Драко Малфой никогда не врал

      Драко Малфой никогда не врал.              Мерлин, как же он ненавидел больницы…              Естественно, в том состоянии, в котором находилась Пэнси Паркинсон, её нельзя было забирать… домой. Грейнджер добилась для неё отдельной палаты, лучших лекарей из числа терпимых, тех, кто не отказывался «марать руки».              Как иронично…              Но Паркинсон был одним из древнейших и богатейших родов, а Пэнси, даже после репатриаций, — единственной наследницей, так что она не испытывала недостатка в мягких подушках и горячей еде.              — Малфой, — вырвала его из раздумий Грейнджер, — прости, что прошу, ты не мог бы… эм… — она покосилась на пациентку, та с нескрываемым любопытством слушала. Гермиона вздохнула. — Ты не мог бы, пожалуйста, сходить домой и покормить кота? — обречённо закончила она.              — Домой? — Пэнси еле слышно хохотнула. — Ну же, Малфой, — она передразнила интонацию, — будь хорошим пёсиком.              Драко закатил глаза и вышел. Через пару шагов он услышал, что дверь палаты снова открылась, но не стал оборачиваться — ещё чего.              — Малфой, — окликнула Грейнджер, он кивнул, мол, продолжай. — Я… я просто не хотела бы оставлять её одну.              — Разумно, — согласился Драко, — иначе её убьют.              — Вряд ли… она кусается… Тем не менее, я это к тому, что тебе не обязательно возвращаться сюда или оставаться дома, я переночую в палате.              — Как скажешь, — неопределённо ответил Малфой. Он ещё не решил, как поступит.       Позже, он не вернулся в палату. Он навестил мать, поужинал с ней и восстановил душевное равновесие. «Пэнси могла бы остановиться у нас, — благосклонно кивнула Нарцисса, — бедное дитя нуждается в заботе, а мне не помешала бы компания».              После цивильного ужина Малфой завалился к Поттеру. Джинни покачала головой и направилась к бару, но Драко продемонстрировал бутылку огневиски «для мальчиков» и бутылку красного сухого «для девочек». Джинни вздёрнула брови, но спорить не стала. Поттер шёпотом сообщил, что Джинни любит покрепче. «Я уже знаю! Но не поддерживаю женский алкоголизм», — так же шёпотом сообщил Малфой. Они все расхохотались.              Драко Малфой никогда не врал, но он точно никогда и никому не расскажет, что редкие вечера проводил в компании Поттера и его невесты, распивая огневиски, стоимостью как их квартирка в Лондоне.              Уже поздно ночью Малфой, слегка пьяный — до лёгкого румянца в щеках — сыто-сонный («Вы не будете пить на пустой желудок!») вернулся домой… Где его встретил рыжий монстр и такое привычное кресло.              Грейнджер практически жила в больнице. Она прибегала принять душ, схватить пару книг, почесать за ухом Малфоя, поцеловать кота…              Этого, конечно, не было, но Гермиона была именно настолько задумчивой, что Малфой не удивился бы такому раскладу.              Отсутствие Грейнджер уже ощущалось как рутина, когда одним вечером Драко вошёл в квартиру, чтобы покормить чудовище, а оно не вышло его встречать.              Малфой замер.              Вся квартира была словно под напряжением, в воздухе витал лёгкий запах заклинаний и каких-то зелий — совсем не тот запах, который свойственнен книжному гнезду Грейнджер. Драко сделал шаг вглубь квартиры, и его запястье резануло болью. Он резко развернулся: дверь открылась, в неё вошла Гермиона.       Одним широким шагом пересёк прихожую, зажал Грейнджер рот ладонью и двигаясь ещё по инерции прижал её спиной к стене рядом с тихо щёлкнувшей дверью. Малфой сглотнул. Девушка смотрела на него мрачно, исподлобья, и Драко успел подумать, что, если бы перед ним стоял кто-то более вспыльчивый и с такой же убийственной реакцией, — Гарри или его вечный дружок Уизли — то он уже корчился бы в адских муках на полу: ему в кадык упирался раскалённый кончик волшебной палочки.              Малфой приложил палец к губам, призывая к тишине, Грейнджер один раз кивнула. Они стояли так ещё секунду, Драко убрал руку и взглядом указал на всё ещё прижатую к горлу палочку. Гермиона с лёгкой улыбкой пожала плечами, отвела палочку в сторону и взмахнула сложным движением, которое Малфой не узнал.              Маленькая квартирка тихо загудела. Шею Малфоя опалила боль, но девушка быстрым движением прижала прохладные пальцы к его татуировке. Они огляделись. По дому разгуливала зелёная тень. Они увидели, как тень дёрнулась, прижала руки к лицу, выпустила заклинание, начала пятиться и исчезла…              — Мы одни, — наконец спокойно произнесла Гермиона. — Он сбежал, а… — она отдёрнула руку от горла Малфоя. — Прости.              — Что это было? — спросил он.              — Защитная система «Капкан». Я удивлена, что он смог сбежать… Это невероятно сильный тёмный волшебник.              — Никогда не слышал о… капкане, — признался Драко.              — Конечно, — Грейнджер прошла в сторону кухни. — Это моя разработка. Ещё в процессе… По факту, она блокирует возможность использовать непосредственно любую тёмную магию. Носитель таковой испытывает боль, и его парализует…. — она сделала неопределённый жест в районе шеи, намекая на татуировку Азкабана, которую использовали для контроля. — Также я выяснила, что тёмная магия оставляет отличный след и настроила «Капкан» так, что он этот след захватывает. Драко… — Малфой стоял, опустив взгляд. — Ты ничего не хочешь мне сказать?              — Нет, не хочу.              — Фигура… Этот человек… Он показался мне знакомым.              — Я не хочу об этом говорить, Грейнджер.              — Малфой… — вздохнула девушка и показалась непривычно маленькой. — Он забрал моего кота, и утром я убью его за это.              — Твоё чудовище в порядке, — отрезал Драко.              — Ты же никогда не врёшь?              — Верно.              — Хорошо.              Гермиона Грейнджер внимательно изучала лицо молодого человека, его потускневший взгляд, опущенные плечи. Она кивнула своим мыслям и ушла в спальню, не добавив больше ни слова.              Малфой неуверенной походкой зашёл в гостиную и слегка подрагивающими руками начал разгребать сваленные в кучу книги. Он знал заклинание, выпущенное Забини, — это была их слизеринская шутка, позволяющая вмуровать тело противника в ближайший предмет. Под книгами кота не нашлось. Драко встал и осмотрелся, его дыхание стало учащаться. Сам он неоднократно оказывался запечатан и в стены, и в гобелены, и в диваны, но одна мощная Бомбарда — и вопрос решён. У чудовища не было с собой волшебной палочки… Его время было ограничено.              Диваны!              Малфой крутанулся к креслу, резким движением вспорол обивку и облегчённо вздохнул, когда ему в лицо бросилась масса рыжей шерсти, пытаясь располосовать лицо до кости.              — Дурак, — выдохнул слизеринец, — Что ты охранял, книги?              Он с трудом оторвал от себя кота и прижал его к груди, вдохнув странный, похожий на вату, запах.              Драко Малфой никогда не врал.              Ещё никогда в жизни он не был так рад видеть этого ужасного кота.