Чумная

Мы сняли две комнаты, решили не рисковать и не привлекать внимания. Сейчас сидели в одной из них, бедненько обставленной разваливающейся мебелью, под тусклым светом пары свечей. — Может просто уедем? — нерешительно спросила Ли. — Может мне просто нужно было уйти одной, тогда, в замке? — ответил я, немного злясь на неё. Молчим, Ли виновато смотрит на меня, и наконец отвечает: — Прости, я боюсь. Ничего не отвечаю, просто махаю рукой — проехали. И вообще она права — лучше всего просто уехать. Что вообще на меня последнее время находит — выручать и спасать кого-то — ишь чего удумал. Мой девиз по жизни — «спасение утопающих — дело рук самих утопающих». За одним исключением — если утопающий не я. «Что Элисаль тут забыла?» — спросил я себя в очередной раз. — «Накой попёрлась в это Чумное Баронство, и самое главное — каким образом спуталась с этим, как его, «некромансером», да и кто это вообще такой?» — Сейчас садишься на лошадь, и уезжаешь отсюда дальше, на лигу вперед, а лучше на две, и ждешь меня. Если в течении трёх часов не появлюсь, отправляйся в приграничную крепость у гор. Там сможешь устроиться. Просись на кухню служкой, да куда хочешь — солдаты не обидят. Наверное. Всяко лучше, чем возвращаться назад. — раздаю указания я, перекладывая съестные припасы ей в сумку. — Я останусь! — решительно кричит она и вскакивает с кровати, на которой сидела. — Да тихо ты. — начинаю на неё шипеть, садится обратно, а я говорю веско: — Делаешь как я сказал, и старайся не привлекать внимания, уйди от дороги хоть немного в сторону. Она плачет, но больше не возражает. Ли берет сумку, обнимает меня, и уходит из комнаты. А я смотрю в окно, вижу, как она выходит на улицу, цепляет поклажу к седлу и поправив чуть сползший капюшон. Забирается на лошадь, и медленно удаляется от места нашей стоянки. Провожаю её взглядом почти до самого выхода из поселения, дальше не видно. Развязываю веревку своего мешка, достаю стопку листов и перо, пристраиваюсь у стола и начинаю размышлять. Всю деревню мне не перебить. Да и я не знаю за что их судят. Может быть селяне правду говорят — и Элисаль вместе с этим тощим, что-то тут плохое сделали? Но в любом случае — если бы это была владелица тела, она, возможно смогла бы справиться со всеми, но не я. Как показала практика — достаточно засады на дороге, и ничего уже не поможет, а тут сотня человек. Пока буду убивать одних, сзади нападут другие, и тогда уже придется мне самому в клетке сидеть. Значит силовой вариант решения проблемы отпадает, во всяком случае в таком виде. «Ну вот Славик, уже думаешь, как перебить кучу народу непонятно за что, тебе уже даже не важно –раз есть возможность, почему бы не рассмотреть её, да?» — спрашивает ехидный голос совести. Морщусь как от зубной боли, и отгоняю ненужные мысли, думаю дальше. Что насчет просто вскрыть клетку, освободить их, и пока никто не опомнился — погрузив на лошадей дать дёру? «Нет, слишком долго.» — заключаю я. Ведь видел, как они привязаны — каждая рука и нога отдельно, на это нужно много времени. Вскочить на импровизированный помост из веток и брёвен да раздолбать деревянную клетку можно быстро. Но вот разрезая путы придется потратить достаточно времени. Местные опомнятся и устроят мне экзекуцию, предварительно вырубив. — Дерьмо. — глотаю воды из бурдюка. Местной брать побоялся, мало ли тут какой другой штамм чумы. Остаётся магия, а что у нас с магией получается? Огонь не подходит, слишком сложно для меня. Жизнь и исцеление — вообще не к месту, разве что чуть подлечить сельских жителей. Вода, земля и воздух, первыми двумя я не пользовался никогда. На их обкатку может уйти просто уйма времени. А вот с последним, воздухом, попроще. Телекинез, судя по формулам, очень похож на воздух. Если я не могу вызволить быстро их из клетки — значит надо уводить саму клетку с ними. Конечно, хорошо бы просто её телепортировать, но в памяти не было ни одного подобного заклинания. Только обрывки о том, что это прерогатива сильных магов, со способностями выше средних. Моего резерва, всего, хватит только что бы приподнять клетку над землей. Если я, конечно, вообще смогу сделать правильно расчёты. Разложив листы, и взял первый из них, начал составлять формулу. Вес узников — накинул по семьдесят килограмм на каждого с запасом. Подумав немного, добавил парнишке еще пятёрку. Клетка — килограмм пятьдесят, беру на всякий случай больше — сотня. Приложение силы и вектор — тут не важно, мне просто надо поднять клетку над остальной конструкцией и что бы она левитировала какое-то время. Вывозить её я буду уже сам. Формулы выходили легко, телекинезом я пользовался последнее время часто. Воздух в этом плане — когда нужно что-то поднять, подтащить, очень похож. Но если телекинез тянул предмет, то воздух изменял массу. Я даже поймал себя на мысли, что можно попробовать сделать предмету отрицательную массу. В итоге рисковать не стал, мало ли что из этого получится — оттолкнётся еще от планеты клетка да улетит в космос. «Бред какой-то» — почесал затылок, возвращаясь к своей проблеме и отгоняя ненужные мысли. Формула была готова, прошёл уже час, на улице всё громче гомонили люди, но из окна я видел, что еще ничего не горит. Место уже подготовлено полностью — брёвна, над ними ветки потоньше, и на них уже деревянная клетка с полом из каких-то поддонов. «Вот и решение того, как я буду тянуть всю эту конструкцию.» — кивнул своим мыслям. На втором листе написал похожую конечную формулу, только изменил переменные — теперь она была одна. Точнее один предмет — перо, нужно было заставить его левитировать. Привязал нитку к кончику пишущей принадлежности, начал пытаться применять заклинание. Вышло раза с десятого, перо поднялось в воздух и висело ровно над поверхностью стола. Потянул за нитку, оно послушно поплыло в нужную сторону. Резко прекратил тянуть — и «ручка» тут же остановилась. «Никакой инерции, офигеть.» — подумал удивленно. Выхожу из комнаты и спускаюсь в местную столовую, тут достаточно людно. На меня никто не обращает внимания, а то что я в капюшоне — вообще никого не волнует. Кажется я знаю почему — часть жителей с жёлтыми глазами, часть чихает и кашляет. Чума тут и правда разошлась не на шутку. Так что мало ли зачем путник скрывает лицо — может у него последняя стадия болезни, и уже язвы на коже появляются. — Уважаемый, у вас не найдется крепкой веревки? — спрашиваю мужика за стойкой хриплым голосом, в этот раз трактирщик выглядит худым и болезненным. — Не бесплатно, разумеется. Он странно на меня смотрит, с подозрением, но потом выходит в помещение за стойкой. Вернувшись протягивает моток шнура толщиной с мизинец, со словами: — Подходит? Я киваю, и сую ему серебрушку — что вообще то много для веревки, но плевать. Он предостерегает вслед: — Только смотри у меня, не вешайся там в комнате, ещё выносить потом и закапывать. Можешь от города отъехать на пару лиг, там дерево трухлявое стоит, но пару веток крепких еще есть — там можно. Ничего не отвечаю, поднимаюсь в свою комнату и пробую прикрепить стрелу к веревке. Получается так себе конструкция, снаряд в цель так не пустишь, придётся добавлять ей ускорения и управлять телекинезом. Разрезаю веревку на две части. Прежде чем окончательно закрепить на стрелах, думаю о том, что от рывка мои снаряды просто могут сломаться, и тогда связываю сразу по три стрелы. Получается два неказистых толстых изделия. «Мда, так и воюем.» — думаю, рассматривая получившееся. — «Придётся их без помощи лука забрасывать в клетку» Собравшись, попрыгав и проверив что ничего не мешает и не шумит, беру две своих супер-стрелы. Спускаюсь вниз, прохожу сквозь зал харчевни и выйдя на улицу иду к конюшням. Две моих лошади стоят на месте. Оглядываюсь, вижу, что на площади всё больше народу, уже вот-вот начнется представление. Прикрепляю оба снаряда и завязываю противоположные концы веревки у седла, иду в толпу пешком что бы просто взглянуть на пленников. «Может они уже мертвы оба, толку тогда будет от моих геройств» — думаю я, подходя ближе. Но нет, мои надежды, или опасения — не знаю, чего больше, оказываются напрасными. Девушка и парень уже пришли в себя, оба испуганно водят глазами по толпе. Головы оказались тоже закреплены веревкой к клетке, а повязки с глаз им сняли, видимо, чтобы ещё больше напугать. Смещаюсь чуть-чуть в бок, чтобы оказаться прямо по курсу обзора девушки. Она не сразу, но замечает меня, а я приспускаю немного капюшон с головы. Элисаль видит моё лицо и выпучивает глаза, что-то мычит. Кляп мешает, и я, поднимая руку что бы поправить капюшон, показываю ей два пальца — указательный и средний. У стрелков это значит — всё идет по плану, и девушка даже вроде успокаивается, немного расслабившись и перестав биться в клетке. Возвращаюсь к лошади, выезжаю на дорогу, медленно еду к площади. Огибая толпу, встаю прямо за ней, так, чтобы оказаться напротив к выходу из посёлка, куда ушла Ли. Клетка оказывается одним боком для меня в прямой видимости. — Ну шо встал, шо встал! — кто-то подошел сбоку и тянет меня за сапог. Наклоняюсь и говорю, всё так же хрипло, простоватому мужичку средних лет: — Так лучше видно. — Ну ладна тагда, токмо чуть дальше отъедь, тут люди ходют. Сдаю немного вбок, и наконец достаю бумагу с заклинанием и начинаю его воспроизводить. Получается с первого раза, клетка поднимается, но тут же опускается обратно, а недалеко от клетки раздаётся крик: — Ведьма и несромунсер колдуют, сбежать хотят, но я их остановил! «Маг!» — проносится в голове. Еще раз пытаюсь поднять клетку, и так несколько попыток — ничего не выходит. Конструкция трясется, шатается, что-то её тянет вниз. Тем временем ветки уже подожгли и люди жадно заулюлюкали. Все смотрят как огонь сначала медленно, а потом все быстрее и быстрее, приближается к клетке с разумными. «Убить?» — попаду, но тогда не хватит времени на заклинание, свалят с лошади быстро, поняв откуда угроза. Меняю на ходу формулу, добавляю веса всей конструкции, и пробую еще раз. Уже лучше, клетка поднимается, но через какое-то время опять опускается. Мужик в грязном сером балахоне верещит: — Ведьма чумная и колдун — я сильнее вас! Толпа радостно поддерживает местного мага, а он, тварь, купается в этом обожании и добавляет еще силы для удержания клетки. Больше у меня не получается её сдвинуть с места. Огонь тем временем уже почти добрался до клетки, и ласкает её своими языками. Меняю снова формулу, увеличиваю раз в пять изначальный вес всего что можно. Добавляю силы по максимуму, запускаю аркан. На плечи как будто ложится тяжелый груз, я аж пригибаюсь к шее лошади крякнув. Тяжело дышу и вижу капли крови падающие из носа, я почти исчерпал весь свой небольшой запас сил. Звёздочки в глазах намекают на скорую потерю сознания, но у меня получается удержаться. Морщась, бросаю два снаряда, подгоняя их телекинезом и ловя очередной приступ слабости и головокружения. Теперь точно — еще раз помагичу и потеряю сознание. Толпа охает, смотря то на меня, то на место казни. — Сраная магия. — хриплю, уже не притворяясь, и смотря на то, что получилось. Вместо клетки я поднял в воздух всю конструкцию. Местный маг пытается что-то сделать, но у него не выходит, пока что. Я понимаю, что он сильнее меня, и для него лишь дело времени опустить всё это на землю. Выпускаю две стрелы, обе в плечи, я не хочу его убивать, не разобравшись в ситуации. Вполне возможно жители деревни в своём праве. Маг валится на землю, к нему подбегают несколько людей, но я уже подгоняю лошадей в сторону выхода. Все горящие брёвна, вместе с клеткой с лёгкостью двигаются за мной, разбрасывая в разные стороны ветки с пламенем. Люди в панике разбегаются. Думаю как бы не задавить кого этим «крематорием на колёсиках», но подгоняю еще больше лошадей, слушая истошные и испуганные крики. — А-а-а-а-а-а!!! — выпрыгивает кто-то почти что прямо из-под копыт моих лошадей. Стараюсь вести обоих животных рядом друг с другом, боясь, как бы не перекосить весь этот горящий Ад. Ведь если оно перевернётся — пленникам конец. Люди жмутся к краям дороги, а я вижу, что двери впереди кто-то пытается закрыть. Выпускаю несколько стрел, отпугивая смельчаков. Сзади становится тепло. Оглянувшись вижу, как горит уже половина моего плаща — слишком сильно натянул веревку и приблизил к себе это горящее нечто. Понимая, как сейчас выгляжу, начинаю напевать громко, одновременно переводя на общий: Мёртвые восстанут против живых, Под предводительством ангелов злых Девятиголовый зверь восстанет из моря Вся земля тотчас же превратится в крематорий! (Сектор Газа — Восставший из Ада) Звонким эльфийским голосом получается очень громко, и я вижу, что все расслышали. Эльфийское зрение даже позволяет заметить, как люди бледнеют, а кто-то кричит: — Демоны! Прорыв демонов! А-а-а! Мне страшно и смешно, когда я вырываюсь во главе своей огненной колесницы из ворот города. «Огонь может прожечь верёвку» — думаю в ужасе, и сбросив плащ, оглядываюсь — шнур уже горит, но пока держится. Через пять минут вижу, что вот-вот поравняюсь с всадником впереди, присмотревшись понимаю, что это Ли. «Мелкая, сказал же не светиться у дороги». — думаю я, но больше с теплотой чем в раздражении. Линэль смотрит непонимающе на приближающегося меня. С каждой секундой её глаза расширяются и становятся похожими на два блюдца. Машу рукой вперед и кричу: — Ходу! Она разворачивает коня, и мы несемся уже вместе. Через еще три минуты веревка наконец рвется, оставляя мою ношу где-то сзади. Останавливаемся и возвращаемся. Снимаю плащ с Ли, и обернувшись в него забираюсь одним прыжком на самую крышу клетки. Ломаю прутья проникая внутрь — парень и девушка живы, даже немного обгорели, но не страшно — заживет. Быстро срезаю путы с обоих и подхватываю знакомую на руки, говорю белобрысому: — А ты сам давай. Он не спорит, с трудом встаёт и выскакивает за нами. Накрываю Элисаль плащом — она вся дрожит, то ли от нервов, то ли от холода, и плачет. Тоже непонятно, от страха или облегчения. Сажаю её на свою лошадь, парню кидаю куртку и показываю на свободную кобылу. Он кивает и прямо так, в куртке, но без штанов, забирается на неё. «Без порток, но в шляпе» — вспоминаю знаменитое выражение. Оглядываюсь, и вижу, как вдалеке полыхает огонь, похоже я что-то поджёг. Надеюсь, Элисаль вместе с этим парнем и правда ничего плохого не сделали, а то получится спалил им поселение спасая преступников. Двигаемся по тракту дальше на север. Когда восходит солнце видим дорогу, сворачивающую к умирающему лесу, куда и направляемся. Через пол часа заводим коней под лысые кроны деревьев и спешиваемся. Дальше идём пешком всё углубляясь, и наконец через час я командую привал. Ли сразу отправляется за хворостом, а я достаю из сумки нашу старую одежду. Комплект девочки отдаю «некромунсеру», а свой возвращаю Элисаль. Некромант хмурится, но одевает штаны, которые ему в обтяжку и кончаются чуть ниже колен. Элисаль смотрит на штопанную-перештопанную форму, которая когда-то принадлежала ей. — Всё постирано, одевайтесь, другого всё равно нет. — говорю и достаю фрукты — сую по яблоку каждому, усаживаюсь прямо на траву. — Но ведь она была почти новой… — нерешительно говорит Элисаль. — Много чего произошло за последние недели, уж извини, мог бы вообще не возвращать. — бурчу я недовольно. — Но это же моя форма! — возмущается девушка. — И лук мой, и меч! — Считай это платой за освобождение из рабства, там бы они тебе всё равно не пригодились. Пришлось бы постигать основы совсем другого направления работы. — откусывая своё яблоко, говорю я. Она молча начинает облачаться. — Тебя как зовут? — спрашиваю тощего мага. — Кренон. — говорит он тихим голосом, пока я рассматриваю его. Лет восемнадцать, не больше, бледная кожа, очень правильное лицо, серые глаза, белые волосы. «Аристократ, сто процентов» — заключаю я. Но парень титул не называет, то ли считает нас равными, то ли не хочет вмешивать в грязные дела свой род. Когда Элисаль наконец оделась, Кренон подходит к ней, осторожно и нежно обнимает за плечи, спрашивает её тихонько, но я слышу: — С тобой всё в порядке? — девушка кивает ему, тоже приобняв, а он тогда говорит: — Прости меня. Она берет его за подбородок, и целует в губы. «Во дела, не успела выйти из леса — уже с человеческим мужиком спуталась» — недовольно думаю я. Приходил Ли, и отвлекает меня от парочки, мы раскладываем сухие ветки в подобие костра, и я спрашиваю мага: — Можешь поджечь? Он качает головой в разные стороны и говорит: — Нет, очень узкая специализация — некромантия. Могу разве что попробовать превратить в прах, хотя вряд ли сейчас получится, силы почти не осталось. — Не надо. — капля огня слетает с моего пальца, немного обжигая. «Зачем он тогда вообще нужен, со своей узкой специализацией». — всё так же раздражённо думаю я, видя, как он предлагает Элисаль своё яблоко. Рассаживаемся вокруг костра, и я представляю Ли всех, а её для вновь прибывших. Полное имя не называю, помню, что она мне его с заминкой сказала. — Ну рассказывайте, как до такой жизни дошли. — спрашиваю у «молодожёнов». И Элисаль начинает рассказ, а мы с Линэль внимательно слушаем: — На следующий день после нашей встречи я решила уйти, когда все опасения про командира пограничников подтвердились. Думала всю ночь и всё-таки решилась. Хотела нагнать тебя, даже не зная имени. Но проблемы возникли уже в первом поселении — меня похоже перепутали с тобой. Клирик, приехавший из столицы, хотел сжечь как чумную, тут то я и встретила Кренона, он помог уйти от погони. Дальше мы уже вместе отправились. — девушка кусает в очередной раз яблоко, продолжает: — Но тебя нигде найти не могли. Спрашивая людей, поняли, что ты направилась на север, так и шли. Золота у меня не было, а работу ни мне ни Кренону было не найти — узкая специализация. Потом услышали призыв барона на подавление восстания в чумном городе, и двинулись на сбор в столицу. К нашему приезду королевские войска окружили внешние стены, а маги и баллисты пытались их проломить. Двинулись дальше, узнали, что в следующем городе некие уже две эльфийки, не представившись, устроили расправу над ни в чем не повинными местными. Она помолчала, смотря на нас, а мы и не отвечали — вот еще, оправдываться перед ней. Поняв, что ничего ей не расскажем, продолжила: — Двинулись дальше, в сторону Чумного Баронства. К этому моменту припасы подошли к концу и Кренон предложил план, как можно легко попробовать заработать. — она отпила из бурдюка, и передав его парню, продолжила: — Ночью пришли на погост за городом, и он стал поднимать покойников. Чуть позже мы должны были заявиться и помочь селянам справиться с «этой бедой», и получить как минимум ночлег и пропитание. Я смотрю на неё с осуждением, а она быстро тараторит: — Нет-нет, мертвяков подняли, но Кренон сделал их пассивными, то есть сами они не двигались и ничего не делали. Только он мог ими управлять — мы просто думали попугать местных. Кренон кивает и не смотрит нам в глаза. — Но у местных оказался маг, да еще и не такой уж и слабый, хоть и глуповатый. — говорю я. Элисаль кивает. — Не насиловали? — спрашиваю девушку. -Нет, маг сказал, что нельзя прикасаться к «крысе из Чумного Леса», побили только. — отвечает, шмыгая носом. — Почему не отбились да не ушли? — удивляюсь я. — Кренон истощён был, сложно мёртвых поднимать так вот — с удалённым управлением. А меня почти сразу обездвижили. — говорит она. Сидим, смотрим на костёр, молчим. «Три эльфийки не считая собаки» — думаю про себя, и поправляюсь: — «Не считая некроманта неудачника» — Ладно, всё хорошо, что хорошо кончается. — говорю я, поднимаясь и подходя к Элисаль. Трогаю её ожоги и синяки, начинаю применять аркан регенерации и получается с первого раза. Потом иду к некроманту, не хотелось бы, но что уж поделать — повторяю процедуру. — Ложитесь спать, утром возвращаемся на дорогу и валим отсюда. — командую всем. — Мы отправимся с вами! — решительно заявляет эльфийка. — А ты хоть знаешь куда я направляюсь? — спрашиваю её. — Нет… — отвечает. — Но это не важно, нам больше некуда идти. Парень всё время молчит, понятно кто главный в их группе. Молодец девочка. — Мы идём в Калисат, нужно повидать одного старого, но мудрого мага. — говорю я, надеясь, что, услышав про столь дальнюю конечную точку маршрута, они «соскочат». — Ты хочешь найти лекарство от чумы?! — вдруг спрашивает она. — Я так и знала, мы пойдем вместе и поможем вам! «Понятно. На геройства потянуло.» — подумал я. — Элисаль, я вообще то не уверен, что вам есть смысл идти с нами… — говорю осторожно подбирая слова, но она перебивает. — Даже не думай отказываться от помощи, я что — зря из Великого Леса уходила? — возмущается она. — Я сразу поняла, что у тебя важная и великая цель, и сделала свой выбор, когда покинула пост! «Жалеет, что ушла, и хочет получить хоть какое-то оправдание своему дезертирству.» — думаю я. Ничего не отвечаю, просто смотрю в костёр, пока они укладываются в обнимку. Положив под голову куртку парня, засыпают. — Поспи. — говорю Ли. — Я послежу за обстановкой, мало ли что. — Ты обещала начать меня учить… — говорит она. — Проснёшься, и начнем. — отвечаю. Девочка укладывается, спрашивает: — А когда ты закончишь свои дела — что будет со мной? Я тяжело вздыхаю, отворачиваюсь от костра, и отвечаю: — Всё будет хорошо, я тебя не брошу, обещаю. И она, удовлетворившись этим, засыпает. «И чего стоят мои обещания?» — думаю при этом я. Сначала просыпаются эльфийка и некромант, потягиваются и встают. Девушка по-хозяйски шарит в нашей сумке и достаёт сухофрукты. Поделившись со своим женихом, предлагает мне — я отказываюсь. Когда просыпается Ли, мы немного разминаемся и начинаем небольшую тренировку. Я учу её правильно держать оружие, она делает несколько выпадов, и на этом пока заканчиваем. Обещаю ей продолжить уже позже, на последней остановке перед крепостью. Даю ей сумку с вяленым мясом и прошу поесть, сам же начинаю сборы. Через десять минут, затушив костёр, мы осторожно выдвигаемся в сторону дороги. Выехав на тракт, поначалу кажется, что всё тихо. В какой-то момент Элисаль заставляет всех напрячься, показывая в направлении деревни откуда мы их вытащили. Я тоже вижу быстро приближающуюся чёрную точку. Ничего не происходит — всадник проносится вперед, мы лишь успеваем заметить, что это вестовой в форме королевских войск. За пару часов, пока мы двигаемся на север, еще несколько раз мимо пролетают вестовые, в обе стороны. — Не по нашу ли это душу новости? — задумчиво спрашиваю я сам у себя. — Всю границу восточную на уши поставили, всё-таки. — Вряд ли, не будут столько королевских служак гонять по пустякам, баронства со своими проблемами должны сами разбираться. — подаёт голос услышавший меня некромант. «Может парень из какой-нибудь графской, а то и из королевской семьи?» — задумываюсь я. — Сейчас узнаем. — говорит Элисаль. И правда — впереди пограничное поселение. Последнее перед баронством, где располагается, если судить по моей памяти, воистину огромная крепость. Она отделяет горы от королевства. Нам нужно за перевал, который находится сразу за крепостью, а дальше через степи в Калисат. Мы входим в поселение, и сразу направляемся в таверну. Некромант отделяется от нас и идет в ближайшую лавку. Вот для чего Элисаль выпросила у меня золотой в дороге — хочет приодеть своего «принца». В городе шумно, ходит стража, люди шастают туда-сюда, но нас никто не пытается задерживать. Делаю вывод что вестовые не по нашу душу — белобрысый оказался прав. В стойлах у таверны стоят пару курьерских лошадей. Их легко определить по сбруе и королевским гербам — чёрный ворон на щите по центру, слева голова волка в профиль, а справа так же, только какая то ли ящерица, то ли дракон, не разберёшь. «Дракон» — подсказывает чужая память. — «Королевский род истребил последнего дракона» В таверне шумно, много людей, на нас не обращают внимания, все гомонят и о чем-то говорят. Подхожу к стойке, и толстяк за ней сразу говорит: — Приветствую, госпожа, не часто к нам перворожденные заглядывают, чего изволите?! «Ага, перворожденные, как же. Был бы в ошейнике, который сейчас почти стёрся с моей шеи, уже бы чумной крысой назвал.» — зло думаю я, и спрашиваю, не отвечая на приветствие: — Что случилось? — В смысле, госпожа? — не понимает он. — Вестовые весь день носятся по тракту не просто так, верно? — надавливаю на него. — А, так это, война. — говорит он. — С кем?! — восклицаем мы втроём — я, Ли, Элисаль. — С гномами. — говорит трактирщик: — Я думал вы в крепость и направляетесь, на помощь гарнизону. — Гномы вышли из своих пещер и напали на королевство, просто вот так вот?! — продолжаю допрос я. — Они хотят свободный проход на территорию королевства. Их условие — крепость должна быть уничтожена или передана им во владение. — уже невесело отвечает толстяк. — Как успехи у обороняющихся? — спрашиваю. — Первая стена из трёх практически вся разрушена, сыграла свою роль внезапность нападения. Остальные две пока удерживаем, ждём подкрепления из баронств. — отвечает другой голос, за спиной. Поворачиваюсь и вижу мужчину лет тридцати, невысокого, с меня ростом и чёрными волосами до плеч. На лице несколько шрамов, один проходит ото лба и пересекая веко, изогнувшись, заканчивается на губе. Нос прямой и острый, губы тонкие, внимательные карие глаза изучают нас всех. Одет он в подобие формы — чёрные штаны из плотной материи, высокие кожаные сапоги начищены до блеска. Рубашка, на которой странная жилетка из коричневой кожи, с чем-то напоминающем разгрузку. В ней сейчас покоятся пять метательных ножей, на поясе одноручный меч и кинжал, несколько амулетов. Всё это успеваю считать почти моментально и сам удивляюсь себе. — А вы…? — спрашиваю, ожидая пояснений. — Прошу прощения, леди, нужно было сразу представиться — капитан разведчиков Северной Крепости, граф Гунтор Незольский. — Элисаль, Ли — представляю я своих подопечных, а потом себя: — Славиэль, можно просто Слава. — Вы собираетесь в крепость, леди? — спрашивает Гунтор и уточняет: — Нам не помешают три эльфийских лука, я бы мог вас сопроводить. Ли и Элисаль смотрят на меня выжидающе, сзади подходит некромант и капитан. Повернувшись к нему, удивлённо говорит: — Кренон, твой отец отпустил тебя?! Некромант морщится, и под удивлённым взглядом капитана берет за руку эльфийку, твёрдо говорит: — Гун, я уже не маленький и могу решать сам, поэтому если ты… Капитан его перебивает, и серьезно говорит: — Успокойся, я никому сообщать ничего не буду. Не моё это дело, тем более сейчас в крепости нужны любые маги, положение и правда серьезное. Некромант удивлен, но Элисаль уже объясняет ему про войну на ухо. — Нам нужно пройти перевал. — просто говорю я. — Перевал перекрыт, гномы полностью прекратили наше сообщение со степями и Калисатом, других путей я не знаю. — отвечает капитан и выжидающе смотрит на меня, сразу признав главным в нашей компании. Оглядываю всех — Эли, Ли, и они все молча кивают мне, даже Кренон — разрешая единолично принять решение. — Значит мы идём на войну. — просто отвечаю я.