С Днем Святого Валентина, Грейнджер!

      Это утро стало для Гермионы Грейнджер одним из тех, которые она искренни ненавидела. И дело не в том, что будильник отвлек ее от чарующего сна, дело не в том, что очередь в ванну была слишком длинной, что ждать приходилось вечность, проблема была даже не в Гарри и Роне, ее лучших друзьях, которые вместо учебы посвятили себя квиддичу, нет. Все дело было в отвратительных розовых украшениях, что висели на каждом шагу, в куче надоедливых парочек, которые засовывали языки друг другу в глотки прямо посреди коридора, никого не стесняясь! Как будто они одни в этом замке. Да это же развращение малолетних! Проблема заключалась в противных летучих открытках, которые раздражали своим присутствием и слащавыми песнями. Сегодня День Святого Валентина - вот она, главная проблема.       Гермиона ненавидела этот день. Ей не нравилось то, что, чтобы признаться в чувствах, люди ждали именно эту дату. Ведь если чувства есть, зачем медлить с их проявлением? Зачем превращать что-то личное в спектакль для одного зрителя?       А еще Гермиона просто не могла признать, что ей несколько завидно наблюдать за счастливыми лицами друзей, когда они дарят друг другу валентинки. Нет, она тоже делала для них маленькие открытки, в которых писала, как ценит их, а после отправляла с домовиками или отдавала лично, при встрече.       Она писала Гарри и Рону, что любит их и уже не видит жизни без их приключений. Джинни и Пенси, с которой они подружились на втором курсе во время общего проекта по зельям, Гермиона писала, что они стали ей как сестры. Еще были открытки для Блейза и Тео, Луны и Неввила.       Она оправляла валентинки всем ее друзьям... кроме него. Драко Малфой числился в ее списке с середины четвертого курса. Начало их общению положил Дамболдор, когда поручил им, как старостам со своих факультетов, подготовиться к Святочному балу.                   Поначалу ни Гермиона, ни Драко не могли найти общий язык: их споры насчет праздника порой доходили до абсурда. И все в замке знали: если эти двое рядом и кричат друг на друга – время бежать. Со стороны казалось, что в такие моменты вокруг них искрила та самая, настоящая и необузданная природная магия. Мощная и опасная, но до жути притягательная.       Блейз, Тео, Гарри и Рон в такие моменты предпочитали держаться в стороне, но не оставлять Грейнджер и Малфоя наедине. Пенси и Джинни видели споры двух старост с абсолютно другого ракурса, впрочем, своих мыслей друг другу не раскрывали.       В то время каждый спор Драко и Гермионы заканчивался обоюдными оскорблениями и демонстративным расходом в разные стороны коридора. Шоу заканчивалось, после чего друзья обоих «дуэлянтов» спешили следом в гостиную, где после выслушивали очень много жалоб. - Как же он меня раздражает! В нем все так и кричит о том, что он богач, а потому он просто не понимает! - громко возмущалась Гермиона, расхаживая по своей комнате, где на кровати уже сидела Джинни, слушая подругу. - Он просто кичиться своим положением и чистокровностью, пытаясь заставить меня делать то, что он хочет! - Грейнджер всплеснула руками и плюхнулась на кровать. - Что он тебе на этот раз предложил? – спросила рыжая - Он хочет, чтобы вместо программки, что составила Макгонагл устроить какой-то абсурд! Говорит, что для наших гостей с других школ, что приедут в честь турнира, лучше устроить вечер в стиле чистокровных! Неужели он никак не поймет, что кровь значения не имеет?! – Гермиона продолжала гневаться на Драко, но в ее голосе все чаще проскальзывала… грусть? Джинни удовлетворенно хмыкнула, похоже она права. - А ты не думала, что он, воспитанный на подобных мероприятиях, просто не может посмотреть на все под другим углом, м-м-м? Может действия директора обуславливаются тем, что тебе стоит направить его? – после слов подруги Грейнджер притихла – она и не думала в таком ключе. Теперь староста начала сомневаться в своих претензиях…   - Как же меня раздражает эта чертова заучка! - буквально прорычал Драко, ворвавшись в гостиную факультета и упав на диван.       Следом за ним пришли его друзья. Блейз молча сел напротив, готовый выслушать очередные жалобы Малфоя, направленные исключительно на золотую девочку Гриффиндора. Тео ушел в спальню, а через несколько минут пришел со сливочным пивом. Пенси предпочла остаться в стороне, как независимый наблюдатель, сев в углу комнаты. - Что на этот раз вы не поделили? – Лениво поинтересовался Блейз, в мыслях считая, какая это их ссора за эту неделю. - Грейнджер, Салазар бы ее побрал, не хочет последовать нашим традициям, касаемо организации бала, - ответил Драко, делая глоток. - Какую именно традицию ты хотел бы исполнить? – спросил Тео. - Хотел разделить гостей согласно их статусу, ну знаешь, стол из элиты и что-то  поменьше, - он махнул рукой, мол, не так важно. Тео подавился пивом. - Серьезно? Драко, ты самый настоящий идиот! – воскликнул Блейз. - Ну спасибо, ты вроде должен меня поддержать, друг, - он специально выделил последнее слово. - Забини прав, Малфой, ты идиот. Ну кто так в общем говорит маглорожденной об идеи посадить рядом людей схожих характеров и интересов? – спросил Тео, с помощью палочки очищая мантию. - Я сказал все четко и понятно, не понимаю, как такая умница, как Грейнджер, не смогла этого понять, - бросил он. – И вообще, почему я должен ей все разжевывать, я ей не нянька! - А ты представь себя на ее месте, когда тебе говорят что-то, используя не совсем верную формулировку, - Блейз активно подталкивал друга к правильным выводам. – Вспомни, как ты не понял Снейпа и сварил не то зелье. - Тогда ты эпично чуть не взорвал класс, - хихикнул Тео, в ответ получив по лицу подушкой с дивана. - Заткнись, - бросил Драко. – Я понял, о чем ты, Блейз. Я подумаю.       С этими словами он закрыл тему, связанную с гриффиндоркой, и парни переключились на квиддич. Пенси направилась на выход с гостиной, впрочем, все что ее интересовало, уже всплыло наружу…         Удивительно, но эта парочка действительно нашла компромисс. Бал прошел на ура. Гермиона довольная стояла в углу, получая комплименты не только касаемые организации, но и ее внешнего вида. Тогда на студентке было потрясающее небесно-голубое платье из легкой и текучей ткани, которое струилось по ее телу и сидело, как вторая кожа. Высокий каблук тоже не портил вида, да и настроения – Гермиона зачаровала туфли так, что они чувствовались как домашние тапочки.       В тот вечер многие не могли отвести от нее взгляд. Драко тоже не мог. Он пришел на этот вечер, одетый в парадную мантию, с целью отсидеть официальную часть и уйти в спальню, ибо в зале делать было нечего. Но он забыл обо всех своих планах, когда увидел ее. Он не сразу опознал Грейнджер, но, когда осознание пришло, пришел и шок. Он открыто рассматривал ее сверху вниз, словно ища какой-то подвох. - Уже и ты запал? – подколол его Блейз. - Не неси чепухи, я просто удивлен, - ответил Драко и отвернулся от Гермионы, чей силуэт он выискивал на протяжении всего последующего вечера. В какой-то момент ноги сами понесли его к девушке. Как раз вовремя – Макгонагал собиралась сказать речь. - Уважаемые гости, ученики и учителя. Я хотела бы поблагодарить всех за этот чудесный вечер. Особенную благодарность хочу выразить Гермионе Грейнджер и Драко Малфою, которые организовали этот праздник.       Вокруг посыпались аплодисменты и свист, старосты только и делали, что кивали в знак благодарности. В какой-то момент, все еще находясь посреди зала, Драко подал Гермионе руку. - Ты что задумал? – спросила она, переводя взгляд с лица парня на протянутую ладонь. - Зову тебя потанцевать, Грейнджер. Ты перепила, или просто не хочешь думать сегодня? – он ухмыльнулся. - Я не понимаю, чего ты добиваешься, но так уж и быть, окажу тебе честь, - сказала Гермиона и протянула руку в ответ.       В то же мгновение Драко притянул ее к себе, обхватывая тонкую девичью талию, и повел в танце.       Он вел уверенно, властно, так, как никто другой.        Она плыла в такт его движениям.       Их танец был похож на что-то волнующее, про этом нежное и легкое. Они смотрели друг другу в глаза и искали ответ. Холодная сталь плавилась под натиском горячего шоколада. Кажется, именно с этого танца стена, что была между ними, стала рушиться. Это стало отправной точкой.          В День святого Валентина этого же года Гермиона написала свою первую валентинку для него. Но так и не отправила… Что-то останавливало ее, это чувство скребло по сердцу, как кошки, но девушка старалась от него абстрагироваться.       На пятый год обучения в ее шкатулке появилась новая открытка…       На шестой добавилась еще одна и какой-то листок, смятый, но почему-то он лежал в месте ее сокровенных тайн.       И сегодня она должна была добавить новую валентинку – валентинку седьмого курса. Она не спешила ее писать, а потому просто вышла из спальни старосты школы, которую теперь занимала, и направилась на поиски подруг.       И Джинни, и Пенси нашлись в Большом зале. Они сидели за столом Гриффиндора и что-то увлеченно рассматривали. - Доброе утро, девочки, - поздоровалась Гермиона. - И тебе привет, староста, - ответила Пенси. С недавнего времени ей стало нравиться называть подругу по ее должности. - Привет, Миона. Присоединяйся к нам, - ответила Джин, указывая на место напротив. - Чем вы заняты? – поинтересовалась девушка, присаживаясь на лавку. - Выбираем, в чем пойти сегодня на вечеринку, - ответила рыжая. - Вечеринку? Я что-то пропустила? – недоумевала староста. - Ты из-за своей учебы совсем перестала слушать нас, - укорила ее Пенси. – сегодня для нас и шестого курса намечается крупная вечеринка в Выручай-комнате. Ты, кстати, идешь, и это не обсуждается, - заявила брюнетка, прервав недовольства из уст шатенки. - Вы же знаете, что я не фанатка таких сборищ, да и я не хочу наряжаться, -начала оправдываться девушка. - Можешь не пытаться, Миона. Ты идешь, и точка. Мы даже подобрали тебе образ, так что к шести мы придем к тебе, чтобы помочь одеться. - Я зайду к вам в семь, нужно уладить дела, - сказала Пенси. - Так понимаю, мне ничего не остается? – спросила Гермиона, смотря на подруг. На их лицах играла ухмылка, напоминающая Грейнджер одного несносного блондина…         Ровно в шесть часов картина отварила двери для Джинни. Девушка уже была готова. Только надеть платье. Гермиона встретила ее в пижаме, словно только проснулась. - Ты что же, спала? - Ага, не знаю, как так получилось. Джин, можно я не пойду, прошу тебя, - Миона умоляла подругу, но та и бровью не повела. - Нельзя, Миона, нельзя. Сегодня последний шанс чтобы отдать ему это, - она взглядом указала на открытую шкатулку и скомканные листы, вырванные из блокнота, рядом. - Откуда ты..? - Миона, я знаю тебя как свои пять пальцев. Поверь, только слепой не заметил бы, как ты теперь относишься к хорьку. Твои короткие взгляды, что ты на него бросала, были весьма красноречивы. Да и ты уже несколько лет подряд пишешь ему письма, но никак не отправишь. Почему, Миона? - Я не знаю, что тебе сказать, Джин, - староста заметно погрустнела. – Я пойду на этот праздник сегодня, но лишь для того, чтобы не расстраивать каждого из вас. Поверь, мне нет смысла начинать что-то новое с ним… Все равно наш последний год, - ответила Гермиона, а после пошла в спальню, зовя за собой Джинни.       Рыжая не стала больше спорить, а просто пошла следом. Уизли больше не поднимала эту тему, но для себя, определенно что-то уже решила.  Только вот понравится ли ее решение Гермионе?..         Вечеринка оказалась сборищем подростков, которые танцевали под громкую музыку, играли в бутылочку, пили пиво и не только его, а еще отрывались. Девушкам не составило труда найти свою компанию среди толпы, поэтому они уверенно двигались в сторону машущей им Пенси. - А вот и вы! – воскликнула она. – Староста, прекрасно выглядишь, - и брюнетка ничуть не слукавила.       На Гермионе было изумрудное платье длинной чуть выше колена, спина открыта, но это не делает платье неприличным. Все изгибы тела Грейнджер были как на ладони, захочешь – подойди, ощути ее формы, потрогай… И это чертовски бесило блондина, сидящего в кресле рядом. - Грейнджер, уж не думал, что увижу тебя тут. И в таком виде, - протянул он, салютуя ей стаканом. - Малфой, не скажу, что рада тебя видеть, - ответила она, отзеркалив его жест, когда взяла бокал вина. - Раз со скучными подколами друг друга покончено, давайте начнем веселиться! – Пенси подхватила девочек и потащила их на танцпол.       Спустя час или минут сорок, Гермиона вернулась к столику, присела на диван. Ей было жарко, душно, но тем не менее невероятно хорошо. В танце она отпустила себя и все свои чувства. Как же это оказалось приятно.       Наблюдая за залом, она увидела, как разговаривали девочки, а потом одна из них пошла в ее сторону. - Гермиона, мне нужна твоя помощь, - сказала Джин. - Что-то случилось? – обеспокоенно спросила староста. - Ничего серьезного, в кладовке отключили свет, а из нас никто не взял палочку. Ты не могла бы нам помочь достать новую порцию шампанского и огневиски? - Пойдем, посмотрим на вашу кладовку, - сказала девушка и направилась следом за рыжей.       Войдя внутрь, она только хотела достать палочку, как сзади раздалось: «Акцио, палочка Гермионы Грейнджер!», и древко вылетело из рук девушки, а после дверь вовсе захлопнулась. - Выпусти, Джин! – крикнула Миона, но никто не отозвался. – Черт!       От безысходности она стала придумывать, как выбраться. Для начала девушка предусмотрительно отошла от двери, а вдруг откроют? Чудо, что в комнате оказался стул или это был стол, не понятно, на который присела Миона, ожидая, когда ее выпустят.       Прошло пару минут, прежде чем она услышала голоса. Вот ее шанс! Она только было хотела подбежать к двери, как она открылась, и в помещение зашел… - Малфой? – удивилась девушка. - Грейнджер? – казалось, он был не в меньшем шоке. Внезапно дверь закрылась, а парень ринулся стучать. - Салазар, будь ты неладна, Пенси, - прошипел он. - Тебя тоже заманили сюда под видом помощи? – подала голос Гермиона. - Ага, попросили прогнать отсюда целующихся, потому что их время вышло, но вместо целующихся я обнаружил тут тебя. - Я не специально, Джин сказала, ей нужно посветить. - Я больше чем на сто процентов уверен, что они действовали сообща, - вдруг выдал Малфой, вызывая удивление у Грейнджер. - Зачем им это? Я не понимаю… - Правда не понимаешь? – искренни удивился парень, вопросительно приподнимая бровь. – А ты наивнее, чем я думал. - Я не наивная! – выкрикнула она, Драко хмыкнул. - Правда, Грейнджер?  То есть ты абсолютно точно не понимаешь, за что нас заперли вместе? – он начал надвигаться на нее, грациозно, словно хищник на добычу. - Не понимаю, - буркнула она. О нет, она все понимала, но старалась убедить себя в том, что ошибается. Она впервые хотела ошибиться. - Тогда позволь мне объяснить, - тихо, почти шепотом, проронил он, останавливаясь напротив девушки, сидящей на столе.       Гермиона смотрела куда угодно, но только не на него, потому что боялась, что одни неверный взгляд – она пропадет. - Посмотри на меня, Грейнджер, - будто б приказывал Драко, хотя тон его был нежным. - Взгляни, Миона, - от неожиданно слетевшего ее уменьшительно-ласкательного имени с его уст, девушка дрогнула и подняла глаза.       Драко стоял, глядя прямо на нее. Он чуть взял ее подбородок, вынуждая не отводить взгляд. Да она бы и не смогла… - Гермиона, - еще раз выдохнул он, словно пробуя ее имя на вкус. - Драко, - ответила она с вызовом, пытаясь взять себя в руки.       Они смотрели так еще пару мгновений… Пару мгновений до безумия. Никто из них так и не понял, кто сдался раньше. Их губы слились в поцелуе неожиданно, резко, неистово.       Драко не медлил, обхватывая девушку за талию и прижимая к себе. Гермиона, впрочем, не возражала, а только ластилась к нему, ближе и ближе. Она запустила пятерню ему в волосы и легонько сжала, оттягивая, от чего парень издал довольный рык. Гермиона наслаждалась его реакцией на ее прикосновения. Осмелев то ли от ощущений, то ли от алкоголя в крови, девушка потянулась к бляшке ремня, резкими, несколько скомканными движениями желая его расстегнуть. - Грейнджер, - сладостно растянул ее фамилию Драко, - какая ты шустрая и нетерпеливая. Если и раньше хотела меня, могла просто попросить.       Она почувствовала усмешку в его голосе и подняла глаза на Драко. И правда – он самодовольно ухмылялся. - Заткнись, Драко. Я не знала, что ты такой болтливый в постели, - колко парировала она, не обратив внимания на его замечание, продолжила раннее начатое дело. - О, поверь, дорогая, в постели я нем как рыба, потому что мой рот занят делом, - он подмигнул девушке и помог расстегнуть рубашку.       В то же время маленькие ловкие пальчики Гермионы распахнули ее в разные стороны и, не долго думая, девушка припала к груди с поцелуями. Миона слишком долго представляла это себе, чтобы теперь медлить и краснеть. - Салазар, Грейнджер, - он простонал что-то ей на ухо, а после его ладони стали исследовать ее тело, задирая платье все выше и выше, намереваясь его снять. - Нравится? – самодовольно спросила девушка, когда он отстранился, чтобы взглянуть на предмет своего возбуждения. - Ты не представляешь, насколько, - ответил он, не соврав. То, каким жадным взглядом он водил по ее телу, было лучше всяких слов. - Это для тебя, - зачем-то призналась она. - Я бы набил морду тому, кому бы оно предназначалась, если бы это был не я, - на полном серьезе ответил Драко и слова его были жестки. - Но оно все же для тебя, что ты теперь сделаешь? – девушка на секунду даже замерла, ожидая ответа, но вместо него Драко вновь припал к ее губам.       Они целовались с жаром, с примесью ненависти и животной страсти. Где-то далеко играла музыка, шумели люди, но для них не существовало никого.       Драко перешел с поцелуями на шею Гермионы. Лизнул где-то под правым ушком, отчего тело девушки тут же пробила мелкая дрожь, а парень довольно хмыкнул. - Драко, - на выдохе произнесла Миона. – Не мучай меня, Драко. - Я слишком долго ждал, Гермиона, чтобы теперь делать все быстро. О Годрик, опять он произнес ее имя.       Рука Малфоя тем временем скользнула ниже, поднимая юбку уже до живота. Он оторвался от ключиц девушки, вновь рассматривая ее и то, что он сотворил.       Грейнджер была растрепала; ее платье сползло с плеч, предоставляя обзор на аккуратную грудь, что сейчас часто-часто вздымалась вверх; юбка была задрана и Драко видел кружевные трусики, что уже намокли от желания. - Черное, Грейнджер? – спросил он, что девушка растерялась. - А что ты хотел там увидеть? – вот оно – гордая и упрямая львица, в каком бы положении она не была. - Цвета гриффиндора или белый хлопок. Не думал, что ты такая распутная, - он словно пробовал это определение на вкус. – Но мне нравится. - Ты снова болтаешь, Малфой, - заявила она и потянула руку к трусикам, желая их снять. - Я сам, Грейнджер, не лишай меня этого удовольствия.        И вот, сам Драко Малфой медленно опускается перед Гермионой Грейнджер на колени, не разрывая при этом зрительного контакта. Его руки обхватывают лодыжку, нежно снимают ненужные туфли и отбрасывают в сторону. Поцелуй. А потом еще и еще. Серией маленьких поцелуев Драко поднимался все выше и выше, а Гермиона откидывалась все дальше и дальше, прикусывая губу от удовольствия. Малфой тем временем дошел до сокровенного места, и, следя за реакцией девушки, стал медленно, вальяжно стаскивать с нее трусики. - Ма-а-а-лфой, - прошипела девушка, когда он поцеловал ее там. – Что ты делаешь? - Доставляю тебе удовольствие, милая Грейнджер, что же еще, - о, как же она любила и ненавидела этот тон парня. Каждый раз, когда он что-то говорил подобным образом, ее организм реагировал резко и незамедлительно, в низу живота появлялась сладкая истома.       Малфой мучил ее долго, доставлял ей удовольствие и медленно доводил до сумасшествия. Гермионе казалось, что он ее личное безумие. И Драко знал это, осознавал, отчего был безумно рад.       В какой-то момент он отстранился, так и не доведя девушку до пика, а она была близка. - Драко, почему ты остановился? – спросила девушка, приподнимаясь, чтобы видеть парня. - Я хочу видеть, как ты выкрикиваешь мое имя, находясь сверху, - ответил он, ухмыльнувшись, и легко поднял Гермиону, прислоняя к себе. - Тогда и я хочу кое-что сделать, - вдруг заявила Грейнджер и толкнула Малфоя в сторону стола, чтобы он оперся на него. - Что же ты придумала, моя гордая львица… - сладко протянул Драко, наслаждаясь решительным и воинственным видом Гермионы, который его очень возбуждал. - Ты стоял передо мной на коленях, я не хочу остаться в долгу, - обронила она, словно это не было чем-то странным, и начала медленно, грациозно и сексуально опускаться пред Драко на колени. Где-то на заднем плане играла спокойная мелодия, под настроение, что было у наших героев. - Грейндже-р-р, - прорычал парень, когда девушка спустила его штаны вместе с нижним бельем, выпустив «дружка» наружу. - Ого, - только и произнесла Миона, чем вызвала искренний смех Драко. – Не смейся! - Не могу, ты слишком милая, маленькая гриффиндорка, - признался он, с улыбкой смотря на девушку.       Ту, впрочем, ее слова не задели, и она легонько прикоснулась к оголенной плоти губами, оставляя короткий поцелуй. Раз он играл в долгую игру, то почему бы и ей не попробовать?       До этого девушка не любила делать что-то подобное. Не то, чтобы у нее было много попыток, но пару раз, когда ее бывшие предлагали так их «порадовать» она отказывала. С Драко все было по-другому. Она хотела доставить ему удовольствие, хотела показать, что ради него не будет примерной девочкой… - Салазар, Гермиона, - прошипел Малфой, когда девушка взяла его член в рот. - Что? – ехидно спросила она, как и он ранее, продолжая сладостную пытку.       Ее язычок то медленно, то быстро проходился по головке. Она посасывала, лизала, целовала. Стало жарко. Воздух вновь наполнился возбуждением и желанием. Краем уха она услышала полустон Драко и улыбнулась. Что ж, ему нравится, а значит она делает все правильно.       В какой-то момент рука парня потянулась к голове девушки, желая контролировать процесс, но Миона шлепнула его по руке. - Я сама, Драко. Не лишай меня этого удовольствия, - она ухмыльнулась, и подула на возбужденный член, отчего тот даже дернулся.       Драко простонал что-то не членораздельное, но руки убрал, предоставляя его ведьме полную свободу действий. - Хороший мальчик, - произнесла девушка и вновь погрузила плоть в рот.       Про себя Драко подумал, что еще чуть-чуть, и он не выдержит. Гермиона была для него наркотиком, его личным безумием. Он заметил ее еще на 1 курсе, когда был несмышленным мальчишкой. Желая обратить ее внимание на себя, он всячески упоминал свою родословную свои богатства, но к то ж знал, что маленькой Гермионе это чуждо? Так, его действия првели к настороженности с ее стороны, а Драко, разочаровавшись, перестал бегать за Грейнджер, обратив свою симпатию в едкие слова и насмешки.       Впрочем, как бы он не старался убедить себя в том, что ненавидит девушку, все было напрасно. Каждую ночь в своих снах он видел ее улыбку, ее пышные каштановые волосы. Однако с возрастом сны Драко стали откровеннее, горячее.       И вот теперь юноша думал, а не спит ли он, ибо сцену, как Гермиона, стоя перед ним на коленях, доставляет ему удовольствие, он видел только во снах. -Грейнджер, время меняться- вдруг заявил парень, находясь на гране.       Он одним движением подмял ее под себя, вызвав у нее смешок. - Ты говорил, что я буду сверху, - хмыкнула Гермиона. - Не сегодгя. Завтра я весь в твоем распоряжении, но сегодня ты только моя, - ответил Драко и вошел в девушку, вызвав у нее протяжный стон. - Дра-а-ако.       Он двигался то медленно, словно дразня, то быстро, резко, вызывая стоны наслождения.              Гермиона находилась в неком трансе. Действия Драко приносили ей непомерное удовольствие, но вместе с тем выматывали. Она и так была на пике, а сейчас готова была сорваться. Если бы в этот самый момент Драко предложил ей прыгнуть в бездну, она бы прыгнула. - Драко, я сейчас… - пробормотала она. - Я тоже, Грейнджер, - ответил он, ускорив темп. - Драко, Драко, Драко, - бормотала Гермиона охрипшим голосом. - Салазар, Гермиона, ты идеальна, - шептал он ей куда-то в шею. - Люблю, - вдруг прокричала Миона, одновременно с этим вигиьаясь, достигая оргазма. - Гермиона, - прорычал Драко, так же ощущая разрядку.         Пару минут они не могли отдышаться, отчаянно цепляясь друг за друга. Когда Драко вышел она ощутила пустоту. - Какая чудесная валентинка от тебя, Грейнджер, - произнес Драко наконец, оглядывая девушку, которая уже оделась и более ли менее поправила платье. - О чем ты говоришь? – устало спросила она, думая, как же теперь смотреть ему в глаза.       Ведь спало все возбуждение, и алкогольную дымку как рукой сняло. - Гермиона, ты только что сказала, что любишь, - ответил он, следя за ее реакцией.       Грейнджер бросило в жар, а потом в холод. Черт, она призналась ему в любви, теперь она перед ним, как открытая книга. - Я вижу, как ты думаешь, Грейнджер, и пока не надумала всякую всячину изволь выслушать меня, - он сказал это тоном, не требующем возражений, поэтому ей ничего не оставалось, кроме как подиниться.       Драко же встал напротив девушки, взял ее за руку и начал свой рассказ. - Знаешь, Грейнджер, не так я представлял этот разговор. Я думал, что мы сначала поговорим, а уж потом я как следует трахну тебя. Но что-то пошло не так. Пенси и твоя рыжая заперли нас в кладовке, а после я увидел тебя такой открытой и такой незащищенной, что мне сорвало крышу. Ты не представляешь, как тяжело на протяжении стольких лет видеть тебя такой красивой, такой жентвенной и чертовски идеальной и не иметь даже шанса дотронуться до тебя. Знаешь, наш танец на Святочном балу был для меня самым запоминающимся моментом. Я до сих пор вижу во снах тебя в том голубом платье. - Оно было простым, - противоречила девушка. - Ты была в нем самая прекраная на вечере. Клянусь, мне хотелось набить морду каждому, кто на тебя похотливо глядел. А потом ты поняла свою сексуальность и стала одеваться так, что у меня каждый раз сноило крышу. - Но я же носила юбки ниже колена, - девушка правда не понимала, что он в ней разглядел. - Ты носила облегающие твою шикарную задницу юбки ниже колена, а это другое. Знаешь у скольких на один твой вид вставал? И меня бесило, что не один я видел твою сексуальность. А теперь этот вечер дня всех влюбленных… Я узнал, что ты меня любишь, но тогда почему я не получал от тебя даже чертовой дружеской валентинки? – Драко злился и хмурился – плохой знак. - Ты злишься, что не получал он меня валентинки? – переспросила она.- Но я пыталась отправить их тебе. Каждый год с того самого бала я пыталась сказать тебе, что меня бесит, когда к тебе пристают девчонки, меня бесило твое красивое и утонченное лицо, бесило то, что ты только подкалывал меня, а не целовал или обнимал, как других. И знаешь что самое обидное, что я люблю тебя, а ты этого просто не замечал. - Любишь? Так ты все-таки любишь меня,? – не веря спросил Драко. -Да, ты же итак все понял, - нежно ответила она, отведя взгляд в сторону. - Тогда и я признаюсь тебе, милая гриффиндорка. Я без ума от тебя еще с 1 курса. Твои слова стали мне лучше любых валентинок, - он вдруг улыбнулся так по-настоящему, что у девушки сердце защемило от нежности и любви, которую она к нему чувствовала. - Так мы теперь..? - Вместе ли мы, спрашиваешь? Так я теперь тебя никуда от себя не отпущу, моя милая Грейнджер.       Он притянул ее к себе, и вовлек в нежный и трепетный поцелуй. Теперь не было страсти, была только безгранична любовь и счастье, что витало в воздухе. - Нам надо сказать спасибо Пенси и Рыжей за то, что заперли нас тут, - сказал Драко, вызывая улыбку у Грейнджер. - Да, думаю они заслужили, - ответила ему Гермиона, нежно поцеловав.         Гермиона Грейнджер ненавидела День Святого Валентина. Ненавидела, но теперь поняла, что этот праздник не так плох, когда у тебя есть две хорошие подруги, которые знают тебя лучше, чем ты сама, когда у тебя есть тот, кому ты теперь будешь дарить свои валентинки.