Викторианские загадки

В душном дилижансе Эмили тряслась уже несколько часов. Лето в этом году выдалось очень жарким. Даже надев самое легкое платье, Эмили Кэрролл изнывала от жары. Старик Хэмсли отправил её по делу своей знакомой в Блэкпул – небольшой курортный городок близ Ирландского моря. Эмили понимала, что ей не место на улицах Лондона, среди бунтующих рабочих. Понимала, что с её астмой ей полезно посетить Блэкпул. Но ей было обидно, что Ричарда отправили проникнуть в парламент, остановить культ, спасти, возможно, весь мир, а ей досталась бабуля. Именно такие мысли витали в её голове. «Любое, даже, казалось бы, самое незначительное дело может изменить мир к лучшему» - так учил их Хэмсли. И, понурив голову, Эмили пошла собирать дорожные сумки. Блэкпул оказался более гостеприимным и уютным, чем ожидала Эмили. Закатное солнце, утопающее в море, последними лучами озаряло уличные ресторанчики и придавало каменной кладке набережной золотистое свечение. Все проходящие мимо неё люди были счастливы и беззаботны. В это время года здесь было много отдыхающих. Магазинчики, на прилавках которых можно было найти казалось всё, не испытывали недостатка в покупателях. Эмили восторженно смотрела на всё вокруг. Красота и спокойствие Блэкпула моментально выкинули из её головы все обиды. Дом вдовы Бишоп находился совсем недалеко от побережья. Пройдя до конца набережной, Эмили свернула на улочку с жилыми домами и, наконец-то, вышла к небольшому двухэтажному дому. Голубые балюстрады балкона выделялись на фоне светло-желтого дома. Цветастые занавески просматривались даже с улицы. К дому вела небольшая дорожка, по краям которой росли магнолии. Дивный аромат цветов разносился по всей улочке. Эмили постучала в дверь. Ответа не последовала. Ещё стук в дверь. - Иду, иду, - послышалось за дверью. Дверь девушке открыла небольшого роста старушка. Сразу же донёсся аромат выпечки и духов, вышедших из моды лет пятнадцать назад. - Я – Эмили Кэрролл, меня отправил Хэмсли помочь Вам с проблемой, миссис Бишоп. – затараторила девушка. - Проходи, проходи, нечего стоять на пороге, - улыбнулась старушка. Что-то в этой суете выдавало тревогу. Быстро осмотревшись, миссис Бишоп закрыла дверь. Внутри дом оказался очень уютным. Несмотря на пестроту, царившую в нём, всё очень аккуратно гармонировало. Огромное количество столиков, покрытых вязанными салфеточками, удивило Эмили. Старушка, словно поймав взгляд девушки, улыбнулась. - Мистер Бишоп дарил мне очень много цветов. На каждом столике стояло по вазе, а в каждой вазе стояли букеты, - предавшись воспоминаниям, протянула вдова, а затем, вернувшись в реальный мир, окинула взглядом девушку. - Ну что ты, дорогая, проходи, не стесняйся. Твоя комната на втором этаже по левую руку. Как будешь готова, спускайся в гостиную. Пирог уже почти готов. Эмили учтиво улыбнулась тараторящей старушке и под её негромкое напевание поднялась наверх. Комната оказалась такой же милой и цветастой, как и всё в этом доме. Эмили казалось она попала в кукольный домик. Запах выпечки, духов, яркие цвета. Откуда-то из глубин памяти всплыли воспоминания о родительском доме. Девушка поймала себя на мысли, что всё здесь напоминает ей об утраченной семье. «Прекрати, Эми, нечего раскисать. Ты здесь, чтобы выполнить работу, а не предаваться ностальгии». Быстро переодевшись к ужину, Эмили спустилась в гостиную. Вдова Бишоп уже накрыла на стол. - Проходи, присаживайся, дорогая. Тебе положить к чаю варенья? – заботливым голосом спросила вдова. Ужин пролетел за обсуждением последних новостей. -А как Вы познакомились с мистером Хэмсли? – поинтересовалась Эмили. - О, Хэмсли - мой троюродный брат по линии отца. Наше детство прошло в Честерфилде. А потом неугомонный брат уехал покорять Лондон, а я вышла замуж за Бишопа, и мы переехали жить сюда. Мой покойный супруг, - на этих словах пожилая женщина едва не расплакалась, но сумела взять себя в руки. – Мой покойный супруг был болен астмой, поэтому мы отправились жить к морю. - Я соболезную Вашей утрате, миссис Бишоп, - Эмили взяла вдову за руку. – И я здесь, чтобы помочь Вам справиться с ситуацией, в которой Вы оказались. - Это произошло так внезапно, к этому никогда нельзя быть готовым, - женщина взяла платок и промокнула глаза. Эмили слушала женщину, а в голове у неё начала разворачиваться страшная картина. Она вернётся домой, а её брата больше нет в живых. Слёзы подступили к горлу. «Нет, нет, нет, Ричард сильный, он справится, да и не отправил бы его Хэмсли туда, где ему грозила бы верная смерть» - пыталась успокоить себя девушка. Из рассказа вдовы выяснилось, что мистера Бишопа нашли мёртвым на рабочем месте. Остановка сердца, как сказал лекарь. Но вдова обмолвилась, что мистер Бишоп никогда не жаловался на сердце, да и болел он крайне редко. Женщина предполагала, что это могло быть связано с некоторыми делами, в которые покойный её не посвящал. А через какое-то время после смерти в доме начали происходить странные явления. Началось всё с того, что вещи, оставленные на одном месте, находились совершенно на другом. Затем, стали сами собой открываться и закрываться двери. Миссис Бишоп решила, что её супруг что-то пытается ей сообщить. Сердце ей так подсказало, как пояснила вдова. Сперва она обратилась в местную церковь, но всё, что ей там посоветовали – молиться. На день всё в доме утихло, а затем возобновилось с новой силой. Тогда – то миссис Бишоп и решила обратиться к спиритуалистам. В Блэкпуле было общество спиритуалистов и одна из их специалистов решила за отдельную плату помочь скорбящей вдове. Вот уже несколько сеансов позади, а покоя для вдовы так и нет. - Когда будет следующий сеанс? Эта мисс Алистер приходит к вам? Хэмсли ведь рассказал для чего он отправил меня к Вам? - Эмили начала засыпать вопросами миссис Бишоп. Выяснилось, что спиритуалистка приходила пару раз в неделю, брала с вдовы Бишоп плату за свои услуги, и, якобы, общалась с покойным мистером Бишопом. Теперь стало ясно из-за чего обеспокоился старик Хэмсли. Это ведь просто обман! На следующее утро как раз планировался новый сеанс. Эмили требовалось время, чтобы подготовиться, и чтобы раскусить лгунью, и чтобы показать миссис Бишоп как действительно она может контактировать с мужем и выяснить от чего же покойному не спится спокойно. Весь вечер Эмили провела за своими заметками. Старик Хэмсли очень многое рассказывал из своей практики как сталкивался с подобными шарлатанами, которые наживаются на горе других и порочат честное имя исследователей паранормального, которым в действительности приходится сталкиваться с необъяснимыми явлениями. Однажды, он рассказывал про подобный случай и, к счастью, девушка всё это записала. Уловок псевдо-медиумы использовали много. Оставалось выяснить какими же пользовалась эта дама и разоблачить её. На следующее утро, буквально к завтраку, в дом пришла гостья. Её каштановые волосы были собраны по последней моде, вот только шляпки на ней не было. Вместо этого в волосы был затейливо вплетён платок, что придавало этой женщине лет тридцати некоторое ребячество во внешности. Яркое желтое платье, громоздкая сумка и огромное количество украшений – перстни, браслеты поверх кружевных митенок, цепочки. Цепочка потолще украшала даже её сумку. Миссис Бишоп уже во всю суетилась накрывая стол. Весь завтрак Эмили недоверчиво смотрела на гостью и засыпала её вопросами о прошлых делах, ожидая, что на каком-нибудь мисс Алистер да расколется, но нет. Рассказывала псевдо-медиум всё гладко, спокойно, с подходящими к рассказу эмоциями. Если бы не прошлые столкновения с паранормальным, Эмили и сама бы поверила. И вот настало время спиритического сеанса. Шторы в гостиной были задёрнуты, а все удобные стулья придвинуты к круглому столику. Времени на сеанс может потребоваться много, как им объяснила мисс Алистер. Эмили внимательно рассмотрела всё, что женщина выложила на стол. Это были и камешки с рунами, и спиритическая доска, и чашка с солью, которую медиум принесла во флаконе, как она сказала, флакон был хрустальным, что необходимо для того, чтобы соль лучше заряжалась от Луны и была способна нейтрализовать тёмные энергии. «Что ж в этом, она пока не ошиблась. Возможно, услышала где-то от кого-то» - отметила про себя Эмили. И вот настало время сакрального действа. Эмили и миссис Бишоп уселись рядом с мисс Алистер и стали ждать её действий. Сначала медиум разложила камешки с рунами. Для этого она использовала непрозрачную тарелку, покрытую серебристой тканью. - Сегодня будет трудная встреча, - резюмировала Алистер. – Много душевных сил потребуется вам и мне. Затем, гостям было предложено надеть чёрные непроницаемые маски. Эмили начала отказываться, ей хотелось увидеть весь сеанс. Но миссис Бишоп и медиум настаивали. «Да уж, насколько ей удалось запудрить мозги бедной старушке». -Вы не понимаете, юная леди, это необходимо, иначе энергия мира мёртвых охватит Вас, Вы будете чахнуть, пока мёртвые полностью не съедят Вас, в фигуральном смысле, конечно же. Они съедят Ваши духовные силы. - И что мне от этого будет? – с усмешкой поинтересовалась Эмили. - О…Вы будете слабеть, апатия поглотит Вас, и юная цветущая девушка превратится в печальное молодое создание с душой увядающей старухи, а затем Вы, просто напросто, умрёте. - Милая, прошу тебя, надень маску, - едва не взмолилась миссис Бишоп. Эмили хмыкнула, но маску всё же надела. Около получаса, как показалось девушке, они слушали странное завывание, исходящее от Алистер. Эмили едва сдерживала смех. Среди этого воя иногда проскальзывали внятные слова, в которых медиум обращалась к миру мёртвых и звала душу мистера Бишопа. Аккуратно приподняв маску, девушка совершенно точно ожидала, что никаких изменений не произойдёт. Да их и не случилось. Всё та же комната с задёрнутыми шторами, цветочные столики. Изменилась только мисс Алистер. Её лицо под маской не было видно, но вот её руки словно почернели. Когда медиум заговорила, голос звучал так, словно одновременно принадлежал ей и не ей. Как будто кто-то другой скрывался за этим голосом. Миссис Бишоп начала задавать вопросы, она верила, что общается со своим покойным мужем. Эмили же сомневалась в этом. Аккуратно встав, чтобы не наделать шума, девушка обошла медиума. Никаких специальных устройств, меняющих голос, никаких сомнительных пузырьков с сомнительными жидкостями, не было ничего, что выдало бы в Алистер шарлатанку. Аккуратно девушка заглянула под стол. Обычно, чтобы изобразить звук приближающихся шагов используют яблоко, подвешенное на верёвочке, но никакого яблока не было, как не было и других приспособлений, способных имитировать шаги. «Это будет сложнее, чем я думала» - Эмили начала отчаиваться, как вдруг, мужской старческий голос в её голове произнес: - Здравствуй, Эмили Кэрролл. Девушка резко обернулась. Неожиданное обращение испугало её. Она посмотрела на миссис Бишоп и мисс Алистер. Но те не замечали Эмили и продолжали сидеть в масках. Успокоившись и настроившись Эмили мысленно обратилась к голосу: - Кто Вы? Вы – мистер Бишоп? -Да. И я должен тебя предостеречь. Эта женщина не та, за кого себя выдает. Несомненно, у неё есть особые дарования. Но бойся её, несколько раз я видел её в компании странных личностей. Мои ценные бумаги. Ищите их. Каждое слово покойного Бишопа становилось всё тише и тише. Эмили оглянулась на сидящих за столом женщин и как раз вовремя. Алистер начала говорить что-то о ценных бумагах мистера Бишопа. Осторожно вернувшись за стол и надев маску Эмили прислушалась. – Ценные бумаги? О чём Вы говорите? – тоненьким взволнованным голосом спросила вдова Бишоп. - Это всё, что мне сказал покойный, ищите ценные бумаги, в них и ответ. А теперь позвольте, я Вас покину, у меня много клиентов и все нуждаются в помощи, - не позволив почтенной старушке вставить хоть слово медиум начала быстро собираться. Мисс Алистер уже собиралась уходить, как вдруг Эмили осенило: - О, мисс Алистер, я так понимаю, сейчас Вы пойдете в город, не сопроводите меня до площади? Я только приехала и ещё не успела осмотреться. На улочки города уже опустились сумерки, когда Эмили, закутавшись в серый плащ и стараясь не создавать лишнего шума, тихонько пробиралась следом за мисс Алистер. Та довольно бесцеремонно оставила девушку на центральной городской площади и быстрым шагом ушла куда-то вглубь города. Свернув несколько раз с главной дороги, углубляясь в лабиринт узких немноголюдных улочек, мисс Алистер прошла к старому пирсу, возле которого стоял небольшой пустующий рыбацкий домик. В окнах горел слабый свет. Выждав некоторое время, Эмили пробралась под окна домика. - Кто такая эта девчонка? – строго спрашивал хрипловатый мужской голос. - Какая-то знакомая этой старухи, приехавшая к ней гостить, - голос мисс Алистер нельзя было спутать ни с одним другим. – Но кажется именно она вклинилась в мой разговор с мёртвым. Я пыталась связаться с Бишопом, но вместо этого мне ответил другой. Есть в этой девчонке что-то… - Мне плевать что там в ней есть! – перебил голос с нетерпением. - Что она слышала о ценных бумагах? - То же, что и старуха. Она вообще приезжая и точно не знает ничего об этом. - Могла бы и не говорить при ней! – в мужском голосе слышались явные нотки злости и недовольства. – А если она тоже их ищет? Девчонку нужно устранить! Не хватало ещё что бы какая-то соплячка помешала нашему делу. Я не для того потратил столько сил, чтобы ты всё запорола. Иди завтра к этой старухе и выпытывай у неё, где находятся ключ, да смотри не наследи! Итак, достаточно подозрений из-за смерти этого старого хрыча. А теперь с глаз долой, у меня есть дела. Затаившись, Эмили переждала пока все ненужные гости покинут домик и со всех ног помчалась к миссис Бишоп. Сердце девушки колотилось с сумасшедшей скоростью. Картинка начинала складываться. Девушка буквально вбежала в дом. Старая вдова была занята вязанием. - Милая моя, не пристало юной леди бегать, как какой-то… - начала было вдова Бишоп. - Миссис Бишоп, - пытаясь отдышаться начала Эмили. – Бумаги, ценные бумаги Вашего мужа. Разыскивают их. Что Вы об этом знаете? Вы в большой опасности. Миссис Бишоп смотрела на девушки удивленными глазами, затем встала и, налив чаю, предложила Эмили сесть и сперва успокоиться. - Как ты узнала об этом, дорогая? – тихим голосом спросила старушка, задергивая шторы в гостиной. Поведав всю историю, что приключилась с ней, Эмили вновь нетерпеливо начала выспрашивать о ценных бумагах мистера Бишопа. Девушке казалось, что, если она не решит этот вопрос прямо сейчас, бандиты придут с минуты на минуту. - Дорогая, успокойся, мне не известно ничего о ценных бумагах. Многие дела мистера Бишопа не касались меня и, возможно, это одно из них. Единственное, что мне известно точно, так это то, что согласно завещанию, всё его имущество перешло мне. Единственное, помимо дома и некоторых сбережений, что он передал мне, был странный ключ. Миссис Бишоп подошла к одному из портретов мужа и вытащила из-под него маленький ключик. Эмили внимательно осмотрела его. - Обычно, такие ключи используются в банках. Я знаю это, потому что мы с братом получали наследство покойных родителей. С завещанием и ключом Вы сможете пройти в банк и получить всё Вам причитающееся. Вот взгляните, - Эмили указала на крохотные цифры на боковой стороне. – Это и есть номер необходимый, чтобы Вам выдали эти бумаги. - А я осмотрела все двери дома и даже не догадалась обратиться в банк, - несколько расстроенно протянула вдова Бишоп. – Говорю ведь, всеми финансами и делами семьи заведовал супруг. Здание городского банка находилось на центральной площади. Его фасад не было таким же высоким и богатым, как здание Лондонского банка. Скорее, он напоминал добротный двухэтажный каменный дом. Благородных дам спокойно пропустили внутрь банка. Вооруженной ключом и завещанием единственной владелице этих ценных бумаг не составило труда забрать их. Проведя ещё несколько дней в Блэкпуле Эмили помогла установить вдове, что с бумагами действительно было связано несколько тёмных делишек покойного Бишопа. Выйдя на контору, с которой покойный заключил торговый контракт было установлено, что занимались они перевозкой контрабанды. Быстро сообразив, к чему ведут эти дела, Бишоп постарался вывести как можно больше денег из этой смутной банды, сотрудничая со следствием, за что и был убит. Оставив миссис Бишоп разбираться с внезапным богатством, а суд с преступниками, Эмили со спокойным сердцем вернулась в родной Лондон. – Так всё же, как распорядилась этим богатством вдова, Хэмсли? – спустя несколько дней поинтересовалась Эмили. - Доброе сердце миссис Бишоп не позволило ей оставить всё себе, и она пожертвовала деньги сиротскому приюту и церкви.