Зажигалка

      Комната Азика оказалась небольшой и уютной. Варю удивило спокойствие тонов интерьера: яркий и эпатирующий гардероб хозяина странно сочетался с мягкими и даже нежными цветами стен и мебели. - Вот, здесь я живу, чувствуй себя в гостях и нервном напряжении.       Он пытался настроить себя на привычную легкость и шутливый тон, но почему-то почувствовал себя неловко. В квартире часто зависала молодежь, в холле мелькал надоедливый продюсер. Словом, не дом, а проходной двор.       Его комната для Азика была небольшим закрытым пространством, в которое он никого не пускал и не желал пускать. На секунду он даже пожалел, что притащил сюда девчонку. Когда Варя осторожно осматривалась, он чувствовал себя как будто голым.       Она, словно разделив его смущение на двоих, тихо и неразборчиво проговорила: - У тебя очень мило. - Спасибо. Я тут редко бываю, вообще-то..       Но она его уже не слушала. Варя заметила плюшевую акулу, лежащую на кровати, и, издав неопределенный девчоночий звук, схватила ее в объятия. - Какая пре-е-елесть, Азик! - Положи Эдгара на место, он не любит чужие прикосновения. - Как и его хозяин. Зависла неловкая пауза. - А у тебя есть что-нибудь съедобное? Я до суда ничего не ела. Азик окинул ее холодным взглядом с ног до головы: - По тебе не скажешь, что ты вообще что-то ешь. - Ой, а сам-то, одни кости! Азик возмущенно изогнул брови: - Я, по крайней мере, гибкий и пластичный, в отличие от некоторых! Варя очаровательно хохотнула. - Я есть хочу. И я гость. Понимаешь, к чему я клоню? Азик, как мог, изобразил радушие: - Щас найду что-нибудь, подожди. Не умри тут с голода, смотри. И исчез за дверью.       Варя осторожно прошлась по комнате. Ей всегда хотелось иметь свой угол. Свою кровать, шкаф только для нее, и... Тут ее взгляд упал на туалетный столик с большим зеркалом и кучей косметики. - Вау.       Варя не удержалась, и осторожно, худыми пальцами провела по дорого выглядящим баночкам, коробочкам и палеткам. - Сколько же это все стоит...       Варю привлёк фиолетовый карандаш, лежащий отдельно - наверное, он недавно им пользовался.       Она воровато оглянулась на дверь. Тихо. Сколько он еще там будет возиться? А ей, допустим, стало скучно... Варя взяла карандаш и поднесла его к лицу. - Ай-яй-яй, кто ж берет чужие вещи без спроса?       Варя вздрогнула и резко развернулась. Демон стоял с тарелкой в руках, на ней лежали кусочки пиццы. Кажется, уже сухие. Застав Варю на месте преступления (назовем это так), Азик не разозлился, ему понравилась возможность уколоть ее, и он не собирался ее упускать. - Я просто смотрела, у тебя тут столько всего... - Ты хоть знаешь, как им пользоваться? Дай сюда.       Азик поставил тарелку на стол и выхватил карандаш у Вари из рук. Он мягко толкнул ее в плечо, заставив сесть на стул у зеркала. Варя удивленно смотрела на него. Азик деловито прищурился, и, левой рукой осторожно приподняв ее подбородок, что-то начал вырисовывать на нижнем веке девушки. Варя смущенно улыбнулась. - Азик, не могу, щекотно! - Сиди тихо, а то криво получится. Она замерла. Только Варино сердце быстро-быстро застучало. - Ну вот, совсем другой взгляд!       Азик повернул ее к зеркалу. Он нарисовал ей две маленькие, аккуратные слезинки. Получилось красиво. Варя постеснялась об этом сказать. - Грустный какой-то у тебя макияж. Дай я покажу как надо. Она решительно встала и усадила парня на свое место. - Может не надо, Варюх... - Тщщ!       Варя осторожно взяла в руки его красивое лицо. Глаза были подведены черным, от этого взгляд был выразительным и лисьим. Девушка, спрятав улыбку, начала что-то выводить у него на щеке. - Ты что там рисуешь, я тебе раскраска что ли? Это лицо должно сиять!       Он повернулся к зеркалу и увидел на своей белой щеке кривоватое фиолетовое сердечко. - Вот дурочка. Голос его стал неожиданно нежным. - А чего руки такие холодные? Варя опустила глаза. - А они у меня всегда холодные. Азик потянулся к ней: - Хочешь согрею?