым. «Обыкновенная шпала с завышенной самооценкой» — Даже не представишься, Лоракс? — Дазай снова улыбнулся. Гнев Чуи постепенно возрастал, и он уже совершенно не думал о том, как хотел поступить в университет Иокогамы. Его мысли были заняты тем, что лучше он вообще сюда никогда не приезжал, иначе у него есть шанс сесть в тюрьму за убийство. — Ты серьёзно будешь сравнивать меня с персонажем из мультика, просто потому что я рыжий? — Чуя буквально сдерживал себя, чтобы не ударить Дазая мгновенно. — Очень умно с твоей стороны. — До Мериды ты пока не дотянул, — Дазай сложил руки, ожидая реакции своего нового соседа. Смысл услышанного не сразу дошёл до Накахары, но когда он понял, что именно имел в виду Дазай, то сразу кинулся на того с кулаками. — Да что ты себе позволяешь, скумбрия ты вытянутая? Чуя уже замахнулся, дабы ударить Осаму по лицу, но услышал скрип открывающейся двери. — Дазай, — послышался тихий голос. — Ох, Ацуши, сам Господь Бог услышал мои молитвы и прислал мне тебя! — театрально вздохнул Дазай. — Пожалуйста, сними с меня эту вешалку для шляп. Накахара очень хотел избить своего сожителя до полусмерти, но делать это при свидетелях было как-то некомильфо. — О Боже, что у вас тут случилось? — воскликнул вошедший юноша, увидев лежащего на полу Дазая, сверху которого сидел разъярённый Чуя с кулаком наготове. — Дазай, неужели ты опять достаёшь новых соседей? Из твоей комнаты и так уже трёх человек выселили! И в этот момент Чуя понял, чего добивается этот придурок в бинтах. Он просто хочет жить один, и с помощью этого омерзительного поведения буквально заставляет людей сходить с ума. Но Чуя не такой. Он так просто не сдастся. — Кхм, — кашлянул Чуя, вставая с Дазая. — Меня зовут Чуя, и у меня просто возникли некоторые недопонимания с твоим другом. Но я уверен, что несмотря на это, мы сможем стать прекрасными сожителями. Чуя выдавил из себя самую милую улыбку, на которую только был способен, и увидел, как взгляд парня напротив изменился. Он больше не выглядел таким обеспокоенным и улыбнулся Чуе в ответ. Вообще друг Осаму, Ацуши, выглядел странно, но мило. Чуе сразу бросилась в глаза его неровно подстриженная чёлка и добрые глаза, цвет которых он так и не смог точно определить. — Так ты всё же согласишься быть соседом Дазая? — изумлённо спросил Ацуши. — О да, я уверен, что мы с ним отлично поладим, — Чуя сново улыбнулся, а потом посмотрел на Дазая, дав тому понять, что, как только Ацуши уйдёт — ему пиздец. — Ну что ж, тогда не буду отвлекать, — смущённо сказал Ацуши и поспешил удалиться. Как только дверь закрылась, Чуя перестал улыбаться и снова кинулся на Дазая. — Так вот чего ты хотел? Жить один? Чёрта с два! Я теперь никуда не уйду! — Ты решил сделать мне предложение? Так сразу? — снова отшутился Дазай, но увидев грозный взгляд Чуи, решил сдаться. — Ладно, ладно, рыжик, я признаю, что погорячился. Мир? Чуя посмотрел на мизинец Дазая, и ему чертовски захотелось его сломать. Но всё же устав университета запрещал применять насилие по отношению к другим обучающимся. — Я бы назвал это временным перемирием. Но, если ты ещё раз назовёшь меня рыжиком — я выбью тебе все зубы. Если не веришь, то могу начать. Осаму поднял руки в жесте «сдаюсь» и ухмыльнулся. Этот рыжий парень с каким-то абсолютно невероятным цветом глаз действительно поразил его. Обычно люди не выдерживали и трёх минут в одной комнате с ним, а тут нашёлся смельчак, который согласился на совместное сожительство. — Я всегда знал, что карлики агрессивные, но чтобы настолько, — Дазай улыбнулся, но снова столкнулся с полным ярости взглядом Чуи. — Ладно, Чуя, я перегнул. Обещаю, буду самым лучшим соседом в мире. — Если будешь молчать, то точно будешь самым лучшим, — Чуя скрестил руки и посмотрел в сторону. — Ну, если займёшь мой рот чем-нибудь другим, то я обязательно замолчу, — Дазай вновь улыбнулся, а Чуя подумал о том, как у того ещё лицо не треснуло от этих постоянных ехидных улыбок. — Только если своим кулаком. — Любишь фистинг? Необычно. — Ещё одно слово и я посажу тебя на флаг, что стоит перед зданием. Чуя решил, что продолжать этот диалог нет никакого смысла, и будет гораздо лучше разобрать свои вещи, которые пока находились в двух чемоданах и ждали своего часа. Дазай решил не мешать тому заниматься своим делом и с книгой улёгся на кровать. Но взгляд его был прикован отнюдь не к «Хамелеону» Чехова, а к упругой заднице, обтянутой чёрными штанами, обладателям которой был его новый сосед. Год обещал быть интересным.