ab insidiis diaboli

— Добрый день, Ида, — Эдгар спустился в подвал эзотерической лавки и протянул обаятельной женщине лист бумаги. — Мне всё по списку, как обычно. — Добрый день! Ждите, сейчас соберу, — хозяйка убежала в кладовку, чтобы отыскать необходимый товар.       Экзорцист остановился посреди магазина. Он с интересом осмотрел заставленные полки: книги по таро и магии, руны и минералы. Лавка Иды — лучший эзотерический магазин по скромному мнению Эдгара. Он никогда не сталкивался с таким многообразным скоплением магических энергий, от того сделал вывод: товар тут качественный.       К тому же, владеет лавкой весьма приятная женщина. Ида всегда встречала экзорциста с зубастой улыбкой до ушей. Отдаленно она напоминала ему Ронове, тот улыбался с похожим оскалом. Эдгар потянулся рукой к плечу, но чёрного кота не обнаружил. Точно, Собиратель душ давно покинул мир смертных…       Пару раз ученик Байрона вызывал других известных и могущественных демонов. Первым делом он интересовался, как же в загробном мире поживает Мастер огня. Нечисть либо молчала, либо уходила от ответа. Эдгар подобные увиливания терпеть не мог, потому общий язык с другими демонами не находил. Впрочем, за десять лет, проведённых с Ронове, эзотерик освоил множество разных практик, научился находить равновесие внутри себя и набрался опыта. На его счету числилось около сотни изгнанных демонов. — Ну же, тупица, двигайся! Хватит АФК стоять! — выкрикнул зычный голос ребёнка.       Эдгар поднял голову, ведомый чутьем экзорциста. На кончике языка поселилось острое ощущение горечи, какое бывает рядом с людьми-бедствиями. Мужчина проследил взглядом за тонкой дымовой нитью.       Тёмная энергия привела его прямиком к белокурой девочке тринадцати лет. На коленях школьницы лежал яркий розовый блокнот, а тонкие аккуратные пальцы со всей силы били по экрану телефона. Пока Эдгар в оцепенении разглядывал малышку, та смачно ругала сокомандников по игре. — Ида, это ваш ребёнок? — с беспокойством вопросил ученик Байрона. — Да, Колетт, это Эдгар, — хозяйка магазина продемонстрировала покупателю собранные материалы. Только вот внимание Эдгара сосредоточилось совсем не на магических артефактах. — Эдгар, моя дочь Колетт. — Я не хочу вас разочаровывать, но… — эзотерик замялся, слабо представляя, с чего стоит начать разговор. — Вы последние пару дней хорошо себя чувствуете? — Не сказала бы, а в чём дело? — женщина скрестила руки на груди. — Вы в чём-то подозреваете Колетт?       Девочка оторвалась от мобильника и бросила на Эдгара полный недоверия взгляд. Только надоедливых стариков ей не хватало! Маленькой ведьме наверняка не с кем было играть на улице, гулять в парках и торговых центрах; вот она и просиживала часами у матери на работе. Экзорцист не стал бы тревожить хрупкое спокойствие ребёнка, но, когда речь шла об избытке тёмной энергии, он просто не мог оставаться в стороне. — Как бы я хотел одолжить вам свои глаза, — вздохнул экзорцист. — Секунду, подождите, — Эдгар взял из корзины два крупных агата и положил в ладони Иды. — Закройте глаза. Забудьте на время о том, что там сидит ваша дочь, — взмолился эксперт в области демонологии. Лишь показав матери, какая картина предстала его глазам, он сможет помочь девочке. — Что вы чувствуете?       Какое-то время Ида не отвечала. Женщина редко работала с минералами, в основном с травами и отварами. Однако спустя две минуты, когда дыхание матери выровнялось, она заговорила: — Чувствую тьму и ненависть, — с уверенностью заявила ведьма. — Я тоже, — Эдгар сжал губы в тонкую линию. — Колетт, сколько порч ты навела за свою жизнь? — эзотерик приблизился к девочке. Он был человеком простым, ему не нужно объяснять, как работает Вселенная, возвращающая всё в удвоенном размере. Также ему не нужно было объяснять, как работает травля в школах. — Ну, — любительница игр до последнего тянула резину, но, в какой-то момент поняла — врать бесполезно. Кем бы не был этот незнакомец, мать ему безоговорочно верила. — Около семи, — размыто предположила она. — Семи? — Ида чуть не упала в обморок, но мужчина вовремя оказался рядом. — Теперь ясно, почему такой сильный откат, — буркнул Эдгар. — Скажи, ты использовала заклинания из интернета? — с надеждой уточнил житель Мор. — Нет! — гордо ответила Колетт, явив мастеру своего дела очаровательные клыки. — Из старой бабушкиной книги!       На этот раз Ида окончательно потеряла сознание, Эдгар даже не успел её подхватить. Пока экзорцист укладывал хозяйку магазина на кушетку, Колетт бегала за мокрым полотенцем и нашатырным спиртом.       Рядом с незнакомцем девочку одолевало смущение. Они такие разные! Эдгар сверху донизу облачен в чёрные одежды, на пальцах сверкают серебряные кольца, а в глазах таится тьма самой Бездны. Колетт каждый раз отводила взгляд от посетителя. Ей казалось, будто мамин друг самолично побывал в Аду, передружившись во всеми демонами. Рядом с этим мрачным человеком школьница выглядела как ангел, спустившийся с небес: светлые волосы, голубая рубашка и белые кеды. Жаль, что от «дьявола» не скроются даже самые маленькие ангельские грехи. — Почему мама расстроилась? — всхлипнула Колетт, утирая глаза длинным рукавом. — Порча — это плохо, — со всей серьёзностью объяснил экзорцист. — Не каждый эзотерик решится на этот радикальный шаг. Конечно, испытываемая магом ненависть оборачивается против врага, но она и возвращается самому магу, причём, в двойном размере, — Эдгар ласково потрепал девочку по волосам. — Мама не злится, она просто волнуется.       Посетитель не боялся находиться рядом с девочкой. Хищные тёмные сгустки делились на сотню мелких нитей: они струились вокруг малышки, расползлись по всему помещению и вместе с тем пытались прикоснуться к Эдгару. Защитные амулеты экзорциста незамедлительно давали отпор. Злость и мрак отступали от мужчины, но оставались внутри Колетт, словно были неотделимой частью её личности. — Но мама постоянно говорила: «Ох, вот наведу на него порчу», — растерялась школьница, в панике подыскивая аргументы. — Сначала на сантехника, потом на соседей, — она уставилась на мужчину большими глазами-зеркальцами. У Эдгара возникло ощущение, что он смотрит на водную гладь прозрачного лазурного озера. — Мама шутила, — вздохнул ученик Байрона. — Эзотерики часто грозятся порчей, не стоит воспринимать подобные заявления всерьёз. Глядя на твою маму, я могу с уверенностью сказать, она даже не пыталась лезть в омут чёрной магии, — он с сочувствием смотрел на ребёнка, в чьем взгляде прослеживались стыд, растерянность и печаль. Сердце мужчины болезненно дрогнуло, будто кнутом ударили.       Должно быть, в своё время такая же боль напала на Байрона, когда он стал свидетелем вопиюще неправильного ритуала. Учитель сразу понял: за необразованность и наглость юноше придется дорого заплатить. Недолго думая, алхимик бросился к алтарю и поменял артефакты местами, безжалостно задул свечи.       После долгой нравоучительной лекции Байрон с горестным вздохом предложил эзотерику своё покровительство. Этому идиоту предстоит допустить колоссальное количество ошибок, будет лучше, если за его спиной встанет могущественное бессмертное существо.       Экзорцист подскочил к очнувшейся женщине. Ида с трудом села, опираясь на друга. Перед глазами матери до сих пор плясали разноцветные круги, она потёрла лоб и горестно вздохнула: — Ты можешь это как-то исправить? — ведьма не стала тратить время на лишние разглагольствования. Ей нужна дочь. Желательно, целая и невредимая, без следующих по пятам несчастий. — Могу попробовать, — Эдгар оценивающе взглянул на человека-бедствие. — Признаться, никогда не видел, чтобы в столь юном возрасте хоть у кого-то получилось навести семь порч, — хмыкнул мужчина. — Восхищения ты не заслуживаешь, ровно как и порицания. Но моё уважение ты точно заслужила. Только представь, какой силой она обладает, раз смогла выдержать этот громадный откат, — обратился к Иде экзорцист. — Вы сможете мне помочь? — обрадовалась Колетт. — Да, но нам придётся кое-куда отправиться, — таинственно объявил Эдгар. — И не раз.

***

      Колетт в сопровождении учителя вышла на конечной остановке. Загадочные фигуры стремительно двигались вдоль обочины дороги. Девочка раздражённо фыркнула, отсутствие асфальта плохо сказывалось на её новых белоснежных кроссовках. — И зачем мы в такую глушь приехали? — возмутилась она, стряхивая песок с дорогой обуви. — Неужели порчу нельзя снять в городе?       Гостья с дрожью в коленях посматривала на острые концы гигантских елей и сосен. Она привыкла к совершенно другим условиям: заселённым домам, оживлённым улицам, аккуратным невысоким деревьям, убранным дорогам. К встрече с Мор девочку жизнь не готовила. — Такую — нельзя, — твёрдо повторил экзорцист, поправляя складки плаща. — Помнишь, о чём я тебя просил? — он осмотрелся по сторонам, словно ждал кого-то. — Не плакать, не бояться и не кричать, — повторила три заветных заповеди Колетт. — Запомнила, — она с уверенностью шагнула к жутким каменным колоннам. В сравнении с ними маленькая ведьма ощущала себя жалким муравьем, которого вот-вот раздавят палкой. Если колонны вдруг обрушатся, от её тела останутся сплющенные ошметки. Этот мамин друг такой странный! Откуда он знает, что с ней всё будет хорошо? А вдруг он попросту сумасшедший? — Что тут написано? — подросток указала пальцем на каменную табличку. — «Mortem effugere nemo potest» — «Никто не может избежать смерти», — осипшим голосом прочитал эзотерик.       Колетт передёрнуло. Никто не может избежать смерти? Значит ли это, что за пределами каменных колон её ждёт сама «Обитель смерти»? Неужели те страшилки в сети не были разыгравшейся фантазией авторов? — Мне домой пора, — неразборчиво пропищала малышка. — Мама ждёт, — она сделала пару шагов назад и врезалась спиной в грудь учителя. Эдгар взял её плечи и осторожно повернул в сторону леса.       Мор ждал её. Из-за толстой ели выглянули две любопытные макушки — Мика и Эшли. Мальчик был намного выше девочки, его отросшие волосы небрежно спадали на плечи, а на лице ребёнка застыло столь печальное выражение, что Колетт растеряла дар речи. Эшли забавно дернула хвостиками и помахала искривленными пальцами.       За ними, чуть поодаль, показались Эми и Остин. Ночное платьице девочки продралось за годы, проведённые в заточении. Она закрыла лицо ладошками, словно смущалась длительного зрительного контакта с незнакомцами. Остин протянул руку вперёд, демонстрируя шокированной незнакомке впалые рёбра. Он всегда отдавал свою еду младшим.       Бен и Филл не были братьями, но со стороны казались отражением друг друга. Они синхронно подглядывали, прячась за соседним деревом. У Бена не было правого уха и левой ноги, а у Филла — левого уха и правой ноги. Когда Кровавый Душегуб мучал одного из них, другой так визжал, что маньяк заставлял их разделять боль на двоих. — Кто это? — шепотом вопросила Колетт.       Эдгар переживал, что его идея изначально могла оказаться провальной. Конечно, Колетт росла в доме, где говорить о магии — обычное дело. Однако говорить и действовать — разные вещи. К тому же, существует множество талантливых эзотериков, которые ни разу не ступали в Мор. Мор — не для всех. Можно всю жизнь варить лечебные отвары, но к загробному миру так и не приблизиться.       Пока экзорцист блуждал в собственных мыслях, ученица с улыбкой бросилась к призракам: — Привет!       Зелёные огоньки обступили её плотным слоем болотно-серого тумана. Сквозь дымовую завесу гостью разглядывали шесть пар глаз. Учитель хотел было броситься на выручку, но девочка сомкнула веки, чтобы не кричать, не плакать и не бояться. — Давайте поиграем в крокодила, — предложила малышка. — Угадайте, кого я изображаю? — она выпрямила руки и взмахнула ими, словно могла в любой момент оторваться от земли и взлететь.       Когда Колетт боязливо открыла глаза, Филл во всю тыкал пальцем в небо. Гостья кивнула и похлопала мальчику в ладоши, тот смущённо спрятал пустующее глазное отверстие за длинной челкой.       Лес внимательно наблюдал за их игрой. Мертвецы, выползавшие из могил, затихли и прислушались. Облака расползлись по небосводу неясными белыми точками, от пухлых хмурых туч не осталось и следа. Ядовитые шипы особо опасных кустарников вросли внутрь, звери и монстры притаились в норах. — Так, а сейчас кого? — школьница сделала задумчивое лицо, поправила за спиной несуществующую накидку и сильно нахмурилась. На её детском лице подобное выражение смотрелось крайне нелепо. Мика, недолго думая, показал пальцем на Эдгара. — Я вовсе не так выгляжу! — вспыхнул румянцем экзорцист. — Именно так, — рассмеялась ученица.       Дымовая завеса вокруг гостьи рассеялась. Хранители Мор позволили ей путешествовать по «Мёртвому» району, но заинтересованного взгляда не отвели. Пока Колетт изучала причудливые растения, Эдгар рассматривал жертв Кровавого Душегуба.       Как же они изменились! Фэнг сумел наладить связь призраков с миром живых, благодаря чему силуэты детей стали чётче. Они вспомнили многие забытые моменты прошлой жизни: лучших друзей, игры на улице, улыбки мам и сказки перед сном. Теперь хранители Мор не были заблудшими душами, им вернулась память о крупицах хорошего в их жизни. — Пойдём, — эзотерик подвёл ученицу к каменной табличке. Колетт удивленно охнула. Она закрыла рот рукой, чтобы случайно не закричать. — «Mortui non mordent» — «Мёртвые не кусаются», — зачитал наставник.

***

— Ты чем-то похожа на моего мужа, он тебе понравится, — пообещал Эдгар. Хозяин дома слишком долго возился с дверным замком, Колетт успела рассмотреть аккуратный дворик и пару раз обойти дом.       Признаться, она ожидала чего-то более жуткого: лианы на стенах, паутины на каждом углу, противный запах и гнилые доски. На деле перед девочкой предстал элегантный загородный коттедж. Он смотрелся неуместно среди полуразрушенных покинутых домов, но разве это волновало жильцов?       Гостья провела рукой по облицовочному кирпичу. Ей пришлись по вкусу терраса, крыльцо и балкон, выполненные в едином тёмном цвете. Уютные настенные фонари напомнили Колетт о прочитанном недавно фэнтези. Только если присмотреться к отдельным деталям, можно догадаться, что проживает здесь отнюдь не самый обычный человек.       Цветы на клумбах отличались невиданными размерами. Приблизившись к колоритному красному бутону, Колетт обнаружила на лепестках маленькие шипы. Дивный запах побудил гостью приблизиться к растению и вдохнуть аромат. Какого было её удивление, когда цветок щелкнул шипами у самого её носа! — Ой! — Колетт отскочила в сторону, рухнув на траву. Это не просто шипы, это зубы! Зачем такое чудище выращивать?       Подросток отряхнула светлые джинсы-трубы от земли. Всё-таки, коттедж ничем не отличался от самого Мор: такой же манящий и вместе с тем, опасный.       Она присмотрелась к крыше с двойным фронтоном. На каждый угол крыши приходилось по одному каменному грифу. Птицы застыли в боевой позе с распахнутыми клювами, поднятыми вверх крыльями и прищуренными глазами. Колетт в страхе отошла назад. Казалось, ещё секунда и злобные хищники сорвутся с карниза, чтобы разорвать чужака на куски. — Марбас, Гасион, Баал и… Саллос! — громко прочитала ученица. — У Саллоса красивые крылья.       Гостья пыталась напрячь зрение и понять, из какого материала сделаны крылья самого большого грифа. Несмотря на свой размер, Саллос казался самым безобидным. Он смотрел вперёд, в сторону леса, а не прожигал незнакомку презрительным взглядом. — Колетт, ты идёшь? — окликнул учитель. — Да, бегу! — девочка бойко взбежала по тёмным ступеням, но вдруг затормозила и спустилась обратно. — Котик! — она с улыбкой указала на каменную статую животного. Зверь застыл на карнизе, хитро прищурившись. — А как зовут котика? — ученица подскочила к Эдгару. — Маркиз и Граф Ронове, — строго процедил экзорцист. — Но для тебя он просто Бен. — Все эти животные тут жили? — удивилась Колетт, забегая в дом.       Внутри здание оказалось ещё просторней, чем снаружи. Для комфортного проживания требовалось человек пять, не меньше. Маленькая ведьма не могла смириться с тем, что тут живут лишь двое отделенных от мира супругов. — Не совсем, — мотнул головой хозяин дома. — Любимый, ты… — Эдгар застыл на пороге, изумленно взирая на стопки идентичных книг. — Это ещё что? — он быстрым шагом преодолел коридор и схватился за синий корешок. — Книга Леона, ограниченный тираж, — вымотано простонал Фэнг. — Я два дня игнорировал сообщения от его менеджера, а этот олух взял и оставил всю стопку у каменных колон, — медиум повертел ручку в руках и расписался на внутренней стороне обложки. — Неужели я недооценивал «мажора обыкновенного»? Не думал, что Леон умеет писать, — от фотографии с улыбчивым спортсменом экзорцисту становилось по меньшей мере смешно. — Это не он писал, а Сэнди, — бейсболист размял затекшую руку. — Хотя изначально менеджер настаивал на поиске более квалифицированного человека, но мы-то знаем: никто не сможет рассказать историю жизни Леона лучше, чем это сделает Сэнди. — Здравствуйте!       Над стопкой книг зависла улыбчивая детская голова. Волосы Колетт потешно распушились после серии пробежек вокруг дома. Несмотря на тёмную энергию, девочка выглядела как самый очаровательный монстрик, который только мог посетить их жилище. Белесые клыки забавно выпирали, когда Колетт улыбалась во весь рот. Если бы не сгущающийся над невысоким силуэтом мрак, Фэнг без лишних раздумий заключил малышку в объятия. — Привет, — спортсмен на секунду замер, наслаждаясь светлым блеском в детских глазах. — Это ещё что? — передразнил Фэнг. — Моя ученица — Колетт, — с гордостью заявил эзотерик. — Колетт, это мой муж — Фэнг. Про него я тебе уже рассказывал, — от смущения Эдгар спрятал ладони в рукавах плаща. — Вы — чистильщик рода! — выкрикнула малышка, приблизившись к лицу нового друга. — Отчищаете родовое древо от негатива! Потому и судьба у вас не сахар. Это правда, что вас пытались убить, преподнеся в качестве закуски древнему злому божеству? — протараторила Колетт. Судя по красным от нетерпения щекам, ученица воспринимала жизненные испытания Фэнга как новинку кинематографа. — Да, — сдержанно ответил бывший капитан. — Что ты собираешься делать с этим? — он описал в воздухе круг, намекая на тёмную энергетику. — И откуда это взялось? — Откат, — Эдгар притянул ученицу за плечо. Колетт поравнялась с учителем. На его фоне она выглядела как мазок белой краски средь мрачной картины. — В своём возрасте она умудрилась навести семь порч. Я привёл её сюда, чтобы Мор поглотил часть тьмы. К тому же, если Колетт хочет и дальше жить в мире с потусторонним, ей придётся многому научиться. У Иды слишком много забот, а в тёмной магии она ничего не смыслит. — Скажи, что ритуалы порч она взяла из всемирной помойки, — проскулил Фэнг.       Учитель и ученица его мольбы проигнорировали, оттого медиум со вздохом сполз по столу. Он имел дело с разными ситуациями: неверно заключённый контракт, одержимость, одержимость одновременно двумя сущностям; умершие родственники, что не спешили покидать свои законные владения. Словом, Фэнг повидал многое. — Работа с детьми и подростками — самое тяжёлое, ты же знаешь, — спортсмен подошёл к девочке и положил обе ладони на хрупкие плечи. Противные щупальца вмиг обвили руки медиума. В отличие от Эдгара, на нём не было защиты. — Прожорливая тварь, — Фэнг быстро отдёрнул руки. — Так, сначала нам нужно снять все семь порч, верно? Обесценим ритуалы, а потом… — Нет! — Колетт отскочила от бывшего капитана на манер дикой кошки. — Не будем мы никакие порчи снимать! — капризно взвыла девочка. — Почему? — экзорцист сел на корточки, поравнявшись с ребёнком. — Без этого избавиться от отката будет сложнее, — оправдал своё решение Эдгар. — Заслужили! — Колетт стянула резинку с хвостика и продемонстрировала наставнику неровные пряди. — Они мне волосы резали, в туалете запирали, — безостановочно перечисляла школьница. На детском лице застыли одновременно и глубокое отвращение, и жгучая горечь. Эдгар сумел прочитать нечто более глубокое, скрытое, отдаленно напоминающее затаённую печаль. — Не буду снимать проклятия! Я — дочь ведьмы, пусть в страхе разбегаются! «Кого-то она мне напоминает» — пронеслось в голове Фэнга. — Ладно, ладно, — мужчина отмахнулся от упрямицы. Чем дитя не тешилось, лишь бы не плакало. — Попробуем другой вариант. Любимый, — обратился к мужу эзотерик.       Фэнг был человеком чести. Он закрыл глаза и с хитрой улыбкой поднял руки вверх. На зов медиума мгновенно откликнулся Мика. Длинноволосый мальчишка обратился зелёным огоньком. В порыве неудержимой радости он сделал несколько кругов вокруг призывателя.

***

      После трехчасовой практики Колетт безжизненно плелась по лестнице на первый этаж. Солнце за панорамным окном стремительно покидало горизонт. Фэнг встретил девочку ободряющим взглядом. В его руках застыла кружка с горячим ароматным чаем. Вдоль стола медиум разложил сладости: овсяное печенье, печенье с шоколадной крошкой, кексы и конфеты. — Будешь? — бывший капитан с улыбкой обвёл рукой свои запасы. — Буду, — обречённо вздохнула школьница. Пока хозяин дома заваривал чай, мозолистая костлявая рука стащила со стола пару конфет. Гостья решила лишних вопросов не задавать. — Колетт! — взвыл Эдгар на втором этаже. — Колетт, сейчас же иди сюда! — экзорцист пришёл в бешенство после первого же урока. — И не подумаю! — не менее сердито ответила ученица. — Почему Мика плачет? — мужчина за долю секунды преодолел лестничный проём. — Что ты сделала? Что сказала? Он самый старший и сильный из духов-хранителей Мор. Как ты могла довести его до слёз?! — не унимался учитель. Как человек, чтивший культ предков, предыдущие поколения и всё живое, он просто не мог смириться с мыслью о столь неблагородном обращении с мёртвыми. — А зачем Мика мне страшные картинки показывал? — фыркнула Колетт, сунув в рот целое печенье. — Я и так знаю, что его смерть была непростой. Зачем мне всё это видеть? — светлые брови девочки сошлись к переносице, в носу закололо от напряжения. — Мика пытался слиться с тобой сознанием, чтобы забрать часть отката, — пояснил раздражённый Эдгар. — Неужели так сложно было чуть-чуть потерпеть? Или хотя бы не кричать на него? — Сам такое терпи! — девочка встала спиной к учителю, скрестив руки на груди.       Эдгар закатил глаза. Неужели Байрон также мучился с ним? Нет, экзорцист был намного послушнее в молодости. Само собой, он воплощал в жизнь самые опасные и сумасбродные идеи, не обговаривая задуманное с алхимиком. Однако характер у Эдгара покладистый, нравом он скромен, а разумом — чист. «Если хочешь вырастить красивое дерево, купи подходящий росток».       Нет! Ему не нужен «подходящий» росток. Эдгар нуждается именно в этом неказистом и противном сорняке. Он обязательно вырастит из него величественное древо. Как бы капризна Колетт не была, её сила сравнима разве что с силой Байрона, когда тот был ребёнком. Вселенная предрекла девочке стать мостом между миром мёртвым и живых. Эдгар просто не мог отмахнуться от неё. — Тогда попробуй ты, — обратился эзотерик к возлюбленному. — Я? — растерялся Фэнг, от удивления чуть не подавившись конфетой. — Ладно, попробую, — он принял позу лотоса на диване и похлопал по месту рядом с собой. Колетт недоверчиво приблизилась к медиуму. — Вся суть в дыхании, — прокомментировал спортсмен, сделав глубокий вдох. — Нужно втягивать воздух медленно. Пока вдыхаешь, обращайся к мёртвым. Когда выдыхаешь, мысленно озвучивай просьбу. В общем, нужно дышать как мёртвые, — слабо улыбнулся Фэнг. — Мёртвые не дышат, — скептически отозвалась Колетт. — Дышат, но не так, как мы, — прошептал медиум. — У них свой ритм жизни, несхожий с нашим, — для примера мужчина неторопливо заполнил лёгкие воздухом.       В комнате повисла тишина. Даже с закрытыми глазами Колетт могла почувствовать, как Эдгар буравит её взглядом. Ну довела она призрака до слёз, подумаешь! И дальше что? Они же мёртвые, им всё нипочём. Откуда могут взяться чувства у покинувших этот мир людей? Да этот Мика, наверное, даже имя своё не сразу вспомнил. Почему её должны заботить чувства потерянной души? Если эти чувства, конечно, вообще есть! — Получилось, — победно хмыкнул Фэнг и осторожно разлепил глаза.       На его зов откликнулся голодный Остин. Сначала мальчишка стоял и рассматривал друга, но, заметив на столе вкусности, тут же бросился к ним. Не имея возможности прикоснуться к частичке материального мира, дух тянулся к еде. Бледная ладонь проходила сквозь сладости. — А у меня нет! — недовольно взвыла Колетт. — Не могу я дышать как мёртвые, ясно? — она вскочила с дивана, пнув предмет мебели ногой. — Знаю, вы такие всесильные, умные и взрослые, но я не такая!       Тёмные линии вокруг девочки с каждой секундой лишь разрастались. Плотные сгустки дыма взвились к потолку, облепляя негативом камин, веранду и диван. Белоснежные волосы подхватил порыв холодного ветра. Неужели Колетт способна взаимодействовать с потусторонним только за счёт той ненависти, что копит в себе день за днём? — Колетт… — осторожно позвал девочку медиум. За спиной ученицы выстроились в ряд зелёные огоньки: Эми, Эшли, Мика, Остин, Бен и Филл. — Колетт, у тебя получилось, всё, хватит. — Ничего не хватит! — она топнула ногой и с яростью вцепилась в собственные волосы. — Я устала и хочу домой! Да, я знаю, что мой учитель в молодости призвал Графа Ронове; что его муж может одним дыханием созвать легион духов, но я — не вы! Я так не умею! Может, и не нужен мне никакой учитель, раз я ничего не умею! — тьма расползлась по стенам дома, вмиг поглотив светлые тона.       Здание сотряслось под воздействием разрушительной энергии. Люстра над обеденным столом слабо замерцала. Жилище супругов поглотила тьма. В беспросветном мраке слышались лишь тихие всхлипы девочки. Если в ней и было какое-то желание избавиться от отката, то сейчас оно пропало окончательно. За спиной малышки появились шестеро зелёных огоньков. Дети осветили помещение слабым бледно-болотным сиянием, их невесомые тонкие руки потянулись к гостье, но та слишком глубоко погрязла в собственном горе.       Фэнг и Эдгар банально растерялись, не представляя, что они могут сделать в подобной ситуации. Когда-то давно истерики закатывал Паркер, но те времена остались далеко позади.       Колетт увернулась от прикосновения зелёных огоньков. В глубине души она донельзя боялась всей этой тёмной магии. Жаль, что во время наведения порчи её опасения благополучно пропали. Словно напуганный мышонок, она проскользнула к двери и выскочила на улицу. Духи-хранители Мор попросту не могли оставить ребёнка в беде, потому бросились следом роем светлячков. — Ну и ну, — вздохнул Фэнг. — А я говорил, что работа с детьми и подростками — та ещё морока, — он подошёл к панорамному окну, пока Эдгар зажигал во всем доме свечи. — Смотри, у нас гости! — медиум с лукавой улыбкой показал пальцем в сторону бассейна.       Два пушистых комочка с разбегу прыгнули в воду. Самый крохотный из медвежат с опаской бил лапой по мокрой поверхности. Он наблюдал за братьями, что с упоением резвились в идеально чистом бассейне, но присоединяться к ним не спешил. Вместо этого медвежонок прижимал уши к голове и прятался за мамой.       Эдгар громко вздохнул, и медведица, почуяв неладное, повернула голову к окну. Двенадцать красных бусин, больше напоминавших глаза паука, уставились на силуэты за панорамным окном. — Зови нашу повелительницу животных, — пожал плечами учитель. — Сначала освободим бассейн, а затем отправимся на поиски Колетт, — распорядился мужчина. — Ида не простит меня, если с её дочерью что-то случится.

***

      Девочка запнулась о корягу и повалилась в грязь. Белую рубашку и светлые джинсы покрыли вонючие пятна неизвестного происхождения. Колетт поднялась на дрожащих ногах, попыталась исправить ситуацию со своим внешним видом. Толку мало, теперь слизь покрывала не только одежду, но и руки. Дочь Иды громко взвыла от негодования. Ну почему она так неудачлива? — И в школе запара, и дома ругать будут, — возмущалась гостья. — Ничего хорошего! Ни-че-го! — чётко отчеканила каждое слово Колетт.       За спиной раздался тихий детский плач. От испуга маленькая ведьма подскочила на месте. Выяснилось, что это были всё те же духи-хранители Мор. Почему они не покинули её? Почему летели за ней в самую глушь, хотя могли остаться с Эдгаром и Фэнгом? — Хочу домой, — проскулила девочка. — Можете отвести меня? — она осторожно протянула руку Мике, чьё лицо не покидало печальное выражение.       Мальчишка увернулся от её прикосновения, как ранее сделала сама Колетт. Он переместился на пару метров вперёд, а друзья неотрывно следовали за ним. Среди устрашающе голых деревьев, звуков леса и надоедливых комаров, призраки с их мягким свечением виделись девочке самыми светлыми и безобидными существами. — Тут много детей умерло? — поинтересовалась она, неотрывно следуя за духами.       Жертвы маньяка на её вопрос не ответили. Мика вывел гостью из леса, к главной дороге. Пределы «Мёртвого» района дети покидать не могли, оттого они затаились среди длинных стволов, с опаской поглядывая на льющийся из особняка свет. Стоило заблудившемуся ребёнку увидеть большое, полное тёплого света помещение, как в животе у Колетт громко заурчало. Остин на этот звук среагировал — оголил безобразно изувеченный рот с дырками вместо зубов. — Мне туда? — поинтересовалась малышка, указав пальцем на громадный особняк.       Мика молча кивнул. Бен и Филл рефлекторно потянули руки друг к другу, один из них указал пальцем в небо. Колетт проигнорировала намёк духа и стремглав бросилась к узорчатым дверям. На полпути она остановилась и обернулась, чтобы поблагодарить своих спутников, но тех уже и след простыл.       Непонятно, что так напугало детей? Колетт не хотела об этом думать, она продрогла и вымокла до нитки, всем своим видом напоминая выброшенного на улицу щенка. Правда, если углубляться в детали, девочка сама сбежала, никто её не выбрасывал.       В своём положении Колетт виновата сама: Эдгар и Фэнг пригласили её к себе, угостили чаем, открыли немало удивительных тайн. А она сбежала. Сбежала, потому что не хватило выдержки признать собственную слабость. Ну не умеет она призывать духов дыханием! Демонов и вовсе видела только в фильмах. Что с неё взять?       Массивная дверь со скрипом поддалась. Неужели местные настолько гостеприимны, что не запирают дома? Колетт бесшумно юркнула внутрь, мгновенно пожалев о своём решении.       Какие тут все красивые!       Замерзшего и голодного ребёнка встретила целая толпа богатых гостей. В атмосферу светского вечера она совсем не вписывалась. Под стук дождя за окном дамы в пышных платьях кружились с партнерами, чьи наряды были куда элегантней и сдержанней. Колетт с замиранием сердца наблюдала за плавными, почти невесомыми движениями барышень. Их юбки двигались следом, создавая волну блестящей на свету дорогой ткани. Каждая гостья напоминала ведьме снежинку: уникальный наряд, неподражаемая красота и утонченность. Казалось, если кавалеры возьмут своих спутниц за руку или талию, те попросту рассыплются на хрупкие холодные осколки.       На удивление Колетт, ей не позволили остаться в стороне. Высокий юноша в костюме подоспел к ней, протянув блеклую руку. Девочка приняла приглашение, но прикоснуться к партнеру по танцу так и не смогла. «Это призраки» — догадалась Колетт. — «Они все давно умерли».       Чтобы не обижать юношу, она осторожно двинулась в центр празднования. По пути гостья рассматривала громоздкую хрустальную люстру на потолке. Она за всю свою жизнь не видела ничего прекрасней. Картина призрачного бала настолько поразила детское воображение, что обо всех своих несчастьях Колетт позабыла. Ей больше не было холодно, в животе не урчало, настроение чудесным образом поднялось. Если она не смогла отличить людей от духов, значит, она как никогда была близка к их миру.       Юноша не спешил начинать танец. Его взгляд застопорился на самом верху лестницы, за спиной Колетт. Девочка поспешно обернулась и потеряла дар речи. Призраки вокруг пары остановились следом. Они с тем же восхищением, что и маленькая ведьма, рассматривали хозяйку поместья.       Ребекка обвела руками зал, её бледные губы беззвучно приоткрылись. Колетт не могла слышать слова, но она догадывалась, что хозяйка приветствует гостей. Золотые кудри мягкими волнами спадали на открытые участки кожи. Голубое платье сочетало в себе холод зимних ночей и нежность первых весенних ручьёв, а сапфировые глаза сияли от переполняющего женщину счастья.       Колетт не могла думать ни о чем, кроме прекрасного образа дамы. Лунный свет проникал сквозь стёкла и окутывал призрака светлым сиянием, словно добавлял её красоте нотку божественного величия. — Что ты тут делаешь?       За спиной девочки раздался незнакомый женский голос. Колетт в панике обернулась, вмиг потеряв связь с миром духов. Гости бесследно исчезли, от красавицы Ребекки осталось лишь размытое пятно света, высокого юноши и след простыл. — Я… ну… — запуталась в словах девочка.       Она хотела ясно излагать свои мысли, но вся решительность и бравость исчерпали себя ещё на момент ссоры с учителем. Теперь Колетт смотрела на другую, не менее красивую женщину, чей образ был противоположен образу Ребекки. Если покойная жена Байрона отличалась сдержанностью и скромностью, покоряла нежностью и ласковой улыбкой, то женщина напротив всем своим видом говорила: «Давай посмотрим, кто кого!»       При всём своём желании выглядеть безобидно, незнакомка хмурилась и сводила брови к переносице, ровно также, как это делал Эдгар. Атласное фиолетовое платье в пол смотрелось выигрышно, если бы не открытый верх. Плечи и руки у женщины по силе могли равняться с руками Фэнга, оттого у Колетт создавалось странное впечатление, будто она смотрит на великана. Спортсменку внешний вид ни капельки не беспокоил. — Уходи отсюда, сейчас же, — предостерегла Биби. — Здесь опасно. Это не место для игр.       Колетт толком не смогла ничего ответить, взгляд девочки застыл на картонной коробке в руках женщины. Зачем такой красивой и богатой особе понадобилась старая коробка? Девочка не сразу заметила перчатку из толстой кожи. Она никак не могла сложить факты воедино, но жалобное пищание из ящика спасло маленькую ведьму от головной боли. Беззащитные голые птенцы тянулись к женщине, раскрывали клювы, хлопали большими розовыми глазами. — Уходи скорее, — шепотом настояла Биби. — Кто посмел заявиться в мои владения? — грозно прорычал низкий голос.       Колетт обдало холодом. Ей почудилось, будто она навлекла на себя гнев спящего долгие века дракона. На месте, где ранее возвышалась нежная и безобидная Ребекка, теперь оказался строгий и угрюмый старик. «Дракон» ударил тростью об пол, подав знак стае грифов. Гигантские белые птицы роем бросились на беззащитного ребёнка. Наверное, они бы сцепились вчетвером за этот кусок нежнейшего мяса, если бы не сильная женщина. — Назад! — угрожающе крикнула незнакомка.       Грифы резко развернулись и взлетели к люстре, непонятливо переглядываясь. Кого им слушать? Их мощные крылья рассекали воздух. Колетт боялась. Если кто-то из них приблизиться, удара крылом не избежать, детское тельце попросту отбросит к стене. — Я могу всё объяснить, — женщина с птенцами выступила вперёд. — С радостью выслушаю твоё объяснение, — раздражённо прорычал Байрон.       Пока «страшный старик» и «сильная женщина» препирались, девочка со всех ног бросилась на улицу. Размокшая земля и порыв холодного ветра не помешали Колетт укрыться от чудовища в лесу. Пушистая ель скрыла незваную гостью от злобного хозяина. Малышка отдышалась, еле сдерживая рыдания. Слишком много потрясений для одного дня!       Несмотря на боль в ногах, ученица по памяти бежала к дому Эдгара и Фэнга. Штанины светлых джинс по колено покрылись грязью, рубашка промокла на сквозь, тушь оставила после себя чернильные следы на раскрасневшихся щеках. Эшли и Мика остановили её яркой зелёной вспышкой. — Домой хочу, — буркнула Колетт, разминая пальцами веки. Из-за ослепительного всполоха перед глазами плавали чёрные точки. Ей повезло, зелёные огоньки никогда лишних вопросов не задавали.

***

— Только не говори, что я плохой учитель, — мрачно фыркнул Эдгар, наблюдая с веранды за пустующим бассейном. — Я и не думал, — Фэнг убрал книги Леона куда подальше; уж слишком мозолила глаза его фотогеничная улыбка.       В дверь постучали. Медиум поспешил впустить гостя, пока тот не вынес дверь. Он ожидал увидеть на пороге Биби или Мортиса, но точно не вымокшую под дождём Колетт. Девочка ворвалась внутрь и вцепилась в Эдгара хрупкими руками. Она сжимала его крепко-крепко, так, словно боялась потерять. — Ты чего? — экзорцист попытался двинуться — бесполезно. — Прости меня! Прости, прости, прости, — безостановочно повторяла малышка. — Мне нужен учитель, очень нужен учитель. Я хочу стать мощной и страшной, как старый дракон, — она вскинула руки вверх, словно передавая степень своего испуга при встрече с Байроном. — А ещё хочу вернуться в дом, где много красивых женщин! — Чего? — Эдгар устало потёр лоб. Кажется, сегодня он достаточно пробыл учителем.