Авторские страдания

- О! Вот вас никак не ожидала увидеть! - А мне, может быть, некому пожаловаться, - Анна опускается на диван, нервно передернув плечами. - Разве? Мне казалось, вы отлично умеете находить глупцов, которые верят любым вашим сочинениям на тему "Бедная я", - смеется Ганнэль. - Да не в этом дело. Мне, конечно, льстит облик невинной девушки, но у всего есть пределы! Зачем делать меня тощей?! - Стандарты красоты. - Ладно, пусть, это пустяк. Но почему я становлюсь глупой и беспомощной?! Такой же дурой, как эта Бонасье! - Может быть, это влияние цвета волос? Знаете, бытует мнение, что все блондинки тупы, - ехидно отвечает хозяйка дома, разливая чай. - Но больше всего меня ужасает не это. А то, что меня постоянно делают влюбленной идиоткой. И в кого?! В человека, который меня повесил! - Не старайтесь, прошу, мне все равно вас не жаль, - Ганнэль отпивает чай с равнодушным видом. Миледи, вздохнув, решает отказаться от пафоса речи и тоже берется за чай. - А почему вы этого не делаете? - спрашивает она. - Не пишу о вас с графом? Увольте! - И все же? Ведь вы не любите меня. - Боюсь, вы неверно формулируете, - пожимает плечами Ганнэль. - Есть герои, которых я люблю, есть те, кто мне интересен, ну и те, кто неинтересен. Таких, которых я не любила бы, нет. - Пусть так, что это меняет? - Тот, кто не любит, стремится унизить и побольнее ударить. Тот, кто относится с интересом или равнодушно, этого делать не будет. Некоторое время Анна задумчиво молчит. - Возможно, если бы граф на самом деле был таким душкой, каким его любят делать... - Тряпкой, вы хотите сказать? - уточняет Ганнэль. - Может быть. Но и вы, и я прекрасно понимаем, о ком на самом деле говорим. - Тряпка мне тоже не нужна, - презрительно морщится Миледи. - Но вы правы. Граф не изменится. Я, впрочем, тоже этого не хочу. - А если? - Если бы я изменилась? - удивляется та. - С чего бы?! - Ну, просто допустим. - Он все равно не изменится. И все равно не простит того, что было. - Да уж, - смеется Ганнэль. - Слишком много "если". - И почему я должна меняться?! - Миледи со звоном ставит чашечку на стол. - Ради чего?! Чтобы жить с ним?! Он что, последний мужчина на земле?! Я ненавижу его! Он презирает меня! Так зачем?! - Не бейте мой сервиз, пожалуйста, - смеется хозяйка. - А вопрос не ко мне, простите. - Тогда ответьте на тот, что я задала вам! - Почему не пишу я? Вы уже ответили за меня. Неужели вы думаете, что я так накажу любимого героя? - Хорошо, не его. Вы могли слукавить. Вместо него подставив, скажем, Винтера-старшего. Придать ему черты графа. Не внешние, а в характере. - Не притворяйтесь, что не поняли мой ответ, миледи, - смеется Ганнэль. - Вы ведь слишком умная женщина. Да, к лорду Винтеру-старшему я равнодушна. Вы же не любимы мной, но кажетесь мне интересной. В этом и весь ответ. Издеваться даже над теми, кто мне неинтересен, я не буду. Написать подобное - значит сломать и его, и вас. Миледи уже сама наливает себе еще чаю. - Не понимаю, - наконец произносит она. - Неужели вы не видите во мне соперницу? Ведь ваши героини... - Мои героини не я, - прерывает ее Ганнэль. - В любой можно встретить мои черты, но вы, я уверена, догадываетесь, по какому принципу они рисовались. - Догадываюсь, - кривит губы Анна. - Идеалы господина графа мне известны. Вы просто взяли и нарисовали ему этот идеал. - Что делать, вы-то не хотите под него подстраиваться, - смеется хозяйка дома, откидываясь с чашкой в руках на спинку стула. - И все же, - не дает себя сбить Миледи. - Я все равно не соперница для них? И вам не хочется отомстить, написав обо мне то, что мне противно? - Нет. Я не собираюсь вас заставлять ломать свой характер в угоду кому-то. Даже пусть не ради графа. Я умею героев любить, но не умею их не любить, тем более не умею ненавидеть. Прощайте, миледи! - Не "до свидания"? - иронично выгибает она брови. - На страницах, мадам, и только. - Прощайте, - кивает она.