Завтра в этом доме будет чисто

      По утрам, в длинных коридорах здания Федеральной Экспертной Службы было спокойно. Москва — город хоть и большой, однако, совсем уж тяжелыми преступлениями как в сериалах, он не кишит, а те, что попадали в руки заслуженных специалистов, обычно раскрывались в кратчайшие сроки. Поэтому, никакой излишней спешки здесь не наблюдалось — это было редкостью, что говоря о начале рабочего дня, когда работникам еще требовалось время для пробуждения. Но, что будет после полудня... Серьезное расследование, на данный момент, все же идет.       На ресепшене уже ждал каждого системный администратор, который как и подобает лицу компании, выглядел чудесно в любое утро. Рыжий парень мог только позавидовать некоторым своим коллегам за то, что их смена начинается не с восьми утра, когда ему всегда приходилось успевать, и привести себя в порядок, и явиться на работу раньше остальных, так еще и сидеть весь день на одном и том же месте. Но, одно ему очень нравилось — общаться с людьми, поэтому работа на одном месте стала для парня самым лучшим вариантом.       — Привет, Миш, — перед сонными глазами, каждое утро, мигает много размытых силуэтов, много с кем нужно поздороваться и это уже давно не отвлекало от собственных мыслей, но, студент, явившийся в самом разгаре учебного времени, все же заставил администратора очнуться.       — Привет, — подхватывает тот, оживленно пожимая руку Коломийцу, — чего не на учебе? К дяде Диме, что ли, пришел?       — Да не, мне Татьяна позвонила, сказала, что я нужен, и напишет объяснительную записку. Наверно, опять по камерам кого-то искать, — Денис дергает рюкзак за лямку, где все это время покоился ноутбук — вероятно, его сорвали прямо с пар.       — Тебе еще не платят? — усмехается старший, на что получает устало-веселый вздох и отрицательное мотание головой. Жалко, конечно, что молодого так часто дергают, только потому, что не могут найти нормального программиста на постоянную вакансию, но за некоторую помощь в расследованиях его не раз брали к себе на практику, да и самому Денису очень нравилось участвовать во взрослых расследованиях, применяя здесь свои навыки, — Татьяна еще не пришла, она сказала, что задержится на плюс-минус час. Можешь посидеть в комнате отдыха.       — Ладно, покеда, — светловолосый машет на прощание и следует в противоположную от ресепшена сторону, прекрасно самостоятельно ориентируясь в помещении.       Студент смело переступает порог полу-прозрачной двери, и обнаруживает, что он здесь не один.       — Смотри, Денчик! — звонко обращается к оперативнику, распивающему рядом с ним кофе, полненький, бородатый мужчина в бирюзовом костюме.       — О-о-о, вспомнишь говно — оно и всплывет. Ты как, малой? — опер поднимает вверх белую кружку с эмблемой организации и делает новый глоток.       — Здорова... — мальчик пожимает руку Корякову, Татырже, — Все как обычно. Ты лучше скажи: в какие дни отдыхаешь? — мальчик бросает рюкзак на мягкое кресло и пристраивается напротив кофемашины.       — С пятницы и до понедельника. Что хотел?       — Очень хочу... Просто побухать.       — О! Мужики, я с вами! — влезает Антон, а никто и не был против его компании, учитывая то, что он всегда был трезв на фоне этих двоих, а после, еще на протяжении недели рассказывал очень любопытные истории, начиная их с одного и того же: "а помнишь, как ты бухой...".       — У тебя же только в выходные отдых, Тох? Тогда в субботу давайте, я ради такого даже пары прогуляю, — подросток надавливает на кнопку "капучино", пододвигая стакан ближе, относительно струи кофе, — А че вы меня, говоришь, вспоминали?       Коряков роняет озадаченный взгляд на мальчишку, потирает подбородок:       — Ну так заключенного твоего сюда везут. Мы думали, ты знаешь.       — Чего? — парень оборачивается к Илье, округляя глаза, — Серьезно?       — Мы с Денисовной на днях рассматривали его личное дело, — произносит, откашливаясь в кулак, мужчина в очках, что, вместо утреннего перекуса, изучал за кофейным столиком толстую папку с мед-экспертизами, — не такой уж он и "бандит"... По крайней мере, не убивал никого и все краденные деньги он переводил нарикам на реабилитацию. В чем его мотив — никто в душе не ебет, но, каким бы ни был плохим или хорошим этот Братишкин, он может нам очень помочь. В общем, насчёт него ты не ошибся.       Коломиец проходит к столику, присаживается к ребятам третьим и ставит свой напиток на деревянную подставку под кружку, заглядывая в чужую папку.       — А мне дадут с ним увидеться?       — А зачем тебя тогда сюда позвали? — добродушно улыбается Антон, переворачивая страницу с нелицеприятными фотографиями.       Денис кивает, понимая, что сказал фигню, и отодвигается обратно. С виду, эта новость никак не изменила его, но в душе парень ликовал. Наконец-то прислушались к его совету! Взяли того, кто не только облегчит его работу, так еще и сможет научить чему-то новому!       — А насчет выпускников? Как идет то дело?       — Да вот, никак... — вздыхает Татыржа, на этом, закрывая папку.

***

      До чего же приятно был удивлен Семенюк, когда, спустя несколько месяцев, вновь встретился лицом к лицу с ментом упекшим его в эту дыру, а теперь он еще и обращается к нему за помощью.       Встречу преступника и начальницы экспертной службы сопровождала легкая улыбка парня, шуточки насчет прошлого, а как он собрал все вещи — вдруг, наступила тишина, не прерывающаяся на протяжении всей поездки на служебном транспорте. Будто, что-то против женщины замышляет — негодяй! Да только, на Татьяну Денисовну, он не злился — та, все же, не виновата в его непутевости, и просто выполняла свою работу, а сам Вова заслужил полученного наказания, хоть и отбывал не полный срок, за благие намерения своих же краж, а сейчас вообще получил возможность официально освободиться.       До самого прибытия в офис, преступник практически не разбрасывался словами: он предпочел не проявлять излишнюю заинтересованность и вопросы приберечь на потом. Тем более, когда же это он в последний раз мог так свободно перемещаться по городу? Да парень просто был не в силах отлипнуть от окна; все наблюдал за сменяющими друг друга пейзажами, такими родными постройками, раньше, мимо которых чуть ли не ежедневно проходил, и тогда даже не думал ценить это. А сейчас, он снова здесь: свободен, спокоен и заряжен на продуктивную работу — значит, готов к жизни с чистого листа, если ему, конечно, позволят покончить еще с кое-каким дельцем.       — Татьяна Денис-на, — покинув пассажирское, вновь заговорил, осторожничая, — меня ведь Макс помогал найти. Почему вы ему не поручили это "срочное"? — дождавшись полицейскую, вместе они направились к входу в здание.       — Максим перевелся в другое отделение. И, все же, мы к нему обратились, и он тоже не справился.       — Вы, получается, совсем без программистов зависаете? — Владимир проскакивает по чужой карточке через автоматический турникет и останавливается напротив ресепшена, особо не обращая внимания на других работников, — Как вы работаете вообще?       — Тихо! Сейчас наш временный программист все вам расскажет, потерпите, — женщина выставляет указательный палец, чтобы Семенюк подождал, а сама оборачивается к администратору, — здравствуйте, Михаил.       Вова замолк, облокачиваясь на стойку регистрации. Он бы так и продолжил послушно держаться Татьяны Денисовны, если бы не заметил кулер в одном из не самых далеких углов. Вполне ожидаемо, в этот же момент у него разыгралась жажда, а мысль о том, что последний раз он пил аж вчера вечером, подталкивает нарушить первый же наказ наставницы. Семенюк медленно отстранился от работников офиса и направился в нужную сторону. Пальцами точно цепляется за нижний стаканчик, достает его из полной на половину пачки, и только тогда замечает, что воды в бутылке то — нет. Парень все равно тянется к рычажкам, надавливая на тот, что отвечал за холодную воду. Но ни капли выдавить не может.       — Консьерж, — обращается он к рыжему, даже не успевая получить замечание, уже зная, что использовал не то слово, — М-м... Михаил, простите, — лишь на секундочку щурится, дабы прочесть бейдж работника и выпрямляется, — в кулере закончилась вода. Можно я где-нибудь попью?       — Владимир, сходите в комнату отдыха, прямо по коридору. Наверняка там кто-нибудь будет и поможет вам, — вмешивается Татьяна, отпуская того в свободное плавание по зданию.       — Да можно просто "Вова", не чужие же... — в полголоса выдавливает программист, шагая в указанную сторону. Татьяна же, на его слова только покачала головой, но поспешных выводов делать не стала, продолжая решать рабочие моменты с "консьержем".       Братишкин очарованно разглядывал местный интерьер, ибо в прошлый раз, когда он был здесь в роли подозреваемого, мысли в его голове крутились вокруг иных вещей. Стекла вместо стен, с эффектом размытости, одновременно не внушали доверия виновным и заставляли чувствовать себя в безопасности тех, кто попал сюда по случайности. Табличек по всему коридору развешана была уйма, большинство из которых не имели никакого смысла для работников, кроме тех, что располагались на дверях. Теперь, как эксперт, он мог насладиться не только внешним видом офиса, но и другими прелестями работников ФЭС: такими, как комната отдыха.       Парень заходит внутрь и первым же делом на него уставился один вопрошающий взгляд. Тот впал в ступор, не представляя даже кто сейчас перед ним и как обратиться к этому мужчине.       — Знакомые лица, — наконец выдает мужчина в очках и поднимается с дивана, проходя ближе к гостю.       — Вообще-то, нет, — неловко кривится в улыбке Вова и пожимает ему руку.       — Братишкин же? Мы в тот раз не могли познакомиться, я патологоанатом. Антон.       — Слава богу, что не могли. Вова, — Семенюк отступает на шаг, оглядывая уютную комнатку, больше напоминающую кухню в какой-нибудь шикарной гостинице, — к тебе же хоть можно на "ты"?       — Без проблем.       — Супер. Тох, а где здесь воды налить?       Медик махнул рукой на один из верхних кухонных ящиков и отошел к окну, позволяя хакеру самому там хозяйничать.       — Ты, может, чай хочешь или кофе? — невзначай предлагает тот, пока Вова ищет себе пластиковый стаканчик, правда, находит только кружки с логотипом ФЭС.       — Не, спасибо, меня сейчас заберут уже, — игнорируя питьевой фильтр, парень до краев наполняет емкость ледяной водой из под крана, отпивает половину и вновь набирает, чтобы взять с собой, если никто не будет против.       — Как хочешь, — с усмешкой выдает Татыржа, — с тобой, значит, еще не беседовали?       — Да, как раз сейчас пойду к вашему программисту. Кстати... — Братишкин оборачивается, руками опираясь на столешницу позади себя, — Почему Макс перевелся не знаешь?       — Кто тебе такое сказал? Павлов уволился еще полтора месяца назад, как только прогремела вся эта история.       — И зачем?       — Сказал, что над этим делом, ему — как программисту, придётся днями и ночами сидеть за компом, нервничать и эмоционально он этого не вывезет. По той же причине, мы никакого другого программиста, кроме Дена найти и не можем. Да и Ден не настолько опытен.       — Жалко, он крутой мужик. Надо будет поздравить с прошедшим.       — Он же тебя и выловил?       Вова улыбается этому, как какой-то шутке, кивает энергично и срывается с места, ведь итак задержался. Не распрощавшись с новым знакомым, парень с переполненной кружкой в руках хотел уже было вернуться к стойке регистрации, но в несносной голове загорелся еще один вопрос, который ему жутко захотелось озвучить доброму медику:       — Тоха, не знаешь до скольки я здесь, — на ходу начинает он, как вдруг оказывается перебит, оттого, что чувствует как рука, держащая кружку, дергается, а сам он впечатывается в незнакомое тело, обливая как себя, так и того, кто на него вышел.       — Блять! — ругается незнакомец, в первую очередь, начиная вытирать не самого себя, а оттряхивать намокшие бумаги.       Вова ошарашенно отскакивает, оглядывая нового человека, в надежде, что им была не Татьяна Денисовна. Оказалось, какой-то высокий парень, со "странно зализанной прической" - как отметил для себя Семенюк и в медицинском халате, который, благодаря нему же, прилип к его телу в абсолютно разных местах.       — С-с-с, куда прешь, сука, холодная же! — сразу с предъявой налетает на него Братишкин, оглядывая огромное мокрое пятно на своей когда-то оверсайз футболке, переходящее на штаны.       — Я!? Ты документы мне все облил, имбецил!       — Смотреть надо куда идешь!       — Тихо, Лех, тебя щас Татьяна отчитает! — пытается утихомирить Антон друга.       Алексей небрежно отодвигает Вову в сторону, хватая того за предплечье, после, скованно продвигаясь к окну.       — Что вообще этот долбаеб в служебной комнате забыл? — все продолжает ворчать Губанов, открывая на проветривание и раскладывая на подоконнике один за другим намокшие листы.       — Это ж хакер, которого мы полгода назад ловили. Его пригласили помочь с выпускным школоты, забыл?       — ...Наркоман этот, что ли? — чуть помедлив, оглядывается Леша, но Братишкина уже и след простыл.       — Да че наркоман-то сразу? Он же наоборот людей спасти хотел. Хороший парень, кажется.       — Вот именно, что кажется. Еще бы он без причины для народа деньги воровал! Сам употреблял, а оставшееся — на благотворительность, типа Робин Гуд...       — Да ты же сам не знаешь, что было на самом деле.       — Зато это логично и очевидно. То, что он в этом не признался, — не делает его святым.       — А ведь похож, — вздыхает Тоша.

***

      Под шумок Вова покидает комнату отдыха, и отлепив мокрую футболку от тела, не поднимая ее, аккуратно начал помахивать тканью, гоняя воздух то под одежду, то за ее пределы. Он направился обратно на ресепшн, где уже заждалась начальница.       — Очень вовремя. Разобрались с кухней?       — Да. Даже познакомился с кем-то.       — Ага, пойдемте, — Татьяна выглянула из за документов, вскользь удивленно оглядывая и парня, — Владимир, вас хоть выжимай... — женщина переходит на шаг, направляясь уже в сторону другого коридора, и Вова дергается, подоспев к ней, — Кто вас так?       — Алексей, кажется... У него еще такой улей на голове. Нагнал, сказал, что я наркоман. А я наркотиков, Татьяна Денисовна, ни разу не!       — Да-да, слышали уже, — женщина останавливается у двери со своими инициалами, дергает за ручку, но не открывает больше, чем на маленькую щелку, — Алексей Губанов. Я с ним еще побеседую на тему гостеприимства.       — Ему это пойдёт на пользу.       — Вам не нужно привести себя в порядок?       — Нет.       — Ну, как знаете.       Татьяна Денисовна раскрывает двери, откуда, из кабинета, по полу пробегает сначала тоненький, а далее — увеличивающийся лучик солнечного света. Подняв голову, за длинным столом, располагающимся посередине кабинета, он заметил щупленького, но высокого мальчишку в круглых очках, сидящего за ноутбуком, обкленным стикерами.       — Прошу, знакомьтесь: наш временный программист — Денис Дмитриевич Коломиец.