Кто кого спас, щекастый?

— Левый шаг – да, — сказал он. Смотрит вперед. Там ничего нет. Впереди только грустные деревья, небольшое жилое убежище, которое чем-то напоминало дом из фильма "Сумерки" и грязный асфальт. Грязным он был, потому что был дождь. Кто-то пытался от него скрыться как можно быстрее, пробегая мимо парня и чуть-чуть его задевая. Кто-то спокойно шел по своим делам, прихватив с собой зонт. Минхо же было все равно, он просто хотел как можно быстрее прийти к своему последнему месту назначения. — Правый шаг – нет, — сказал он. Расстояние почему-то не уменьшилось. «Жаль» произнес парень у себя в голове. Впереди по-прежнему длинная дорога, те же грустные деревья и белый дом. В одном окне включился свет и можно было увидеть счастливых людей, которые занимались готовкой. Это, наверное, была семья. Они смеялись и постоянно касались друг друга. Мерзость. Почему всем хорошо? На часах уже давно перевалило за вечер, но Минхо по-прежнему шел вперед, не оглядываясь. Уже и не было смысла оглядываться. Не зря те деревья были грустными, они утаили за собой лес с небольшим обрывом, о котором так нагло не хотели рассказывать парню. Лес был самый обычный: свежий воздух, птичий шепот и много коричневых палок, словно статуэтки с живым взглядом, которые знали все твои мысли. — Левый шаг, — сказал он. Он не хотел говорить "да". Решил растянуть это удовольствие на несколько мгновений. Минхо осмотрелся. Было, все-таки, красиво. Он решил не нарушать выдуманные правила, поэтому просто вертел головой в разные стороны. Сзади была та самая грязная дорога, которая его сюда и привела. Слева было маленькое укромное место, в котором прятались съедобные коричневые шляпки. Справа было семейство зеленых, которые надменно смотрели на юношу. А впереди был пункт назначения - обрыв. — Да, — сказал он. И сделал шаг. — Черт, — парень поскользнулся. Как оказалось, это был небольшой склон, который решил посмеяться над Минхо. Но он не отчаялся, пошел дальше. Теперь все деревья смотрели на парня насмешливым взглядом. Впереди была опять длинная и грязная дорога. С разочарованным лицом, он все равно продолжил путь. "Ну там-то точно найду это место". На самом деле, он понятия не имел куда идти. Утром Минхо вышел из своего дома и совершенно ничего с собой не взял. Желание жить он тоже там оставил. Ему не нравился этот город и тысяча известных и неизвестных лиц. Он хотел от них сбежать. Однако, ему и весь остальной мир тоже особо не нравился, поэтому решил, что его шаги сами его приведут туда, куда нужно. У Минхо был нейтральный взгляд на жизнь. Он любил то, что он делает. Только вот то, что он делал, не любило его. С людьми были странные отношения – они и сами понять не могли, нужен им этот упрямец или нет. С каждой ссорой, у них опять появлялся шанс избавиться от хлама в своей жизни, но они постоянно оставались рядом с ним. Был ли этому рад Минхо? Он не знает. Не знает, потому что с одной стороны, его не кидали в яму одиночества, а с другой стороны, он сам в нее желал залезть. Он не мог назвать себя плохим – делал он много хорошего. Но не смел называть себя хорошим – делал он много плохого. Он отчаянно верил, что вот вырастит и перестанет растрачивать себя на показ. Минхо то вырос, работу нашел, любимого человека обрел. В общем, лучше и не бывает. До первой ссоры, разумеется. Там он и понимает, что лучше как раз таки бывает. — Правый шаг – нет, — сказал он. Парень придумал, что если он не нужен этому миру, то сделает левый шаг в том месте, которое должно будет помочь ему покинуть этот мир. Этот шаг будет правильным. Если наступит вперед правой ногой, то тогда этот шаг будет неверным. Главное найти это самое место. Последнее место, по его надеждам, где он побывает. Он вышел на мокрую дорогу. На ней не было огромных луж, но в асфальте можно было заметить осколки своей личности. Улица была какой-то унылой. Много серых каморок, много включенных огоньков, разбросанных по серым стенам и скрытный переулок. Посмотрев вниз, парень понял, что его ноги указывают на этот тайный переулок. Он не был таким страшным, как в самых жутких страшилках, но и не привлекал особо своей красотой. Минхо было все равно, куда идти. Если его решат убить - ему это на руку. Парень подошел к узкому тупику. Впереди ничего не было. Забавно, что он только что сделал левый шаг. Ведь выдуманные правила нарушать нельзя. «Там кто-то есть» подумал Минхо, увидев тонкие ноги за огромными коробками. Ему не оставалось ничего, как сделать шаг вперед. — С вами все в порядке? — сказал он в темноту. Зрение у него было не самое лучшее, пришлось ориентироваться на ощущения. Ему никто не ответил. Обойдя полностью коробки, он заметил юношу, который пропитывал слезами свои колени. — Эй, почему ты один? — вновь сказал он в темноту. Мальчик поднял голову. У него был самый жалостливый взгляд из всех, чей Минхо когда-либо видел. — Ты не можешь разговаривать? — парень кивнул. — Хорошо, я могу как-то тебе помочь? — подросток покачал головой в разные стороны, опустив свой взгляд. — Нет, мне кажется, могу. Вставай, пойдем домой, — он протянул руку. Но парень не ответил взаимностью на этот жест. Минхо хотел развернуться и уйти, так как он уж точно не тут должен был оказаться. Маловероятно, что этот брошенный щенок сможет хоть пискнуть на него, поэтому его шаги опять были ошибочными. Он медленно развернулся, еще раз осмотрев незнакомца. Минхо сделал шаг вперед. — Нет... — прошептал он. Мальчик сидел неподвижно. Эта картина выглядела странно, если бы кто-то решил прямо сейчас вынести мусор на улицу. Один сидел в слезах на мокром асфальте, другой стоял к нему спиной. Минхо усмехнулся, для него это выглядело так, будто бы он сам бросил этого подростка. — Понятия не имею, кто тебя обидел, но поднимайся. Не хочешь возвращаться к себе домой, значит пойдем ко мне. Нечего тут себе пятую точку простужать, — сказал он и опять протянул руку. Парень поднял свои измученные глаза на мужчину и их взгляды пересеклись. Минхо внушал доверие - мальчик доверился. — Как зовут тебя? Ты весь грязный, — он начал отряхивать запачканную одежду. — Хан. Х-хан Д-джисон. — И дрожишь еще. Молодец, Хани, грипп обеспечен. Ли взял за руку мальчика по имени Джисон и направился вместе с ним вперед. Только вот, а где они вообще находились? — В-вы не знаете эту улицу? Мы в двух километрах от центра, в-вам показать дорогу? — спросил Хан, крепко сжимая руку молодого человека. Минхо кивнул. Когда они дошли до центра, то Ли уже шел по известному для него пути. В квартире не должно было быть лишних ушей, так как он давно расстался с со своим любимым человеком. С Джисоном они шли молча, оба чувствовали непонятную неловкость. — И-извините, — сказал Хан. Он скромно опустил свою макушку, всматриваясь в порванные кроссовки. Парень долго думал, как слинять обратно от Ли Минхо, но не нашел ни одну весомую причину. Ему было неудобно, что его должны спасать. Просто он еще не знал, что спасителем являлся он сам. — Больше такой херни не говори, бога ради, — ответил Минхо и повесил свое пальто на вешалку. Он взял потрепанную куртку Хана и повесил ее рядом. — Чай, кофе, рассказ на тему "Почему ты вообще сидел ночью под дождем в темном переулке"? — В-воды и... — Сколько ложек сахара? Я думаю три, по твоим щекам можно сказать, что ты сладкоежка, — перебил Минхо. Он прошел на свою кухню и пододвинул мальчику стул. — Мне правда стыдно, что я вас так затрудняю, может мне все-таки уйти? — сказал Джисон, продолжая стоять в проеме. — Если хочешь продолжить свое рыданье, то можешь у меня в комнате, а если еще и расскажешь что случилось, так вообще предоставлю подушку в виде собственного плеча, — ответил Минхо. Он поставил чайник на газ и начал искать сладости по шкафам. Хан ничего не ответил. Когда на него кинули укоризненный взгляд, то он осторожно присел на стул, будто боялся, что тот сломается. — Ну, Хан Джисон, где мой рассказ? — спросил Хо и поставил две дымящие кружки на стол. Он посмотрел на мальчика, взгляд которого был направлен на сладкие коробки. — Хочется? А фиг тебе, пока не расскажешь. Джисон немного обиделся. С одной стороны, его привели в теплое помещение и угощают чаем. На него не все равно. К нему проявляют заботу. С другой стороны, это же что-то личное, так почему он должен разговаривать начистоту с первым встречным? — Мой отец порвал все мои тетради с написанной мною лирикой, — разговор наконец-то стал откровенным. — Я начал писать музыку четыре года назад, а он выбросил все мои старания в урну. Он сказал, что я бездарь. Сказал, что я занимаюсь ерундой и что мне место на улице, а не на сцене. Сказал, что не хочет, чтобы я позорил его семью своими мечтами, он с-сказал... — Хан не смог договорить. Он закрыл свое лицо руками и начал плакать. Очень сильно плакать. Минхо немного удивился такому раскладу. То ли от рассказа, то ли от эмоций рассказывающего. Он часто поддерживал своих друзей в момент их истерики, но не знал как поддержать незнакомого для него человека. — Хани, это… — он поджал губы. — Хани, это больно. Мне жаль, что он так поступил, но почему ты хранил это все на бумаге? Разве его поступок не был очевиден? — Мне было больше негде. Он забирал у меня все. В-всегда. Я переписывал много раз. Но он это выкинул в урну, а потом дошел до ближайшей свалки. Меня он запер дома, но я через окно п-перелез, — ответил он и вытер своей кофтой стекающие слезы. Дышать было тяжело, как и казаться сильным в компании старшего. — Ты помнишь свои самые важные строчки? — Хан кивнул. — Хорошо, мы все перепишем. — Зачем вам мне помогать? В-вы меня итак уже спасли от простужения пятой точки, — Минхо улыбнулся, — а теперь еще и собрались переписывать что-то. Как вы вообще меня нашли? Кто кого спас, щекастый? - прозвучало у Хо в голове. Он не собирался отвечать, что шагал на верную смерть, но, как оказалось, только отдалялся от нее. Мужчина был уверен, что больше не вернется в свои излюбленные четыре стены, но у вселенной были свои планы на Ли. Наверное, Минхо все-таки не бесполезен в этом мире? Может быть, он все-таки кому-то нужен?