Дышать немного легче

— Как насчет поцелуя, прежде чем я уйду? — спросила Одасси, откидывая голову назад, через плечо, насколько это возможно, и пытаясь хоть краем глаза посмотреть на свою девушку, когда та делала все возможное, — и преуспевала в этом, — чтобы вытолкать Одасси из пекарни Дюпен-Ченов. — Пожалуйста, пожалуйста?   Маринетт фыркнула, навалившись всем весом на очень отвлекающе сильную спину Одасси. — Я подарила тебе так много поцелуев в постели! Ты опоздаешь в школу, если сейчас же не уйдешь, — она также изо всех сил старалась игнорировать удивленные взгляды своих родителей, когда они стояли за прилавком, открыто наблюдая за этими двумя с улыбками на лицах.   — Милая, умоляю! — голос Одассы перешел в высокий стон. Девушка смешно выпятила нижнюю губу и пыталась сдержать собственную улыбку, когда Маринетт подняла взгляд, и ее плечи опустились в знак автоматического поражения. — С вишенкой сверху? Она поняла, что зашла слишком далеко, когда в глазах Маринетт появился блеск. Тот самый, который она всегда видела, когда они мотались по Парижу и Бражник задевал ее за живое. Вместо того, чтобы ударить кулаком в лицо, как сделала бы Акума, Маринетт потянулась, схватила Одасси за воротник школьной формы и дернула ее вниз. Губы сомкнулись, и это заставило Одасси резко выдохнуть и одновременно всхлипнуть. Холодный утренний воздух встретил ее, когда Маринетт, должно быть, открыла дверь, отвлекая старшую девочку своими несправедливо красивыми розовыми губами, слегка оттолкнув ее, прежде чем снова быстро чмокнуть Одасси в щеку. — Не опаздывай из-за меня, — попросила она. — Но я хочу опоздать из-за тебя, — Одасси хихикнула в ответ на усталый и раздраженный взгляд своей миниатюрной девушки. — Не похоже, что я попаду в настоящую беду. — Ты безнадежна, прощай.