Сокрытое в огне. Расти и увядай

Вся окружающая листва расплывалась перед глазами Иш, а непрестанный птичий щебет гулким эхом отдавался в ее голове. Ее руки продолжала бить мелкая дрожь, а ноги стали будто ватными: казалось, еще немного, и она просто свалится на землю. Прошло уже больше семи часов, как они встретили Белеготхара, и с тех пор они ни разу не остановились, чтобы нормально передохнуть. Чувствуя, как ее пересохшее горло стало першить, она осознала, что не пила воду с того самого момента, как они оказались в лесу. Иш посмотрела на идущих впереди Терру и эльфа, которые о чем-то изредка переговаривались, и, шумно вобрав в себя воздух, схватилась за голову, почувствовав сильное головокружение. — Иш. — Словно откуда-то издалека услышала она голос Терры. Иш подняла тяжелые веки и увидела приближавшуюся к ней Терру. — Вода, — все, что смогла выдавить из себя чародейка. Терра вовремя подхватила Стартрол, тем самым предотвратив ее столкновение с землей. — И еда, — проговорил Таурон, чувствуя острое жжение в пустом желудке. Терра, убедившись в том, что Иш вновь владеет равновесием, осторожно выпустила ее из своих рук и, сняв со спины наполовину пустой мешок с фруктами, передала его Таурону, который уже с отвращением смотрел на эти яблоки. — Вы что, этим и питаетесь? — не скрывая усмешки, вопросил эльф, сложив руки на груди. — У нас больше ничего нет, — переведя взгляд на Белеготхара, ответила Терра. Эльф закатил глаза и покачал головой: — Вы, видно, никогда не слышали про охоту? Все трое уставились на эльфа так, будто он только что открыл им большую тайну. Белеготхар шумно выдохнул и махнул на них рукой. — Ладно, с этим разберемся чуть позже. — Он подошел к ребятам и посмотрел на Иш. — Сейчас нам нужна вода. — А откуда мы ее достанем? — Терра внимательно посмотрела на эльфа. Он закатил глаза и ухмыльнулся: — Как и уже говорил ранее, я знаю этот лес наизусть. И также знаю то, что здесь есть пресное озеро. Терра перевела взгляд на Иш: ее кожа была все такой же бледно-зеленой, глаза были полуоткрытыми. — Как ты себя чувствуешь? Светловолосая чародейка подняла взгляд на Терру и, все еще чувствуя тошноту и головокружение, слабо усмехнулась: — Честно признаться, так паршиво я себя еще никогда не чувствовала. Терра поджала губы и провела рукой по густым волнистым волосам подруги. — Сейчас мы раздобудем воду и еду, и тогда тебе станет лучше. — Терра, улыбнувшись, получила слабый кивок от нее, затем встала и повернулась к Белеготхару: — Веди нас к нему. Медленно, но неминуемо, лес начинал погружаться в сумерки. Было еще не так темно, что не разглядеть ничего вокруг, но уже и не так светло. Птичий щебет с течением наступления ночи стал заметно идти на нет, а к стрекотанию насекомых в высокой траве примешивались звуки шагов наших путников. Таурон и Терра, придерживая Иш, следовали за эльфом, что шел немного впереди. Прошло уже больше часа с тех пор, как они выдвинулись по направлению озера, однако вокруг были лишь одни деревья да кустарники, среди которых, казалось бы, было нелепым увидеть даже крохотный ручей. Терра уже подумывала о том, что они, вероятно, заблудились, и несколько раз уже спрашивала у эльфа об этом, атот, в свою очередь, лишь самоуверенно отвечал, что они на правильном пути, нечего беспокоится, и шагал дальше. Иш, чувствуя слабую дрожь в ногах и непрекращающуюся тошноту вместе с головокружением, подняла взгляд с заросшей травой земли на темно-зеленый плащ, накинутый поверх плеч эльфа: — Эй, Беле… Били… — Белеготхар, — не поворачиваясь, раздраженно гаркнул эльф. — Да-да… Долго нам еще… идти? — с тяжелой отдышкой спросила Иш, смотря ему в спину. Терра почувствовала, как тело светловолосой чародейки начала бить дрожь. Белеготхар, ничего не ответив, остановился и, наконец, повернулся к ним лицом. — Ей дальше не стоит идти, — кивнув в сторону Иш, произнес эльф. — С чего это? — попыталась она огрызнуться, но, почувствовав, как ее голова еще сильнее закружилась, замолчала. — Дальше начинаются дебри, поэтому будет лучше, если кто-то останется здесь вместе с ней и подождет, пока я вернусь, — ответил эльф, раздраженно нахмурившись. — Ты что, собираешься один туда идти? — спросила Терра, вскинув удивленно брови. — Изволишь оставить ее одну? — саркастически заметил Белеготхар, указав на чародейку. Стоящий рядом Таурон громко фыркнул, скрестив руки на груди: — Вообще-то, я тоже тут и могу остаться с этой… недотепой. Иш даже не обратила внимания на его колкость, а Терра с Белеготхаром удивленно уставились на мальчишку. — Что вы так смотрите? Думаете, если я маленький, то мне нельзя доверять? — встрепенулся Таурон, нахмурив брови. Изумленное выражение на лице Терры плавно улетучилось. Она посмотрела на Таурона, потом перевела взгляд на Иш, чей болезненно-слабый вид кричал сам за себя. Нельзя было терять времени: — Хорошо. Иш мы оставляем с тобой. Будь очень внимателен и осторожен, пока мы не вернемся. Терра помогла Иш сесть на землю, опершись на дерево, и, внимательно посмотрев на названного младшего брата, передала ему свой нож. Таурон еле заметно кивнул ей головой, а Иш, слабо засмеявшись, махнула рукой: — Да ничего со мной не станет, я же, как-никак, ведьма, смогу отбиться от любого и мелкого тоже при этом защитить, так-то. Таурон раздраженно ответил ей, что он не мелкий и что он сам сможет от кого угодно отбиться и его не надо защищать и прочее в этом духе. Терра облегченно улыбнулась, наблюдая за ними: то, что эти двое снова начали огрызаться и спорить друг с другом, почему-то ее порадовало. Не говоря больше ни слова, она повернулась к эльфу, и он, немного наклонив голову на бок, вытянул руку вперед: — Прошу. Терра, следовавшая за Белеготхаром, невольно ахнула: и ведь не наврал же, сказав про дебри. Дорога под ногами заметно ухудшилась: неровный рельеф в некоторых местах возвышался, в некоторых, наоборот, уходил глубокими впадинами вниз. Всюду валялись ветки и камни, начиная от маленьких, заканчивая валунами. Свисавшие почти до земли тяжелые ветви накренившихся деревьев-гигантов, делали дорогу очень трудно проходимой, иногда приходилось буквально пролазить между очень близко расположенными деревьями. Перебросив ногу через заросшее мхом бревно, Терра посмотрела на ловко пробирающегося через деревья эльфа: казалось, будто для него подобное не представляет никакой трудности. Что, впрочем, и неудивительно: поселения эльфов обычно всегда, насколько она знала, бывают в лесах, и, как сам и сказал Белеготхар, их с детства обучают основным навыкам сражения и самообороны, куда, вероятно, входят уроки выживания в дикой местности. Терра усмехнулась своим мыслям и прибавила шага, дабы поспеть за эльфом. — Слушай, Белеготхар, — окликнула его Терра и вдруг замерла перед раскинувшимися перед ней ветками гигантского дерева: ее лицо было в нескольких сантиметрах от слегка качнувшейся паутины, на которой сидел большой черный паук с мелкими красными пятнами. Почувствовав, как мурашки пробежали вдоль ее позвоночника, Терра дернулась назад, сморщившись от отвращения. Быстро обойдя это дерево, она поспешила нагнать эльфа, что стоял и смотрел куда-то вперед, закинув одну ногу на бревно. — Я хотела продолжить тот наш прерванный разговор, — произнесла Терра, сравнявшись с ним. Белеготхар повернулся к ней. — Не сейчас, — в своей привычной манере коротко бросил он, вернув взгляд вперед. — Озеро уже недалеко, лучше прибавь ходу. — Просто объясни… Эльф вдруг резко остановился и шикнул, чтобы она замолчала. Терра притормозила, едва не налетев на него: — Что тако… — шепотом спросила она, но вдруг сама себя резко оборвала. Прямо перед ними, за высокой травой, рыча и скаля зубы, стояло какое-то дикое животное, доселе ей не знакомое. У него была немного вытянутая морда с длинными торчащими ушами и ярко-зелеными глазами, черная гладкая шерсть полностью покрывала его довольно большое туловище, за исключением белой полоски, тянущейся вдоль позвоночника. — Гроноун, — тихо шепнул эльф, рассматривая зверя, а затем, обратившись к Терре, добавил: — Не шевелись. У Терры оборвалось дыхание, когда этот зверь, вдруг громко зарычав, бросился на них. Вскрикнув, она инстинктивно зажмурилась, застыв на месте. И только когда рык зверя превратился в нечто, напоминающее мурчание, она неуверенно открыла глаза, которым предстала следующая картина: Белеготхар, улыбаясь, стоял, вытянув руку, к которой прильнул дикий зверь, мирно мурча, словно довольный кот. Терра раскрыла рот, не зная, что и говорить; ее руки все еще дрожали от накатившего адреналина. — Ч-что?.. — непонимающе выдавила она из себя, во все глаза смотря на эльфа, что так дружелюбно гладил этого недавно готового их съесть зверя. — К-как ты?.. Белеготхар повернулся к ней и невинно улыбнулся: — Это всего лишь Гроноун, — произнес он, проводя по гладкой шерсти на голове этого, как он сказал, Гроноуна. Белеготхар вернул взгляд обратно и, мягко похлопав животное по голове, что-то тихо произнес, и тогда Терра заметила слабое зеленое свечение, исходившее от его рук. Гроноун сел, словно послушный котенок, на землю, не предпринимая больше никаких попыток не то что напасть на кого-то, даже зубы оскалить. Тогда Белеготхар повернулся к Терре и кивнул ей, чтобы она следовала за ним. Осторожно обойдя успокоившегося хищника, Терра поспешила за эльфом. — Это была магия? — Когда они отошли на приличное расстояние от Гроноуна, поинтересовалась Терра. — А ты думала, он поддался моему обаянию? — усмехнулся Белеготхар, доставая меч из ножен. — Нет, я просто… не думала, что ты… обладаешь магией, — задумчиво ответила Терра, наблюдая за действиями эльфа. Он подпрыгнул и, схватив толстую ветку дерева, срезал свисавшие с нее непонятные плоды: они были грушевидной формы, но гораздо больше, чем груши. — Что ты делаешь? — недоуменно спросила Терра. Эльф внимательно осмотрел два сорванных плода и, кивнув самому себе, присел на корточки перед сваленным деревом. — Неужели тебе не было известно, что эльфы обладают магией? — проигнорировав ее второй вопрос, поинтересовался он, расчищая небольшой участок на коре поваленного дерева, что было покрыто зеленым мхом. Он приложил сначала один грушевидный плод и, замахнувшись мечом, с треском срубил от него край. Внутри он был полым, а по треску Терра поняла, что был он еще и твердым. — Я просто не думала никогда об этом, — задумчиво произнесла она, наблюдая за тем, как Белеготхар делает то же самое и со вторым плодом. Зачем он это делал, она так и не поняла. Эльф выпрямился и встал в полный рост. — Гроноуны живут только рядом с водой, а это значит, что мы на месте, — сменив тему, бросил он, и махнул Терре рукой, чтобы та шла за ним. Она недоуменно моргнула, но все же последовала за эльфом. Не прошло и десяти минут, как они оказались перед деревьями, между которыми чуть поодаль, отражая красные заходящие лучи солнца, сверкало озеро. Терра невольно ахнула и тут же почувствовала, как ее горло мгновенно пересохло от жажды. Они вместе Белеготхаром осторожно спустились вниз по небольшому склону, обходя валуны и торчащие ветки. — Неужели ты не соврал, говоря об озере. — Терра села на корточки перед озером и отметила про себя, что оно и правда было кристально-прозрачным, и, погрузив в воду сомкнутые вместе ладони, стала пить. — Я не имею привычки врать, — Белеготхар фыркнул и сам принялся пить воду. Чувствуя, как прохладная вода приятно смочила пересохшее горло, Терра откинула голову и, проведя рукой по мокрому лицу, посмотрела вверх, на окрашенное яркими красными тонами небо. В последний раз она видела небо таким, когда они находились в деревне Лун; в глубине леса гигантские кроны деревьев заслоняли собой почти весь небосвод, не считая маленьких участков, сквозь которые и проникали солнечные лучи. Терра повернулась к эльфу, который сидел на корточках, погрузив эти странные плоды под воду, и, нахмурившись, стала следить за его действиями. Вдруг ее лицо вытянулось от изумления: — Так вот зачем тебе они нужны-то были, — с запоздалым прозрением произнесла Терра, только сейчас поняв, что он изначально намеревался использовать эти плоды как сосуды для воды. Она даже не подумала о том, каким образом они смогут доставить воду Иш и Таурону. Откуда-то сверху до них донесся клич дикой птицы. Белеготхар понялся на ноги и передал Терре оба полых грушевидных плода, что были заполнены водой, и шикнул, чтобы она молчала. Он как-то странно тряхнул правой рукой, и к нему в ладонь из-под широкого рукава выскользнул длинный тонкий стилет. — Постарайся не шуметь, — тихо произнес Белеготхар, смотря куда-то вверх. Терра сначала не поняла, что так привлекло его внимание, как он резко взметнул стилет куда-то вверх, и перед ними упала какая-то диковинная птица с этим самым стилетом, торчащим из нее. — А вот и ужин, — вытащив оружие из птицы, бросил Белеготхар. Терра удивленно моргнула, пытаясь понять, как он так точно да еще и в темноте смог выстрелить в птицу. Обратно они вернулись гораздо быстрее. Ночь уже полностью опустилась на лес, когда они увидели слабый свет костра впереди. Таурон сидел перед ним, вытянув руки, а Иш сидела в том же положении, в каком она была, когда уходили Терра и эльф. Ее глаза были прикрыты, руки безвольно покоились на коленях. Таурон перевел на нее внимательный долгий взгляд, после чего, тяжело вздохнув, повернулся обратно к костру. Услышав звуки приближающихся шагов, Таурон вскочил на ноги и выхватил нож, что дала ему Терра, но, увидев, что это была как раз таки и она сама с эльфом, опустил руку. — Долго, — выдохнул Таурон, обратно садясь на землю. Терра лишь потупила взгляд и, передав ему один грушевидный фрукт, наполненный водой, подошла к Иш, передав ей второй. Иш подняла голову и выпила немного воды. В это время Белеготхар, уже разделавшийся с птицей, стал жарить ее. Почувствовав запах жареного мяса, все подобрались ближе к костру, почувствовав острый голод. Белеготхар, разделив добычу на несколько частей с помощью другого стилета, не тем, которым он убил птицу, передал всем равные части жареной птицы. Иш только попробовала его, как ее желудок отозвался острой ноющей болью, отчего она выронила его на землю, сдавленно застонав. Терра перевела на нее удивленный взгляд: — Что такое? Иш замотала головой в разные стороны, чувствуя подкатившую к горлу тошноту: — Я не могу. Я не знаю, что происходит. Это все из-за того фрукта, — выдавила она из себя, глубоко дыша. — Какого фрукта? — отбросив кость куда-то назад, спросил Белеготхар. Терра рассеянно посмотрела на него, припоминая тот фрукт, что прошлой ночью съела Иш. — Он был таким… вытянутым, ярко-желтым и, по-моему, на нем были какие-то пятна, зеленые, кажется. — Что? — вдруг воскликнул эльф, удивленно выкатив глаза, отчего вся троица даже испугалась. — Этот фрукт у меня на родине зовут «Гих», и в переспелом виде на нем появляются зеленые пятна, в которых концентрируется яд. Этот яд очень опасен для организма: на стадии разрушения тканей желудка он вызывает рвоту и сильное головокружение, отсюда и бледнота. Тхо пе рату, почему вы не сказали об этом раньше?! — А его можно как-нибудь вывести из организма? — чувствуя, что ей будто воды залили в уши, спросила Терра. — Нет. Он ведет к смерти. — Еда выпала из замерших рук Таурона, а Терра, услышав это, казалось, перестала дышать. Иш приподнялась на ноги и удивленно посмотрела на эльфа: — К смерти? — словно не веря своим ушам, повторила она. Терра почувствовала, как что-то загорелось внутри нее; она почувствовала быстрый поток крови в своих венах и пульс, что гулким эхом отдавался в ушах. Ее глаза загорелись, а хрусталики уменьшились настолько, будто вокруг было слишком много света, когда она встала и, схватив эльфа за его плащ, произнесла: — Не будет никакой смерти, должен быть способ. Белеготхар пристально посмотрел в ее горящие золотом глаза и, сжав губы, ответил: — Вообще-то, есть кое-что. — Что? — Терра разжала кулаки и выпустила из рук его плащ. Выдохнув, эльф посмотрел на горящий костер. — Раньше я часто слыхал легенду об исцеляющем цветке Паранемис. Говорят, что человек, попробовавший его, может исцелиться от любого недуга. — Как нам его отыскать? — спросила Терра. — Легенда гласит, что растет он в сердце Дикого леса, к которому попасть можно лишь неведомым путем. — Не поняла, как это, неведомым путем? — нахмурилась Терра, чувствуя растущее в ней раздражение. — Это еще не все, — произнес эльф, подняв глаза на Терру. — Легенда также гласит, что Паранемис охраняется древним существом, которое никого не подпускает к нему. В полном замешательстве Терра уставилась на Белеготхара: — И каким тогда образом мы сможем раздобыть этот цветок? Он поднял на нее глаза и, медленно качнув головой, ответил: — Я не знаю.