Записка №1. Любовь-яд

Смерть моя неизбежна, а потому воспользуюсь оставшимся временем и, пока моё пышущее жизнью тело не обратилось в бездушный кусок разлагающегося мяса, обращусь к той, чьё существование стало причиной кардинально переменить свои будни, к той, каждый день рядом с которой наполнял меня силой и дарил всё новые и новые эмоции, впечатления, разочарования, к той, что стала для меня божеством, идолом для каждодневных поклонений и смертью. Софья Дмитриевна, право, не знаю, прочтёте ли вы это или нет, во всяком случае моя гнилая душа будет чиста и спокойна. Читали ли вы моё письмо к вам? Надеюсь, что нет, ибо всё, что посмели написать в нём мои бесстыжие руки, всё, что огрызнулся вообразить мой бессовестный ум есть грех. И грех этот самый тяжкий из всех, что я совершил, он непростителен. И нельзя его искупить ни позором, ни монашеской жизнью, ни вечным одиночеством. Одна у меня участь- вечно бесноваться в сырой земле среди червей и прочих тварей, которые будут въедаться в мою плоть, откладывать личинки и не оставят от трупа даже следа. Но позвольте же, если и так я обречён на погибель, написать вам во второй и последний раз. Больше я вас не потревожу. После прочтения вы можете возненавидеть меня, обругать, проклясть мою никому не нужную душу, но даже это станет для меня счастьем. Счастьем станет то, что вы потратите драгоценное время на слова такого ничтожества, как я, а потом ещё проклиная вспомните облик раба своего. Но прошу, если уж собираетесь, то дочитайте до самого конца. Здесь вы найдёте ответы на некоторые вопросы, без сомнений, мучавшие вас некоторое время, за что прошу прощения. Не раз вы ещё увидите слова извинения в этой записке. Даже не знаю с чего начать. Признаюсь честно, пишу всё это впопыхах, совсем не продумавши того, что изложу. Софья Дмитриевна-цветок полнолуния, помните ли вы, как одной дивной ночью, когда вы уже готовились ко сну, когда небо было такое же молочное, как сегодня, к вам в дверь постучались? Помните ли вы, как были удивлены и озадачены находкой у порога? Чудные лилии, не правда ли? Никак не могу забыть, как стоял, укрытый мощным стволом дерева, с замиранием сердца, каждый раз, когда вы подносили цветы к лицу и вдыхали нежный аромат, наблюдал за вашим счастливым выражением лица и тоже радовался. Это был вам мой совершенно искренний подарок, без потаённых мыслей. К счастью или к сожалению, вы не поняли, что это я виновник вашего счастья, тогда вы подумали на молодого человека из знатной семьи, который остановился в доме вашего отца. Помню, как вы благодарили его, кокетничали, а этот аспид воспользовался ситуацией и стал заигрывать с вами. Софья Дмитриевна, сложно передать в тексте, что я тогда испытывал, какие ужасные мысли проникали мне в голову, когда он касался вас, а вы не были против. Столько всего мне хотелось выкрикнуть тогда, столько всего сделать. Вы не представляете себе какого это, когда вишь, как высшее, неземное, существо падает в руки смерда. Как он смел даже смотреть в ваше кругленькое, нежное девичье личико и нагло врать, врать и не корчиться в агонии? Но больнее всего мне было не в эти моменты, а когда этот гад покинул вас, оставил на произвол судьбы, совсем забыв о прошлых своих сладких речах и обещаниях о вечной любви. Сердце разрывалось от вида плачущего в подушку бескрылого ангела. Ах, помилуйте, если бы вы только знали, как часто я наблюдал за вами, как я смотрю на ваше великолепие, как восхищаюсь. Ведь нет существа прелестней вас, и даже сама мать Природа не имеет шанса соперничать с вами. Вы превосходите всех. Да, да, я могу точно сказать, что птица вы не этих краёв, что вы спустились на бренную землю с какой-то высшей целью. Вы-не человек, ибо не может такое создание, как он, имея столь миниатюрное тело, с виду хрупкое и нежное, готовое рассыпаться от малейшего прикосновения, скрывать в себе такую большую и яркую, как распустившийся цветок, душу. Душу чистую, ка горный ключ. А ваши движения. Боже, вы хоть раз видели, как вы двигаетесь? Как аккуратно переставляете одну ножку за другой, как элегантно каждое мановение ваших белых ручек. Ах, Софья Дмитриевна, простите мне все восторженные речи, все восхваления вашей персоны, ведь я говорю без капли лжи, поверьте, только правду. Вы околдовали меня, сами того не понимая, вы наложили на моё мёртвое сердце чары. Ох, не мог я не поддаться им. И сейчас, не могу избавиться от этого чувства, чувства того, что всегда должен быть где-то неподалёку, а если покину вас, то сразу же низвергнут меня в ад, обращусь я в прах и развеюсь по ветру. Вы- ведьма. Вы-самая обворожительная ведьма из всех ведьм. Если они на мётлах своих бороздят воздушные пространства, то вам не нужна метла, и не нужно вам небо, наоборот, это вы необходимы небу, необходимы земле, не может мир продолжать существовать, если перестанете существовать вы. Софья Дмитриевна, если бы вы знали, как этот смертный желает быть с вами, всегда ходить за вами попятам, ухаживать за вами, то не кинули в мою сторону даже презрительного взгляда. Я так отвратителен, ужасен, помилуйте. Простите мне мои желания, простите, ведь естественно для обычного человека желать чего-то, это право было дано ему богом давным-давно. А в прочем, нет, не прощайте. Прошу вас, о, желаний моих венец, судите меня, судите по всем законам божьим, по собственным законам. Что же я такое говорю? Глупое безнравственное животное не достойно суда, не достойно даже того, чтобы вы махнули рукой, что стало бы сигналом к началу экзекуции. Софья Дмитриевна я люблю Вас! Люблю настолько, что больно мне жить рядом с вами, каждый день наблюдать, внимать каждое ваше движение, ваш сладкий голосок, грубоватый отчасти, но ласкающий слух, обволакивая меня всего, да, я могу слышать вас не только ушами, но и всем телом. Но и вдалеке от вас я жизни не вижу. Без вас я задыхаюсь, как выброшенная на берег рыба. Атмосфера без Софьи Дмитриевны губительна для меня, ядовита. И что же мне делать? Как решить эту задачу? Думаю, что ни один философ не догадался бы до решения, которое принял я. Единственный способ любить вас безболезненно, всё время находиться рядом с вами и не донимать вам- это смерть. О, помяните мои слова, даже если нет вам до них никакого дела, только душа моя выйдет из бренного тела, стану я вновь рабом вашим, служить буду верою и правдою, никогда не смогу предать вас, вечно стану я лизать ваши ноги, целовать ваши руки, вдыхать ваш аромат, ибо я-ваш пёс, не более. Софья Дмитриевна, позвольте вам ещё раз сказать те слова, что хотели тысячи раз сорваться с моих губ, но запертые в темнице не имели возможности достигнуть вас. Я люблю Вас. Люблю каждый ваш шаг, взмах, вздох, взгляд, всхлип, всё. Нет в вас того, чего бы я не любил. Люблю вас всю: с пят до макушки, вдоль и поперёк, каждый сантиметр вашей кожи, каждый ваш прелестный маленький, похожий на детский, пальчик. Ах, Боже, вот снова бес посетил мою слабою ко всяким злым умыслам душу. Поверьте мне, не хочу пожелать вам зла, не хочу вас опорочит, хочу лишь быть рядом. Всё, время на исходе. Пишу эти строки обессилившей рукою, внутри разгорается пламя, всё сильнее и сильнее, вот-вот оно вырвется наружу, и опалённый упаду я на землю, распластавшись звездою, что будет светить вам в кромешной тьме. Прощайте, не в силах я боле мыслить, не в силах держать перо, могу лишь смотреть, как смотрел за вами. Не забери меня, Господь, на небеса, не затащи в адские пучины меня, бес, позвольте только наблюдать за госпожой до самого конца, а потом вольны вы будете делать со мной всё, что только вам будет угодно. Разрываюсь, от яда ли, иль от любви. Прощайте. Забьётся сердце на секунду, К ладони я твоей прильну, Там нежный поцелуй оставлю И вновь в сырую землю упаду.