Ты действительно любишь меня?

— Мэн Яо! — Из-за деревьев раздался яростный крик — Какого черта ты творишь?! Главный советник главы клана Не в ужасе оглянулся и увидев злобные глаза Чифень-Цзуня залепетал: — Я з-защищался! Он он… Не Минцзюе схватил юношу за грудки и, притянув его к себе грубым рывком, приподнял слугу почти что на уровень своего роста. — Ты?! Защищался?! — Почти рычал мужчина — Я видел твое лицо! Кто так улыбается, когда пытаеться спасти себе жизнь?! — Я-я… Вы не понимаете! — Мэн Яо судорожно думал, как выйти из этой ситуации или хотя бы остаться в живых, мысль - надавить на жалость, ранее это срабатывало, но сейчас его поймали с поличным. — Он оскорблял меня, называл сыном шлюхи! — у юноши навернулись слезы — Все стратегии и победы присваивал себе! — Теперь уже слезы текли ручьём, а из-за всхлипов было сложно разобрать слова — Не-неужели я должен был это… это ТЕРПЕТЬ?! — Последние слово он кричал заливаясь слезами все больше. — Хватит Мэн Яо! Прекрати этот цирк! — Рявкнул Минцзюе, оттолкнув юношу — Ты использовал меч Вэней! Ты это спланировал, да так, что бы подумали на Веневских псов! Ты подлец! Даже если он забирает твою славу, значит надо ее отстоять, а не убивать! Слуга клана Не трясясь от страха, уперся спиной в дерево. Он в ужасе сковось слезы смотрел, как приближается его глава, тот кто заступился за него и принял его к себе, заботился о нем, а теперь смотрел на него как на бесповоротно утерянного человека. От этого вдруг стало больно. Паника сковывала все его тело, она не позволила размышлять о чувствах, все мысли были лишь о том как же спастись. — Глава клана Не, простите прошу — Он упал на колени и начал молить отпустить его. Минцзюе смотрел и его сердце на миг оттаяло, но стремление к справедливости все же взяло верх. — Я не убью тебя, но о не отпущю. Я отведу тебя к твоему отцу и сообщу о твоих действиях. Слуга поднял на него полные слез глаза — Глава клана Не! Прощу! Дайте мне уйти! И вот вновь это чувство, непонятное и такое чуждое суровому Главе ордена, но когда он видел как его помощник страдает он хотел вырвать глотки всем его обидчикам, но сейчас все не так. Нет, все хуже. Его А-Яо стал убийцей, его нельзя желеть, но ноги подкашиваються, а руки сами тянуться к заплаконному лицу. Мэн Яо дрожит и продолжает всхлипывать, а Минцзюе вытирает слезы и прижимает это хрупкое, маленькое тело к себе он понимает, что слезы могут быть фальшивыми, но сейчас он не может противостоять этому чувству, нет… не хочет противостоять ему. Он так долго подавлял себя старался держать дистанцию, но сейчас… сейчас это не требуется. Он шёл сюда только ради того, что бы признаться в своих чувствах, а если он решил то не отступит и плевать, что за этим последует. — Глава клана Не? — Раздается приглущенный голос слуги — Вы отпустите меня? Вопрос полный надежды, но он получает твердое: «Нет» Минцзюе все еще держит его, он не хочет терять, не хочет отпускать, он хочет быть рядом и защищать, от любого кто посмеет назвать его помощника сыном шлюхи. И вновь слышиться осторожное: "Глава клана Не, что с вами?" Мужчина взял своего давно желанного советника за плечи и посмотрел в глаза, тот словно испуганный олененок, пытается спрятаться, но дется не куда и он поднимает взгляд на Главу. — Не люблю, когда ты плачешь Неожиданно ласковые и нежные слова. Теперь уже Мэн Яо всматривается, а Минцзюе прячет взгляд. — Глава клана Не, я не понимаю… Мужчина сжал руки на плечах слуги. — Я… Он замолчал не в силах продолжить и помолчав пару секунд, серьёзно посмотрел на помощника. Тот сидел на против и сверлил его красными от слез глазами. Красными. Для Главы это было, как тряпка для быка, он взял в ладони лицо слуги и потянул ближе к себе. От такого резкого действия Мэн Яо инстинктивно положил руки на грудь Минцзюе, что бы не упасть, сердце его забилось словно бешенное, он ожидал чего угодно и оскорбления, и даже меч под ребра, но Чифень-Цзунь смог его поразить. Он легко коснулся губами опухших глаз и замер не увидев сопротивления он осторожно продолжил покрывать заплаканное лицо слабыми поцелуями. Когда слуга осознал, что происходит он отстранился, но все еще оставался в объятьях и вновь посмотрел на своего главу, и вновь поразился. Таким, Мэн Яо его еще не видел, даже представить не мог такую картину. Господин Не был смущён, глаза его бегали, а руки все еще находившиеся на плечах слуги, то расслабились, словно хотели отпустить, но все же снова сжимались. Лицо у Главы клана покрылось розовыми пятнами и выглядели настолько не вяжущимся с образом сурового воина, что Мэн Яо это показалось чертовски милым. Минцзюе тяжело выдохнул, расценив этот взгляд как отказ. В его голове проносились мысли сожаления, что он все это затеял. Конечно же его А-Яо не из таких на что он вообще расчитывал. Он хотел провалиться сквозь землю, но никак не мог даже оторвать рук от столь желанного тела. Какой же идиот! Думал мужчина. Он понимал, что надо сказать хоть что нибудь, но… Он боялся. Да. Да, черт возьми! Глава самого грозного клана испугался невзаимности. Кому сказать засмеют. Он снова выдохнул и на этот раз твердо решил заговорить. Он же Не! Он должен быть сильным, а не каким-то там сопляком, который не может управиться со своими чувствами. — А-Яо — начал Чифень-Цзунь. А слуга вздрогнул от ласково обращения. Так не обычно и… приятно. Минцзюе прокашлялся и повторил: — А-Яо, я должен извиниться — он говорил очень медленно стараясь, не запнуться, но с каждым словом горечь подступала все ближе и сжимала лёгкие, а голос становился непривычно тихим и не много сдавленым. — А-Яо, я должен извиниться за то что — он снова повторял эти слова, было видно с каким трудом они даются главе. — Назовите меня так ещё раз — решил вмешаться Мэн Яо, хоть ему и нравилось состояние его главы, но мучить его не хотелось. — Что? — Минцзюе посмотрел на своего советника столь жалобно и не верюще, что тот не вольно улыбнулся. Мэн Яо уже отошел от шока и все понял, но ему хотелось увидеть, что будет дальше и он был весьма удовлетворен. Теперь он снова обрёл уверенность, что его точно оставят в живых и никому не расскажут о убийстве, а даже если захотят, то он сможет убедить, ранее казавшимся таким не приступным и упрямым, Чифень-Цзуня. — Назовите меня А-Яо — Слуга придвинулся ближе и заглянул в темные глаза в которых начала зарождаться надежда. — А-Яо — произнес мужчина и увидев ямочки на щечках, наконец сделал то о чем всегда думал, когда видел их. Он наклонился и поцеловал их. Мэн Яо не сопротивляться и больше не отстранялся, напротив старался быть как можно ближе и вот его руки обвились вокруг шеи своего главы, а руки Минцзюе спустились на тонкую талию, и вот они уже в миллиметре друг от друга, но Чифень-Цзунь медлит — Мэн Яо ты уверен? — насторожено спрашивает он. — Не так — слуга слегка нахмурился, а мужчина успехнулся и поспешил исправить свою ошибку. — А-Яо, ты уверен, что хочешь этого? — вновь задал вопрос, но теперь уже в голосе сквозила уверенность, в том что ответ будет утвердительным и он не ошибся Мэн Яо улыбнулся слегка коснулся губам, потрескавщихся губ своего главы — Да, я хочу — Прошептал он. Минцзюе аккуратно начал поцелуй, переживая, что А-Яо может не понравиться его напористость, но к его удивлению, тот оказался весьма настойчивым. Изящные пальцы юноши оказались в волосах и уже расплетали незатейливую причёску. Чифень-Цзунь по-немногу давал себе волю. Он прикусил губу Мэн Яо, и тот вздрогнув, попытался отодвинуться, но Минцзюе грубо опрокинул его на землю и навалился сверху. Не разрывая поцелуй, он развязал ханьфу и, просунув руку, ощутил как напряжены мышцы Мэн Яо под нижними одеждами. Он оторвался от припухших губ советника и сидя между его бедер, опустил взгляд на нижнее белье мужчина сглотнул и с трудом, побарывая желание розорвать этот жалкий кусок ткани на части, задрал рубашку и, увидев торс слуги, нервно выдохнул. Держать себя в руках было крайне тяжело. Грудь Мэн Яо вздымалась, он ждал дальнейших действий главы и был так же возбуждён. Больше не желая медлить Чифень-Цзунь провел рукой по низу живота советника и тот дрогнув, шумно выдохнул. Минцзюе наклонился и покрыл поцелуями грудь Мэн Яо, тот выгнулся и прикрыл лицо рукой. — Не закрывай — мужчина снова навис над ним — Я хочу видеть твое лицо. Глава Не продолжил исследовать обнажённую грудь юноши, который не сдержав стон залился краской и снова попытался спрятать лицо руками. — Я же говорил, не закрывай — Чифень-Цзунь прижал запястья Мэн Яо к земле над его головой. Мужчина припал к губам советника и свободной рукой сжал его сосок, от чего тот выгнулся и сдавленно простонал в поцелуй. Возбуждение затмевало разум, хотелось большего. Глава Не покрывая поцелуями грудь, спускаясь ниже, пока не дошёл до паха. Разобравшись с завязками мужчина приспустил нижнее одежды и обхватил рукой член советника, от чего тот рвано выдохнул. Мэн Яо, еще совсем не давно умирал от страха, а сейчас хоть и чувствует жуткую неловкость, возбужден до предела. — Глава Не, — юноша приподнял голову — я хочу этого. Для Чифень-Цзуня эти слова были как порция афродизиака. Слегка сжав руку, он начал вести ее вверх, вниз, верх, вниз. Размеренные движения доставляли Мэн Яо массу удовольствия, но все же он сдерживал стоны из всех сил, что не устраивало Минцзюе. Он сжал руку чуть сильней и ускорился. Столь резкое изменение вызвало дрожь по телу советника и долгожданный стон. Не сбавляя темпа, мужчина отпустил руки Мэн Яо и вновь припал к губам. Биение сердец, рваное дыхание все это сливалось в одно целое. Юноша был на пределе: — Глава Не, я больше не могу — громкий стон — Глава Не… простите, пожалуйста — Мэн Яо залился краской. — Все хорошо — Успокоил его Чифень-Цзунь, вытирая испачковщуюся руку о траву — Помоги мне заплести волосы и пойдём домой. — Да, хорошо — на лице советника снова появились эти прекрасные ямочки.