С тобой, пока не взойдёт Солнце

Прошла неделя. Граф проснулся как только Солнце село за горизонт. Выйдя из своего гроба, мужчина потянулся. Все вернулось на круги своя: он возобновил свой режим, стал также много читать и размышлять. Казалось бы, вот опять появилось время, когда можно остаться в тишине, но… Что это за чувство? Пустота, которая распирает его изнутри, оставляя какую-то странную тяжесть. «Я сойду с ума, если буду думать об этом, — граф подошёл к книгам и взял первую попавшуюся, — Мне нужно снова привыкнуть к одинокой жизни». Мужчина вздохнул и от усталости прикрыл веки. Раскрыв книгу на середине, из неё вывалился листок и упал к ногам графа. Это был тот самый рисунок, который нарисовала Ева. Те же странные улыбки, те же кривые глаза. " Такая чудачливая девочка» — Влад Цепеш усмехнулся и положил листок на стол. «Наиковарнейший способ причинить вред какой-либо вещи-это намеренно защитить её ложными доводами» — гласил абзац из книги, которую он все ещё держал в руках. «Защитить… То и есть истина. Если я остался рядом с юными господа и, если бы они не уехали- это причинило бы им ещё больший вред. Ведь меня люди презирают, а если граждане узнали, что эти дети завязал и дружбу с нечистью, то и они подверглись бы издевательствам, — Дракула положил писменность обратно и, подойдя к окну, раздвинул массивные шторы. В комнату ворвался белый лунный свет и холодный ветер, от чего горящая свеча сразу же погасла, — Да, они бы тоже подверглись издевательствам. Другие дети проявляли бы к ним жестокость, а взрослые распускали бы грязные слухи. И во всей этой ситуации был бы виноват только я. Только я… Малыши не способны понять, что нужно делать, а что нельзя, я же взрослый человек, который вместо того, чтобы сразу разрушить наше общение, пока она ещё не переродилась в дружбу, просто игнорировал их, не беря на себя никакой ответственности». Он прекрасно понимал, что так будет лучше. Если дети вдали от него- они в безопасности. Но даже несмотря на эти доводы рассудка, мужчина все же не мог полностью их отпустить. Его память наотрез отказывалась искренять образ весёлой девочки и меланхоличного паренька, графу хотелось сново слушать их смех и разговоры, снова оказаться в той уютной атмосфере в их обществе, он… Скучал? «Я сам не свой», — Влад Цепеш решил остудить голову и отправился на улицу. От открывающихся дверей раздался пронзительный скрип. Несмотря на то, что мужчина слышал его уже много раз, он сморщился от противного звука. На улице было как обычно. Граф уже несколько столетий выходит гулять, а окрестности совсем не меняются. Вот то самое дерево, которое он помнил совсем молодым, вот огромный камень, которого сюда притащил какой-то сумасшедший, а вот и та самая поляна, на которой один мужчина со скотским характером домогался до Евы. Граф отчётливо помнил тот день. Как обычно выйдя на прогулку, он увидел странную картину. Маленькую девочку тошнило на траву, а мужчина рядом с ненавистью смотрел на маленькое тело. Влад Цепеш сразу все понял. В другой день он бы просто прошёл мимо, но вид испуганной и дрожжащей девочки вызывал жалость, поэтому вопреки своему образу жизни, граф решил вмешаться. «Как сейчас помню его крики, — усмехнулся мужчина, — Он ничем не отличался от других, те же слова мольбы и раскаивания, а вот его кровь… — мужчина вспомнил пьянящую и горячую жидкость, которая была чуть горьковатой из-за никотина, и сглотнул, — Кажется, это животное не отказывало себе в трубке». Послышалось шаги. Граф обернулся. В нескольких метрах от него, стоял шатавшийся мужчина в порванной местом одежде и избитые лицом, которое было полностью с ним от синяков. В руках он держал стеклянную бутылку, из которой он иногда отпивал по большим глоткам. В нос ударил запах спиртного из-за чего граф невольно сморщился. Пьяница увидел аристократа и дрожащими ногами поплелся к нему. -Эй, ты! — на весь лес раздался хриплый голос, — Слыш, ты че?! Че смотришь?! Я сейчас как надеру тебе твою белую морду! Влад Цепеш остался на месте, равнодушно смотря на приближающуюся фигуру. «Как давно я не встречал таких индивидов», — вздохнул граф, устало откидывая голову назад. Мужчина подошёл совсем близко и стал дёргать по плечу нечисть. Но Дракула прямо стоял на ногах, не поддаваясь провокациям. -Ты! Я ведь реально морду набью, молоко ты хреново! На! — он замахнулся бутылкой, пытаясь попасть по голове, но аристократ отреагировал быстрее и отошёл. Пьяный поддался вперёд и, не удержавшись на ногах, влетел в дерево. После удара о кору его ноги не смогли его удерживать, и мужчина упал на землю. Бутылка выпала из его рук и разбилась о камень, расколовшись на две большие части. -Сука! Мое бухло! — пьяница поднял разъеренные глаза на аристократа, который все ещё наблюдал за этой сценой, как зритель в зоопарке. Ничего не говоря, мужчина побежал на Влада Цепеша, и снова попытался замохнуться, однако сильные руки нечисти оттолкнули его назад и тот снова упал. Упал на огромный осколок от будылки, который возился ему в сонную артерию настолько глубоко, что стекляшка выступала через кожу. Кровь быстро хлынула из сосуда, поливая траву красной жидкостью и пачкая и так грязную рубашку. Аристократ облизнулся и сглотнул. Полностью красная шея манила его, а сладкий аромат щекотал нос, дурманя и заставляя терять рассудок. Израненный мужчина выдал что-то нечленообразное и упал лицом вниз. Из свежей ранки все ещё пильсирующе вытекала кровь. «Это несчастный случай, а не убийство, — Влад Цепеш подошёл ближе и присел на колени, — А значит, вполне можно и уталить жажду, не пропадать же добру». Аристократ ухмыльнулся, но сразу же стал серьёзным. «Я монстр», — и как бы аристократ не скрывался за маской величественности и грациозности, ему никогда не избавиться от своей истинной сущности- от жестокого и голодного чудовища. Протянув палец к артерии он собрал на ней немного крови, капли которой продолжали падать на траву, пока мужчина подносил их ко рту. Кровь этого человека была вкусной, но горкой из-за алкоголя. По телу прошлась приятная дрожь, а разум затуманился. Хотелось только одного- пить и не останавливаться, пока лучи утреннего Солнца не прожгут лицо. Полностью потеряв контроль, аристократ вцепился зубами в шею мертвеца и отчаянно высасывал оставшуюся жидкость. И когда та уже не вытекала, он срывал изпачканную кровью траву и слизывал капли с неё. Глаза аристократа блестели от эйфории, а лицо было полностью испачканно соками листьев и кровью. Влад Цепеш уже облизывал свои пальцы, как его тело ослабло и он упал без сил, прямо на труп пьяницы. Сон его был очень крепким. Проснулся Влад Цепеш ранним утром. На ветках чирикали птицы, а прохладный ветер развивал его чёрные волосы. Мужчина непонимающе оглулся, в его голове не укладывалось полная картина. Он понял, что лежит на чем-то и, посмотрев вниз, увидел мёртвое и белое тело. «Вспомнил, — промелькнуло в его голове, — Я хотел прогуляться, но этот человек попытался напасть на меня, однако потерпел неудачу и в итоге упал на осколок». А дальше все как в тумане, граф помнил только обрывки происходящего: как он пробует кровь, как слизывает капли с рук и травы, но это были лишь фрагменты, а хронология проследить было трудно. После глотка крови, аристократ в прямом смысле опьянел. От глупости данной ситуации мужчина легонько ударил себя по лбу. «На поиски этого человека могли отправиться его близкие, а если бы кто-нибудь, наделенный мужеством заявил я бы сюда? — мужчина лёг на спину, рядом с трупом, — И с каких пор я поступаю так безрассудно?» Влад Цепеш смотрел на небо, на оранжевые облака, и птиц, иногда промелькающих перед взором. Бросив взгляд на замок, он увидел, что почти половина его поместья тонет в солнечных лучах, а значит скоро светило поднимется высоко и обожжет кожу графа, которому не спрятаться за плащем, ведь тот одиноко лежит в его комнате. Встав с травы, он посмотрел на труп. «Пьяный человек в лохмотьях, навярняка у него нет семьи, а если и есть, то сюда они точно не явятся», — это была лишь отмазка. На самом деле, аристократ просто не хотел прятать труп и вообще волноваться по этому поводу, ведь у него полностью отсутствовало настроение. Осталось только чувство пустоты, которое снова вернулось после отъезда ребятишек. Весь день граф просидел в своей комнате, размышляя о своём состоянии и задаваясь вопросом, почему он снова так отчаянно страшится одиночества, которое было с ним всегда до прихода детей? Может, он на самом деле не хотел быть одиноким? _ На часах восемь вечера, в самом знаменитом баре с глупым названием: «Огненная кружка» за деревянным столом сидят четверо мужчин. Громадные и волосатые тела выпивают по литровой кружке пива. Каждый из них пытается рассказать что-то свое, перебивая и не слушая собеседника. Их громкие голоса радовались по всему заведению и даже эхом проносились по улицам «Страны огней». -Эй, бармен, повтори! — вскрикнул мужчина в чёрных спорнивках, громко ставя кружку на стол. -А вы слышали, что пьяница Моран пропал? — начал другой мужчина с массивной рыжей бородой. -Да ну! Лежит наверно где-то с бутылкой в обнимку! — громко закричал человек по имени Вольфган, бывший офицер полиции. -Да он домой не пришел, а соседи говорили, что видели, как он в лес пошёл, — продолжил мужчина в спорнивках. -Что сказал, Фредерик? В лес? — мужчина с бородой испуганно поднял глаза на собеседника даже забыв о своём опьянении. -В лес значит… Что думаешь, Алан? — спросил Вольфган у тихого соседа, который с равнодушным видом отпивал из кружки. -Неужели не понятно? — начал тот, — Если пошёл в лес и не вернулся, значит та тварь его замочила. Всё троя мужчин перяглянулись. -Да ну! — Вольфган поматал головой, — Эта тварь сидит себе в замке уже столько лет. С чего бы ему так сразу нападать? -Ясное дело, — сказал Эдан, — Проголодался. Повисла тишина, все четверо сидели неподвижно, даже не притрагиваясь к кружке. -Надо проверить, — Вольфган отпил, — в лес пойдём и проверим. Уже вечерело. Бывший офицер спокойно шёл по улице, погруженный в свои мысли. Перед глазами предстал его дом- двухэтажный коттедж, которой был одним из самых первых сооружений в городе. В саду высокая женщина поливала цветы, подпевая себе под нос мелодию. Несмотря на возраст, она была хороша собой, с длинными каштановыми волосами, в которых иногда виделась седина, и с подтянутой фигурой, на которой висело летнее, зелёное платье. -Опять возишься со своими цветочками, Мэри? -Ну а как же? — женщина обернулась, — Что же ещё делать? Вольфган вошёл в дом. На кухне за столом сидела юная девушка в майке и шортах. -Алиса, я уже сотый раз тебе сказала надеть что-нибудь другое, — Мэри злобно посмотрела на дочь. -Это удобно, правда же, пап, — карие глаза посмотрели на мужчину. -Оставь её, пусть ходит как хочет. Она же дома. От этих слов девочка заулыбалась и победно подняла голову, на что мать только цокнула. На стол приземлились три чашки с чаем. Девушки активно о чем-то беседовали, а Вольфган полностью погрузился в свои мысли. «А если и правда эта тварь убила Морана? Что же тогда будет?», — но от размышлений отца прервала дочь. -Что думаешь папа? -А? — мужчина поднял голову. -Что с тобой, дорогой? — Мэри обеспокоина прикоснулась к руке мужа. -Нет, ничего. Устал я, пойду вздремну. И вот, на следующий день, мужчины с охотничами ружьями отправились в лес. Они знали дорогу к замку, но никто никогда по ней не ходил. Никто не разговаривал, все вслушивались в звуки леса, отчаянно пытаясь расслышать хоть что-то подозрительно. И вот замок. Громадное здание стояла перед ними, но не это сооружение было их целью, а окрестность. Было решено проверить поляны и тропинки, ведущие от замка, ведь заходить в логова врага себе дороже. Никто из мужчин не разделялся, все вчетвером ходили вместе, отдаляясь друг от друга максимум на пять метров. -Вашу ж мать, — раздался голос Эдана, который стоял чуть отдали, — Идите сюда. Всё ринулись к товарищу и как только вышли на просторную поляну, резко остановились. На траве рядом с высоким деревом лежало тело их знакомого, полностью белое, в луже уже запекшейся крови. А рядом хаотичные следы, которые вели к замку, но чем ближе были к поместью, тем мутнее становились. -Вот черт… — раздалось от Вольфгана. -Это начало войны, — Алан натянул ружье на спину, — Пора положить этому конец. «Война… — это слово звучало в голове Вольфгана таким далёким, будто он не до конца понимал, что оно вообще значит, — Алиса, Мэри, Алан, Фредерик, Эдан… — пепечисляя все имена, в его голове создавались образы любимых ему людей, — Нет, не допущу. Не допущу, чтобы хоть одного из них коснулась это тварь». Все четверо возвращались в городок. Шли они молча, каждый вёл мысленный монолог. И вот снова тот бар. После открытия двери, раздался звук звонкого колокольчика, послышалось голоса стариков, которые громко смеялись с анектодов в книжке. Такая по-своему уютная атмосфера. Друзья сели за столик и заказали по кружке пива. -Что делать будем? — спросил Эдан, проводя рукой по гумам и убирая излишки алкоголя. -Как по мне, — начал Фредерик, — Выход только один- прикончить его. -Согласен, — Вольфган выпил половину кружки залпом и громко поставил её на стол, — Либо оно нас убьёт, либо мы его. Нужно собрать по больше крепких мужиков. -Где ты их найдёшь? — Алан равнодушно посмотрел в лицо друга, — Во всем городке из крепких только мы вчетвером. -Ещё же лесник Рэй, — быстро добавил Эдан. -Вряд ли согласится, — Вольфган отрицательно метнул головой, — Да и у него пятеро маленьких детей и беременная жена. Если он умрет, кто за ними следить будет? Рэй ведь единственный кормилец. -Пятеро детей и беременная жена, — Фредерик выручил глаза от удивления, — Иметь столько детей… Да этот Рэй просто монст. -Скорее его жена, — добавил Алан. Друзья немного посмеялись, но даже шутка не прогнала тревожность, которая с каждой секундой только росла. -Завтра днем, — Вольфган встал со своего места, — В три часа у этого бара. С собой ружья и ножи на всякий случай. -А днем почему? — спросил Фредерик. -И дураку понятно, — Алан отпил остатки пива, — Эта нечисть ночью охотится, а днем его никто не видел. Видимо, ночью оно слабое. Алан вышел из бара и направился к маленькому одноэтажному домику. Во дворе стояло качеле, были раскиданы мячики. Аккуратная деревянная дверь открылась. На встречу мужчине вышла низкая женщина лет пятидесяти в горошковом платье. -Алан! Как прошла встреча? — она подошла к мужу и взяла того за руки. -Хорошо, — мужчина поцеловал жену в лоб, — Кристи, мне надо тебе рассказать… Не успел он закончить, как ему на спину запрыгнул мальчик. -Деда! — он громко смеялся, крича Алану прямо в ухо. -Генри! — женщина хлопнул в ладоши и широко улыбнулась. -Ну и ну. Мой внук уже может допрыгивать до моей спины! — Алан взял парня на руки и поставил на пол, — Видимо, бабушкины пирожки хорошо на тебя влияют. -Это не пирожки! — у мальчика был довольно звонкий и высокий голосок, — Это потому, что мне скоро десять! Вот увидишь деда, я скоро буду выше тебя! Алан усмехнулся и его сразу одолела странная грусть. Завтра он может всего этого лишиться. Возможно сегодня последний день, когда он слышит смех внука и видит улыбку любимой жены. -Алан, все хорошо? — женщина дотронулась до его руки и беспокойно посмотрела ему в глаза. -Да, все хорошо, — он солгал, и ему было совестно от этого, — Давайте поедим. Они зашли на маленькую кухню. По середине стоял маленький деревянный стол, накрытый разноцветный клеёнкой. Женщина и внук сели за стол, а Алан стал разливать овощное рагу в тарелки и ставить их на стол. -Вкусно! — воскликнул Генри, и прожеванный кусочек хлеба упал на стол. Мальчик посмотрел сначала на бабушку, а потом на дедушку. -Тц. Что ты делаешь? — выдохнул Алан, смотря как его внук снова запихивает в себя упавшие крошки, — Ешь аккуратнее. И не засовывай себе так много. Уже вечерело. Алан читал свежую статью в газете, а Кристина пила чай рядом, смотря на тихо сопящего на её коленках внука. -Устал, наверно, — она допила чай, — А как же иначе? Гонится с утра до вечера. Алан услышал тихий смешок и отложил газету. -Кристи, мне надо тебе кое-что сказать, — он протёр шею ладонью, — Оно убило Морана. Лицо женщины исказилось в испуганой гримасе. Она поставила чашку на стол и закрыла губы одной рукой. -Завтра я, Фредерик, Вольфган и Эдан пойдём в лес и… -Нет! Только не ты! — Кристина резко перебила мужа и сглотнула. Она изо всех сил пыталась сдержать слезы, — Тебе не обязательно туда идти! Они справятся, — она говорила шёпотом, чтобы не разбудить внука. -Нас и так мало, поэтому я должен пойти, чтобы обеспечить безопасность вам и городу. -Мы можем просто уехать… -Нет, не можем, — мужчина начинал закипать, но все равно старался быть спокойным, — Я не могу, они мои друзья, а это родное место. Кристина ничего не ответила. В комнате раздался тихий женский плачь и шмыганье носом. Всего несколько минут назад все было так хорошо, а теперь её любимый муж почти прямым текстом говорит, что возможно проводит свой последний счастливый день. -Я хочу тебя попросить, — Алан не смел поднимать голову, — Если я не вернусь в четыре часа, то уезжай вместе с Генри, — он протянулся к любимым рукам и взял их, — Уезжай… Из муржских глаз полились горячие слезы, которые стекали по морщинестому лицу, а руки только сильнее сжимали ладони жены. Он не удержался. В данный момент мужество ни к чему. Женщина аккуратно положила голову внука в колен на подушку, встала с кресла и подошла к мужу. Руками она обвила его шею и притянула к груди. Это все, что она может сделать. Проведя этот вечер в тишине, разрущаемой только плачем, каждый из них вспоминал самые прекрасные моменты своей жизни, которую они провели бок о бок. На следующий день все четверо стояли у бара, подавленные. На лице у Фредерика красовался красный след от руки. Видимо, его жена не одобрила такую его инициативу отправиться по душу нечисти. -Так, — Вольфган разрушил тишину, — Всё взяли? В ответ только кивание. Мужчины шли по лесу и всматривались в яркие одуванчики, в цветных бабочек, которые так элегантно порхали крыльями. Вслушивались в пение птиц, которое казалось им необычайно красивым. Всей красотой леса хотелось насладиться напоследок. Но любование длилось не долго, так как перед ними предстал высокий замок. Муржские сердца бешено заколотились. -Так, как и оговаривали. Заходим и! — Вольфган большим пальцем провел по шее, показывая открывание головы. Они подошли ближе, поднялись по ступенькам и открыли дверь. Раздался очень сильный скрип, из-за которого все вчетвером скривились. Но звук услышали не только они. Граф Дракула, сидя за столом, резко повернул голову к дрери своей комнаты. «Это не ветер, — он положил книгу на стол, рядом с рисунком Евы, — Кто посмел врываться в моё поместье?» Встав со стула, он вышел из комнаты. Спускаясь по ступенькам, граф мысленно предпологал, что же за гости могли явиться к нему. «Юные господа? Нет, они бесповоротно исчезли из моей жизни. Тогда кто?..» — он не спустился со ступенек полностью, ведь в прихожей стояли мужчины с ружьями. Восемь ненавистных глаз устремились на аристократа. -Вы кто? — тот же равнодушны голос, но уже наполненный нотками ненависти. -Вперёд! Мужчины разом подняли ружья и стали стрелять по графу. Раздались громкие выстрелы. Друзья пережарежали оружия и пытались попасть в сердце нечисти. «Больше никто не будет бояться тебя, — Алан стиснул зубы от злости, — Умри уже!» Звуки стрельбы прекратились. Влад Цепеш стоял так же неподвижно. Его белоснежная рубашка была вся в дырках и порохе. -Тц. Моя одежда. Мужчины замерли от страха. Они стреляли прямо по нему, но он даже не шелохнулся, а из дыр не лилась кровь. -Уходите, — граф развернулся и стал подниматься по ступенькам. «Как же так?.. " — Вольфган от удивления не мог пошевелиться. -Умри! — раздался крик от Эдана, который несся к бледной фигуре с охотничьи ножом. -Эдан, нет! — крикнул Алан, но было поздно. Через мгновение по ступенькам стекла кровь. Много крови. Тело их друга было обезглавлено и лежало на полу, совсем рядом с ними. А нечисть стояла также грациозно, сжимая в руках голову мужчины. Шум в ушах и паника мешали адекватно оценивать ситуацию. Вся троица только с ужасом в глазах смотрела на уже мертнового друга. Из беспамятства вернула их голова Эдана, которая скатилась к телу. Лицо их друг было изуродованно. Кости носа и лба впечатаны внутрь, а из шеи торчали артерии и жилки. -Эдан…- Фредерик еле слышно проговорил это имя, — Эдан! Нет! Эдан! — раздался громкий вопль, мужчина упал рядом с телом друга и взял голову в руки, прижимая её к груди, — Нет! Эдан! — он кричал и плакал, полностью потеряв связь с реальностью. Алан и Вольфган посмотрели на ступеньки и поняли, что нечисть изчезла. -Черт!.. Я его на куски порублю! — Вольфган побежал по ступенькам вверх. -И как ты собираешься это сделать?! — кричал ему в ответ Алан, — Ты же видел, что оно сделало с Эданом! -Настрать! Я убью его! «Нет, так не пойдёт!» — Алан понимал, что такое решение означает только смерть. Граф забежал в свою комнату и закрыл дверь ключом, который спустя столетия, наконец пригодился. Он прошёл вглубь своей обители и сел за стол. «Что я наделал?.. — перед глазами снова предстала картина, где на тело мужчины смотрят его друзья. Эти испуганные взгляды ему не забыть никогда, — Я не этого хотел… Случайно произошло…» Он посмотрел на рисунок. Счастливые лица с бумаги смотрели на него. Когда-то они были реальны, бегали вокруг него и задорно смеялись. " Я их не достоин… Молодые господа чисты и невинный, а я… — он снова вспомнил произошедшее несколько минут назад и убийство пьяницы, — Если я буду рядом, то только усугублю их положение. Я — чудовище, что теряет рассудок от капли крови, и если им вдруг не посчастливится пораниться в моем присутствии… — граф не хотел об этом думать, но картинки бедных и убитых им Евы и Вениамин там и рисовались воображением, — Нет, мне нельзя подвергать их опасности, нельзя, чтобы они когда-нибудь нашли меня, и я самый лучший способ их избежать…» В комнату стал рваться один из мужчин, который громко проклинал графа и кажется, плакал. «Да, эти люди подарят мне самый лучший способ исбежать встречу с юными господами- собственную смерть, — Влад Цепеш выходнул, — Но пулями и металлическим ножами меня не убить. Надо прямо сказать им, чтобы принесли осиновые колы». Граф встал и тихо посмеялся, он представил лица мужчин, когда они услышат как он предлагает им способы своего убийства. Аристократ подошёл ближе и сунул ключ в замочную скважину. -Для кого ты живёшь, марзь?! — кричал Вольфган, — Если бы я так жил, то уже сдох бы от скуки! — он уверенно пинал ногой дверь. -Для кого… — шёпотом произнёс аристократ. «И правда. Разве в моей жизни есть хоть один человек, который будет ждать его, который будет рядом? — он уже хотел перевернуть ключь, как услышал звук падающего листа, — Ева и Вениамин… Я хочу защитить их от собственной сущности, так что они не в счёт». Вдуг ему вспомнился их ночной диалог с Вениамином: «Многие думают, что детей нужно защитить от всего, но некоторые решения такие глупые, что приводят только к худшим последствиям. Я ненавижу когда решают за меня, что мне делать, как выглядить, как говорить. Я ребёнок, а не кукла или домашнее животное. У меня, как и у других, уже сформировали приоритеты того, чем я хочу заниматься и как я хочу выглядеть. Как по мне, некоторые запреты только считаются правильными, а на деле совсем бессмысленные». -Если бы он узнал, о чем я думаю, то разозлился бы, — граф убрал руку с ключа, — Он прав. Пусть они сами решат, правильно ли я поступил или нет. Влад Цепеш поднял рисунок и подошёл к столу. На полке с книгами стояла перьевая ручка, которую он купил когда-то очень давно в Париже. Перевернув листок, аристократ аккуратным буквами написал в левом верхнем углу: «Румыния». Чернила быстро высохли и он подошёл к гробу. -Откройся и яви мне покой, — белая крышка отодвинулась и он опустил на дно бумагу. После этого, аристократ раздвинул шторы, солнечные лучи противно щипали его кожу. Глубоко вздохнув он закрыл глаза. Тело его становилось меньше, а кожа покрывалась чёрной шерстью. Расправив крылья, аристократ вылетел из замка. Больше он не вернётся в свой дом. Вольфган и Алан все же вломились в комнату. Деревянная дверь с грохотом упала на пол. Взяв в руки ружье они нацелились вглубь комнаты, но не обнаружили нечисть. -Убежала тварь, — Вольфган подошёл к окну и посмотрел вниз, как он и предполагал, никого не было на улице. -Помоги мне, — Алан пытался открыть крышку гроба, но та не поддавалась. Мужчины применили все свои силы, но она будто была запаяна. -Да хер с этим гробом, — Алан вышел из комнаты, — Пошли. Они спустились к Фредерику, который все ещё обнимал голову друга, пачкая свою одежду в крови. Вольфган подошёл ближе, и помог ему подняться. -Пойдём, Фредерик, пора домой, — они вышли из замка. Бывший офицер взячески подбадривал друга. И вот они идут они идут по городу. Сотни любопытных глаз смотрят на них, но никто не решается подойти. В далеке стоят семьи каждого из них. Жены и дети, увидев родных, подбегают к ним, истошно плача и кидаясь в объятия. Среди них была Анна- жена Эдана, низкорослая девушка с веснушками, она была на пятом месяце беременности, поэтому у неё сильно выпирал живот. Она всматривалась в каждого из мужчин, пытаясь найти своего мужа, но увидев кровь на рубашке Фредерика, замолкла и осталбенела. Глаза её расширились, а губы поддрагивали от страха. -Где Эдан? — голос Анны был тихим и настороженным. -Прости, Анна, — Алан не осмеливался поднять голову от стыда, ведь никто не смог защитить друга и теперь, эта милая девушка оказалась совсем одна ещё с неродивщимся ребёнком. Зелёные глаза наполнились слезами, которые стекали по веснусчатому лицу. Ноги быстро онемели, и она упала на землю, издавая неразборчивые звуки. Кристина подошла к ней и обняла, поглаживая волосы рукой. -Девочка моя, мы поможем, мы будем рядом, — она тоже плакала, но пыталась сохранить самообладание. На весь городок раздался громкий крик Анны, наполненный болью и скорьбью.