я просто живу настоящим моментом

Парень шел из библиотеки прямиком в Большой зал на обед, после которого у него будет зельеварение с гриффиндорцами в подземелье. Вспоминал все ли сделал из заданного Снейпом чтобы не оплошать и получить баллы, но скорее не для факультета, а для самого себя. Плевать ему было на факультет. Он ни с кем там толком не общался, если это не касалось учебы и совместных проектов. Большой зал Хогвартса как всегда наполнен жизнью и энергией. Ученики четырех факультетов сидели и что-то обсуждали, разговаривали о своем. Во время обедов и ужинов столы не были четко распределены по факультетам. Кроме одного. Когтевранец думает ровно до того момента, пока не слышит насмешливый голос Блэкторна со стола Слизерина: — Алекс, на свиданку пойдём? Слизеринцы рассмеялись, забавляясь этой ситуацией. «Заднеприводный», «палочкоглотатель», «пидор» и другие оскорбления значащие одно и то же долетали до когтевранца. К сожалению, не только со стола змей. — Да пошел ты, — шикнул Аттвуд в сторону Маркса, сильнее прижимая к груди книги из библиотеки. Стараясь не бежать, не торопиться чтобы в очередной раз не дать им насытиться чувством «победы» над тем, что задели его. Да даже не они все. На них Алексу было плевать. Задевали только подколы со стороны одного единственного слизеринца. Его одногруппницы заметили «странные», по их словам, взгляды на Блэкторна и подняли эту тему именно в тот момент, когда он сидел в гостиной факультета, делая совместный проект с одногруппником. Это был вечер пятницы, и гостиная тогда совсем не пустовала. — Друзья, представляете! Наш Алекс походу совсем не по девочкам, поэтому, девчонки, можете о нем забыть! — весело прощебетала в тот вечер когтевранка с пышной кудрявой блондинистой шевелюрой. Внутри Аттвуда в тот момент будто что-то оборвалось. Не уследил за собственными глазами при всех! Или улыбнулся как влюбленная девка, когда увидел его улыбку? «Где мать вашу, я оплошал?», — подумал тогда Алекс, растерянно смотря на одногруппницу. Однако все же смог совладать с эмоциями, когда она посмотрела на него. — Я не осуждаю, правда, — ее голос так и сквозил ядовитой усмешкой. — Как говорится «сердцу не прикажешь». — Сука, — выплюнул парень. — О, так ты даже не отрицаешь? — А смысл? Ты уже напиздела все и мои слова будут звучать только как отговорки. «Потому что это и впрямь будут только отговорки», — мысленно пояснил сам себе волшебник. Рука, лежащая на столе, сжалась в кулак так, что побелели костяшки. Как ему хотелось сейчас вмазать этой дряни напротив. Шепотки поползли по гостиной факультета. «Блять, да что я тебе сделал чтобы оказаться в такой ситуации, Бофор?». Ненависть. Такое обжигающее чувство. Такое разрушающее тебя самого. — Да знаете на кого положил глаз нас голубой паренек? На Маркса Блэкторна со Слизерина, — продолжала она свою повесть. — К сожалению, для тебя, голубок, он по девушкам. Знаешь скольких он уже оттрахал и не раз? — Ты как? — вырвал из воспоминаний голос рядом. И снова Блэкторн. Но в этот раз младшая и с факультета Гриффиндора. — Все просто замечательно, — огрызнулся Алекс. — Тоже осуждаете, да? — Нет, — ответила Скар и Гермиона вторила ей. В сидящей напротив Полумне он не сомневался. Может она и была странной, но зато все прекрасно понимала. — Ты пойдешь на Святочный бал? — спросила Скарлетт. Когтевранец принялся за обед, оставив книги рядом на скамье. — Вряд ли. Слишком много людей и мне все равно не с кем по понятным причинам, — пожал плечами парень. — Пошли вместе, — предложила она. Алекс задумался над этим предложением, пережевывая картошку с мясом. — Не боишься запятнать репутацию среди аристократии? — усмехнулся Аттвуд, шуточно выделяя статус. — Пф, да она не чище волос Филча! Совсем скоро начнутся рождественские каникулы, а потом Святочный бал где соберутся все три школы: Хогвартс, Шармбатон и Дурмстранг.

***

— Зря я согласился, — проворчал Алекс, смотря на танцующих волшебников чьи наряды так и пестрили. — Все, не отвертишься! — ответила гриффиндорка. Стены зала серебрились инеем, с темного, усыпанного звездами потолка свисали гирлянды из омелы и плюща. Длинные обеденные столы исчезли, вместо них — сотня столиков, каждый человек на десять. На столиках уютно горят фонарики. Дамблдор, возглавлял судейский стол вместе с директорами других школ, имена которых парень даже не старался запомнить, как и многих здесь. Он общался со Скарлетт и ее друзьями не замечая, как за ним наблюдают со стороны. Маркс сидел за одним из столов, скользя взглядом по когтевранцу, совсем не обращая внимание на девушку, сидящую рядом с ним, о чем-то говорящую. Слизеринец ее не слушал. Согласился пойти с ней на бал чисто для галочки. Зато Эдриан — его друг, — слушал все, о чем она говорила, иногда поддерживая разговор. В левой руке держит бокал за тонкую ножку, слегка покачивая из-за чего полупрозрачная жидкость с пузырьками «облизывала» тонкие стеклянные стенки. Танцевать не хотелось совершенно, поэтому скучающим взглядом обводил зал, не прикоснувшись к еде на тарелке. И каждый раз взгляд замирал на одном человеке, сидящем рядом с его сестрой. Когтевранец нервно касался своих темных волос, откидывая их назад или в сторону, обкусывал кожицу с нижней губы. Александр Аттвуд. Студент с факультета заумных выскочек, поэтому Блэкторна не удивлял тот факт, что друзей с Когтеврана у Алекса не было. Только Скарлетт, которую в данный момент пригласил на танец какой-то парень из Дурмстранга. Проиграла одна мелодия. Вторая. Началась третья. Видимо устав ждать гриффиндорку, Аттвуд поджав губы, встал и направился к выходу. «Скар поймет», — подумал когтевранец, стоило ему выйти из зала. Он не спешил в гостиную факультета. Коридоры Хогвартса были пусты, а музыка из Большого зала совсем тихо отражалась от холодных стен замка Годрика Гриффиндора, создавая спокойную атмосферу. Бокал одним залпом опустел. Маркс встал изо стола, кинув другу и партнерше, что пойдет к себе. Возражать никто не стал. Слизеринец, как только вышел из Большого зала, осмотрелся, радуясь тому, что заметил спину удаляющегося нужного человека. Марк нагоняет его быстро, сразу за поворотом, прижимая к холодной стене. Парень ошарашено на него смотрит, совсем не ожидая ничего такого. Что хотел этот слизеринец? Высмеять и окончательно унизить? Вряд ли все эти сплетни и насмешки прошли мимо него, хотя вряд ли был повод чтобы сомневаться в ориентации чистокровного волшебника из аристократичной семьи. Он же не какой-то там полукровка, который живет с родителями в Англии и каждое лето терпит истерики матери. Он же не изгой в своем факультете. — Алекс Аттвуд, — словно перекатывая на языке имя парня сказал Марк, хитро улыбаясь. — Рад наконец-то познакомиться с тобой, а то вечно сбегал. Я вроде не кусаюсь. — Зато хорошо насмехаешься, — огрызнулся Алекс. — Когда? — искренне удивился чистокровный. — Смеешься что ли? — этот разговор начинал его злить. — Те же шуточки про свидание. Блэкторн нахмурил темные брови, заглядывая в светлые глаза когтевранца. Ну, конечно, сейчас скажет, что не помнит такого или что не хотел задеть, что шутка то безобидная! Но Алекс напрягся от столь длинного зрительного контакта. — С чего ты взял, что это были шутки? — наконец спросил Маркс. — Чт... Теперь была очередь Аттвуда смотреть с недопониманием и хмурить брови. А затем ощутить, как замирает каждая клетка в его теле, удивлено смотря на слизеринца стоило тому наклонился ближе. Алекс боялся дышать, думая, что это какая-то иллюзия и она исчезнет. И тут закралась мысль, что это и впрямь может быть иллюзия или чей-то розыгрыш над ним. Когтевранец прекрасно знает, как работает оборотное зелье. Алекс отвернул голову в сторону, смотря в пол. Перед ним может быть кто угодно, а не чертов Блэкторн, которого так, сука, хотелось поцеловать. Потому что какой смысл Марку обращать на него внимание? В нем ничего такого нет. Да, он нравится девушкам, но нет в нем ничего такого, что могло бы привлечь чистокровного волшебника, у которого по сути есть все. Женским вниманием не обделен, богат, есть друзья и авторитет среди своих. Алекс понимал, что сам-то он простой полукровка, как и все кроме избранного Гарри Поттера. — Уйди, — попросил Аттвуд, также понимая и то, что, возможно, теряет свой шанс. Слизеринец аккуратно взял парня за подбородок, желая, чтобы Алекс посмотрел на него. И он смотрит. — А теперь скажи это, смотря мне в глаза, — мягко, не убирая руки с подбородка говорит Маркс. — Попроси меня уйти. — Уйди, — повторил юноша, смотря в зеленые глаза. — Ты не веришь, что это я, да? Но разве мы можем вообще кому-то доверять в этом мире? Поверь, я теперь даже родной матери не доверяю после одного случая. Большим пальцем погладил кожу подбородка Когтевранца. — Я наблюдал за тобой в Большом зале. Скар будет расстроена из-за того, что ты ушел, но она тебя знает и прекрасно поймет ситуацию. Марк снова сократил расстояние между их лицами. Кончики носов разделяли каких-то несколько сантиметров. Блэкторн старался дышать ровно и тихо, в отличии от Аттвуда, дыхание которого сбилось, а глаза то и дело хотели разорвать зрительный контакт. — Раньше я и не думал, что захочу поцеловать кого-то из Слизерина, — признался Алекс, смотря в хитрые зеленые глаза слизеринца. — Так вперед, Аттвуд, — прошептал Блэкторн ему практически в губы. — Тебе никто в этом не запрещает. — уголок губ растянулся в ухмылке. Алекс слушал внимательно, наслаждаясь низким голосом Маркса. Когтевранец сглотнул слюну и от брюнета не скрылся дернувшийся у горловины рубашки кадык. — Что же скажет твой факультет, если узнают о том, что ты сейчас хочешь, Ал? — так нежно и тягуче выделил такую форму имени парня. — А в каком же шоке будут родители, узнав о желании своего сына, — зеленые глаза горели хитростью и азартом не хуже яркой вспышки Авады. Блэкторн умел приковывать к себе взгляд, если хотел этого. А сейчас он хотел, чтобы Аттвуд смотрел только ему в глаза и видел в них вызов. Да, личного пространства, когда нужно только ему, для аристократа не существовало. Эгоист. — Ты так загнанно дышишь. Неужели птенчик передумал? Испугался? Не бойся, не отправлю... Когтевранец срывается, впивается в губы слизеринца, руками обхватывая его лицо. Марк тихо смеется в поцелуй, радуясь такой маленькой победе. Руку с подбородка вновь возвращает на холодную стену. Они стоят в коридоре, и кто угодно может застукать их: Пивз или любой другой призрак, Филч, профессор, ученик возвращающийся к себе из Большого зала. Поэтому Блэкторн шумно вдыхает и становится более напорист, напоминая молодому волшебнику о своей эгоистичной натуре и желании быть лучшим во всем. — Уже отравил... — прошептал Аттвуд отстраняясь. — Какой я негодяй. И Алекс вновь целует, опьяненный тем, что его желание исполнилось и тот, кого так хотел сейчас отвечает на его поцелуй, смотрит на него своими изумрудного оттенка глазами. Целует так будто насытиться не может и молит неизвестно кого о том, чтобы это все было правдой, а не чьей-то злой шуткой. Марк пальцами касается его щеки, чужой язык очерчивает нижнюю губу Аттвуда, затем проникает глубже лаская десны, нёбо, уздечку под языком, вынуждая издать тихий стон. Они отстраняются друг от друга, Алекс тут же откидывает голову назад, слегка стукаясь затылком о стену. — Какова гарантия что ты не решил просто позабавиться? — спрашивает он, продолжая смотреть на парня. — Ее нет, — отвечает Блэкторн. — Ты можешь просто воспользоваться мною и моими чувствами к тебе. — Ты прав, могу, — не задумываясь, ответил волшебник. Внутри Аттвуда что-то опасно натянулось от того, как легко и честно Маркс отвечал на его вопросы. — Однако, — Марк опустил голову к шее парня, но губами не коснулся. Алекс замер в ожидании. — Когда я узнал о слухах на счет тебя из уст слизеринцев, то был заинтересован. Я не обращал внимания на дружеские подколы в свою сторону, мне хотелось узнать кто ты такой и в этом не было никакого труда, — языком провел до мочки уха и добавил шепотом, опаляя. — Так я думал. Алекс хотел коснуться его в куда более интимных местах, но оставлял руки на плечах. Ему было жарко, кровь, казалось, вскипела. — Я хочу узнать тебя, — выдает Марк, снова заглядывая в светлые глаза. — Конечно, если ты хочешь я могу просто трахнуть тебя, и мы разойдемся, как обычно и поступаю. — Нет. — Тогда встретимся завтра сразу после ужина возле тайной комнаты, птенчик, — с доброй насмешкой произнес прозвище парень, окончательно отстраняясь от когтевранца. — Буду рад узнать тебя лучше.

***

— Шило мне в рыло! Ты серьезно?! — громко изумилась девушка после рассказа друга о том, что произошло после его ухода из Большого зала. — Так вот почему ты сегодня вообще никак не реагировал на всех этих придурков. Они сидели на берегу Черного озера, не обращая внимание на идущий снег, который мягко ложился на их темные волосы. — Ты только не рассчитывай на отсос на первом свиданий. Марк хочет узнать тебя, а не то как работает твой рот, — протараторила Скарлетт, не скрывая озорной улыбки, которая переросла в смех после ответа Алекса: — Да иди ты нахрен!