"Страшно спать!"

Удивительно, но жажда рядом с девушкой кажется отступает, уступая место волнению от захлестывающих его нового молодому сердцу чувства. Ответным от девушки интересом, который яркими вспышками щекочет нервные окончания. Через пару дней, Галлахер прижимает девушку к себе в медленном танце, касаясь щекой щеки, ощущая ее руки на своих плечах, расслабленную доверчивость ему. Неожиданно присмиревший после той ночи с девушкой монстр больше не подавал признаков жизни, хотя кормится от этого Эйдан не перестал, опасаясь за жизнь своих друзей, боясь повторения своих ранних экспериментов. Да и не то чтобы организм как-либо возражал на приемы кровавых напитков. "Это слишком хорошо, чтобы это продолжалось долго".- он гонит от себя эти мысли, но они настойчив возвращаются обратно, каждый раз яркими воспоминаниями о том, что Джон сделал с Анной и того внушенного видения, которое все еще слишком опасно может быть недалеким будущим. Он не торопится переходить на новый этап, опасаясь причинить ей вред, а девушка не настаивает, как бывало с некоторыми особами женского пола с которыми уже сталкивался брюнет. Ребята в голове словно все сразу взяли обед молчания, иногда лишь связываясь с Эйданом в сознании, чтобы спросить что-то, предпочитая реальное общение связью старшего с подопечными. Они о чем-то мило разговаривают, хотя брюнет едва слышит ее из-за музыки, более заинтересованный в ощущениях тепла ее тела в руках, притесняя ее ближе, когда рядом врезается еще одна пара, укрывая блондинку от столкновения со слишком занятым своей партнершей парнем. Галлахер не отпускает ее от себя, в окружении компании своих друзей и соседок девушки, он снова затягивает девушку в танец, когда клубная музыка сменяется мелодичной и притягивает ближе, лаская тонкую талию. Он скользит щекой по щеке девушки заставляя ту отклонить голову, растягивая губы в улыбке, скользит теплым дыханием по шее девушки пуская мурашки, ощущая как пальцы сильнее впиваются в его плечи, а по телу проходит нервная дрожь. Приоткрывает рот недалеко от ласковой кожи шеи и скользнув по губам из рта высовывается извивающееся тельце жала, погружаясь в вену в основании шеи девушки, которая словно не понимает происходящее замирая в этом объятии со все той же улыбкой, пока Галлахер поглощает сок ее жизни. Наслаждаясь каждым глотком яркими ощущениями сладости коктейлей вкуса в каждом лопнувшем мыльном пузырике, когда сердце перерабатывает поступившую любимую в своих чувствах кровь. Значительно позже, сидя на лавочке в свете гирлянд, Эйдан замечает бледность девушки, поджимая губы раздраженный собственной несдержанностью. - Устала?- интересуется брюнет, но блондинка отрицательно мотает головой, переводя взгляд с искрящихся ламп на сидящего рядом брюнета и голубые глаза ее сияют радугой улавливая блеск гирлянд. Он правда боялся причинить ей вред...Правда боится до сих пор за собственную несдержанность- но это сильнее его. Виктория не отступает, не отклоняется, когда он клонится к ней накрывая поблескивающие от блеска губы в поцелуе, улавливая приятный, химозный слишком для порядком более чувствительных чем у человека рецепторов вкус малины. Блондинка поддается ближе, отвечает на поцелуй неумело, будто бы он сам в свои то года прямо мастер поцелуя, однако сам ее отклик заставляет нервные окончания искрить оголенными проводами. Они покидают лавочку, притираются друг к другу продолжая поцелуй, который никто из них не хочет заканчивать, наслаждаясь временем друг с другом, молодыми чувствами, которые только начали познавать в своем юном возрасте- все столь ярко и ново. -Нам пора возвращаться, скоро отбой. - шепчет блондинка, боясь что голос подведет ее после поцелуев, ощущающая Эйдана ближе чем обычно, на что брюнет недовольно бурчит:- Ну и пофиг, я тебя потом в комнату проведу. - Нет Эйдан, нам определенно нужно возвращаться. - Нет не нужно и ты этого не хочешь.- едва ли нотка убеждения в голосе, взгляд сверху вниз и нарастающая тревога, когда Вика в руках брюнета замирает изваянием, а блеск жизни в ее глазах меркнет, заволакивая голубой свет дымкой, едва ли не до серого цвета.- Вики? - Не хочу.- отвечает девушка, но движения ее губ кажутся каменными, а гласные в ответе ненормально растянутыми как и хватка на его боках уже не греет теплыми ладонями с юркими пальчиками, напоминая больше цепляющиеся за него клешни. - Нет...Я не хотел...- шепчет парень, взяв лицо подавленной его волей девушки, смотря на замершее бесстрастное выражение в каждой расслабленной черточке.- Как это снять? Я ведь...Вика. Он зовет, но девушка не отвечает ему пришибленная волей высшего вампира, смотрящая словно сквозь него кукла ожидающая нового приказа. - Приди в себя!- приказывает он и она встрепенувшись, дергается было, но снова словно падает в это бездонное ущелье его сильной воли.- Вика... Уходит время, кажется Галлахер успевает перебрать сотню и одну попытку вытащить девушку из под власти своей воли, отвлекаясь лишь на помощника вожатого, который найдя их гонит в пределы комнат намекая на давно отзвучавший по времени отбой. - Идем. - Идем.- повторяет она его приказ и идет рядом, даже не сжимая руку в ответ без приказа своего кукольника, оживая лишь для новых слов. - Придешь и сразу ложись спать. - Да.- кивнув, она не желает ему спокойной ночи уходя в свою комнату, где как он слышит проходит мимо соседок прямо в одежде заваливаясь в пределы своего домика, моментально засыпая. - Чего это она?- так и не получившая ответ на заданный ей вопрос интересуется у Марии Сандра и та фыркает успокаивающее:- Много эмоций, они же с Эйданом отходили куда-то перенервничала поди. Сандра не звучит убежденной в своем "ладно", однако Мария быстро укладывает одну из тех кем питается в кровать, мягко касаясь уже подчиненной когда-то укусом воли. -Это даже не приказ был...Как я мог? - мучается Галлахер, ощущая поддержку подступающую со стороны Джона и Анны, все в связи кажется приходят в движение, стараясь успокоить новую причину для самоедства своего высшего.- Я не хотел...Это даже не был приказ. - Думаю она просто была слишком ослаблена, новые чувства и ты кормился сегодня- скорее всего все наложилось друг на друга.- звучит слишком рассудительный голос Келвина, который сам натягивает поводок привлекая внимание высшего.- Эйди, бывают просто люди со слабой волей, ты не виноват в том, что редко управлял кем-нибудь и не знал об этом аспекте строения человеческого разума. - Я ужасен.- отвечает Галлахер, но слышит такое успокаивающе ироничное: -Это не так, просто ты любишь самоедство смешанное с самоуничтожением, все строится на ошибках и счастливых моментах, а силой в отличии от нашего прошлого главного тебя учить некому. Все в порядке, не требуй с себя слишком многого. - А если утром она проснется такой? - Нет, даже у нашего внушения есть предел, а сон он все лечит...И потерю крови и подавленное сознание. - Спасибо. - Не унывай, всем нам хорошо, когда хорошо тебе...И так же плохо вместе с тобой. Ты наш друг, мы любим тебя и желаем тебе всего самого хорошего. - Спасибо дважды. Джон поддерживает Эйдана до самого утра, пользуясь тем что они не спят по ночам, развлекая играми с человеческим соседом, который затесался играть с мальчишками в карты. Утром, Эйдан заметно расслабляется увидев глазами Марии пробуждение Вики, которая кажется смущенной и возмущенной тем что заснула одетой. Красная как вареный рак отбивающаяся от интереса подруг касаемо того чем там они с Галлахером занималась, блондинка начала раздеваться и брюнета буквально вытолкнула уже сама Мария, не позволяя увидеть большее:-Она в порядке, убедился? - Да, прости..- слегка растерянно и вслух отвечает брюнет, вызывая смех Джона и недоумение на сонном лице их соседа, который как бы проигрывает в последней за это утро партии уже кажется мало что понимает желающий как можно скорее заснуть. Он и сам об этом думал...Все происходящее к лучшему... Через пару дней происходит неожиданное, когда Галлахер находит Вику на качели чуть дальше от танцевального зала, следующий за сладким запахом девушки, глазами проследившего за ней Келвина. Виктория выглядит грустной, ее плечики опущены тяжелым грузом размышлений, взгляд на деревья отсутствующий в собственных размышлениях. -Я искал тебя.- привлекает внимание Эйдан и девушка словно вырвавшись из круговорота печальных эмоций и размышлений, переводит взгляд на брюнета, тут же быстро скользит руками по щекам, словно стирая невидимые его взгляду слезы. - Прости, мне нужно было побыть одной. -Что случилось? На личике девушки отражается метание противоречий, словно она борется с тем, что не хочет рассказывать о причине своего плохого настроения, но потом указав взглядом на качель рядом ожидает, пока брюнет присоединиться. - Мои родители в разводе, я говорила тебе...- парень кивает, а девушка продолжает долгое вступление, которое Галлахер уже успел узнать о ней. - Мне звонила мама, она узнала что я здесь и хочет встретиться....Эйдан, моя мама... Она оказывается боролась за меня, у папы просто было много денег.- с прекрасных глаз льются слезы, которые девушка стирает ладонями, ощущая себя вдвойне преданной после того как отец сначала запретил матери видеть ее, а после вот так выбросил найдя себе новую супругу и построив планы на будущее, где ей места нет. - Она хочет забрать меня...Он даже не возражал, понимаешь? Как мне с этим жить теперь? Я ее в последний раз маленькой видела, но она боится, что он передумает. -заикаясь от сдавившего горла волнения, заканчивает свой рассказ блондинка и Эйдана бьется в район грудной клетки коктейлем из непонятных чувств в которых слишком много яростного нежелания отпускать девушку. - А сама, ты хочешь к ней? - Я не знаю, хотя скорее да, чем нет...Но...Папа, как он мог?- она закусывает нижнюю губу, пока Эйдан приходит к последнему решению, которое так долго гнал от себя, но не мог перестать думать, заикнувшись однако так и не озвученным ответом после ее такого болезненного:- А как же мы? Ты и я? Больно, но правильно. Не хочется, но надо. Я умру, но она будет счастлива, она сама говорила как любила и хотела мать рядом. - Ну, мы можем обменяться контактами и когда я выйду отсюда, я тебя найду.- он сглатывает ком в горле смотря на блондинку, которая хмурит брови в непонимании.- Думаю, твоя мам права, мало ли что твой отец выкинет если его новая сучка взбрыкнет. Последняя фраза стала причиной того, что сейчас Галлахер помогая блондинке донести багаж, стоит на берегу прощаясь с Викторией, мать которой показалась ему чудесной женщиной, ожидающей дочь на пароме, пока та прощается со своими друзьями. - Я буду скучать по тебе.- говорит блондинка, обнимая Эйдана, сердце которого бьется в районе горла, пока внутри бушует чернота новой силы, которая до этого рядом с ней словно дремала убаюканная добротой и теплом от Виктории. - Я тоже.- отзывается он, уступая место Марии и Анне, долгие обнимашки с Сандрой и несколькими парнями из его друзей, уже через пару мгновение машущие ей рукой на прощанье, все дальше отдаляющейся от них по реке. Мария и Анна уводят Сандру, которая бесконечно плачет повторяя о том как будет скучать по своей новой подруге и обязательно напишет как получит мобильник обратно. - Эйдан?- когда паром скрывается с поля зрения, аккуратно зовет замерзшего на берегу парня Джон, ожидая хоть какую-нибудь реакцию от закрывшегося от них высшего.- Эйди? - Я в порядке, у нас все в порядке.- тихо, совсем уж сжатым горлом отвечает брюнет так и не повернувшись, дополняя:- Так будет лучше, у меня нет время на любовь...Я должен научится контролировать себя и свою силу, а она просто должна быть счастлива- ей это не нужно. - Ты... -Оставь меня одного, я приду позже.- это не приказ, но нажим в нем заставляет Джона осечься, сделать шаг назад, остановившись в сомнении и все же подчинится уходя в лагерь. -Анна, почему ты плачешь?- находя свою девушку в парке, Джон быстро приближается к шатенке, заботливо обхватывая руками, слушая едва ли не вой раненого зверя из горла своей девушки. - Разве ты не чувствуешь, как ему больно? Будто наживую сердце вытаскивают, медленно сантиметр за сантиметром. Я задыхаюсь! Первый обращенный чувствует создателя лучше, но даже он не является им самим и насколько же больно сейчас самому Галлахеру знает только он сам. Его сердце замолкает через неделю после отплытия Виктории, все словно становится таким же каким было прежде- хотя игл больше нет. Сам Эйдан полностью закрыт от них, скрывая себя в огромном коконе черного цвета из которого столь далеко тянутся поводки, которые парень даже больше не тянет, пока они следуют природе, отдавая ему нужно количество энергии и крови каждое полнолуние. Словно он стал тем, кем так боялся стать.