Вопреки миру

      Готовясь к новому учебному году, мадам Помфри стала все чаще и чаще замечать, как временами ей трудно разбираться во всех зельях, распределять их по разным полочкам, делать новые заказы на ингредиенты для тех снадобий, которые могут продержаться в приемлемом состоянии всего пару дней. Её немногочисленные помощницы, нанимающиеся каждый год снова и снова, даже и не допускались до их хранилища. Девушки, конечно, имели образование колдомедиков, но до степени мастерства в зельях им явно не доставало навыков. Они умели оказывать первую помощь, даже могли изредка отличить плохое зелье от качественного, но это все не то. Инвентаризацию приходилось иногда проводить по ночам — настолько для мадам Помфри сложно было выделить время днем. Изредка ей помогал Снейп, этот черствый с виду мужчина. Он соглашался сварить зелье для нерадивого ученика, где-то заработавшего редкое проклятие. Но все это сопровождалось гнусным ворчанием. Да и сама колдомедик понимала, что у преподавателей еще меньше свободного времени, чем у нее самой.       Поэтому она решилась на разговор с Дамблдором. Директор смерил ее вопросительным взглядом, стоило только мадам Помфри войти в двери кабинета. Но тут же он доброжелательно улыбнулся, взмахнул палочкой и указал на освободившееся от кипы бумаг кресло. Новый учебный год начинался уже через месяц, поэтому бумажной волокиты было не занимать. И все выпадало на долю директора и деканов Хогвартса. Женщина неспешно села и в неком волнении попыталась разгладить складки на бордовой юбке.       — Мадам Помфри, не желаете чаю? Недавно мне прислали с юга Англии замечательные травы. Восхитительный вкус, — прощебетал Дамблдор, не торопя коллегу со своей просьбой.       — Благодарю, директор, — улыбнулась мадам Помфри, но тут же вернула себе серьезное выражение лица. — Я к вам по делу. Насчет моих обязанностей.       — Конечно-конечно, я вас готов выслушать. — Директор, тем временем, взмахом волшебной палочки поставил на свой стол чайный сервиз и уже засыпал те самые нахваленные травы в совсем крохотный чайничек.       — Как вы знаете, директор, у нас немалый запас зелий, которые постоянно требуют пополнения и замены, — осторожно начала мадам Помфри, словно остерегаясь томного взора Дамблдора, которым тот то и дело одаривал каждого, с кем говорил. — И сложно уследить в одиночку за каждым. Вы понимаете, о чем я?       — Вы правы, Хогвартс обязан иметь все необходимое на случай, если ученики окажутся… в опасности, — сказал директор и всего на мгновение замер с чайником в руке, будто обдумывая что-то. И это «что-то» точно показалось ему слишком волнительным, раз всегда спокойный Дамблдор забеспокоился.       — Мне нужны дополнительные руки. Аспирант, возможно. Мои медики — профессионалы своего дела, но никак не специалисты по зельям. — Мадам Помфри выдохнула, принимая теплую чашку в руки и делая первый глоток ароматного напитка. Чай и вправду оказался великолепным по вкусу.        — Вы имеете в виду, что хотели бы, чтобы в Хогвартсе появился новый зельевар? — уточнил директор и ухмыльнулся. Его слова игрались на грани абсурда и очевидной серьезности.       — Да, директор. Мне нужна помощь именно специалиста.       Дамблдор сел за свой стол, поднес чашку к губам и сделал глоток, даже и не концентрируясь на вкусе чая. Он обвел фигуру колдомедика взглядом, подмечая образовавшиеся за годы службы морщины, чуть сутулую спину и временами подрагивающие руки. Она была великолепным работником. Всегда точным и знающим свое дело. Но просьба словно вывела директора из омута. Они не молодеют. Все преподаватели рано или поздно придут к этому же. Даже пышущая здоровьем профессор МакГонагалл все чаще и чаще посылала за нужными книгами и инвентарем домовых эльфов, а не выбирала каждый инструмент вручную. Что уж говорить о персонале больничного крыла, где день изо дня происходило все: от вывихов до едких проклятий. И каждый случай требовал пристального внимания.       — Хорошо, мадам Помфри, я приму все это к сведению, — подвел черту директор в этом разговоре и сделал кое-какие пометки в книге на столе. — Так как вам мой отвар?       Последующий их разговор был совершенно пустым, именно таким, каким его принято поддерживать между коллегами, долго работающими вместе. Директор рассказывал о тех самых знакомых из южной части Англии, а мадам Помфри вспоминала, как сама как-то побывала в тех местах во время одного из съездов колдомедиков. Красивые леса, богатая флора и фауна — все это они успели обсудить и только после разошлись на доброй ноте.       Дамблдор проводил колдомедика добродушным взглядом, обдумывая состоявшийся разговор. И совсем не ту часть, где они вели светский разговор. Решение было очевидным. Стоило давно нанять дополнительный персонал, а не надеяться на одну лишь помощь преподавателей. Директор достал свиток пергамента из внутренней части стола, опустил перо в чернила и задумался. В академии авроров вряд ли найдется достойный претендент, хотя курс подразумевал глубокое изучение многих дисциплин. А среди направления зельеваров еще более сложно будет найти студента, согласившегося бы на эту роль. У них явно должны быть другие приоритеты. Однако Дамблдор решил рискнуть. Он в течение пары минут выводил буквы на пергаменте, адресовав его декану факультета. Все сводилось к тому, какими именно качествами и знаниями должен обладать возможный вариант. Круг сужался до невозможности. Слишком малая вероятность того, что найдется именно такой студент.       Школьная сова угукнула и взлетела, сразу же набирая высоту и летя в сторону академии, что находилась в центре Магической Британии. Директор провел пальцами по своей бороде и уставился вдаль, размышляя о грядущем году. Гарри Поттер зачислен на первый курс в Хогвартсе.

***

      Декан факультета зельеварения угрюмо смотрел на присланный пергамент, что он успел получить еще день назад. И данная просьба его весьма удивила. Хогвартс тем и славился, что не требовал лишних рук для полноценного функционирования во всех областях. А тут у него просят порекомендовать студента на роль помощника в лабораториях и кладовых. И ладно бы просто помощника, однако список всех его навыков банально вводил в заблуждение. Будто бы искали не специалиста в одной области, а мастера на все руки, да такого, чтобы еще и с подростками ладил.       Поразмыслив, мужчина все же не смог отказать. Давняя дружба с директором Хогвартса давала о себе знать. Да и просьба оказалась не такой уж и не выполнимой. Объектом их поисков оказалось всего пару студентов: двое парней с первого и второго и одна девушка-аспирантка с четвертого. Первые претенденты оказались буквально неспособными к работе где-либо еще, кроме самой академии. Они выглядели такими уставшими и побитыми, что предложение о дополнительной работе было почти сразу отвергнуто.       Последней надеждой являлась мисс Браун, девушке едва исполнилось двадцать пять, когда она стала претендовать на степень мастерства по зельеварению. Однако пока ей не была доступна даже роль подмастерья до окончания академии. О ее упорстве в получении новых знаний говорили во всем учебном заведении, что даже позволяло девушке иногда пренебрегать правилами и посещать лаборатории вне отведенного времени. Да и те ингредиенты, что девушка иногда использовала, часто не состояли в списке «разрешенных». Но преподаватели упорно закрывали глаза, не донося эти новости до декана, прекрасно знающего про все «проступки» студентов.       Раздался легкий стук. После негромкого «Войдите» Эмма Браун шагнула в кабинет, сразу же прикрывая за собою дверь. Она по-доброму улыбнулась и поздоровалась, сразу же садясь на стул напротив стола декана.       — Что ж, мисс Браун, у меня для вас есть предложение. Вы ведь все еще занимаетесь научной деятельностью? — спросил мужчина с интересом глядя на свою подопечную. Та словно оживилась, в её глазах появился задорный огонек.       — Конечно! Недавно приступила к экспериментам со вкусами перечного зелья. Знаете, чтобы даже дети могли пить, — выдохнула девушка с нетерпением потирая руки, обтянутые перчатками. Они, как всегда, были абсолютно черными, без единой складочки, словно специально сшитыми под небольшие ладони.       — Да, мисс, достаточно. Мы не за этим здесь, — отмахнулся от ее слов декан, заставляя девушку мигом усмирить все свое желание делиться любимы исследованиями. Эмма кивнула и выпрямилась, вновь становясь внимательным слушателем. — Я готов предложить вам работу в Хогвартсе, можно сказать, лаборантом. Но с более расширенным кругом обязанностей и прав. Что скажете?       — В Хогвартсе? Вы серьезно? — в некотором оцепенении переспросила девушка, в немом восторге глядя на декана. Однако недвусмысленно выгнутая бровь мужчины напротив вернула ей самообладание. — Я даже не знаю, это как-то… Неожиданно. Уже лет шесть прошло, как я покинула стены школы.       — Обдумайте мое предложение. Вы перейдете на заочное обучение, вы должны будете приезжать только на зачёты и экзамены, все остальное время вы будете обязаны полноценно жить и работать в Хогвартсе. Конечно, эта деятельность будет учитываться при получении статуса подмастерья, — решил действовать более радикально декан. Манипуляция была жестокой, буквально била по чувствам девушки. Та поджала губы и провела рукой по волосам, поправляя выпавшую прядку.       — Вы жестоки, сэр, — улыбнулась девушка. Прямолинейность и её открытость всегда поражала. Эмма была готова высказать любые свои мысли, рассказать обо всем, что крутилось у нее на уме. И никто не мог её остановить. — Я могу подумать?       — Сообщите о вашем решении к вечеру, — произнес декан и кивнул ей, позволяя покинуть кабинет.       Девушка вышла со смешанными чувствами. И с ними же направилась обратно в общежитие, в котором она уже не первый год жила на постоянной основе. Обычно студенты достаточно быстро съезжали в квартиры, несмотря на то, что с каждым годом их стоимость увеличивалась все больше и больше. Однако Эмме нравилось жить с соседкой-подружкой, с которой они прошли все обучение в академии. А теперь ей предлагали уехать далеко, почти в другую часть страны. Смена обстановки — всегда страшное дело. Да и прошлая её попытка начать жить где-то в ином месте закончилась… Эмма быстро помотала головой и остановилась посередине тротуара, угрюмо сжимая пальцами переносицу. Ткань перчаток так привычно ощущалась на коже, девушка даже не задумывается об этом. «Не вороши прошлое», — вновь напомнила себе Эмма и зашагал дальше.       Взамен она получит дорогие годы работы, невероятный опыт и общение с явными специалистами в своем деле. Да и заочная сдача экзаменов — весьма редкое удовольствие. Большую часть материала Эмма уже знала, а на многочисленных лекциях часто просто рисовала на листе пергамента или пыталась просчитать очередную формулу для нового зелья. Все упиралось в это глупое чувство страха, щекочущее ее неуверенность в себе снова и снова. Их разговор с деканом вышел каким-то скомканным и слишком коротким. Он не раскрыл ей и малой части всех мелочей, что было весьма типично для мужчины. Никакой лишней информации, которую она бы могла раскрыть. Эмма улыбнулась своим же мыслям. «Он знает, что я не откажусь, не даром же упомянул о моей желанном статусе», — подумала девушка и оказалась совершенно права. Выводы были очевидными. Декан еще с начала разговора легко понял, что девушка прошла отбор. Огонек в глаза с первых ноток разговора о зельях, заинтересованность в научной жизни и опережение программы — все это делало её лучшей кандидатурой на роль помощницы в Хогвартсе.       Эмма зашла в комнату и посмотрела на пустующую кровать своей соседки. Она переехала еще в конце мая, решив съехаться с молодым человеком. Поэтому на все лето Браун осталась одна, а с Нового Года комендант обещала подселить к ней новую студентку, первокурсницу. И это не мог не расстраивать. Новые люди, новые знакомства — зачем ей все это? Эмма опустилась на кровать и скинула перчатки с рук, закатала рукава водолазки, после легко взмахнула палочкой, насылая на себя охлаждающие чары. Температура на улице бесновалась. Девушка осмотрела свой стол, стену с немногочисленными маленьким бумажками с напоминаниями о встречах и делах — она до сих пор не принимала домашние чары, пользуясь только лишь своими руками. Эмма увидела пергамент с очередным рецептом экспериментального перечного зелья с мятным вкусом и улыбнулась. А ведь она могла бы и в Хогвартсе проводить эксперименты.       Стараясь не смотреть на собственные руки, девушка вытащила из-под кровати свой чемодан с чарами расширения пространства. Обычно она хранила в нем только книги. Но теперь он будет использован по прямому своему назначению. Последний раз Эмма ехала в Хогвартс в далеком тысяча девятьсот восемьдесят пятом году. А теперь готовилась вернуться вновь, но уже совсем с другой целью.       Декан академии довольно ухмыльнулся — его ожидания, как всегда, подтвердились.

***

      Эмма неловко захлопнула крышку чемодана и провела ладонью по лбу. Стояла какая-то странная и неестественная жара. Словно в последнюю неделю августа природа решила отомстить всему человечеству. Поэтому приходилось вечно обмахиваться чем попало: то листами от рефератов, книгами или даже футболкой, которую в порывах отчаяния сняла с себя девушка. Где-то внутри поселилась надежда, что в замке, куда она должна будет отправиться через пару часов, будет прохладно. Хотя бы немного… Только вот вряд ли теперь Эмма сможет ходить без верхней одежды даже по своей комнате — вдруг кто-то забежит по очень в важному дело. Строгая униформа не предполагалась правилами, которые ей прислали почтой. Но рекомендовалось выбрать единый однотонный стиль. Поэтому, решив, что особенно выделяться она не хочет, девушка выбрала самые темные оттенки в своем гардеробе — универсальный черный и серый. Цвета, которые подходили абсолютно под любую одежду и стиль. Однако жара, казалось, издевалась над девушкой!       Новая соседка как-то странно поглядывала на Эмму, то и дело что-то черкая у себя в блокноте. За несколько дней Браун уже всеми силами старалась не обращать внимания на эти странные взгляды и вести свою привычную жизнь. Но время от времени некое раздражение закипало в её душе с новой силой. И теперь Эмма была очень рада покинуть эти стены, в один день ставшие такими узкими и давящими на все живое.       — Только никаких вечеринок! — кинула на прощание соседке Эмма и вышла из комнаты вместе с чемоданом, летящим над землей за своей хозяйкой. Рядом прошла знакомая с её курса, приветливо махнув рукой и пожелав хорошей дороги. На слова Эмма благодарно кивнула и прошагала дальше. Времени и сил на любезности не оставалось.       Уменьшив свой чемодан в размерах, Эмма решила пройтись немного пешком. В последнее время она делала это так редко, что ей казалось, будто вся её физическая подготовка в одночасье и вовсе растворилась. Оглянувшись по сторонам, девушка заметила вышагивающую по тротуару группу детишек с родителями. Те явно не являлись чистокровными магами — слышались частые выкрики удивления. Видимо, в магловских семьях родились дети, обладающие зачатками магии. Рядом с ними с угрюмым лицом шел государственный работник. Таких иногда высылали для помощи подобным семьям. Весьма разумное решение для министерства: раньше маглы даже и не могли представить, как им попасть в магический мир и отправить любимого ребенка в школу.       Сегодня в Хогвартс отправились многие второстепенные работники, всего несколько преподавателей и весь комитет образования для проверки школы перед началом учебного года. В число этих же счастливчиков попала и Эмма. До сих пор Браун так и не могла понять, почему нельзя позволить аппарацию в школу хотя бы на время каникул. Но даже летом камины оставались закрытыми, а местность возле школы — недоступна для быстрых перемещений. «Интересно вновь встретить профессоров. Столько лет уже прошло…» — пронеслось в мыслях девушки, когда она все-таки решила трангрессировать прямо на платформу. Быстрый, но весьма неприятный способ. Реальность закрутилась, окружающие площадку звуки затихли и вновь разразились громом в ушах. Вновь коснувшись ногами твердой поверхности, Эмма покачнулась и оперлась о ближайшую стену. Стараясь глубоко дышать, она медленно приходила в себя. Да уж, игроком Квиддича ей быть не суждено — вестибулярный аппарат ни к черту.       — Мисс, с вами все в порядке? — раздался рядом чей-то низкий голос. Девушка вмиг повернула голову, мысленно себя за это коря. Её взору предстал высокий мужчина с серебряными волосами, длинными и отливающими белым светом… Тот стоял совсем недалеко, будто сам только переместился. Весь его вид говорил о том, что делал он это с такой же неприязнью       — Да-да, просто немного закружилась голова, — быстро поговорила Эмма, все еще держась рукой за стену, единственную опору для неё сейчас.       Незнакомец хмыкнул и направился к противоположному краю платформы, где уже расположились люди, выглядившие точно так же. Все держались ровно и статно, будто натянутые струны. Постояв еще пару мгновений на месте, Эмма все же решилась пройти к краю платформы, где как раз располагались скамейки. Все мысли слились в одну большую кучку. Жара и последствия аппарации — все выводило девушку из строя. Всего на секунду девушка было задумалась о том, чтобы снять плотные перчатки и подтянуть рукава черной водолазки. Но тут же одернула себя и мотнула головой в каком-то странном помутнении мыслей.       Следующие двадцать минут протекали медленно и как-то слишком размеренно. Эмма в очередном приливе скуки поднялась со своего места и начала вышагивать по длинной платформе. Где-то уже стояли люди, кто-то только приходил и так же, как и девушка, отдыхал на лавочке. Увидев знакомую темную фигуру, Эмма замедлила шаг. Сердце опасно екнуло и тут же забилось. Подходить ближе не хотелось. Силуэт шагал по направлению к беловолосому незнакомцу. Пожав друг другу руки, они завели разговор.       Развернувшись и еле сдерживаясь от того, чтобы не перейти на бег, Эмма направилась в другую сторону, на дальнюю часть платформы. Вряд ли её кто-то узнал. Слишком много времени прошло с того года, когда она закончила свое обучение в Хогвартсе. Её длинные волосы превратились в совсем короткое каре, еле доходящее до плеч. Былая красная форма сменилась на строгий черный стиль. Да и лицо уже потеряло наивно-детские черты и ту самую не сходящую улыбку. Время меняет каждого. Съедает и не оставляет ни кусочка, будто издеваясь. И сейчас девушка спустя столько лет вновь стоит на этой же платформе. Только теперь совсем с другой целью и другими желаниями. «А ведь я думала, что больше никогда не вернусь», — усмехнулась Эмма.       Поезд прибыл точно по расписанию, позволяя пассажирам разойтись по купе. Некоторые объединились в небольшие группы, а другие, как и Эмма, предпочли одиночество. Вернув своему чемодану прежний вид, Эмма вытащила из него любимую небольшую сумку, бутылку воды и книгу. Стоило занять себя чем-то на время не ближней дороги. Учебник на вид уже не представлял ничего хорошего. Будто его пару раз швыряли в стену, а после выстирали вместе с бельем. Хотя, учитывая то, как сложно протекали экзамены, Эмма не удивлена, что некоторые ученики вымещали свою злость на обычной книжке. Буквы как-то странно скакали по строчкам, печать явно «постаралась» над этим изданием. После девушка вновь уменьшила чемодан и уже положила его в свою сумочку.       И все еще она не могла сконцентрироваться на написанном в книге. Формулы для высчитывания концентрации вещества в зелье, теории по применению ядовитых веществ и инструкции никак не хотели находить место в памяти девушки. С досадой она отложила учебник и откинула голову, наблюдая за пейзажами за окном. Глаза невольно смыкались, приходил желанный сон. Девушка настолько переволновалась из-за поездки, что совсем не могла нормально уснуть. Да и вечно храпящая соседка лишь усугубляла ситуацию. Будто издевалась. Пару раз за ночь пришлось накладывать чары тишины и вновь пытаться погрузиться в сон. Эмма помотала головой, приводя мысли в порядок. Нужно было оставаться в здравом уме.       — Прямо как шесть лет назад… — прошептала девушка и вновь устало моргнула. Веки медленно опустились и тут же поднялись.       Раздались шаги и негромкие голоса приближающихся людей. Уже знакомые мужчины прошагали мимо, а один из них всего на пару мгновений задержался возле прозрачной двери в её купе. Эмма столкнулась со Снейпом взглядом, так и не поняв, признал ли он бывшую ученицу Гриффиндора.

***

      Ближе к вечеру, когда солнце уже приближалось к горизонту, они наконец-то прибыли на станцию, первую и единственную, «Хогвартс-экспресс». Эмма неловко спрыгнула на каменную поверхность, чуть не подвернув ногу от резкого спуска. Рядом недовольно защебетала проводница, наблюдая за спешными действиями девушки. Другие пассажиры также уже постепенно выходили из вагонов. Некоторые сонно потягивались, другие продолжали между собой беседы, будто им не хватило времени в дороге. Эмма посмотрела по сторонам и решила направиться вслед за толпой, к началу платформы. В последний раз, когда она приезжала, их всегда встречал кто-то из Хогвартса и провожал до самых дверей замка, чтобы никто из учеников ни в коем случае не потерялся. Сзади послышались размеренные шаги, будто кто-то намеренно замедлился перед небольшой фигуркой девушки. Браун оглянулась и чуть вновь не споткнулась, заметив давно знакомого профессора зельеварения.       — Добрый вечер, мисс Браун, — поздоровался он первым, видимо, решив прервать молчание и ответить на все не озвученные вопросы. Бывшую студентку он заметил еще на вокзале, но решил дать время девушке успокоить собственный пылкий разум.       — Здравствуйте, про… мистер Снейп, — спешно ответила Эмма, чуть не оговорившись. Она так и не поняла, как теперь ей стоило обращаться к преподавателям Хогвартса. Неловко и даже немного стыдно было от осознания того, что ей уже не нужно прятаться ночью по углам и бояться снятия баллов за нарушение комендантского часа.       — Слышал, вы теперь работаете в больничном крыле? Что ж, поздравляю. Однако не думаю, что студент из академии авроров сможет заниматься столь… ответственным дело, — в своей манере проговорил Снейп и уже было ускорился шаг, как вдруг сзади раздалось:       — А с чего вы взяли, что я учусь на аврора?       — Не вы ли вместе со своими дружками-гриффиндорцами кричали об этом на каждом углу? — решил все же ответить Снейп, вновь поравнявшись со своим неслучайным собеседником.       — Знаете, планы изменились, — хмыкнула Эмма и поправила вечно спадающую с плеча сумку. После недолгого молчания, она все же решила пояснить: — Я студентка пятого курса Академии Зельеварения.       Больше Снейп не проронил ни слова, будто обдумывал услышанную информацию. А девушка вмиг почувствовала себя слишком некомфортно рядом с этим человеком. Что шесть лет назад, что сейчас, он оставался таким же черствым и закрытым для всех. Конечно, Эмма и не рассчитывала на то, что каждый обитатель замка примет её с распростёртыми объятиями. Вспомнить бы хотя бы Филча. Тот всем сердцем и душой ненавидел студентов львиного факультета! Будто бы специально каждый раз срывался только на них, а такие преподаватели, как Снейп, намеренно только и отправляли гриффиндорцев именно к нему на время отработок. Девушка не была одним из тех, кто постоянно искал приключений себе на одно весьма мягкое место. Она ещё засиживалась в библиотеке или в самом уголке общего зала, погружаясь в литературу. Её друзья постоянно были рядом, поэтому острой нужды в общении Эмма никогда не испытывала. Сев в одну карету вместе с незнакомым ей персоналом замка, девушка постаралась отвлечься от гнетущих её мыслей. Последний курс обучения, новоиспечённая подработка и страх перед экзаменами — все накатило на нее в одно мгновение. Темный лес и холодный ветер напомнили о себе. Эмма плотнее закуталась в свою мантию и прошептала легкое заклинание согревающих чар, пытаясь создать хотя иллюзию уюта. Колесницы быстро приближались к Хогвартсу, ярко сияющему в темном небытии. Будто бы замок встречал любимых преподавателей во всей своей готовности к новому учебному году.       После того, как они остановились в небольшом дворике — все же колесниц было не так много, как по приезде учеников, — Эмма вновь осторожно спустилась на землю и попыталась понять, куда ей идти дальше. Сразу ли подойти к мадам Помфри или попытаться найти свои комнаты? На все вопросы ответил подоспевший директор, который точно ожидал приезд профессоров и членов министерства образования. Перекинувшись парой фраз с тем самым статным мужчиной, с которым повстречалась Эмма на платформе, Дамблдор плавной походкой направился к ней. Он не изменился за все прошедшие годы. Все такой же улыбающийся и будто бы неземной. Однако несколько новых морщин все же прорезали кожу лица.       — Поздравляю с возвращением в Хогвартс, мисс Браун! — проговорил директор и осторожно пожал руку девушки, задержав свой взгляд на её перчатках. «Верно, подумал, что я замерзла в дороге», — мысленно понадеялась она и так же обворожительно улыбнулась. — Рада снова здесь оказаться. Столько лет прошло, а замок прямо как из детства. — Эмма поправила ремешок сумки, пытаясь понять, что же все-таки хочет от нее услышать Дамблдор. — Не подскажете, куда мне идти?       — Когда-то давно я бы с радостью вас направил в гриффиндорские спальни, — сказал директор, вызывая очередную улыбку у девушки. — Можете оставить вещи в коридоре, вас уже ожидает мадам Помфри. Найдете дорогу до больничного крыла?       — Конечно! Все же Хогвартс стал для меня домом, директор. — Эмма еще раз пожала руку Дамблдору, который как-то загадочно снова на нее смотрел.       Уже идя по многочисленным лестницам Хогвартса, Эмма поняла, как на самом деле крупно изменилась её жизнь всего за пару недель. Одно письмо — и её дорога переменила свое направление, свернув под каком-то немыслимым углом. Хотя, вспоминая все прошедшие года, Эмма понимала, что её жизнь изменилась в другой момент. В другой момент она больше не могла спокойно смотреть на себя в зеркало и… Девушка озирается, понимая, как далеко завели её мысли.       Первый этаж Хогвартса, по мнению девушки, был самым красивым и вычурным. Остальные словно лишь пытались быть подобны главным помещениям замка, все так же оставаясь в тени. И Эмма всегда отрицала, что её любовь к этим местам была только из-за кабинета Макгонагалл неподалеку. Пусть в нем она провела ни один час своей жизни, особенно на последнем курсе обучения. Возможно, именно декан Гриффиндора внесла последнюю лепту в решение девушки пойди в академию зельеварения.       Зал лечебного крыла был освещен всего несколькими свечами, расположенными у самого стола мадам Помфри. Женщина сидела на своем излюбленном месте, глядя в ту кипу бумаг, расположившейся перед ней. Услышав стук неспешных шагов, она подняла голову и взглянула на посетителя. Всего через мгновение в её взгляде осознало осознание. Эмма негромко поздоровалась, понимая, что её голос будет в любом случае звучать звонко и четко в полупустом помещении.       — Мисс Браун, мне уже доложили о вашем приезде. — Мадам Помфри быстрым движением отложила оставшиеся бумаги в стопку и поднялась, ожидая, пока девушка наконец-то дойдет до её стола. — Сейчас я быстро вам покажу лабораторию и хранилище. Можете осмотреть их с утра получше. Там уж и обсудим ваши обязанности. Устали с дороги, небось.       — Конечно, мадам, — согласилась Эмма и поспешила за женщиной, что, несмотря на свой возраст, ловко перемещалась по узким коридорчикам. — Во сколько мне к вам подойти?       — Да хоть в пять утра, я здесь буду точно, может, с сестричками познакомишься, — хмыкнула мадам Помфри и, наконец, приблизилась к одной из дверей. Эмма тут же почувствовала легкий отголосок магии, исходящий от дерева. «Чары на защиту», — тут же догадалась она и прошла в помещение, заставленное множеством стеллажей с колбами и бутыльками. Такого ей не удавалось увидеть за все свои годы обучения в академии. Казалось, будто здесь можно найти абсолютно любое зелье. Однако сразу за восхищением пришло осознание, какая её будет ждать тяжелая работёнка.       Они прошли мимо полок и попали через очередную дверь в новое помещение — лабораторию. Котлов здесь было совсем немного, повсюду витал запах трав. Пусть и хранилища ингредиентов запечатывались чарами стазиса. Эмма пробежалась взглядом по каждому уголку, подмечая для себя, что не так уж и богато помещение необходимым оборудованием. Все для самых простых зелий — и ничего более ценного. Недовольно поджав губы, Эмма поставила мысленную заметку спросить у мадам Пофри, где можно взять дополнительные инструменты. На крайний случай, девушка даже была готова использовать личные, лишь бы наслаждаться приятным процессом зельеварения.       — Мне как к вам лучше обращаться, мисс? — выдернула её из размышлений мадам Помфри.       — Просто Эмма, называйте меня по имени, — секунду подумав, сказала девушка.       — Что ж, Эмма, надеюсь, что вы найдете свое место в стенах Хогвартса.