Увядшая роза

      Крик...       Едва слышный писк, полный боли. Заглушаемый шумом воды и толщиной множества стен.       Вздох...       Тихий, болезненный, но полный освобождения.       Звон....       Металл о кафель режет по ушам, отгоняя сон. Заставляя вновь узреть темноту деревянной коробки. И учуять...       Кровь!       Даже сквозь сотни преград она пьянит, туманит рассудок, заставляя желать лишь её. Желать впиться клыками в едва дышащее тело. Упавшее с тихим шумом где-то наверху. Тихим шелестом она, должно быть, растекается причудливым узором. Такая манящая, сладкая и знакомая...       Юи!       Рывок. Ещё. И ещё.       Доски гроба и дверей с треском разлетаются от ударов о стены. Неважно. Мимо проносятся стены комнаты, коридоров и лестниц. Только бы увидеть. Убедиться.       Только не она...       Последняя преграда. Вот только такая знакомая дверь словно непробиваемая стена.       Страх.       Забытый на века, но такой родной. Сковывает. Не даёт сделать последний шаг. Но лишь на мгновение. Времени нет.       Скрип...       Взору открывается просторная светлая спальня. Её. Тихая, пустая. Всё на своих местах, только невыносимый, но ставший таким родным, запах роз смешался с таким сладостным и желанным раньше...       Шаг. Второй. Третий.       Ванная не заперта. Она там.       Время останавливается, все исчезает где-то за гранью понимания. Больше нет ни треклятого запаха роз, ни этих выбеленных стен, ни голосов нерадивых братьев, ни проклятого особняка.       Только она. И...       Разрастающееся алое море под ней. Кровавый узор на белоснежной ткани. Бледные хрупкие кисти на груди. И дыра вместо сердца.       Ещё жива.       Слабое движение глаз. Холодная кожа. Горячая кровь, пачкающая одежду, и руки, пытающиеся её остановить. Но безуспешно.       Детский лепет. Мольбы не покидать.       Льдинки пальцев касаются дрожащих рук. На побледневшем лице слабая улыбка. Обескровленные губы едва шепчут:       — Сп...сибо... Суба...       Последние слова. Последний вздох. Слёзы — не её. Едкий запах крови.       Серебряный кинжал, врученный однажды... Он снова это сделал. Снова убил. Снова самого любимого человека. Снова...