Альбом колдографий с чердака

      Войдя в древний, затхлый дом, Шинди провела рукой по пыльному столу, вдыхая самый приятный аромат в ее жизни. Пахло сыростью и травой. Будто Шинди оказалась в лесу после дождя. Только вот сейчас она стояла посреди своего старого дома, который был базой Ордена Феникса в девяностых годах. Повсюду лежала пыль, разбросанные вещи, а посуда на кухне была разбита. Шинди хотелось сесть на пол и заплакать от увиденного, но единственное, что она могла сейчас сделать, — это идти дальше и с болью в сердце проверять тумбочки на наличие чего-нибудь ценного.       От вида каждой разгромленной комнаты Шинди бросало в мелкую дрожь, а взгляд метался из одного угла в другой. Перешагивая через осколки стекла, девушка пыталась не споткнуться. В доме ничего ценного не было, по крайней мере она не нашла. Хотя неудивительно, ведь прошло больше десяти лет, как ее семья погибла в этом здании, а ей пришлось уходить, чтобы ее не казнили вместе со всеми.       Оставалась еще одна комната, которую Шинди не проверила. Чердак. Подойдя к лестнице, которая вела к нему, девушка замялась. А точно ли ей это нужно? Откинув все сомнения, Шинди поднялась наверх и с помощью семейной реликвии — медальона — открыла дверь. Чердак ничем не отличался от самого дома: все было таким же сырым и пыльным. Но было одно отличие: тут свет просачивался из окон и приятно освещал комнату. Оглядевшись, девушка заметила столик с зеркалом, которым часто пользовалась ее мать, когда Шинди была маленькой. Подойдя к нему, девушка прикоснулась к стеклу, замечая, как со временем оно потрескалось. Пыль неприятно осела на кистях рук Шинди, на что та цокнула и отряхнула ладонь. Невольно взгляд зацепился за ящики, потому что один из них заметно выпирал. Поджав губы и присев, Шинди потянула ящик за ручку, открывая его. Раздался неприятный скрип, но девушка была готова простить это старой мебели. Внутри ящика лежал альбом, очень знакомый памяти Шинди. Взяв его в руки, она убедилась, что он еще и очень тяжелый, но, несмотря на это, она положила его на стол.       — Акцио! — первое слово, которое произнесла Шинди в этом удручающем ее доме. Голос прозвучал громко, уверенно, чего сама девушка не ожидала. Эхо раздалось по всему чердаку, напоминая девушке о ее жалком поступке и о том, что теперь она совершенно одна.       Когда маленькая табуретка прилетела в руки Шинди, девушка присела на нее и придвинулась к столу поближе. Поправив очки на переносице, она открыла альбом, тут же вспоминая, при каких обстоятельствах была сделана каждая колдография.

***

      Радостные возгласы разносились по всей выручай-комнате, а голос студентов двух факультетов Хогвартса гремел во всю мощь. Музыка была громкой, слова въедались в уши, неприятно отдаваясь в перепонках. Усугубляло положение и то, что из-за музыки и пьяных голосов обычный разговор не было слышно и приходилось разговаривать на повышенных тонах. Некоторые знакомые так и делали, пытаясь перекричать друг друга. Отходя от всей суеты, девушка села около камина и посмотрела на импровизированный огонь. Бледные руки немного дрожали, а от шума болела голова. Хотелось разнести столик, который стоял перед Шинди, и сделать это так, чтобы каждый человек замолчал от увиденного. Казалось, что она сейчас взорвётся, несмотря на свою выдержку и стрессоустойчивость.       — Хэй, Шинди, ты как? — спросила знакомая, подсаживаясь к однокурснице. Та даже не повернулась, продолжая всматриваться в дрова, которые охватывал огонь. Они приятно потрескивали, буквально заставляя Шинди успокоиться. Дыхание пришло в норму, а желание убить или ударить человека почти сошло на нет.       — Все в порядке, просто чувствую себя не очень, — уклончиво ответила Шинди, продолжая смотреть на камин. Пенелопа лишь вытянула ноги вперёд, загораживая стопами обзор на огонь. Шинди тут же сжала кулаки и повернулась к однокурснице, зная наперёд, что её ждёт.       — О, Мерлин, даже не знаю, почему ты пришла сюда. Ты же предпочитаешь более спокойную компанию. Ну и тебя шум раздражает, особенно если начинают буянить гриффиндорцы. Да, конечно, сейчас тут не они, но всё же я удивлена…       — Пенелопа, перестань, ещё и твоего бубнежа под носом мне не хватало. Если говоришь — говори нормально, а не шёпотом. — Шинди повернула подбородок Кристалл к себе, смотря на неё уставшим, раздраженным взглядом. Пенелопа же сглотнула и отпустила руку Шинди. Взгляд бирюзовых глаз Тёрнер иногда пугал и завораживал одновременно, что происходило и сейчас.       — Мерлин, — протянула Пенелопа, хлопая себя по лбу. — Сейчас скажу Полумне или Сейшу, чтобы они отвели тебя в комнату. Выглядишь очень херово, — произнесла Кристалл, тут же тряся рукой перед лицом Шинди. Заметив потускневший взгляд девушки, Пенелопа задумалась, и в её голову закралась очередная «гениальная» мысль. Тут же улыбка появилась на лице Пенелопы. — Или мне позвать только Сейшу?       — Пенелопа, ты с ума сошла?! — воскликнула Шинди, тут же дав подзатыльник своей знакомой. Кристалл, не ожидавшая такого, лишь вскрикнула и упала с места. — Я сама дойду, спасибо. — Поднявшись с места, девушка шикнула на Пенелопу, отдаляясь от неё.       — Ну, Шинди, прости! — Пенелопа поджала губы, поднимаясь с пола, и подняла взгляд на уходящий силуэт.       Да, конечно, было гениально подколоть Шинди на этой теме, когда весь курс уже знал о том, как она постыдно столкнулась с Сейшу и они прокатились по траве. Ещё и Снейп за этим застукал. «Отлично, Пенелопа, молодец!» — хлопнула Кристалл себя по лбу и, поднявшись с места, последовала за очередным бокалом огневиски.       Тёрнер не слушала тот бубнеж Пенелопы, чтобы не злиться на себя ещё больше. Девушка открыла дверь и вышла в коридор. Как только Шинди вышла из помещения, холодный ветер обдал ее тело. Видимо, старосты решили открыть окна на ночь. Закутавшись в черный пиджак, Шинди прошла мимо кабинета, в котором большинство когтевранцев повторяли заклинания. В их числе была и сама Шинди, которая хотела подтянуть свои знания в этом предмете. Открыв дверь в кабинет, девушка огляделась. Заметив знакомую фигуру, которая опиралась о косяк, она лишь вздохнула. В его руках был бумажный самолетик, а взгляд направлен в стену. Шинди на секунду замерла, не зная, что предпринять.       — Что ты тут делаешь? — раздался голос парня, который повернулся в сторону Тёрнер.       — Я просто решила выйти, там слишком душно.       — Все потому, что там Кристалл и Гринграсс-старшая, — усмехнулся Коко, запуская самолетик в Шинди.       Та лишь подпрыгнула и взяла его в руки. Он был из необычайно красивого пергамента, и Шинди подметила, что даже самолётик из пергамента сделан очень аккуратно и бережно.       — Речь, конечно, не о них, но да, они действительно душные. Ко мне подошла Пенелопа и начала снова бубнить себе под нос, если честно, я хотела её по голове треснуть… — улыбнулась Шинди, подходя к слизеринцу. — А ты что тут делаешь?       — Мне стало скучно. — Пожал плечами Коконой. — Все же такие посиделки не для меня. Впервые вижу, чтобы когтевранцы так отрывались.       — Да-а-а, Падма сегодня поражает, — засмеялась Шинди, прислонившись к подоконнику. Подняв взгляд, девушка увидела яркие блики и то, как горят импровизированные фонари над квиддичным полем. Кто-то летал на метле, зависая прямо в воздухе.       — Блейз ничего лучше придумать не смог, — фыркнул Коконой, встав около Шинди.       Девушка улыбнулась, повернув голову в сторону Хаджиме.       — Ты сам подсказал ему.       — Может быть.       — Не «может быть», а точно. И не отпирайся даже, я знаю тебя лучше других. Со мной может посоревноваться только Сейшу.       Хаджиме усмехнулся, поправляя свою рубашку на талии.       — Они, кстати, мило смотрятся.       — Нет, пожалуйста, не говори так! — воскликнул Коконой, поворачивая голову к Шинди. Глаза у него были расширены, а губы поджаты. Когда девушка неуверенно кивнула на его фразу, тот лишь положил свои руки на ее плечи. — Не беспокойся, мы вылечим тебя!       — О, Мерлин, Хаджиме! — раздался звонкий смех Шинди, а следом и самого Коконоя.       Улыбки растянулись на их лицах. Шинди посмотрела на Хаджиме, который никак не мог успокоиться. Заметив, что он весь раскраснелся, девушка ярко улыбнулась. Именно сейчас она чувствовала себя комфортно. Она могла вдохнуть полной грудью, не боясь, что ее осудят либо упрекнут.       Хогвартс был для нее первым и единственным домом. Нет, она не сирота, у Шинди есть хорошая семья. Довольно обеспеченная по стандартам волшебников, и она любила её. Но они не были теми самыми людьми, которые дарили ей столько эмоций. Они не могли дать ей то, что давал Хогвартс.       Даже сейчас. Она бы никогда не смогла смеяться так открыто со своей семьей. Шинди бы не смогла смотреть на звезды в столь позднее время суток.       Почувствовав прикосновение к плечу, Шинди отвлеклась от созерцания тёмного неба, на котором горели яркие огоньки. И когда она успела переметнуть свой взгляд на звезды?       — Все в порядке? — обеспокоенно спросил Коконой, второй рукой вытирая слезы. — Не смей ржать! Я просто успокоиться не мог.       — С-смешинка в рот попала? — сдерживая новый порыв смеха, с заиканием спросила Шинди. Увидев взгляд Хаджиме, девушка тут же рассмеялась в полный голос.       Да, действительно. Хогвартс — это ее дом.       — Не против, если я нас сфотографирую? — спросила Тёрнер, доставая маленький фотоаппарат из внутреннего кармана пиджака.       Коко лишь усмехнулся и, взяв девушку за руку, прижал к себе, облокотившись на нее. Шинди улыбнулась и подняла фотоаппарат.       Вспышка, хлопок и дым из камеры.       — Как только проявишь, обязана мне показать.       — Когда-нибудь, — усмехнулась Шинди, убирая маленький гаджет обратно в пиджак, снова устремляя взгляд на звезды.