I Walk Through The Valley.

      - Из какого оружия ты ее застрелила?       Голос Найлуса был ровным, не выражавшим никаких эмоций. Он избегал смотреть на нее - стоял, сложив руки за спиной и отвернувшись к панорамному окну, из которого открывался шикарный вид на Президиум. Уже одно это заставляло насторожиться. Впрочем, Шепард была уверена в том, что его недовольства не избежать в любом случае, и только от ее игры будет зависеть, насколько это недовольство будет сильным.       - Я видел списание со счета по чеку из Сипритин Армори, но оно было произведено сегодня утром.       - Ты не имеешь права отслеживать мои транзакции.       - Твоя транзакция, но мой счет.       Наконец он изволил повернуться. Шепард хватило одного взгляда на расширенный зрачок собеседника, чтобы честно признаться и не тянуть больше:       - Скандалист.       Он даже усмехнулся:       - Это же твой пистолет. Твое личное оружие, официально зарегистрированное, купленное в обычном магазине, не так ли, Джейн?       На Цитадели не бывало затмений, но сейчас свет померк. Минутная слабость - она закрыла глаза. Как бы не было страшно, Шепард понимала, что все идет по плану. Настал момент самого тяжкого испытания - пойти против Найлуса. Точнее, переиграть его и заставить сделать то, что нужно ей.       - Ты сделала это нарочно. Ты должна была или взять Шиф'ру живой, использовав напарника, или позволить ему устранить цель! Ты могла хотя бы его оружие взять!       Разумеется, нарочно. Иначе не выйти на вторую виновную, о которой она нечаянно узнала еще тогда, в отеле. Все сведения о Тевос предоставлял Найлус, только он мог найти ее, а уничтожать Советницу в его планы явно не входило.       - Зачем ты это сделала? Защищала того офицера?       Вспомнить о приятном, так учил Найлус? Шепард прикрыла глаза и вспомнила тот раз, что понравился больше всего. Когда она знала, что через час им предстоит прощание, а он еще нет.       Полицейский устал и позволял ей делать все, что вздумается. Она знала, что у них целый час впереди, час только вдвоем, и не торопилась - просто изучала его тело, целовала, что вздумается, и позволяла прикасаться к себе в ответ. Ее пальцы пробегали по четко выточеным, как у скульптуры, твердым и крепким мышцам живота, вытанцовывали, как ножки балерины, на каждой грудной пластине в попытке запечатлеть его тело в памяти. В тех ласках было больше доверия, чем эротики, и это неожиданно ей понравилось. Тело девушки было измучено, но из какого-то потаенного источника снова родилась страсть.       Так хорошо ей не было никогда.       Что увидел Найлус? Шепард могла предположить: раскрасневшееся лицо, заблестевшие глаза с расширившимися зрачками, участившееся дыхание и сердцебиение. Но вслух он услышал другое:       - Хочу посмотреть, кто я для тебя, Найлус, раз уж ты хочешь работать дальше вместе. Пешка или партнер?       Она сжалась, только увидела, как Найлус резко разворачивается, словно хищник перед прыжком, зажмурила глаза и успела пробормотать единственное "Дева Мария, моли Бога о нас". Шепард ожидала оплеухи, но вместо почувствовала, как ее скручивают, подхватывают и несут куда-то, словно котенка. Она открыла глаза, и сверху обрушился поток горячей воды. Шепард лежала в ванне, как была, в своем черном платье, которое было безнадежно испорчено - бретель оторвана, а шов сбоку распорот. Другой одежды с собой у нее не было. У нее вообще ничего своего не было, если вдуматься.       Девушка вылезла и стала раздеваться, чтобы вымыться, как вдруг пальцы скользнули к потайным карманам. Шепард улыбнулась - кое-что у нее все же осталось. Немного, но принадлежащее только ей - первый подарок на Рождество в жизни. Она прятала его всю дорогу, как самый настоящий шпион, так, чтобы даже Вакариан не прознал, что она все еще таскает с собой эти носки. Чего ей только это стоило, одному Господу Богу известно - она раздевалась и переодевалась перед ним несколько раз, и смотреть он не стеснялся.        Она так боялась себя выдать. Почему? Шепард пока не знала. Наверное, прятала свою надежду на лучшее. Для нее это был символ, ради чего стоило терпеть все это дерьмо: у кого-то будет уют и комфорт, пусть не у нее и не сейчас, но может быть, когда-нибудь... Обычные люди смогут ходить и покупать такую чушь, дарить друг другу, сидеть в баре, смеяться и любить друг друга. Пусть и не она. Или пусть не сейчас, но и у нее такое будет. Найлус хотел, чтобы было иначе: нет надежды - нечего терять. Не должно быть никаких привязанностей - ни личных, ни материальных.       Ее любовь Найлус топтал долго, изысканно и со смаком, пытаясь лишить ее вообще возможности любить в будущем. Удалось ли ему? Будущее покажет. Но Шепард верила - стоит избавиться от стеклянного потолка, и она встанет в полный рост.       Самое тяжелое осталось позади, если не считать необходимости натягивать на себя изорванное мокрое платье. Два года. Два чертовых года.       Когда она вышла из ванной, чувствуя себя почти нормально, Найлус рассматривал содержимое коробки, которую она принесла с собой. Интуитивно Шепард чувствовала, что стоит избавиться от винтовки, которую купил Вакариан. Она забрала ее, чтобы молодой офицер сгоряча не нарубил дров. Кто знает, есть ли у него выходы на Советницу - Шепард изрядно разнервничалась, когда узнала, кем работает его отец. Извечная ошибка рассматривать кого-то в отрыве от друзей и семьи. Нужно было все же ее выбросить.       Но рука просто не поднималась швырнуть оружие в измельчитель для мусора. Вакариан подошел к покупке тщательно, со знанием дела, установив на нее несколько дельных модификаций. Она улыбнулась, вспоминая старую присказку: что-то старое, что-то новое, что-то подаренное, что-то украденное...       Она купила Гаррусу подарок взамен на ту же сумму, и сейчас абсолютно спокойно сказала Найлусу:       - Сегодня на Цитадели купила. В Сипритин Армори.       - Смотрю, сразу с модификациями. Сама подбирала?       - Ага. Давно хотела попробовать что-то новое.       - Интересно. Раньше ты снайперскими винтовками не интересовалась.       - Ну надо же учиться новому, ты сам говорил.       - Не тяжеловата будет?       - В самый раз.       Он разговаривал нейтрально, но выглядел все равно паршиво - зрачок во весь глаз и трясущиеся жвалы.       - Еще злишься?       - Нет, приболел просто. Вирус какой-то. Знобит.       - Почему не спишь тогда? Нам же на Иден Прайм вылетать.       - Тебя ждал.       - Я тут, с тобой. Можешь отдохнуть.       - Значит, со мной?       - Да.       Уж точно до тех пор, пока не назначат Спектром.       Он присел рядом и взял ее руку - горячий настолько, что пугал ее.       - И все же, почему? Что тебе до Тевос?       - Найлус, а почему ты взялся за Цеслиса?       - Платили хорошо.       - Он бы заплатил в пять раз больше.       - Спаратус проголосует в нашу пользу.       - Если бы ты помог Цеслису, он бы тоже проголосовал за.       - Он позорил весь Палавен.       Шепард все же рассмеялась, а Найлус отправился в свою спальню, злобно клацнув зубами на прощание. Она осталась сидеть на диване, ожидая, пока платье подсохнет, уставившись на суету в окне, а потом позволила себе прилечь и закрыть глаза.       Она снова вспоминала свои приятные приключения, стараясь не хихикать, как полоумная школьница. Самым забавным было "проникновение со взломом", когда девушка пыталась деактивировать камеры в жилом комплексе, где жил Вакариан, стоя на стуле, чтобы было удобнее добраться до щитка с энергетическими узлами, а ненасытный паршивец подкрался сзади и задрал ей юбку.       Когда Шепард поняла, наконец, что именно шевелится внутри нее, взвизгнула и чуть не свалилась со стула - и свалилась бы, если бы он не поддержал. Он заставлял ее исследовать энергетический контур, а сам исследовал ее внутри. Сосредоточиться было сложно, пару раз, кажется, она активировала сигнализацию и застопорила все лифты - вниз они спускались пешком. Камеры она тоже сломала, притом навечно.       Так она и заснула.       Проснулась Шепард одна, Найлуса в квартире не было. Она растянула губы в блаженной улыбке - все пошло по плану. Найлус отправился закончить начатое, он брался только за то, что было выгодно лично ему. Мстительная сука Тевос, скорее всего, уже мертва. Найлус не допустил бы, чтобы его двухлетние вложения оказались под угрозой. Без пяти минут Спектр, преданный лично ему - хороший актив.       А вот отсутствие коробки с винтовкой напугало не на шутку. Вместо нее стояло маленькое цветущее деревцо, уродливое и искаженное, и записка, придавленная колбой с растением, нацарапанная таким же некрасивым почерком:       "Винтовка тяжеловата, отдачей тебе плечо выбьет. Пожалуй, все же схожу в магазин и поменяю на что-то более подходящее. Надеюсь, ты хорошо отдохнула.       P.S. Шепард, а почему на счет вернулись деньги за возврат товара?"       Как мило. Найлус, какой же ты говнюк. Вакариан, а ты сволочь.

***

      Единственная ниточка, которая вела к таинственной личности, так некрасиво подставившей Гарруса - тот самый меч, который он получил в подарок от тайного Санты. На нем красовалось клеймо Сипритин Армори, и отважный следователь ринулся в обозначенный магазин с великолепным клинком под мышкой, не ожидая, пока за ним явятся его же коллеги. Оставался еще шанс, что его подставила все же не Шепард. Как же хотелось, чтобы было иначе.       А в голове прокручивался нехороший сценарий - рыжая чертовка коварно крадет его винтовку и убивает из нее Советницу, зеленые глаза светятся паршивым, кровожадным блеском. Или, еще хуже, отдает его оружие своему напарнику Найлусу, и глаза сияют уже у него: Спектр нежно обнимает девушку, как уже делал это в баре, но не за плечи, а за талию. Советница остается лежать с пулей, промаркированной его, Гарруса, личным номером. Камеры в его жилом комплексе были сломаны - руками Шепард, и алиби у него нет. Словом, Гаррусу очень, очень нужно было отвлечься. Сейчас худшим его врагом был он сам.       Сипритин Армори был таким же потрясающим, каким Гаррус его запомнил, посещая это заведение год назад. Стены магазина были покрыты голографическими дисплеями с рекламой товара - один другого краше, точнее, эффективнее и дороже. Глаза турианца жадно скользили от роботизированных конечностей к клинкам, скованным под старину, от легких пистолетов, умещавшихся в кармане, до тяжеленных излучателей, расчитаных только на руку крогана. Он боялся, что так никогда не дойдет до продавца. К его счастью, работник магазина вынырнул из-за прилавка сам:       - Здравствуйте, уважаемый. Эм...       Продавцом Сипритин Армори, к вящему удивлению следователя, был волус. Пузатый коротышка уловил недоуменный взгяд офицера Вакариана, который запнулся, отгоняя от себя желание попросить карапуза позвать кого-то из взрослых. Страстная речь продавца, пропущенная через динамик и переводчик, утратила львиную долю своей порывистости, зато украсилась шипением и пыхтением:       - Да-да. Все консультанты заболели, среди турианцев какой-то вирус гуляет. И мне, бухгалтеру, приходится их заменять, час назад из офиса выдернули. А у меня годовых отчетов восемь штук. Ладно, вы клиент, торговля прежде всего, чем могу - помогу, но лучше бы вам самому присмотреть чего на дисплеях.       При словах о турианском вирусе у Гарруса снова заныли все пластины на лице. Премерзкая штука, хорошо, что прошло быстро.       - Да у меня возврат, собственно.       - А что такое? Не подошло?       - Передумал.       Волус просканировал товар, клацнул механическим манипулятором по клавиатуре и развернул монитор к Гаррусу:       - Уважаемый, проверьте, пожалуйста, данные банковского счета для возврата средств.       - Так-так, дайте посмотреть... Крайк, Найлус, номер 285-355-548-АКЕ-565. Да вроде правильно.       Вот он, настоящий подарок судьбы. Он бы даже улыбнулся, если бы мозг не царапнула мысль о том, что Шепард, по ее словам, имела доступ к счету Найлуса. И тут Гаррусу в голову пришла шальная идея. Тот неизвестный предупреждал об опасности. Табельное пришлось сдать, а разгуливать безоружным было паршивой идеей, особенно имея в невольных врагах господина Крайка.       - Хотя, знаете что, уважаемый? А можно ли провести не возврат, а обмен? Тут у вас такая славная винтовка есть, я смотрю.       - У них разная стоимость. Винтовка дешевле.       - Я возьму дополнительный разъем для термозарядов. И другую оптику.       - Отлично, тогда документально оформлять не нужно будет. Возни меньше. Только стандартное извещение в отдел СБЦ по регистрации огнестрельного оружия.       Как романтично. У него окажется винтовка, зарегистрированная на Найлуса, и об этом тот даже не сразу узнает. И все же, зачем Спектр покупал ему что-то взамен и оставлял такой очевидный след? Хотя раскрыть это помогла чистая случайность, что ни говори: расхлябанный сменщик, который даже номер счета не постеснялся показать, уверенный, что тот, кто придет менять товар и покупатель - одно и то же лицо.       Гаррус хотел было выйти, но остановился возле кабин, предлагающих испытать разные модели оружия. В конце концов, у него заслуженный выходной день, и он может позволить себе потратить еще пару минут. Офицер трепетно щупал каждую модель, со знанием дела взвешивая карабины в руках и про себя восхищаясь их дизайном, мурлыкая под нос какую-то навязчивую мелодию, которую никак не мог вспомнить, где же слышал.       А волус хлопнул себя по голове. Как он мог забыть! Новый год, нужно было произвести переоценку всего товара с учетом снижения налогов на оружие и изменения торговой наценки. Ему стало тошно. Вот что значит, когда берешься делать не свою работу. Он второпях клацнул по кнопкам и попыхтел - больше чтобы развлечь самого себя.       Какое счастье. По крайней мере, ошибка в пользу продавца, и небольшая, всего 0,01 кредита. Хотя с другой стороны, бухгалтер как никто знал, к каким страшным несоответствиям может привести эта погрешность в одну сотую кредита в конце года. Нехотя он отправил деньги на счет покупателя, в расстройстве даже не заметив, что в поле с назначением платежа указал "За возврат товара".       В виртуальным тире следователь методично тестировал каждое оружие в разных режимах. Стрельба до изнеможения помогала отвлечься от плохих мыслей, и настроение Гарруса улучшалось с каждым успешным попаданием. Искренняя страсть и безусловное мастерство сквозили в каждом его движении, но вскоре турианец насытился стрельбой и отправился к голо-табло, позволяющему подбирать настройки для оружия с помощью различных модификаций. Тут Гаррус получал не меньшее удовольствие, создавая свои собственные уникальные комбинации: оптимальные, идеально сбалансированные, из лучших деталей и аксессуаров.       Так прошел целый час. Он не поверил цифрам на визоре, когда все же удосужился обратить на них внимание.       А потом он увидел еще одно помещение и нервно сглотнул. Там были выставлены бронекостюмы. Ну у него же выходной, правда? Имеет мужчина право в свой законный отпуск походить по магазинам, ознакомиться с новинками...       Ох. Там была броня "Хищник". И ее можно было примерить. Зрачки Гарруса расширились, глаза заблестели, дыхание сбилось, а шея посинела так, что цветом стала напоминать бедро испуганной азари. Он вспомнил мелодию, преследовавшую его весь день: Карл Мария фон Вебер, "Фрейшютц". Его сердце затрепетало: какой же славный, вдохновляющий отрывок. Гаррус красовался перед зеркалом, мурлыча вполголоса: "И нашей будет победа! И нашей будет победа!".       Как раз в то время, когда он напялил на себя шлем, в магазин вошел еще покупатель. Сквозь оптические фильтры Гаррус внимательно наблюдал за Найлусом Крайком, когда тот начал нервно сновать среди выставленного товара. Спектр поначалу небрежно осматривал стенды с оружием, но все же сдался. Витрина с легкими пистолетами содрала с него налет из высокомерия и деланого безразличия. Зеленоглазый турианец облизнулся и потянулся к изящным, но от этого не менее убойным пистолетам-пулеметам, с дерзкой уверенностью и непринужденной легкостью приноравливаясь к посадке оружия в руке.       Гаррус раздраженно закатил глаза, когда услышал, как Крайк воркует над пистолетами, будто забыв, что сам точно так же урчал от удовольствия, наглаживая безукоризненные сочленения новенькой "Гадюки".       Будет славная битва.       Гаррус продолжал изображать из себя заинтересованного покупателя, примеряющего броню, дожидаясь, когда же Крайк наиграется со всеми пистолетами в магазине. Как же хорошо сидел на нем бронекостюм! Вес металлических пластин практически не ощущался даже с выключенными генераторами поля массы, но это было не все. Нагрудник и наплечники потрясающе подчеркивали ширину грудного пояса, делая при этом талию узкой, будто ее пальцами можно было обхватить. О духи, как бы он был хорош в перестрелке в этой броне! Гаррус представил себе разгар боя, крики противников, опасность за каждым углом, и непременно - спасенную красавицу в самом конце. Она дарила ему нежный поцелуй мягкими губами.        Когда Крайк присел перед зеркалом, картинно прижимая к себе оружие со звуком "пиу-пиу", будто позируя для обложки журнала или участвуя в съемках боевика, следователь с трудом сдержал смех. Главное - не выдать себя. Хотя, Гаррус, собственно, занимался сейчас почти тем же самым, и от звуков "бдыщ-бдыщ" его удерживало только присутствие Спектра. Найлус же следователя попросту не заметил.       Найлус, наконец, двинулся к прилавку, ожидаемо никого там не нашел и наклонился, услышав пыхтение волуса где-то внизу.       - Консультанта позови. Настоящего.       - Я и есть консультант, уважаемый. Остальные заболели.       И снова повторилось нытье коротышки насчет отчетов, конца года и турианской эпидемии гриппа.       - Ладно. Во-первых, я бы хотел обменять эту винтовку.       - А что такое? Не подошла?       - Покупкой занималась миссис Крайк и ожидаемо накосячила.       - Крайк. Что-то знакомое.       Гаррус с трудом сдержал раздраженное рычание. А потом до него стало доходить. Это же его винтовка, та, что он купил себе на Иллиуме. Почему Найлус принес ее сюда?       А волус пошипел немного, просканировал товар, клацнул пальцами по клавиатуре и выдал абсолютную правду:       - Эта винтовка была куплена не здесь, уважаемый. Обратитесь в фирменный магазин Сипритин Армори на Иллиуме. К тому же, в качестве покупателя числится не "миссис Крайк", а "Гаррус Вакариан", так что лучше бы этим вопросом заняться именно ему.       - Что? Миссис Крайк сказала, что купила ее тут вчера утром.       - Ой. Ну может, ваша супруга что-то напутала во время праздничного шоппинга?       Найлус угрожающе зарычал, наклоняясь к несчастному коротышке.

***

      Она крепко спала. Нарочито громко Найлус топал туда-сюда возле дивана, на котором она скрутилась калачиком, потом не выдержал, присел рядом, горько усмехнулся и провел тыльной стороной когтя по тонкой коже руки, покрытой синяками. Больше всего на свете боялся ее потерять. Он готов был убить только ради того, чтобы освободиться от этого пугающего чувства.       "- Значит, со мной?       - Да."       Утром Найлус собрался грохнуть Советницу, ровно после завтрака и просмотра утренней прессы, да вот подкрепиться и почитать не успел. Пришло извещение о том, что на счет вернулась какая-то подозрительная доля кредита из Сипритин Армори, предположительно, за возврат товара, который спокойно себе лежал на столе.       Найлус осмотрел винтовку со всех сторон. Он весьма сомневался, что ее собрала сама Шепард. А потом, когда взглянул на характеристики, так и вовсе присвистнул - эта детка ей явно не по плечу. Словом, у него было ровно три повода выбраться по делам, притом - как можно скорее.       Товар в Сипритин Армори был отличный, а вот сервис - полное дерьмо. Спектр был настолько поглощен руганью с тупицей-волусом, что не заметил, как со спины к нему подкрался тот, кого тут он меньше всего ожидал встретить:       - Крайк. Какая встреча.       Спектр медленно развернулся, уставившись на внезапно оживший выставочный сет брони. Неплохой, кстати, брони. Этот голос Найлус узнал даже из-под глухого камуфляжного шлема.       - Вакариан.       Еще меньше он ожидал, что на него будет смотреть дуло винтовки.       - Чем обязан такому приему?       - Хотел задать пару вопросов господину Спектру.       - Так задай. Зачем мне в бок ружье тычешь?       - Да еще и оплаченое с твоего счета.       Шепард, ну ты и.... коварная, лживая женщина. Найлус начал беситься, но все же пробовал поддразнить, иначе боялся сорваться.       - Вот как? А у меня, выходит, твое. Так что, может, поменяемся, а, Вакариан?       - Сначала хотел бы узнать, в чем таком эта винтовка успела поучаствовать.       - Спроси у той, кому эту винтовку подарил.       - Где она?       Разумеется, вопрос был о Шепард. Сколько ту не пытай - будет врать, зато простодушного офицера СБЦ расколоть труда не составит. Достаточно просто спровоцировать.       - Там, где ей полагается быть. Спит, у меня дома. Если ты понимаешь, о чем я.       - Как мило с твоей стороны не беспокоить ее сон. Устала, наверное. Если ты понимаешь, о чем я.       В ушах стоял звон. "Значит, со мной? - Да." Впрочем, если ответить достаточно быстро, возможно, собеседник ничего не заметит?       - Не строй иллюзий. Стоит ей потрясти дерево - и фрукты сами падают к ее ногам, некоторые разбиваются, а некоторые она по неосторожности может притоптать ногой. А потом идет ко мне.       Настал его черед слушать чужое угрожающее рычание. Найлус позволил себе усмешку, которая скисла от ответной реплики:       - У меня такое ощущение, что ты тоже ходишь в дураках. Достаточно было послушать твою ругань с продавцом.       О продавце, оба, похоже, забыли. Бедолага стоял, поворачивая голову от одного недовольного клиента к другому. Кажется, он начал понимать, что стал причиной какой-то драмы.       - Вакариан, хочешь поговорить нормально - предлагаю найти для этого другое место, и побыстрее. Дела, знаешь ли.       - Я заметил по тому, как долго ты пистолеты рассматривал. Думал, ты тут весь день решил провести.       - Броню выставочную сначала сними.       Логово Коры было практически пустым - слишком рано для того, чтобы надраться, оно и к лучшему. У них в руках все еще были чужие винтовки. Найлус заказал наркотический энергетик, Вакариан - что-то алкогольное. Сознание стало проясняться, и остатки вчерашней простуды почти покинули тело. Первым задал вопрос офицер СБЦ:       - У меня один вопрос. Это сделала она?       - Что именно?       - Ты новости вообще читал?       - Не успел.       Найлус не понимал, от чего начинал раздражаться - то ли энергетик был излишне активным, то ли организм восприимчивей после болезни... А больше всего похоже на то, что его бесил настырный следователь, который своми лапами лез в его дела.       - Советницу убили сегодня рано утром, у нее дома. Снайпер пристрелил, притом из соседнего здания.       Найлус снова отхлебнул из стакана, несмотря на то, что сердце и так разрывалось. Этого не может быть. Хотя, мало ли врагов у Тевос.       - Я не при делах. Провалялся всю ночь с простудой.       - А Шепард?       - Ты шутишь? Из соседнего здания? Она стреляет паршиво. Хуже только водит.       - Шиф'ру она уверенно положила. Ровнехонько в висок, я рядом с этой сукой азари стоял и видел.       - Тогда не знаю кому больше повезло - тебе или Шепард. Или Шиф'ре.       Они оба рассмеялись, а Найлус уже представил себе паникующую девушку, которая целилась в азари и молилась своим земным богам. Шепард никак не могла отказаться от своей сугубо солдатской тактики, и переучить ее было невозможно. Если требовалась чистая работа - обычно брался он сам, а вот "выжженая земля" - это была ее стихия.       - Послушай, Вакариан, я поручиться не могу - правда не следил, мне так паршиво было, что я титанов в небе видел, но похоже, она просто отсыпалась всю ночь на диване. Винтовка твоя лежала на столе, никто ее не трогал. Из нее ни разу не стреляли - смотри сам, пломба все еще цела.       Пломба действительно была на месте. Настроение было отличным - грязную работу выполнил кто-то другой, так что Найлус мог говорить с Вакарианом почти нормально.       - Тогда кто убил?       - Ты же вроде в СБЦ работаешь. Может, там и ответ найдется?       Вакариан долго молчал:       - На твоей винтовке тоже пломба целая. Я ее прямо перед твоим приходом взял.       - Вот так всегда, да? У нас в руках то, что нам не принадлежит, да еще и не всегда подходит.       - Можем поменяться.

***

      Кастис прижался лбом к лицу жены - он не верил. Ей стало лучше. Она его узнала. Врачи вызвали его именно поэтому. Всю дорогу он держал себя за руки, скрывая дрожь, опасаясь плохих новостей. Ей сумели подарить еще несколько лет полноценной жизни. Несколько драгоценных лет только для них двоих.       Она плакала и не верила в то, что он приехал, и это ранило до глубины души. Саепентия думала, что он снова выберет долг. Все свои долги он отдал, и чувствовал себя великолепно.       Вся прежняя жизнь казалась миражом, просто сном, прожитым для кого-то другого.