А, может, неизвестная переменная?

Гарри было больно. Больно было видеть, как обрадовался ему Драко. Внутри все встрепенулось и тут же заныло при мысли о том, что все равно они не смогут быть вместе. Больно от того, что он затем увидел,как расширились глаза Драко и как он опустил их вниз. Больно от того, что приходится старательно считать ступени вместо того, чтобы смотреть на него. Больно от того, что Драко никогда не узнает, что он... - Поттер, что происходит? Его запястье заныло, а внутри все сжалось, когда он увидел упрямый взгляд серых глаз. Он резко выдернул руку не оттого, что запястье заболело, а оттого, что от этого прикосновения обдало жаром и внутри все заныло, на глазах почти выступили слезы и нарастала злость. Боль и злость на то, что Драко не понимает того, что они рано или поздно расстались бы. - Малфой, ты о чем? Если хотел поблагодарить, то не стоит. Я бы спас и слизня, не то что Хорька, новенький просто перегнул палку, я больше заботился о девушке. Панси, с тобой все в порядке? - с преувеличенной заботой спросил Гарри, переводя взгляд. Девушка ошарашенно кивнула. Драко побледнел и застыл, секунду спустя вымолвив: - Неужели этим решил заработать себе еще раз дешевую популярность, Потти? Иди к своим клоунам, а свой факультет и свою девушку я защищу сам. Всего лишь хотел попросить тебя больше не вмешиваться. Гарри кивнул и поднялся к Рону, сидевшему на задней парте. Внутри все болело еще больше. Он мог лишь отсюда смотреть на спину того, кто ему на самом деле дорог. Немного покачивало, а в голове до сих пор звенело: «свою девушку», - а при воспоминании о том, как Малфой побледнел, захотелось убить себя. Дрожь в руке выдавала напряжение. Драко благодарил маму с папой за уроки выдержки, пожалуй, и Воланд-де-Морту стоило сказать спасибо. Больше всего хотелось орать, хотелось, психанув, скинуть одним движением все с парт, разом опрокинуть их, взорвать все в аудитории и дать в лицо одному человеку, чей взгляд негласно ощущал спиной, хотя порывом было обернуться и посмотреть. Драко уже ничему не доверял. То он думает, что нравится Поттеру, то подобное поведение. Тогда... Поттер просто играл? Хотелось новинки? Или хотелось потом унизить Малфоя? Ну что ж, последнее удалось просто превосходно. Браво, маленький герой, еще никому не удавалось так близко подобраться к эмоциям и чувствам слизеринца, особенно так быстро. Браво, аплодисменты. Но раз уж ты решил так, игра против Авенкорда будет тогда более серьезной. Лицо слизеринца исказила горькая улыбка, надо будет до обеда обязательно отправить сообщение в Малфой-Мэнор в Париж, к обеду должно вернуться. - Панс, - негромко прошептал Драко, садясь после приветствия учителя, - ты еще помнишь о нашей договоренности? - Да, но Авенкорда же вроде бы нет сейчас? - Доводим до конца! - тонкие губы упрямо сжались в линию. Девушка задумчиво промолчала. В таком состоянии ему лучше не перечить, и она кивнула. Суетливая беготня младших курсов, парочки и группы учеников, обсуждавших окончание первой половины дня, в обеденном зале все было готово к ланчу. За столом факультета Слизерина все отмечали необычайно хорошее расположение, изредка девушки завистливо косились на Паркинсон, некоторые подходили и поздравляли, на что девушка улыбалась. Безумно льстило, что Драко ни на шаг не отходил от нее, галантно ухаживал, и при этом девушка периодически косилась на него, уж она-то точно понимала, что он ведет себя чересчур наигранно. В конце концов, она расслабилась и даже стала получать удовольствие. Гарри отодвинул стул в тень, но даже исподлобья он смотрел на то, как Драко весело общается со своим факультетом, вот опять он улыбается так, что внутри все переворачивается, вот обнимает девушку - и внутри все горько болит, опять накатывают волны апатии, и больше всего хочется уйти, но невозможно. И все-таки он правильно поступил. Драко даже не смотрит в его сторону, значит, ему безразлично. До начала обеда оставалось минут пять, когда в окно прямо к слизеринскому столу перед Драко скользнул воппер. Ученики удивленно затаили дыхание, неужели опять?.. Драко прикоснулся к письму, и холодный голос раздался на всю аудиторию: - Драко Люциус Малфой! Не смей регистрировать брак без нашего согласия! Паркинсон — подходящая партия, при этом до нас дошли слухи о новом ученике у вас в Академии, присмотрись к нему и не делай поспешных выводов. Свадьбу перенеси на два месяца, мы созвонимся по каминной сети с родителями девушки, ответ услышишь вечером! Позаботься о себе и не урони честь рода. Драко улыбнулся и кивнул. Papa остается в своем репертуаре. Слухи о свадьбе быстрее разлетятся по Академии и Авенкорду придется принять решительные меры, а там....там Драко уже придумал, как довести его до исключения. Минуты две было тихо, потом ученики кинулись поздравлять парочку, хотя Панси удивленно смотрела на Драко и было видно, что новость для нее была в новинку. За всей суетой мало кто заметил, как один стул за столом гриффиндора упал и чья-то фигура выбежала из зала, Драко лишь отметил боковым зрением пустующее место, и внутри, против всего, возникло теплое чувство беспокойства и надежды. Может, ему тогда не все равно? Гарри бежал со всех сил в библиотеку, пока никого там не было, было безразлично на пары, на Гермиону, которая сегодня все утро зудела о том, что пропусков у Гарри хватает. Хотелось забыться, спрятаться ото всех, голова взрывалась, сил не было смотреть на то, как их поздравляют. Драко женится? Конечно, необходим наследник рода, чистокровная партия-вот то, что разделяло их и Миннисто попал в точку, Гарри от осознания этого в отчаянии облокотился за столь знакомыми стелажами, где некогда сидел Драко и бессмысленным взором обвел то место. Еще совсем недавно он был здесь с ним, еще совсем недавно он мог дотронуться до него. А сейчас? Гарри присел и обхватив колени руками, закрыл глаза. Хотелось вот так сидеть, пока ему не скажут, что это сон, что это все-лишь сон. Что на самом деле свадьбы нет, что Драко не важны никакие условности. Мысли роем вертелись в голове и он ушел в их тихий рой, не обращая внимание на чьи-то уверенные шаги, пока до боли знакомый голос ехидно не произнес: - Потти, если надумал учить зельеварение, то начинал бы с первого курса, сейчас тебе ни одна библиотека не поможет. Гарри почувствовал, как все эмоции разом превратились в пустоту внутри, отвернувшись, он глухо произнес: - Малфой, уйди, я тебя поздравляю и все такое, сейчас мне надо побыть одному, а не в обществе такого Хорька, как ты, хоть здесь прояви свою гордость и уберись подобру-поздорову. Мантия зашуршала рядом с ним, а холодный голос тихо произнес: - Даже не подумаю, а если хочешь, то заставь. Гарри яростно вскочил на ноги и тут же оказался прижат к стеллажам, руки слизеринца, обхватив его за плечи, буквально силой прижали к книгам, а губы накрыли властные прикосновения чужих губ, одновременно мягко прикасаясь к ним языком. Рука Малфоя скользнула по его плечу вверх и притянула за затылок к себе, в то время как вторая обхватила за талию. Гарри яростно отвечал на поцелуй, вкладывая все свое отчаяние и боль, он не думал, что внутри прорывается огонь, который жадным порывом хочет забрать себе все действия и прикосновения слизеринца. Тот целовал его с полной самоотдачей, закрыв глаза и поддавшись вперед. Рука его легла на пульсирующий член Гарри под мантией и он вздрогнул под прикосновением от острой волны наслаждения, прокатившегося по телу. Драко провел еще раз, с возбуждением и некой радостью отметив, что бугорок под рукой стал выделятся еще больше, а Гарри поддается руке навстречу. Прервав поцелуй, Драко положил руку на книги рядом с лицом Поттера и с усмешкой выдохнул на ухо: - Ну что, Гарри, будешь еще упираться, что я тебя не возбуждаю? Тот вздрогнул и тут же ухмыльнувшись, подался вперед, чтобы прислонить Драко к противоположной стене. Теперь он нависал сверху. Зеленые глаза пылали решимостью и возбуждением: - Тебе говорили в детстве не играть с другими мальчиками, а то научат плохому? Драко облизал губы и приобнял Поттера: - Скорее им говорили не играть со мной. Он притянул Гарри для поцелуя, одновременно залезая руками под мантию и чуть припустив вниз штаны Поттера, позволяя члену распрямиться во всю длину. Поттер вдохнул воздух в поцелуе и замер. Наслаждаясь новыми ощущениями, которые дразнящим возбуждением искрами пробегались по всему телу. Внизу живота пульсировало тепло, нарастая и накаляясь изнутри так, что жаром отдавало в висках, хотелось вобрать Драко и высосать всю его душу через поцелуй, прерывая его дыхание. Драко возбуждался сам, пока его руки неторопливыми движениями изучали головку, проводили неторопливо по стволу, заставляя тело героя дрожать. Его пальцы уже были во влажной смазке, и он старательно прикасался к члену только влажными пальчиками, зная, что от прикосновений всухую тому было бы неприятно. Все это время рука Поттера дрожала, не хватало воздуха и он уже стонал через поцелуй, стремясь немного отдалиться, однако Драко лишь крепче притягивал к себе. Движения руки убыстряясь, понемногу он чувствовал, как член начинает пульсировать, а Гарри чуть всхлипывал в поцелуе, бедрами двигаясь вперед навстречу прикосновениям. Толчки выходили рваными, дыхание прерывистым, поцелуй жарче, пока наконец они не набрали бешеную скорость, чтобы разом прерваться. Гарри вздрогнул и излился, забрызгав мантию слизеринца, на что тот не обратил особого внимания, лишь удовлетворенно вздохнув и наконец прервав поцелуй. Рука Драко дрожала позади него, и он оперся на локоть, нежно смотря на Драко и притянув того для ласкового поцелуя. Губы немного саднило, но видя мягкое и довольное лицо Поттера, Драко улыбался. Все-таки он его расскусил. - Драко, - гриффиндорец смущенно улыбнулся и провел по его щеке пальцами, - у меня столько вопросов... - Тсс! - Малфой покачал головой, - для начала у меня вопрос... - Какой? - Где взять салфетки? Гарри рассмеялся, глядя в такие серьезные серые глаза.