Чонин может обойти всю планету.

      Чонин может обойти всю планету за два часа. Он может наблюдать закаты и рассветы дважды, а то и трижды за день. Он жадно смотрит, до тех пор пока Нептун полностью не закроет вид на Солнце. Тогда Чонин в очередной раз идёт огибать свою маленькую планету.       Часто к Нептуну и Сатурну наведываются гости с Земли. Они мило болтают, и расходятся. Сатурн иногда бывает грубым, но часто предлагает гостям поиграть! Гости бросают его кольца, а Сатурн их ловит. Нептун — наоборот, любит поболтать; он рассказывает абсолютно всё о себе, своих снах и даже позволяет себе позаигрывать с гостями.       Ян не видит звёзд и комет, что, по словам того же Нептуна, часто пролетают мимо. У Чонина есть только бесконечные ледяные пустоши и крио вулканы. От скуки он рисует картинки на ровном поле, что так удачно провалилось когда-то. Чонин нарисовал огромное сердце на этом поле, но его так никто не заметил…       Хозяин карликовой планеты видит всех своих соседей: игривый Нептун, скромный Уран, немного чёрствый Сатурн, огромный и добрый Юпитер, резкий Марс, Земля, что часто ходит в гости, прекрасная Венера, и милый Меркурий с веснушками. Но взгляд долго задерживается на звезде в центре — Солнце. Оно сердечно делится теплом с другими, даже до дальних планет доходит его свет. И Чонин смотрит, надеется, что Солнце на него тоже когда-нибудь глянет.       Через двести земных лет Чонин наконец-то подбирается близко-близко к Солнцу, но оно в этот момент всегда стоит к нему спиной. Маленькому Плутону давно не грустно; даже от спины он получает то самое, долгожданное тепло. Подставляет макушку и нос, чтобы погреть их немного, а потом вновь удаляется на каёмку Солнечной системы.       Однажды Чонин испугался. Испугался, когда увидел Гостя с Земли. Плутон неплохо растерялся тогда! Что ему показать, если на его планете ничего нет? Нет спутников, нет интересного ландшафта или колец. Сплошной азотный лёд в сотни тысяч километров. Тем не менее гостям он показал поля с рисунками и им, вроде, понравилось! Правда, потом они больше не приходили к нему…       Однажды он слышал как вся Система провожала кого-то. Его звали Вояджер-1, так вроде? Он пролетел мимо Плутона, и Чонин ему скромно помахал на прощание. Обычно все гости возвращались, но не Вояджер. Чонин думает, что спутнику одинокого и Плутон опять грустит.       Чонин считает, что его сердце напрямую связано с ядром его планеты. Он не чувствует ничего, одна бесконечная пустота в груди, словно копирующая местные пейзажи. Но он даже грустить не может правильно — не знает как это. Спросить парень тоже не может, его в любом случае не услышат; слишком уж он далекий и маленький.       Всё меняется только когда Чонин смотрит на Солнце. Кажется, что он вот-вот оттает, если будет долго смотреть! Но он то становится слишком далеко, то другие планеты-гиганты перекрывают обзор. Солнце вообще знает о Плутоне? Смотрит ли оно в его сторону? Чонин уже давно верит, что для великого Солнца — маленького Плутона не существует. Он даже не считается за планету, но по привычке продолжает себя так называть. А может, он просто хочет почувствовать себя немного ближе к своим соседям?

***

      В один из одинаково холодных дней Чонину было так странно, он будто снова около Солнца, но до него ещё долго… Он открыл глаза от этого странного чувства. И тут же замер. Само Солнце сейчас сидело непозволительно близко, почти соприкасаясь друг с другом носами. Веснушки были рассыпаны на горячей коже, и огненные кудри бесконечно танцевали на его голове. — Что ты тут делаешь? — Чонин безуспешно пытается отвести глаза, но Солнце слишком близко и огромно, чтобы совсем не смотреть на него. — Просто решил проверит малышей. — Солнце улыбается и от этого греется уже душа.- Я видел тебя. И видел твои грустные глаза. Пусть ты и очень далеко, но твоя печаль может посоревноваться с Юпитером, а то и со всей Галактикой.       Глаза Солнца на мгновение опускаются, перенимая плутоновское уныние: «Я ещё никогда не видел такой тоски… "        А сам Плутон и слова выдавить не может. Его видят. Не просто кто-то, его видит Солнце! И Чонин впервые оттаял. Ледяные слёзы сами потекли из глаз тут же кристаллизируясь. — Ну-ну, — Солнце аккуратно берёт на руки космическое тельце, обвивая бесконечным теплом и немного покачивая. — Всё же хорошо. Ты больше не один, никогда им не был.       А Чонин ему верит, цепляется за широкие плечи пальцами, не желая отпускать.

***

      Ко вселенскому сожалению, Солнце не смогло остаться навечно с Плутоном. У него есть свои обязанности. Но они договорились, что Солнце будет сбегать к Чонину каждую тысячу лет, пока никто не видит.       Чонин всё так же наблюдает по три заката за сутки, гуляет по пустыням изо льда, и всё так же глазеет на Солнце. Глазеет, но с мыслью, что Солнце смотрит на Плутон в ответ.