Трудовые будни

В палаточном городке суета и шумиха, где-то что-то со звоном сломалось, кто-то с кем-то ругается, или дерется. Обычное утро, если не считать, что рядом кто-то спит, и Мерлин никак не может вспомнить, кто этот "кто-то". Голова болит, и шея затекла, но нет сил, чтобы подняться и выпить воды. Сил вообще нет. Эмрис старается вспомнить, что вчера случилось, и не может: вместо воспоминаний вязкая темнота. Горячая ладонь касается лба, и Мерлин открывает зажмуренные глаза. Над ним нависает кто-то, но Эмрис не может разобрать, кто именно, лишь понимает, что это свой человек. Его бережно приподнимают и подсовывают подушку под спину, так сидеть удобнее. Мерлин закрывает глаза: все равно зрение еще не в норме и сфокусироваться на чем-то сложно. Что-то прохладнее касается его губ - это оказывается чашка - Мерлин обхватывает ее руками и маленькими глотками пьет воду. Постепенно его состояние стабилизируется, и больше не пищат противно приборы возле уха. Эмрис вспоминает, что вчера с Мордредом они обыскивали пещеры, искали возможных уцелевших во время взрыва. Он смутно помнит, о чем они говорили, и как отправлял отчет Килгарре. Но отчетливо вспоминает, как что-то рядом трещит и Мордреда, что кинулся к нему, забыв о своем любимом Мирале, небрежно прислоненном к стенке. Значит, в пещерах случился обвал, а Мордред его спас. Открывая глаза, Мерлин видит напарника, сидящем рядом на стуле. У него туго перебинтована рука, и виднеются полоски лечебного пастыря на шее и лбу. Мордред улыбается и протягивает здоровой рукой еще одну чашку с водой. Рядом на тумбочке лежат питательные смеси и таблетки, а над палаточным городком раздается еще один звон и зычный голос Артура, отчитывающий нерадивых подчиненных.