Актер.

Еще какое-то время Наоса вели сквозь темноту, слегка придерживая за плечи и, наконец, сняли повязку. К тому моменту лагерь уже пропал за горизонтом. — И куда мы идем теперь?— спросил детеныш. В ответ на вопрос, сребровлясый пожал плечами и хмыкнул, как бы говоря, что не продумал все настолько далеко. — Это ведь шутка..?— в шоке выдавил из себя Наос. — Если бы...—вздохнул его собеседник,— Я думал, что пройдусь до следующего города с попутчиками. Я не очень хороший географ, чтобы ориентироваться где-то здесь. — Как ты вообще так далеко ушел?! От Рима?! Мы должны быть в нескольких километрах от Парижа, так как?! — Прямо шел от Берна, до которого шел из Рима с попутчиками. Если натыкался на гору, обходил и снова прямо, пока не наткнулся на вас. Зато у нас есть деньги, а это уже прогресс. — Зачем нам деньги, если мы не знаем куда идти?! — Можно просто идти куда-нибудь, большой погоды нам не сделает. — А как же время? — Этой штуки никогда и ни на что все равно не хватает, так зачем столь рьяно оберегать то, что при любом раскладе скоротечно? Несчастный печется о зря потраченном времени перед смертью, а счастливый жалеет, что был счастлив так недолго. Люди всегда молят Смерть дать им еще немного времени, какую жизнь бы ни прожили. Очень немногие готовы встретить ее как собственного друга и спасителя. — Ты, как вижу, жить не очень-то хочешь.— вздохнул юноша,— Видимо, поэтому ты и не боишься встретить монстра. Услышав ворчание детеныша, Аш рассмеялся. Он не хотел рассказывать, что был когда-то шестым по силе бойцом Колизея и без намека на чувство вины убивал не только монстров, но и людей. Не то чтобы это было тайной, однако и кричать об этом во всеуслышание молодой человек не хочет. Желание вспоминать то время улетучилось еще тогда, когда он переступил порог Колизея впервые за многие годы. — По мне, конечно, не сказать, но я достаточно силен, чтобы справиться с большинством монстров, что водятся в мире, детеныш. — И поэтому ты прятался от людоеда? — Он муторный. Одной сломанной шеей от него не отделаться, для этого нужно сначала содрать с него ко... — Не надо. Не хочу слушать эти мерзкие подробности...— поежился Наос, диву давясь, как этот парень вообще выжил, зная столько бесполезных вещей, но не имеющий понятия о восстановлении телефонной связи. Несколько дней назад, смотря как кто-то говорит по телефону, он подавился дымом, а потом, под градом вопросов темновласого мальчонки, признался, что "в душу ему эти знания не уперлись, раз было это четыре года назад". Сребровласый, определённо, был очень оторван от реальности. — В каком году ты вообще живешь? — Где-нибудь в девяносто втором? — Как ни смотри, а мой возрастной диапазон ты не тянешь. Ашу надоело болтать и он вздохнул, после чего развалился на подобии дороги. — Тогда... Что скажешь насчет того, чтобы отправиться в Атлантиду? На него долго смотрели сверху вниз, после чего все же, ответили. — Ты совсем рихнулся, да? Она утонула еще до нашей эры.