Большие вселенные: Горан

      Путешественники после очистки планеты от порчи покинули пределы ожившей земли и отправились сначала на Райтелл, в родной дом Горана. Пришлось набираться сил — поесть и поспать перед дорогой в великую неизвестность. По утру, а вернее, уже ближе к полудню, Ева ещё досыпалась, а её спутник мирно восседал у окна, вдыхая свежие приливы летнего ветра — горячего, но такого свежего и полного жизни.       Мэнесси размышлял о своих странствиях, вернее о самой сути этих похождений: верны они, или нет — зачем всё происходит и каким образом ему удалось до такого докатится. Первое ясно наверняка, данный путь предназначен для самого Горана, кроме того, изгнание порчи из самого центра вселенных необходима. Пантеон заразился дрянью у самого изголовья копья, потому нужно сразить цель наповал, нанеся сокрушительный удар порождению пустоты, несущее лишь смерть. Самое главное, не сойти с пути, иначе вездесущая рука поглощения дотронется и до Райтелла, что недопустимо в рамках идей парня. Конечно же, страха никто не отменял, Горан с рождения обладал такой свойственной чертой характера, как утаивание своих страхов. С близкими такие вещи играют злую шутку, многие искренние моменты играют по другому, но вот враги... Да уж, не видя страха на лице соперника, сражение воспринимается иначе. В любом случае, он волновался как за Еву, так и за себя.       Ближе к обеду двое были готовы отправляться в путь. Вещей особо не требовалось, но Ева решила переодеться в более замкнутую одежду, ведь прошлое одеяние предназначалось для пустынь, а на лугах было чуть прохладнее, к тому же в астральных измерениях богов тоже холодно, поэтому и стоило утеплиться. Теперь девушка носила белую рубаху, поверх которой надета кожаная курточка. На ногах утеплённые тканевые штаны, а ботинки остались те же (просто размеров для неё в доме не нашлось). Горан оделся так же как и Ева, только вот курка его была толще и шире, с волнообразными складками на руках. Единственное — пришлось отрезать с куртки рукав для протеза, дабы было легче контролировать и наблюдать за процессом работы механизма.       Бриттер взглянула на своего спутника и чуть улыбнулась, а затем схватив пару нитей физической энергии из пространства, нанесла по ним удар, формируя разлом в пространстве, определяясь по координатам астрального измерения Хроноса.       — Я как-то побаиваюсь, Горан... Божество времени, управляя этой стихией, может вытворить всё, что угодно. — парень взглянул на Еву, приподняв брови и разведя их в разные стороны, попутно открыв глаза пошире.       — Да ну-у! — покрутив головой и махнув рукой, протянул Мэнесси. — Мы же туда идём с благой целью, что он нам сделает-то? — в ответ проследовала недолгая пауза, похоже девушка погрузилась в раздумья. В такие моменты она обычно складывала губы в кольцо и отводила их в сторону, чуть нахмурив брови. Странная особенность, которой странной считал, наверное, только Горан. К слову, он и сам об этом думал, однако в очередной раз страх утаил.       — Давай будем надеяться, что с нашим божком не повторилась история Йонстотеля. Мне теперь даже интереснее стало, что «там». — акцент на последнее слово. Девушка сложила кулак вместе и показала на портал большим пальцем.       — Девушки вперёд! — сказал парень и с задором пихнул Еву внутрь разлома, после чего вошёл вслед за ней.

...

      Астральное измерение бога времени состояло из больших полированных каменных глыб, из которых строился пол в безграничном пространстве темноты. Из трещин внутри булыжников, просачивался бирюзовый свет, который освещал низины. Всё что выше — озарялось свечением маленьких летающих объектов, похожих на сверчков, однако они вовсе не имели живого характера.       Двое проходили по широкой каменной тропе, настороженно вслушиваясь в каждый щелчок и стук ботинок об пол. Место было загадочное и наполняло душу некой скорбью, будто здесь кто-то погиб или же покинул столь чудное место давным давно.       Пространство наполнялось «вечером» или же «ночью» — это самая простая аллегория, которую можно провести с данным пространством. В один момент дорога закончилась, а, вместо этого, взору явился большой зал с троном, который просто витал над поверхностью, от него в стороны исходили тропы из булыжника, однако те находились в разбитом состоянии, тобишь плиты витали в пространстве где попало, но мозгу было понятно визуально, какой кусок камня к чему принадлежит. На троне восседал худощавый старец, чьё лицо заполнили морщины и кожаные складки. Он сидел молча, приложив руку к бороде и глаза прикрыв. Ладонь периодически проходила по седым волосам подбородка, а затем застывала.       Вскоре Горан и Ева подошли вплотную к трону. Старец не отвечал, глаза не раскрывая — похоже что тот просто слишком глубоко ушёл в мысли.       — Извините, что отвлекаю вас от дел, мо-... — время остановилось, а старец достал из пространства свою трость и опираясь на неё прошёлся посредине двоих.       — Да-а... ваше время пришло, детки. Я уже давно вас ждал и мне начало казаться, что Существо соврало о вашем визите. Однако, прогресс удивителен и вот... Мальчишка здесь, на пару со спутницей. Во хороша деваха, повезло тебе, Горан такую сыскать! Кхе-хе-хэ-м... — старик прокашлялся и доковылял на своё место, после чего время возобновило свой ход. — Моё имя... Подождите-ка, вы же только что сидели с закрытыми глазами. Или я настолько слеп, что не увидел? Прошу прощения... Зовут меня Горан, а эту девушку — Ева. — Бриттер взмахнула рукой и чуть приподняла края губ, стараясь показаться дружелюбнее.       — Твоё имя не знают, разве что, овцы и бараны! Кха-кхем... Сядьте. Я вас внимательно слушаю. — по взмаху руки старика, из основания в полу вознеслись две каменные плиты, которые послужили местом расположения двоих. Те уселись, но Горан даже начать не успел — старик опередил его.       — Хармине слишком много болтает и передаёт информацию кому попало. Когда я только вступал в пантеон лет семьдесят назад, он был более отчуждён и мне всё приходилось делать самому. Ох, былое время, далеко же ты убежало! — парень почесал затылок и решил пойти по теме старца.       — Странно, что вы стали богом всего семьдесят лет назад — насколько я знаю, время тяжелая вещь, а потому управляющих не стоило бы менять так часто, дарование в виде управления такой стихией — подарок судьбы. — божество хмуро взглянуло внутрь глаз Горана, будто нащупывая почву.       — Никакой это не дар! — грозно заявил сидящий. — Это самое настоящие проклятье, не смыть водой и не проглотить кусочек. Все кто становится на путь бога времени подвергаются старению, в то время как остальные боги живут и процветают дальше. Я плачу за чужое время — своим и не могу ничего с этим поделать. Но всё же... Моя жизнь гораздо интереснее предыдущих, потому что именно на мою эпоху выпала честь повстречать тебя. — Ева переглянулась с Гораном, явно её впечатлили эти слова от бога.       — А-а-ай! Мне нельзя вам поведать о предназначении ваших душ в этом мире, но будьте уверены, страданий и счастья ещё будет очень и очень много. Пока что, вы лишь маленькие механизмы огромной цепи, но уверяю — скоро всё изменится на совсем другой лад, уже после моей смерти. Наверное... Да-... Именно! — старик довольно почесал бородку, начиная о чём-то, по всей видимости, мечтать. — Хронос Адерочи, вот как меня зовут. Запомни-и! Запомните, мелкие сорванцы! Давай без лишних вопросов — сразу к делу. — Горану было очень непривычно слышать столько слов от божества, которое к тому же действительно является стариком без будущего. Его затронули слова про смерть, но раз уж божество попросило без лишнего — он продолжил.       — Мы ищем Йонгстотеля и нам очень важно знать, сохранились ли у вас знания о том, где он находится в данный момент. Скажите? —       — Порча пожирает это существо изнутри, когда я погружался в прошлое, то смог увидеть это. Вы, может, даже и не задумывались, но Йонгстотель никогда не имел дарований, связанных с энергией. Только лишь по воле остальных божеств ему выдали основные стихии, но-о... Он был очень обижен! Обижен на свою жизнь с самого зарождения из ячейки. Да-да, ацелит является порождением искусственной жизни, алкемия, если говорить по нашему. Это существо всегда преследовало сугубо личные цели во время работы. Конечно же, свой долг он исполнял и даже очень хорошо, но этот факт не закрывает другой — Йонгстотель враг, которого нужно топтать. И всё из-за соглашения с Тьмой, которая сейчас наращивает силы за счёт повелителя пантеона. Как-то к нему явился человек во сне и позвал за собой, в ядро, такое место, где и зародилась тёмная порча. Он стал ещё сильнее, но взамен отдал жизнь и судьбы всех богов поставил на кон, в том числе и меня. Потому я и пытаюсь вам помочь, мне известны твои мотивы, Горан... Но отрезков линии с его исчезновением у меня не осталось. К великому сожалению! — божество приподняло свои длани, разведя их в стороны. Данный жест показывал незнание Хроноса, однако больше это походило на предложение сесть на ладони. Горан сложил локти у себя на ногах, опустив руки вниз.       — Всё равно непонятно почему Руководитель так просто поддался влиянию Тьмы. Это же порча, которая распространена на всю вселенную — просто глупо не знать о ней. — промолвила Ева, более тихо. Ей почему-то не хотелось превышать голос в этом месте, ведь оно для неё казалось больше похоже на библиотеку. Даже у Хармине не было такой атмосферы умиротворения как здесь.       — На этот вопрос я не могу дать однозначный ответ, в прошлое перемещаться мне разрешено лишь с позволения Йонгстотеля. Кроме того, у меня не осталось отрезков времени от предыдущих служителей времени, с помощью которых я бы мог узнать о жизни ацелита. Печально... Вот так существовать куклой, которая является ключевой ролью в жизни всей временно линии, но с другой стороны до меня нет дела не одному божеству в обыденное время. Меня никто не навещает, весточки не отправляют и просто... Забывают.— взгляд старца медленно падал на пол, он явно огорчился данному факту, опять вытаскивая прошлое из головы.       — Получается, что вы остались одиноки из-за неимения вечной жизни? — Горан чуть вознёс голову вверх, глядя на сидящего бога в своём троне.       — Возможно, мальчик. Весь пантеон уважает мою работу, но не уважает работника. Мы живём очень мало по их меркам, максимум сто двадцать лет, если повезёт. Обычные люди — чего ещё добавить? С недавних пор, я перестал являться в пантеон, но единственная ниточка, которая позволяет держать меня на связи с ними это Геллиция — божество нематериальной энергии. Спокойная и мудрая женщина, таких ещё сыскать надо. Она пришла ко мне и рассказала о тебе, Горан. — парень покачал головой, он ещё раз для себя подтвердил тот факт, что между богами информация распространяется очень быстро.       — Спасибо большое за помощь, мы как раз к ней и направляемся. Продолжаем идти по следу Йонгстотеля. — старик уркнул и улыбнулся во все пожелтевшие зубы, он сложил руки на груди и довольно похрипел.       — Передавайте ей привет. Ах да, ещё кое-что! Бой с Йонгстотелем будет тяжёл, я вас в этом уверяю. Прямо сейчас он ждёт вас, потому что главный противник у него — мальчишка. Наберитесь сил физических и моральных, найдите себе спутников и отправляйтесь в бой лишь тогда. Кроме того, на вашем пути могут встретится его помощники, в виде сил Тьмы... Жду вас с хорошими вестями. — двое попрощались со старцем, а затем проникли в пространственную трещину, отправляясь на встречу с Таладиусом, вместе с которым нужно было переместится к божеству нематериальной энергии.

...

      Перемещение прошло спокойно, в целом, они всегда проходят именно так. Переход между пространством представляет небольшой тоннель, проще говоря — нить энергии. Разрыв разделяет нить пополам, а затем увеличивает вход внутрь, всегда его размер варьируется. Иногда сопоставим человеческому: больше на несколько десятков сантиметров, или же меньше на столько же. Тело человека сжимается внутри нити, примерно до субатомного уровня, под воздействием сил энергии. От лица человека, вернее его глазами это похоже на полёт в темноте.       Нить разгоняет это человеческую частичку до скоростей, которые в разуме даже нельзя представить — настолько невероятна и неповторима сила энергии. Её практически невозможно изучить с логической точки зрения или мысли. Это совершенно иная материя, которую можно лишь использовать... Каждую часть пространства, даже астрального, задевает та или иная нить энергии, именно на этом и строится смысл перемещения. Координата определяет место появления противоположного разлома.       — Фу-ух. Вот мы и здесь!... Прохладно даже стало, не находишь? — произнесла сначала громко, а потом чуть тише Ева, выйдя из рамки пространственного разлома, оглядываясь. Горан вышагнул вслед за ней и выдохнул пар из рта, тоже осмотревшись.       Это место довольно загадочно — длинный каменный коридор, по всей видимости какого-то замка. На стенах, вернее на их низинах маленькая корка инея. Слева тоже стена, но в них были стальные решетки, служившие окнами. Из них бил сине-зелёный свет: очень мягкий, но яркий. Его хватало, что бы весь коридор крепости можно было видеть без дополнительного освещения. Кажется, место покинутое, но это совсем не так. Жилище Таладиуса постоянно сопровождалось им самим. Горан смекнул, что такая обстановка ему по душе: морозная свежесть и каменные стены, которые служили ему домом.       — Да, всё верно. Если я не ошибаюсь, то здесь мы должны найти Суроле. Пойдём, думаю он должен быть там. — рука парня вытянулась вперёд, указывая на проём, где заканчивался коридор. Туда двое и отправились, оглашая весь зал стуком ботинок об каменную кладку.       Переходя от коридора, Горан и Ева оказались в овальном зале, вытянутом вперёд. Здесь стояли какие-то деревянные коробки, осколки каменной колонны и пыль, которая, как показалось Мэнесси, лежит здесь уже несколько тысячелетий. Ближе к концу зала, на полу расположилось возвышение, представляющее собой небольшую окружность из того же камня. Прямо на нём стоял Таладиус, подняв голову наверх - в пробитый потолок из которого на него падал тот самый сине-зелёный свет. Как только он услышал приближение, то сразу обернулся и сначала не узнал своих знакомых, а как до него дошло — расплылся в своей блестящей улыбке.       — Храните меня, двенадцать! Смельчак и его подружка явились ко мне со своим визитом. — гордо и басисто произнёс он. — Конечно же, наша встреча не случайна, и конечно же, я дам Хармине пару подзатыльников за то, что он распространяет информацию о моём прибежище... Но всё же — не дам. Вы тут по делу Йонгстотеля, я не могу ошибиться. — Горан уложил руки на грудь и с улыбкой осмотрел мускулистого и высокого приятеля. Ева уже довольно измотавшись от диалогов, присела на один из коробков, перед этим поприветствовав божество, лёгким и грациозным взмахом своей длани.       — Оставь ты уже всезнающего впокое, он прекрасно нам помог, рассказав о тебе. Точнее о том, как уже ты сможешь нам поспособствовать в поисках Йонгстотеля. — Суроле в ответ поднял края своих губ и покрутил головой.       — Меня забавит твоё утверждение, Горан — за-ба-ви-т! Чем тебе может помочь божество, которое рождено лишь для контроля потоков физической энергии во временной линии? Если вы хотите, что бы я нашёл Руководителя по энергетическому трекеру, то это не ко мне, а к сестре. — Горан воспрял после слов о богине, он считай подбежал ближе и сложив ладони вместе, опустил их вниз.       — Вот-вот! Суроле, нам нужно именно к твоей сестре. От тебя, — парень перевёл руки в сторону, как бы указывая направление движения двоих. — сразу к ней, понимаешь? —       — Вот как. — кратко ответило божество, чуть опустив голову и нахмурив белоснежные брови. — Я-... Мы давно с ней не виделись, а теперь мне нужно просто ворваться в её покой и привести ещё двоих непонятно откуда взявшихся людей. Она может разозлится и выгнать нас из своего измерения. — всё это Таладиус говорил не басисто — по ребячески обижено и грустно.       — Суроле, на кону множество жизней! Давай — просто отведи нас к ней, а ещё лучше будет, если ты вместе с нами пойдёшь и надерёшь зад Йонгстотелю. Ну? Как тебе идея? — тот чутка пошатнулся и вздохнул.       — Ладно-ладно, тише. — сказал снова басом Таладиус, после приложив свою ладонь ко лбу, нахмурив брови и веки прикрыв. Всё его тело переливалось синим, он собирался с мыслями, дабы изложить всё более верно и точнее. Ева же чуть приуныла, сидя на коробе. Она всё глядела на диалог двух мужчин и не могла из него выудить что-то полезное лично для себя. Никаких корыстных целей, конечно же, не было, но всё же по свою душу хотелось что-либо узнать от членов пантеона.       — В последний раз, когда мы виделись, у нас... Ну, скажем так немного не задался диалог. Она говорила мне про какие-то пророчества и загадки. Конечно, я не воспринимал её слова всерьёз, а потом она перешла на крики и вопли о том, что я невежа, рано или поздно пожалею о том, что не послушал... Пожалел. Ведь, в действительности, слова её начали сбываться. Всё что я запомнил: «Пантеон начнёт рушится». И ты погляди на наше нынешнее положение, Горан! Пока Руководителя нет на месте, мы бегаем в смятении — ничего не зная, без плана и цели. В древе потоков полно работы, а я отлыниваю здесь. — вновь Суроле загудел, явно начиная ошибаться в своих словах.       — Послушай, Таладиус, сейчас лучшим решением будет прийти к твоей сестре и просто поговорить с ней. Извинится и... Переслушать то самое «пророчество», о котором она тебе говорила, так старалась донести. А если ты волнуешься по поводу своего безделья, то нужно просто дойти со мной до Йонгстотеля и попытаться освободить его душу от влияния порчи. Вот, смотри. — Мэнесси поднял руку и показал свой протез, из которого выдвинулась ячейка с белоснежным кристаллом, под действием работы механизма. Суроле действительно отвлёкся и чуть прищурившись, оглядел демонстрацию столь чудной вещицы.       — Мд-ам. Ты действительно прав, парень. Нечего мне отсиживаться здесь, великий Таладиус не боится препятствий и других проблем. Мы прямо сейчас отправимся к Геллиции. Мне, похоже, действительно следует с ней просто поговорить и извинится за прошлые обиды — нынче нельзя со своими собратьями конфликтовать, иначе боком обернётся, когда та же Тьма под боком появится... Давайте отправляться, но вы не пугайтесь её измерения. Оно очень специфичное, прямо под стать её стихии. — божество развернулось спиной к двоим и вытянув ладонь вперёд, начало формирование портала в пространстве. Горан обернулся к Еве, которая уже чуть ли не засыпала, а после подозвал её к себе тихим свистом и кивком. Девушка сползла с коробка, стукнув ботинками об каменный пол, после чего вальяжно подошла к парню и взглядом проводила уходящего внутрь портала Таладиуса.       — Какая же скука слушать вашу болтовню, Горан. Иногда мне кажется, что я здесь просто наблюдатель. — дева положила руку на плечо парня и чуть наклонив голову, взглянула на него. В самой глубине этих глазниц читалось лёгкое волнение, отчего Ева легко вздохнула и слегка прихлопнула того по плечу.       — Пойдём. Я понимаю, что ты уже устал и явно измотался от всех этих встреч с богами и прочими. Мы напали на след Йонстотеля, а потому нам необходимо прямо сейчас схватить его. Пока последняя ниточка не исчезла во мраке. — с щелчками ботинок об камень, дева зашла в портал, а Горан выдохнул, взглянув наверх, внутрь дыры в потолке.       — Надеюсь на то, что у нас есть шанс. Хотя бы один из миллиона на то, что бы одолеть сердце Тьмы. Или же не сердце, а лишь кусочек... Неважно.— сделав шаг внутрь портала, тело парня испарилось из пространства, оставив лишь гробовую тишину в зале астрального измерения Таладиуса.

...

      Суроле ожидал вместе с Евой последнего выходца из портальной рамки, скрестив руки на груди. Его физиономия была полна серьёзности, как никогда ранее. Как только Горан выскочил из тёмной бездны, перед его лицом появилась волшебная страна из стекла. Многогранные поверхности, залитые красным светом: множество отражений, искр, переливаний цветов от тёмных оттенков бардового, до малинового. Как ни странно, каждый шаг отмеряли глухими, беззвучными ударами ботинок об стекло. И только лишь стальные сапожища Таладиуса издавали громкие звоночки при соприкосновении с поверхностью.       Трое проходили по прямой, Ева и Горан с острым любопытством разглядывали чудо сих мест, в это же время Суроле сурово шагал по пространству, а на его лице сохранялась суровое и непоколебимое выражение лица. Вскоре, те подошли к окружному залу, в центре которого стоял горшок с большим деревом, метров шесть в высоту. Его листья имели золотой цвет, а сам ствол — ярко-красный оттенок, уходящий в темноту, по мере увеличения ствола вниз. Таладиус остановился прямо за спиной своей сестры, в то время Горан подошёл слева, а девушка справа.       — Геллиция, я вернулся. — в ответ молчание. — Не молчи, пожалуйста, это меня пугает. — та развернулась и взглянула на троих. Богиня походила на своего брата лишь телом: оно заливалось красными красками, изменяя тон лишь в руках и ногах на более тёмный. Тонкие белые бровки, узковатый и вытянутый нос. Губы пухлые, все в белых крапинках, которые показались Горану «островами», среди морей багра. Глазницы излучали белый свет, как маленькие фонарики, они двигались и оглядывали брата, и ещё двоих ребят. Та тяжело выдохнула, сложив руки на платяном одеянии в районе живота.       — Твоё возвращение не новость для меня. — нежным голосом ответила она, а после взглянула на Мэнесси. — Мальчик-герой... Вот и ты, теперь мы можем познакомиться. Но вот компания мне не очень нравится. Зачем Таладиуса притащил, ам? — та грозно взглянула на парня, который чуть сжался, немного побаиваясь новую знакомую.       — Сестра, прости меня. Ты хоть и знаешь меня как упрямого осла, который до потери памяти будет твердить о своей правоте, но пойми — в тот раз я был действительно неправ. Извини пожалуйста. — богиня старательно скрывала улыбку, но вскоре раскололась и тихо хихикнула.       — Ну ладно-ладно, всё! Хватит пафоса. Не обижаюсь я на тебя, уже давно забыла про тот случай Как дела, брат? — последнее она спросила более ласково, а сам Таладиус знатно прибодрился и воспрял грудью вперёд, гордо вознеся голову.       — У меня всё отлично! Вот, привёл к тебе ребят, у них есть к тебе пару вопросов по поводу Йонгстотеля. Они пытаются его найти, дабы... Подожди, а для чего мы его ищем там? — Суроле наклонился к Горану, а тот взглянул на него немного не поняв вопроса.       — Как это зачем? Что бы мир от порчи избавить... — сказал Горан, а после Таладиус протянул долгую "э" и вновь взглянул на сестру, которая уже брови приподняла и воздуха затянула.       — Моё имя Горан Мэнесси, а это моя спутница Ева. — представился кратко парень и оглядел тканевое одеяние богини, после прислушавшись к её речи.       — Ох-х, люди-люди, не понимаете вы ничего! Тьму нельзя уничтожить полностью, по крайней мере, мы имеем такие знания в отношении этой материи. Бьюсь об заклад, даже Хармине до этой вещи ещё не додумался... Бог знаний, то же мне. — богиня вздохнула. — Да, вы можете сражаться и контролировать её сколько угодно, но факт явления порчи останется в веках, теперь уж окончательно. Кстати, меня зовут Геллиция Юрмент. — закончила она и пристально взглянула в лицо Мэнесси, отчего образовалась небольшая пауза. Парень поначалу растерялся, но вскоре смог ответить.       — Хармине сказал нам, что вы способны отследить передвижение Йонгстотеля по энергетическому трекеру. — Горан нахмурился, активно жестикулируя. — Поэтому мы и явились к вам, чтобы попросить помощи. Мы прошли уже довольно много измерений, столько божеств и разговоров — всё впустую. Но я надеюсь, именно здесь, я и мои спутники приблизятся к разгадке. — богиня отвела взгляд в пол, а затем развела руки в стороны, создавая на ладонях мельчайшие и тонкие нити нематериальной энергии. Между дланями всё начало сплетаться в единую картину, больше это походило на древо. В пространстве образовывались тетраэдры, медленно вращаясь вокруг своей оси. Пальцами богиня прикасалась к нитям, а после на них возникали мелкие вспышки, которые превращались в новые соединения.       — Газовые облака в галактиках, планеты и астральные измерения. Столько нитей сейчас связывает пространства в которых живут существа, обладающие столь мощной силой нематериальной энергии. Это самая опасная стихия из всех имеющихся. Из этой силы можно создавать разрушительные заклинания, крепчайшие щиты и барьеры. Когда-то давно мы подарили людям физическую энергию, надеясь что их цивилизации начнут процветать, работа упростится во сто крат. По итогу мы заимели... — в диалог ворвался Таладиус.       — Падение людского рода в глазах пантеона. Бесчисленное количество планет погибло от притоков этой стихии, а аномалии начали возникать во многих точках вселенных. Гигантское скопления физической энергии оставались в земле, корнях и плодах ягод. Люди прозвали их источниками силы, но по факту это опасное явление, которое обычно влечёт за собой катастрофу при неправильном использовании. — Суроле закончил, затем богиня продолжила.       — Временная линия заполнена пространством нитей, проходящих через большие вселенные насквозь. — Горан влез в диалог.       — Подожди-ка, значит существует не одна вселенная? — все резко обернулись на парня, глядя на него выпученными глазами. Те удивлялись почему парнишка до сих пор не знает о существовании всей системы.       — Да-а, временная линия идёт не только в высоту и ширину. Вселенные расширяются внутрь. Таким процессом занимается бог пространства Эйон Райсо, но после исчезновения ацелита, никто не знает его местоположения... Давай поглядим куда, выведет нас линия Йонстотеля. — богиня дотронулась до одной из нитей, которая уходила в неизвестность, после чего принялась с закрытыми глазами проводить через неё потоки энергии. — ...Всё уходит внутрь астрала «Пепельных земель», царство бога Зла. Оттуда остатки нити идут через зеркальный мост, по всей видимости к «Небесному величию» — это уже владения Делару. — богиня тихо хихикнула и взмахом руки создала овальную рамку портала, слева от себя.       — А зачем Йонгстотелю понадобилось входить в пространство этих богов? Неужели он не мог выбрать себе путь покороче? — спросил Горан и развел своими руками в стороны.       — Возможно, он хотел набрать себе новых слуг. — ответил Таладиус.       — Или пытался запутать нас. — продолжила Геллиция и приложила пальцы к своему подбородку, уложив вторую руку на грудь.       — И... Куда мы первым делом направимся? Прямо в это Небесное «что-то там»? — спросила Ева, чуть подойдя к пространственному переходу.       — Не-ет, сначала идём к Магранту — богу зла. В его измерении я смогу определить направление нити точнее, к тому же... Думаю, он захочет вступить в наш отряд по уничтожению ацелита. И да — я теперь с вами, ребята. — сказала богиня, после чего молча вошла в портал, вслед за ней без слов вошёл Таладиус, а потом и Ева. Горан опять остался в одиночестве.       — Преодолеть «ад» и «рай», чтобы покорить врага. Звучит неплохо, к тому же, нам точно пригодятся свободные руки, что бы... — шагнув внутрь портала, тело Горана растворилось в пустоте, начиная двигаться по нити.

...

      В один момент Мэннеси почувствовал, что его тело начинает тормозить и искажаться, кажется нить просто оборвалась или же... Соединилась с другой? Итог один — его курс сменился в другом направлении, вокруг множество вспышек и дикие покачивания. Тошнота прошлась по животу, потом поднялась к голове и прошлась вскоре по всему телу мурашками. Пространство перед лицом начало деформироваться, затем громкий щелчок.       Тело бойца выкинуло в пустоту, а после недолгого полёта, тот ударился об «пол» сего пространства, однако под ним ничего не было — глухая темнота. Будто покрытие невидимым стало.       И вот, рвота подошла к глотке, и парень извергнул из себя несколько потоков физической энергии. Похоже, такого было последствие не столь удачного перемещения в пространстве. Внезапно, по макушке прилетел удар стального ботинка, который до крови разбил бровь парня. Подняв заслезившиеся веки, Горан увидел перед собой двухметровое существо, одетое лишь в надутые тканевые штаны и стальные ботинки, по всей видимости — часть брони. Голый торс человеческий, но от центра груди по левую сторону всё было закрыто Тьмой, которая буквально обволакивала эту часть тела существа, включая волосы. Другая же сторона оставалась чистой. Зелёный глаз осматривал лежащего на земле парня, а белая глазница под воздействием порчи судорожно подёргивалась.       — И это ваш герой? Серьёзно, ацелит? Такого щенка я просто прихлопну, даже не знаю, почему ты не справился с этой задачей... Моё мщение будет велико. Великий руководитель Йонстотель, поверьте мне наслово. — хриплый тонкий голосок, будто расплывался и двоился. Мэнесси утёр кровь со лба и попытался поднялся на ноги, но его вдавил ботинок обратно вниз.       — Кто ты такой? Ещё один обращённый во Тьму? — кряхтел боец, пытаясь убрать ногу со своей груди.       — Я — Эйон Райсо, правая рука ацелита нашего и один из армий Тьмы! — Мэнесси включил на механизме протеза камень света и при помощи созданной верёвки, похожей на хлыст, ударил ей по лицу противника. Потом парень кувыркнулся вперёд, изгибая спину, и поднялся на ноги, а затем обхватил тело неприятеля белыми путами и стукнул того об землю, перекинув через себя. Тьма громко забурлила при контакте со святой энергией, а приземлился бог перекатившись по невидимому полу.       — Это энергия кристалла... Всё же, ещё один осколок мы потеряли, но я обязан победить тебя! Я обязан ради моего повелителя! Тебе не добраться до него. — Эйон стукнул кулаками после чего сделал шаг назад и испарился в неизвестности. Кажется, тот исчез, но в один момент рука, которая выползла из пространства позади, схватила за глотку Горана, и подтянула за собой, переместив того в точно такое же пространство как это, только на высоте двадцати метров. Райсо со всей дури швырнул тело вниз, а затем сблизился с бойцом и начал наносить тому целую серию ударов кулаками, подкрепляя это нематериальной энергией правой руки и силой Тьмы левой.       Горан получал удары, но его торс уже стал крепчать благодаря физической энергии. Создав перед собой одним взмахом протеза прозрачный белый щит из святой энергии, рука Эйона покрытая Тьмой, с громим хлопком рванула при контакте с защитой лежащего. Это позволило создать мгновение для удара, чем парень и воспользовался, влетев с двух ног прямо в грудь божества, перед этим зарядив их физической силой. Тушу отбросило на десяток метров, та перекатывалась и кувыркалась, но вскоре технично упала на пол.       — Это тяжёлый поединок, мне нравится твой настрой. — сказал Райсо, после чего Тьма постепенно начала облачать его всего, заполоняя каждую частичку организма. Позади появились четыре щупальца — отростки Тьмы, после двое начали сближаться, медленно подходя друг к другу.       Горан начал разгонять по телу тысячи потоков физической энергии, медленно обретая абсолютную форму. Эйон тряхнул рукой и пространство поменяло своё положение, два тела начали падать вниз. Перемещаясь из отверстия в отверстие, Эйон наносил сокрушительные удары по летящему вниз телу Горана с молниеносной скоростью. Тот не мог понять, откуда произойдёт следующий удар, но в одну из атак бойцу получилось схватить порченное тело соперника и сокрушительно поразить грудь того гигантским кулаком, пробив ту насквозь. Пространство исказилось вновь и двое оказались на поверхности в привычной манере.       — Больно... — прошипел Эйон и вскинув голову вверх принял разбег на Горана, в сторону которого мгновенно были выпущены четыре щупальца. Первое обхватило левую руку Горана, второе — правую. Остальные же обхватили торс и начали подтягивать к себе тело Райсо, неминуемо приближающиеся к груди Мэнесси. И вот момент: нога с упором вбивается в грудь, а затем два щупальца обхватывают гиганта и начинают колотить его об пол, перекидывая с одной стороны на другую. В это время боец пытается скооперироваться и обхватывает одно из щупальце в две руки, начиная его закручивать. После ещё одного удара о землю, Горан перетягивает инициативу на себя и отбрасывает тело Эйона в пустоту. Поднявшись на ноги, тот берёт разбег и следит за каждым перемещением противника. Тот молниеносно прыгал от места до места, иногда исчезая в порталах.       — Каким-то образом мне необходимо достать до самого сердца. Пронзить святыми нитями и изничтожить его тело. Очень быстрый противник, это будет тяжело, но выполнимо. — оттолкнувшись от земли, Горан прыгал вслед за Эйоном, создавая под собой платформы из физической энергии. Двое перемещались по пространству, играя скорее в догонялки, чем сражаясь.       Очередной прыжок Горана вслед за врагом ничем не увенчался. Из дыры в пространстве выползли щупальца и подтянули гиганта к себе. Снова удар Эйона пришёлся на голову бойца, после чего тот рухнул вниз.       — До сих пор не могу понять, почему ацелит проиграл тебе. Возможно, он просто поддался, либо же не оценил противника как следует. Тьма должна была изничтожить тебя в труху, мальчишка! Каждый атом твоего тела подлежит уничтожению, испарению. Низвести тебя — моя задача, с которой я справлюсь.—       Райсо взмыл далеко наверх, после чего где-то там образовалась огромная портальная рамка, предел которой не было видно нигде. Из неё медленно выползал каменный осколок... Нет, это была целая планета. Постепенно к Горану приближалась неминуемая погибель. Тот застыл в ужасе, глядя как на того летит каменный шар.       — Если сражаться — то до конца. Божий дар Таладиуса, помоги же мне! Я переполню всё свое тело энергией на максимум. Постараюсь удержать это в своих ладонях... Не с тем связался, Эйон! — тело парня засияло уже голубым светом, переливаясь частыми белыми нитями.       Мэнесси расставил руки в стороны, глядя на приближающийся камень, который медленной поступью подходил к парню. Вскоре планета оказалась в непосредственной близости с бойцом и тот оттолкнулся от земли, упираясь в планету спиной и руками. Ноги коснулись пола. Невыносимая тяжесть оказалась на всём теле парня, с тела которого каплями сходила чистая физическая энергия. Всплески физической энергии создавали дополнительные руки, сначала одну: потом вторая. Четыре гигантские руки упирались в камень, но тот продолжал неистово давить на спину гиганта.       Вскоре Мэнесси упал ниже, на колено, но всё равно продолжал сдерживать планету в своих руках. Форма начала трещать по швам, из которых брызгала чистая энергия под давлением. Сил больше не оставалось, но снизу что-то треснуло, поломалось. Дыры в пространстве появились рядом с ногами парня. Из них начали выползать чьи-то синие большие руки, которые упирались в кусок камня над головой Горана. Между тем, красные линии начали окутывать шар, образуя на нём трещины, теперь стало гораздо проще и легче, ведь сзади ощущалось чьё-то дыхание.       — Сестра, продолжай! — гневно озарил Таладиус, который помогал держать планету позади Горана, а рядом с Суроле стояла Геллиция и тоже упиралась руками в шар, внутрь которого уже проходили красные нити, окружая камень со всех сторон.       Присутствие товарищей придало парню сил, тот вцепился всеми четырьмя руками в планету, и поднял её над собой, поднимаясь на ноги. К тому времени богиня уже закончила процесс заполнения камня, после чего проследовал громкий взрыв изнутри, который расколол на миллионы частей эту планету (размер сопоставим с луной). Тело Горана засияло голубым ещё сильнее, после чего тот словно зверь, принялся прыгать по осколкам вверх, а вслед за ним неслась Ева, которая имела нематериальную форму волчицы. Забравшись на самый верх, где располагался Эйон, парень влетел в того с новым ударом, но противник вмиг переместился за спину Мэнесси и попытался нанести удар, и все же Ева успела вцепиться в его спину и откинула того поближе к Горану.       Набрав побольше святой энергии в руку, парень пронзил шаром грудь Райсо, начиная связывать всё его тело множеством нитей света. Громкий вопль разнёсся в пространстве, тело противника билось в судорогах, а вокруг появлялись и исчезали порталы с мирами, доколе не виданных Еве и Горану. Выдернув руку из груди соперника, Горан в мгновение ока вернулся в человеческую форму, держа в протезе гигантский шар со святой энергией. Собрав ладонь в кулак, раздался громкий хлопок, похожий на взрыв. Всё тело Эйона стирала та самая энергия, нити которой дезинтегрировали каждую часть тела божества.       Последний крик Райсо стих, а Горан вместе с Евой опустились к Таладиусу. Парень держал в своих руках небольшой белый шарик, по размеру напоминающий воздушный.       — Вот и всё... — тихо сказал потрёпанный Горан, приблизившись к двум богам, демонстрируя тем ядро Эйона.       — Бедный ты мужчина, Горан, — огорчённо сказала Галлиция, оглядев парня. — Райсо не должен был поддаваться воле Тьмы, но всё оказалось иначе... Прямо сейчас ты держишь в руках «Ядро божества». У каждого из нас оно есть и теряется после смерти. — Ева, которая была до сих пор в форме волка обратилась обратно в человека, чуть присев на колени и вскоре поднявшись с них.       — Эйон оказался подопечным Йонгстотеля и угрожал моей жизни, мы ничего не могли исправить, но... Как же вам удалось меня найти? По треку? — Таладиус кивнул и продолжил.       — Именно, но правда, с физической энергией туговато это проходит, а потому мы и задержались. Ты извини нас... — к ядру подошла Геллиция и волнительно вздохнула.       — Это сила, мальчик мой, которая будет дарована тебе. — богиня подняла взгляд и осмотрела уставшие глазницы Мэнесси.

...

И гласит пророчество:

Озарит мальчишка светом тело брошенного Тьмой. Получит силы небывалые. Проходя сквозь жар и боль, он достигнет своей цели. Путь его велик и мною предначертан, я — Существо, строитель мироздания. Путешественник придёт в пеленой укрытой мир, а затем поставит время вспять.

TA'AR UNE'SO CUI'E FUAT'OUN!

(Тогда наступит снова тишина)