Крыша

— Согласись, сегодня прекрасный рассвет, Адиль, — слегка наклонившись к уху собеседника, томным голосом произнес мужчина в строгом костюме. — Можно было бы пропустить пару стаканчиков скотча под подобный пейзаж.       Но в ответ на свои слова он получил лишь плевок в лицо. Детектив явно не собирался «пропускать» с преступником ничего. Руки были привязаны к чему-то железному, Адиль не упускал попытки освободиться. — Не будь так жесток, я тебе даже плед постелил, чтобы твое здоровье не пострадало от сидения на холодном бетоне. Думаю я заслужил некую награду.       Маяковский наклонился к чужим губам, утягивая в глубокий поцелуй. Детектив не мог сделать что-либо в сопротивление, лишь кусать чужие губы. Но вскоре и на это не было сил, чужая рука легла на шею, сжимая ее. Но в этом не чувствовалось грубости, сразу видно, что делает это человек не раз ломавший одними руками чужие шеи. Борода приятно колола, придавая некий шарм этому поцелую. Сердце бешено билось, давая понять самому Адилю, что ему далеко не неприятно от сего действа. Эта грубость вызывала некий азарт и желание. Насколько далеко тот зайдет? Что сделает еще. Воздуха в легких становилось все меньше и меньше, как и мыслей в голове. Хотелось поддаться этим властным рукам. Чуть погодя, вскоре рука исчезла, но Адиль не делал попытки уйти с этого поцелуя или даже кусать. Наоборот, он дал некий лёгкий ответ. Но спустя пару секунд все прекратилось, теперь чувствовалась некая пустота. — Детектив, я же вижу, что ты хочешь большего. Почему же ты это отрицаешь? — щеки Адиля горели. Да, ему хотелось, ему хотелось намного большего чем это. Но разве он может так просто отдаться какому-то преступнику, человеку, который множество раз сбегал от рук закона. В том числе и рук самого детектива. — Это заказывает даже тот факт, что как ты только узнал где я могу находиться, ты сразу же прибежал сюда. Совершенно не ожидая своих коллег. Разве я не прав?       Маяковский обожал видеть это красное личико. Ему нравилось все в этом самоуверенном детективе, возможно если бы все были такими же частными и верными службе как он, то все преступления были бы давно раскрыты. Но жаль, что мир не настолько прост и понятен как теория с учебников. Спускаясь чуть ниже, мужчина начинает целовать шею, после чего оставлять множество фиолетовых отметин. Детектив вновь почувствовал нехватку воздуха, непроизвольно застонав. — Знай кое-что, мой любимый детектив. Ты принадлежишь мне и только мне. Если я узнаю, что кто-то тронул мое, то от этого человека ничего не останется и у тебя даже малейшего намека не будет на разгадку этого дела. Поэтому будь аккуратнее, мои глаза повсюду, освободив одну и рук Аделя, Маяковский потянул ее к себе, после чего надев на безымянный палец детектива золотое кольцо, украшенное узором из серебра, после чего отпустил. — Надеюсь мой подарочек всегда будет напоминать тебе об этом, мой любимый детектив.       Накинув на чужие плечи свой пиджак, Маяковский улыбнулся, направляясь к выходу с крыши. — Думаю с одной свободной рукой тебе будет легче освободиться, а к тому времени меня уже тут не будет. Удачи тебе, котенок.       Детектив же остался наедине со своими мыслями и колечком на пальце.