О чем думает Лисёнок?

***

И в одну секунду Тёма с меня исчез так же внезапно, как и появился. Сильная рука Марка схватила его за шкирку, стащила с меня, а после сжала мою ладонь, рывком стянула с дивана и потянула за собой. — Приведи себя в порядок! — Марк резко впихнул меня в ванную. А после зашёл следом за мной и закрыл дверь изнутри. — Прости, — я подошёл к раковине, чтобы умыться и невольно посмотрел на своё отражение. Всё лицо горело от возбуждения и стыда. Пиздец! Умудрился же так глупо вляпаться прямо на глазах у Марка. — Ничего, — он облокотился на край стиралки, которая стояла в углу от входа и сложил руки на груди. — Я вообще удивлён как ты так долго продержался. Этот мальчик… он слишком… слишком, милый, — Марк смутился. Это меня одновременно и успокоило, и позабавило. Не подумал бы, что он именно так отреагирует. Я-то решил, что он меня отчитывать начнёт. — Да, — согласился я. Растерялся. Я только признался Марку, что порвал с Ильёй, и тут на его глазах тискаюсь с его младшим братишкой, который к тому же ещё во много раз милее. Почему Марк всё ещё заживо не закопал меня? Я безнадёжен. Марк молча смотрел как я умывался, а я то и дело поглядывал на свои штаны — возбуждение никак не проходило. Влажный чуть приоткрытый ротик Артёма, где виднелся его розовый язычок и блестели передние зубки, не шёл у меня из головы. Господи, как можно одновременно быть настолько невинным и настолько сексуальным? — Не получается? — спросил Марк и, поднявшись, зашёл за мою спину. — Он и правда слишком милый, — я нервно усмехнулся. — Понравился? — Марк обхватил меня со спины и стал ласкать мою грудь через ткань футболки. — Понравился, — понимая, что выбора у меня нет, я откинул голову на плечо Марка, томно прикрыл глаза и потянулся рукой к своему члену, освобождая его от тисков тесных джинсов. — Хорошо, — Марк улыбнулся. — Давай. Хочу посмотреть… Я принялся ласкать себя, а Марк в это время любовался моим смущённым видом в отражении зеркала и продолжал нежно гладить грудь, уже задрав футболку выше, чтобы были видны соски. — Хотел бы его трахнуть? — прошептал он мне на ухо. — Да… — на выдохе произнёс я, чувствуя как возбуждение нарастает. — У него такая нежная кожа… и наверняка соблазнительная узкая дырочка. Хочешь в неё войти? — продолжал нашёптывать он словно дьявол. — Хочу… Сс… А-ах… — я уже был близок к финалу и начал ускорять темп. — Хочешь услышать как он сексуально стонет под тобой? — бархатный голос Марка только усиливал моё желание. — Да… хочу… хочу… — моё дыхание сбилось. — А потом ты в него кончишь, да? Войдёшь на всю длину и спустишь всё до последней капли. Да, Лисёнок? — он прижался пахом к моему заду и я, издав стон, который не смог подавить, обильно излился в свою руку. Чёрт! Я ведь реально представлял всё, что говорил мне Марк. И теперь, зная себя, это всё глубоко засядет в моей голове. Только бы не влюбиться в этого мальчишку. Но он… такой… такой… Боже! У меня реально крышу срывает! — Дыши, Лисёнок, дыши, — Марк держал одной рукой моё расслабленное тело, а другой ерошил мои светлые волосы. — Ты сам видел… — слабым голосом сказал я. — Видел. Только не трогай его. Хотя бы до восемнадцати лет. Ладно? — он выпустил меня из своей хватки и толкнул к раковине. — Ладно, — я снова принялся умываться. А Марк вернулся к стиралке. — Дим, я серьёзно, — вдруг сказал он. — Я понял, — буркнул я. — До восемнадцати я его не трогаю. Марк улыбнулся: — Ну и дурында же ты! Всё? Отпустило? Идём уже.

***

Я стоял в кухонной зоне и наполнял свой бокал пивом. Кстати, все остальные пили коктейли или крепкий алкоголь, но я от мешанины и крепкого совсем дурел, короче, слетал с катушек. Только с пивом у меня было полное взаимопонимание, вот и у Никиты я не стал изменять своим привычкам, хотя и выглядел теперь белой вороной. — Пиво? — заметила Аня, которая также подошла подлить себе алкоголя. — Да, — я улыбнулся, — моё лекарство от всех болезней. В нём, кстати, много витаминов. — Наслышана, но всё же предпочитаю джин с тоником, — она кивнула в сторону, указывая на свой бокал. — Не осуждаю, — я поднял свой бокал и мы чокнулись. После выпили по глотку, и я спросил: — Так значит, мою днюху пропустишь? Не стыдно? — Стыдно, конечно, — она пожала плечами, по которым были рассыпаны её густые чёрные волосы, — но самолёт уже завтра, так что… пути обратно нет. — Не люблю Китай, там вообще нет красавчиков, — я усмехнулся. — На любителя, — согласилась она. — Но парочка другая, может и найдётся. — Вот в Японии там… там есть на кого посмотреть. Ну или в Корее, — продолжал размышлять я. — Хотя к чёрту этих азиатов. Я всё равно их лучше, так ведь? — Тут не поспоришь, — она улыбнулась своей очаровательной улыбкой. Ох. Как они с Марком похожи! — Думаю, если бы я не был геем, я бы на тебя запал. Да, и женился бы, — я игриво подмигнул и указал на неё пальцем. — И у нас было бы трое очаровательных детишек. — Дима! Не смущай меня, — Аня опустила взгляд и действительно покраснела. — Флиртуешь с моей сестрой? — к нам подошёл Марк. — Не завидуй, — с подъёбкой ответил я. — Нельзя тебя и на минуту одного оставить, — Марк снова оккупировал меня, захватив в свои объятья. А после шепнул на ухо: — Решил спрятаться? — Да, — с обидой в голосе ответил я, уткнувшись в его плечо, — этот маленькой демон искуситель так смотрит на меня. Я еле держусь. — Это вы про Артёма? — догадалась Аня. — Мальчишка-то подрос. Скоро будет красивее своего старшего брата. Скоро? Чего это она? Он уже, блять, во много раз привлекательнее. Или я педофил какой-то… Блииин! Я в шоке! Я и не думал, что в моём возрасте меня можно так легко подсадить на крючок. — Они стоят друг друга, — сухо сказал Марк. — О чём ты? — спросила Аня. — Не важно, — Марк крепче прижал меня к себе. — А ты, Дима, Артёму явно приглянулся, — подметила Аня. — Все заметили как он на тебя смотрит. Как маленький бродячий щеночек, который хочет на ручки. Ты бы пожалел ребёнка что ли… Это не ребёнок. Это дьяволёнок! Плюс ко всему чертовски сексуальный! — Обойдётся! — резко ответил я. — Ладно, пойдёмте к остальным, — Марк взял меня за руку и утянул за собой, но на последок шепнул: — Будь рядом. Все сидели вокруг небольшого прямоугольного стола, заставленного напитками и закусками: кто-то на диване, а кто-то на подушках, прямо на полу. Громче всех, как обычно говорил Никита, рассказывая очередную байку. Я быстро занял место с краю на диване, а Марк присел рядом на подлокотник. С правой стороны от меня сидел Андрей. Увидев его, я сразу подумал о Тиме. Было бы здорово, если бы и он стал частью нашей компании. Только вот… пусть лучше всё останется как есть. Я не хочу его ни с кем делить. Наш с ним маленький мирок на двоих меня вполне устраивал. Но, я точно знал, что ему такой расклад не по душе. Как долго он будет готов встречаться со мной на таких условиях, я не знал, но чувствовал, что наш союз в итоге будет обречён, и у меня не было никаких идей, как всё исправить. Может быть, я зря всё это начал? Ведь я люблю Марка. Всем сердцем. Так сильно, что уверен — без него я не хочу существовать. Я вспомнил о том времени, когда мы были с ним в разлуке. Когда в моей жизни был Андрей, и я пытался быть с ним счастливым. Но Марк, исчезнув тогда, словно забрал с собой мою душу. И даже сейчас, я знаю, она у него. И где бы я ни был, с кем бы я ни был, я буду любить, по-настоящему любить лишь его. Только вот он этого не знает. Сколько бы раз я не сказал ему, как сильно люблю, это и на толику не приближает к тому, насколько велики мои чувства. Потерять его — равно расстаться с жизнью. Жаль, что я часто забываюсь в нашем счастье, в привычных буднях, и не понимаю того, что могу его потерять в любой момент. Я поднял голову и посмотрел на Марка, который широко улыбался, глядя на Никиту, рассказывающего какую-то весёлую историю про клиента на работе. — Да, а помнишь, как мы на ту встречу опоздали, что он нам потом в ответном письме написал? — поддержал его Марк и они вместе расхохотались. Такой красивый. Я невольно потянулся к его руке и крепко сжал её. — Чего, Лисёнок? Мм? — Марк отвлёкся от истории и посмотрел на меня. — Ничего, — буркнул я и отвернулся. Марк наклонился, поцеловал меня в макушку, и они продолжили с Никитой наперебой рассказывать ту историю про странного клиента. Но руку мою он тоже сжал и не отпускал. — Эй, — ко мне обратился Андрей, — ты в порядке? — Всё хорошо, — тихо ответил я, глядя в его синие глаза. — Ты сегодня выглядишь каким-то перевозбуждённым, — заметил с хитринкой во взгляде он. — Это Артём тебя так завёл? — он будто откровенно издевался. — Ты тоже видел? — смущённо спросил я. — Все видели, — он усмехнулся. — Но ты не парься. Я бы на твоём месте там бы и кончил. — Блин… это и правда было близко, — я смутился ещё больше. — Я пойду покурю. Составишь компанию? Мы давно не болтали. — Спрошу у Марка. Марк, конечно, закатил глаза, но с Андреем меня отпустил. Мы вышли в зимний сад, который располагался на крыше и, куда, собственно можно было попасть только из квартиры Никиты. Я даже завидовал ему из-за этой квартиры. По площади она была намного меньше нашей с Марком, но, блин, эта крыша — нечто! И в нашем городе аналогичных домов не было, это был авторский проект в единственном экземпляре. — Как твоя модельная карьера? — спросил я. Мы устроились за столиком в зоне, где было больше всего зелени, из-за которой нас не было видно через окно во всю стену, разделявшее квартиру и сад. — Заказов тьма. Так что мы с Микой не бедствуем, — он закурил, а после, затянувшись, выпустил дым из лёгких. — Он учится? — Да, скоро диплом. А ты? Что нового? — он быстро сменил тему. — Не знаю, — я пожал плечами. — Преподаю иногда. Мотаюсь по выставкам. — Как с Марком? — Ну, — я усмехнулся, — всё хорошо. Любовь-морковь и всё такое. — Честно говоря, я переживал за тебя всё это время, — вдруг признался он. — Всё же ты для меня не чужой человек, Дима. Было страшно, что вы… можете снова расстаться. — Почему? — я растерялся. — В тот раз у тебя был я. И ты плохо, но всё же справлялся. Ты ведь, наверное, уже ничего не помнишь. Как плакал во сне и звал его. Как уходил в себя, забывая о том, какой сейчас день недели. Рисовал пока в обморок не падал, потому что не спал и забывал поесть, — он снова выдохнул дым и тяжело сглотнул. — А я тебя бросил… в таком состоянии. Потому что с тобой тоже терял себя. Прости… Андрей вдруг побледнел и отвёл взгляд. — Ты дурак? За что ты извиняешься? — меня одновременно тронули и возмутили его слова. — Ты всё правильно сделал. Забей. Я тебя ни в чём не виню, напротив, это я дебил, что дал тебе эту… дурацкую надежду… К горлу подступил неприятный давящий ком. Тима. И он теперь в моей ловушке. В сердце неприятно кольнуло. — Чего вы здесь шепчетесь? А? — к нам подошёл Никита. Он выудил из кармана пачку сигарет и закурил. — Просто болтаем, — сказал я. Я не сразу заметил, но мой взгляд уловил ещё одного человека, который прятался за спиной Никиты. Это был Артём. Ник его вытащил вперёд и, обняв со спины, сказал: — Чего прячешься? Вот твой Дима сидит, — он указал на меня взглядом. — Ничего, — буркнул он, и, развернувшись, уткнулся носом в грудь Никиты, который был значительно выше его. — Обиделся на тебя, — сказал мне Никита, — говорит, ты его избегаешь. А он только о тебе и говорил с момента, как приехал. Ох… По коже пробежали мурашки, когда я вспомнил, как сексуально этот мальчишка пытался меня соблазнить. И что мне делать? — Ещё одна жертва красоты Димы Лисёнка, — улыбнулся Андрей. — Ну чего ты?! — шикнул я на Андрея. Ну всё! Выставили меня каким-то извергом бессердечным. Я поднялся с плетёного кресла и подошёл к Артёму, который всё ещё прижимался к Никите. — Не обижайся на меня, ладно? Ангелочек? — я ласково погладил его по голове. — Ты же знаешь, что я люблю Марка. Но мы с тобой можем дружить. Хочешь? Артём вдруг поднял на меня взгляд больших зелёных глаз, отлепился от Никиты и в секунду прижался ко мне. — Хочу, — тихо сказал он. — Вот и хорошо, — я запутался пальцами в его волосах, а после наклонился и потянул носом его приятный запах. Так пахнет… О боже! Какими на хуй друзьями?! Так хочется его трахнуть! Держись, Дима, держись! — Так, так, так, — я и не заметил как сзади подошёл Марк. — Что тут у нас за обнимашки? — Ой, Марк, отстань от них, — сказал Никита уже подвыпившим голосом, — Артём так скучал по Димке. И он обещал, больше не прыгать на нём. — Ну-ну, — хмыкнул Марк. — Правда! — Артём посмотрел на Марка. — Мы просто дружить будем! — Только не передружите, — резко бросил он. Никита с Андреем прыснули от смеха.

***

Наконец, мне удалось остаться одному. Меня всё ещё колбасило от близости Артёма. С Ильей мы хоть и вроде помирились, за вечер почти не общались. Он по большей части тусовался с Никой и Аней, ну это по понятным причинам. Марк уже охмелел и вступил в какую-то дискуссию с Никитой. Они вообще как вместе работать начали, оень быстро нашли общий язык и стали чуть ли не лучшими друзьями. Так что я в какой-то момент остался без присмотра. И выйдя из сада на крышу к ограждению, где уже тускнел закат, я набрал номер Тимы. Всё же мне было неловко перед ним, что я отменил встречу, о которой мы так много с ним говорили. — Алё, — тихо ответил он. — Тим, ты не обижаешься на меня? — осторожно спросил я. — Пьяный звонок? Или как? — подъебнул он. — Я переживаю просто. Ну да и я немного пьян. — Обижаюсь за что? За синяки на шее? Или что ты кинул меня? — снова грубил. Значит, всё-таки обиделся. — За то и другое, — блин, мне было так стыдно. — Ну так… немного, — ответил он. — Увидимся завтра? — Завтра? Хм… не, не выйдет. — Почему? — внутри меня всё похолодело. Может быть, это всё? Он решил всё закончить между нами? Он ведь тогда такую истерику мне закатил, когда увидел метки от засосов. Чёрт! — Я уеду на пару дней к родителям, — его голос был какой-то опустошённый. — Эм… что-то случилось? — Вторая годовщина смерти брата, — тихо ответил он. — Хочу навестить его могилу. — Понятно… — мне тоже стало грустно. Хотелось его как-то поддержать, но я не находил слов. Даже думал о том, чтобы предложить поехать вместе, но понял, что это тупо, так как мы с ним не на столько близки. Да и что я скажу Марку, если свалю куда-то на два дня? В итоге пролепетал: — Если я могу как-то помочь… — Не парься, — ответил Тима. — Я бы хотел… поехать с тобой, — всё же произнёс я. Плевать. Придумаю что-нибудь. Но я бы хотел быть рядом с ним, чтобы хоть как-то ему помочь в этот непростой для него период. — Не говори глупостей, — он кажется усмехнулся. — Что я скажу предкам? — Ну, скажешь, что я был его другом, — предложил я. — У него не было друзей… кроме меня, — тяжёлым голосом произнёс он. — Он был аутистом. Много рисовал… и почти не разговаривал. Только со мной иногда, — последнее предложение он произнёс чуть слышно. Шёпотом на каком-то лёгком придыхании. — Прости, — тихо сказал я, — действительно дурацкая идея. Да и я сам дурак… — С чего вдруг? — он снова немного повеселел. — Говорю тебе всякую ерунду. — Не ерунду. Спасибо тебе. Я бы и сам очень хотел, чтобы ты поехал… — он замолчал. Я услышал как он всхлипывает и хлюпает носом. — Чёрт… даже заплакал, — я понял что он улыбается сквозь слёзы. У меня от этого всего сердце сжалось так, что я еле мог дышать. Хотелось бросить всё. Сейчас в эту минуту и кинуться за ним. Просто встать. Выйти из квартиры. Вызвать такси и поехать. Надо было это сделать! НАДО БЫЛО ЭТО СДЕЛАТЬ! ЧЁРТ! ЧЁРТ! ЧЁРТ! ЧЁРТ! ЧЁРТ! ЧЁРТ! ЧЁРТ! ПОЧЕМУ Я НЕ ПОЕХАЛ К НЕМУ В ТОТ ПРОКЛЯТЫЙ ВЕЧЕР? Почему?.. Почему… Тима… Прости… Как мне… теперь… с этим жить?