рефлекс

Постель всегда ассоциируется с чистотой и невинностью, с прекрасными и ужасными снами, с мечтами и фантазиями в сладостной дреме. На чистой простыни, даже самые противные и злые люди становятся пустыми и нежными, погружаясь в себя, закрывая глаза и выглядят до жути уязвимыми, как дети. Серёжа никогда не думал, что этот маленький островок спасения для него, вдруг станет таким ужасным и мучительным. Он доверил все сокровенное своей постели и Киру. Оба предали его, осквернив. Но ведь это же его решение? Его выбор? Выбор, который вытащит его с финансового дна, но затащит ещё глубже в темные мысли, которые поглотят и так уже загнивающую голову. Нужно ли ему это? Да он и сам не знает. Кир сидел на кресле и пытался настроить вебку так, чтобы кровать полностью была охвачена взором неживого взгляда. Руки дрожали, а по спине проходил нервный холод от эмоционального возбуждения. Он не сомневался в своем выборе, но все же в голове крутился рой мыслей, заставляющих делать все медленнее, как бы оттягивая момент разрушения любых тёплых отношений между ним и парнем. Наконец в поле зрения камеры попала черная макушка, в клетчатых штанах и футболке, с безумно странным и тупым принтом. Худые руки потянулись к голове, убирая со лба вечно мешающие, выцветшие волосы. Сидя на мягкой кровати, потихоньку ехал крышей, пока мурашки пронизывали его тело, как маленькие мошки, проникая даже куда-то в голову, добавляя ещё и шум в ушах. Он даже представить себе не мог, что будет дальше и как все пойдёт, но понимал одно — ничего больше не будет как прежде, он своим выбором разрушил абсолютно все. — Так, ну я в принципе закончил, хз с чего начать, давай для начала запишем видео первое, а потом решим че да как тут. — Кир нервно потёр руки и прокрутившись на кресле посмотрел на Серёжу, избегая зелёные глаза, которые и не искали внимания и были опущены вниз, рассматривая незамысловатый узор покрывала. — Ну… давай тогда. Только я как-то. Блять, короче я волнуюсь пиздец, давай выпьем хотя бы. Сплитовый дёрнулся и пошёл на кухню, доставая трясущимися руками вино, норовя разбить несчастную бутылку. Красная, крепкая жидкость разлилась по дребезжащим друг о друга бокалам. Сколько раз алкоголь заставлял вас переступать себя и делать безумные вещи? Кир уже не помнит, когда последний раз он делал что-то рисковое и нервирующее его так, как в этот момент. Тепло, разливаясь по двум дрожащим от волнения телам, позволяет задуматься «да что такого может случится? Можно ведь воспринять это как сближение, а не раскол дружбы?». Тревожные мысли обоих замылились, потерялись в пустоте двух голов. Звук нажатия кнопки мыши разрезает могильную тишину. Кровать скрипнула под садящимся Киром, давая понять, что он отрезал последний путь отступления. Татуированная рука опустилась на худое бедро и ласково провела по ноге, медленно поднимаясь на талию. Серёжа, дернувшись от прикосновения, поднял глаза на красноволосого и та капля решительности, которую навеяло вино рассеялась. Мягкие, пухлые губы Кира нежно коснулись Серёженых — потрескавшихся и сухих. Кир отстранился и взглянул на Серёжу, который кажется желал раствориться, но тот вдруг облизнул губы и неловко примкнул к чужим. Поцелуй был медленным и мягким, таким чувственным, что Киру показалось, как будто ничего вокруг и не существует, как будто он сейчас в каком нибудь влажном аниме, где главные герои очень любят друг друга и точно бы не стали ебаться для заработка денег и популярности. — Уверен в том, что нам это нужно? — Кир решил уточнить, хотя уже и не сомневался в своём выборе, в его глазах росло желание и отвратительная похоть, которая словно наглый и омерзительный червь пролезла прямо в мозг и теперь дергала за нужные рычаги. — Да, я уверен. — ни черта он не уверен, в голове все уже звучало как помехи, а сердце, будто бешеное, стучало так, что наверное его слышал не только Кир, но и все соседи. Правда Серёже уже было все равно на соседей и что они подумают о грохоте его сердца, единственное что его волновало, так это то, что он в удивление для самого себя очень хотел снова хоть на пару секунд коснуться чужих губ. Поцелуй возобновился, становясь более мокрым и близким, нежность вдруг куда-то пропала, уступая наглости языка Кира и покладистости Серёжи, который не боясь зазрений собственной совести, дозволил слишком много. Ласка превратилась в борьбу и укус Кира заставил Серёжу простонать что-то невнятное в губы красноволосого. Крышесносные поцелуи перенеслись куда-то на шею Серёжи и нежная кожа медленно начала покрываться красными, влажными следами. Руки, с талии, переместились на ноги и теперь вырисовывали на них непонятные узоры. Кир рывком усадил зелёноглазого на свои колени, продолжая пытку, Серёжа же окончательно расслабившись потянул серую, бесформенную футболку Кира, стаскивая ее и кидая куда-то на пол. Напряжение сгустком собралось в комнате распаляя двух парней, что меньше чем за час стали самыми родными и одновременно ненавидели друг друга. За предательство крепкой дружбы, за отсутствие шансов на возврат всего того что было. И за страсть, что так мерзко проникла в головы, сливая два тела на мягкой кровати. Серёжа уже лежал, а Кир, устроившись между его ног, позволил голосу разума отключиться, ведь для него сейчас важен только один голос — такой низкий, сдавленный стон парня, лежащего под ним. Влажные и пошлые шлепки наполнили комнату. Последний стон пронзил и заставил наконец замолкнуть всю грязь между ними. Обессиленные тела будто слились в одно целое в нежных объятьях. Этого они хотели? Неужели все из-за денег? Снова и снова монитор воспроизводит кадры. Одни и те же моменты, те же движения и те же стоны. Кир не знает, сколько раз он уже посмотрел их видео, но точно больше десяти. Чего он добивался? Он пожалуй и сам не понимает, но почему-то все равно нажимает на видео и внимательно следит за каждым движением, словно пытается воспроизвести это в голове как проекцию. Рука тянется за телефоном, лежащим где-то на столе, среди фантиков и бутылок. Мысль пронеслась настолько быстро, но Кир ухватился за неё, как за последнюю спасительную нить. Нужно написать ему. Он обязан это сделать. — Я выложил видео, уже куча просмотров, нам нужно продолжать, но пока только фотки. Я жду тебя завтра.