ПИ: Книга 2. Темные века.

Магическое сообщество относилось к Новому Году с прохладцей, отмечая только день зимнего солнцестояния или языческие праздники. Так что 22 декабря мы с бабушкой съездили в Пушкин и провели все положенные ритуалы – благодарения магии, просьбы о защите и обычные восславления всех богов, что чтят стреги. Хорошо, что это был выходной – выехали рано и успели до наплыва посетителей в парк. А потом вернулись домой и занялись обычными делами. Сессию мы с друзьями закрыли досрочно и наслаждались дополнительными свободными деньками. Пару раз встретились для совместной прогулки – Василий показал нам горки и развлечения в Юсуповском саду – скрытом от обычных глаз уголке зелени среди каменных лабиринтов центра. Покатались со склонов пруда, подурачились на расчищенном катке – коньков у нас не было, кататься мы не умеем, но все равно было весело. Юденич сдержал слово и устроил меня на время каникул к своему племяннику. Хозяин – Егор Вадимович отвечал за снабжение, денежные вопросы, набор персонала и остальное. Еще был шеф-повар Иван Александрович, в запарные часы охотно откликающийся на Саныча, второй повар Артем, мойщица Катя и администратор кафе Алиса. Еще были два официанта – братья-близнецы Ярик и Коля. Чтобы хоть как-то отличаться друг от друга, они обычно одевали разноцветные бабочки и фартуки к ним в цвет. В сущности, я там делала то же самое, что и в столовой – заготовки для различных блюд. Чистила овощи и фрукты, шинковала, резала мясо на порции. Вася, как и планировал, устроился на салаты в кафе по соседству с домом. Нине пока не везло – места для подработки она не нашла, но мы дружно решили, что это даже хорошо – мало ли, что случится, и срочно потребуется свободный человек? Сегодня у нас с Васей оказались выходные, и мы решили встретиться – он сообщил, что в Юсуповке построили большую горку, и получится славно покататься втроем. Конечно, можно было сказать, что мы слишком взрослые для такого развлечения, но я думаю – это просто ханжество. Нет особого занятия под каждый возраст! Если любишь кататься на санках, – какая разница, сколько тебе лет – семь, или семьдесят?! В общем, мы встретились возле ближайшего метро – «Садовой» и неспешно отправились по Садовой улице к нашей цели. Вася рассказывал, чему научился в последнюю смену, я поделилась интересным способом разделки мяса, освоенным недавно. Мы обсуждали новости и дурачились, когда Нина вдруг резко остановилась и показала вперед: – Ой! Это не Мироша, часом, со своими курицами чапает?! Мы присмотрелись. – И правда, – я задумчиво оглядела их наряды, – только странно как-то они одеты, не находите? – В смысле? – Вась, ну посмотри, все вещи на них явно очень старые. – Парни на других понятиях, это нормально, – пояснила Нина, – а Криста права, они будто под бомжей косят. – Интересно, – протянула я, – и у всех сумки… как их? «Мечта оккупанта», кажется? – Точно, как бомжи… Мы переглянулись, и Нина жестом предложила за ними проследить. Я только пожала плечами, но Вася согласился: – Согласен, интересно, что это за маскарад. Ни за что не поверю, что Мироша согласится надеть рванину просто так! Мы чуть сбавили скорость и пристроились следом. К счастью, по улице шло достаточно народа, чтобы мы смогли остаться незамеченными. Мирон прошел мимо Юсуповского сада, перешел через пешеходный переход на переулке Бойцова и свернул по Вознесенскому в сторону Фонтанки, снова перейдя на другую сторону проспекта. Пройдя два дома, недо-Пинкертоны нырнули в подворотню. Вася вызвался пойти за ними одному: – Втроем намного больше шума, а в подворотне офигительная акустика. – Хорошо, мы тебя здесь ждем. Давай твои санки! Он передал Нине свою ледянку, и мы остались его ждать. Вернулся он минут через десять: – У них какой-то прибор, похожий на электромагнитный индикатор. Проверяют им все закоулки, уголки, электрощиты и прочие приметные вещи. – Интересно, – я сняла варежку и задумчиво почесала нос, – наша физичка в школе, помнится, говорила, что есть гипотеза, что привидения, по сути, электромагнитные аномалии в природном фоне. – Физичка? – Ага. Была увлечена летающими тарелочками и спорными разделами науки, когда я училась, а теперь, говорят, окончательно свихнулась на этой почве. – Повезло. – Да как сказать? Заставлять учить физику ей это не мешало. Друзья покивали. – Ну что? Идем кататься? Мне кажется, дальше следить за ними бесполезно. – Согласен. Сам факт их действий мы уже знаем, остальное – ненужные детали. И мы пошли кататься с горки. Бабушка, выслушав новости, кивнула: – Я тоже слышала о таком способе выявления аномальных зон. Похоже, ребятки ищут всерьез. – Это хорошо? – Пожалуй, да. Они сейчас облазят этот район, убедятся, что он чист, и больше сюда не сунутся. А для создания лакун Фонтанка подходит по всем статьям! – Ты говорила Юденичу? – Да, намекнула. Он пока думает. Но сразу не отказался, так что, возможно, идея пойдет в работу. – Это было бы здорово! – Поживем, увидим. Да, Криста… – ба помедлила, словно засмущавшись, – тут ко мне на кафедру пришел один посетитель… – И? – я вдруг встревожилась. – О, ничего такого страшного! – она засмеялась, – не беспокойся! Пришел Добромир. Понятия не имею, как он сумел просочиться мимо вахтеров. Но вот… пришел ко мне, попросил приватного разговора. – И?!. – Заверил, что ни в коем случае не хотел нас оскорбить и на что-то там покуситься, но имеет серьезные намерения и готов ждать, сколько потребуется. Взамен попросил просто возможность общения, дружбы и прочих мероприятий, призванных помочь вам лучше узнать друг друга. Кстати, отдал свою полную натальную карту… – О… – я впервые не знала, что сказать. – Я еще на работе глянула: на первый взгляд, противоречий с твоей картой нет. Но теперь, дома, занялась точными расчетами, посмотрим. – Мы это уже обсуждали, ба, – я пришла в себя, успокоилась и теперь обдумывала варианты, – по внешности у меня к Добромиру никаких претензий нет, она у мужика просто голливудская. Реноме в нашем сообществе впечатляющее. Магия с нашей не конфликтует. Остаются только характер и бытовые привычки. – Я составлю гороскоп и поговорю с Юденичем. Помнится, у него на всех крупных фигур компромат собран. – И на нас тоже?! Она улыбнулась: – А как же, я ему сама передавала. – Ба?!! Она засмеялась: – Успокойся, Криста. Просто общие данные по особенностям магии, чтобы не ожидал от нас ничего невозможного. – А… – я кивнула и отправилась на кухню, разогревать ужин. Там тетя Оля с хмурым видом крутилась у плиты. – Что-то случилось? – Обычно соседка выглядит довольной жизнью, и нужно что-то по-настоящему серьезное, чтобы она так огорчилась. – Да мало нам было свекровкиных выходок, так племянника на праздники черти несут! Даже спросить разрешения не соизволили, просто перед фактом поставили! Коля Боре позвонил, известил, вот, брата… обрадовал. – Мда… – я покачала головой, – надолго? – На неделю, как раз новогодние каникулы захватит. Вот нам больше делать нечего, как чужих в праздники принимать… Хорошо хоть, что у них там, в училище, каникулы укороченные. – Что за училище? – Местное их. Учится, кажется, на что-то, связанное с техникой. Я не спрашивала специально, мне до звезды. – Тогда, думаю, хорошо, что вообще заранее известили, мог и просто приехать, мол, «здрасте, я ваша тетя!» Она повернулась ко мне и закивала: – А ведь верно, могли и так поступить!.. Вот только в одной комнате, да с чужим человеком… – Понимаю… но, может, оно и к лучшему? Теснота не всем по нраву, не дай бог, ему тут понравится. – Точно сказано, – соседка вздохнула, – мы с Борей решили и Новый Год праздновать скромно, без обычных разносолов. Пусть не думают, что у нас в Питере рай земной, и деньги с неба валятся. А то, знаю я эти провинциальные сказочки! Алексаша приехал на следующее утро. Я лихорадочно собиралась на работу (кафе официально открывалось в одиннадцать, но следовало много приготовить к этому моменту, так что смена начиналась в девять) и носилась туда-сюда из комнаты на кухню, в ванную и обратно. Я как раз шла по коридору, когда требовательно зазвонил звонок Николаевым. Мимо прошлепал заспанный дядя Борис. Щелкнул замок, и нам явился провинциальный мажор во всей красе – в широченных джинсах-клеш с лиловой бахромой, черной косухе с заклепками и зеленой вязаной шапочке. На ногах – глухие войлочные боты времен Брежнева. В руке он держал большую спортивную сумку. – Здравствуй, дядя! – радостно возгласил он на весь коридор. – Не ори, не в лесу! – рыкнул дядя Боря, – идем. Я нарочито осмотрела парня и захихикала. Он удивленно посмотрел на себя, потом на меня. Я фыркнула и скрылась в кухне. Там Люся варила себе яйца и сосиски. Заметила мой веселый вид: – Ты что, Крис? – Да там племяш к дяде Боре приехал, одет – клоуны отдыхают! И красочно описала увиденное, с должной долей юмора. Люська покатилась со смеху: – Ох, умора! Да даже у нас так не одеваются!.. – Представляю, что у него за другие шмотки!.. – Скорее всего, то, что у приезжих торговцев нахватали. Те, видимо, совсем неликвид им привозят, а плетут, будто это по последней столичной моде. Я, когда сюда уезжала, прежде в областной центр съездила и малость прибарахлилась, чтобы чучелом не выглядеть. – Да, скорее всего, так и было. Тут никто такое старье не возьмет, а в деревнях в моде не шарят. Это ты, как девочка, про внешность думаешь и в одежде разбираешься, а парни в этом отношении вообще дремучие. – Да, парни по другим понятиям живут. В кухню вошел Дима: – А что за скоморох по коридору шастает? Мы с Люсей сообща поведали соседу новость. Тот посмеялся: – Держу пари, он с прицелом приехал, на разведку! – В смысле? – Что, да как, можно ли будет не просто в гости приехать, но и остаться. Ну, и остальное – работа, может, учеба. Не думаю, что в той глуши с работой и деньгами хорошо, а по телевизору нынче такое крутят, что у молодежи крышняк съезжает. Вот и бегут с деревень и малых городков в столицу, думая, что тут рай земной. Мне самому, еще в старших классах, матушка петь в уши начала, что надо стремиться переехать. Только я, пока не выучился, не заработал себе на жилплощадь и не наработал хоть какие-то рабочие связи, с места не сдвинулся! А он, видать, сразу решил, нахрапом. – Ну, не в чужой город приехал, а к родне. Наверняка думает, что родня ему поможет. – Ну, чем Николаевы помочь ему смогут? Разве что грузчиком в магазин, или гайки крутить, в автоколонну. – Ну, кому-то и это за счастье выйдет. Правда, тетя Оля сказала, он еще учится. Так что сейчас остаться у него точно не получится, надо хоть какой диплом получить. А вот потом… – Поживем, увидим. – И то верно, – я подхватила кастрюлю с кашей и пошла завтракать. Вернувшись поздно вечером, встретила в коридоре Диму: – Привет, ну, как новый сосед? Тот пожал плечами: – Никак. Я его не видел, Аннушка говорит – весь день перед теликом просидел. – Ну, она у нас все про всех знает. – Это точно. Криста, я хотел спросить, у вас в кафе можно столик забронировать? Мой шеф хотел устроить деловой ужин, пригласить потенциального партнера пообщаться. Но решил сделать это на нейтральной территории, там, где людей нашего круга не встретишь. Но приличное. – А что, перспективный? – А то. Если шеф получит его помощь – наше агентство сразу в верхние эшелоны антикварных элит поднимется! – он поднял палец, – а это уже совсем другие деньги, а значит, и другие зарплаты! – Я тебе принесу буклетик, или просто позвони, поговори с администратором. Сразу все узнаешь, и есть ли свободный стол на нужное время, и остальное. Цены же у нас средние по городу, без превышений. Он записал телефон, который я, по счастью, помнила наизусть. Пока мы так общались, из комнаты в коридор вышел Александр. На этот раз он был одет в растянутые треники, линялую футболку и юношеские тапочки сына Николаевых, Алексея. Леша давно из них вырос, но сильно любил и оставил с прицелом «для гостей». Впрочем, заношенными они не были, уж больно быстро он вытянулся. А тапочки и в самом деле были особенные – в виде футбольных мячиков, и с эмблемой «Зенита». Не знаю, где тетя Оля их достала, но больше я нигде таких не видела. Леша же с детства был фанатом питерской футбольной команды, так что носил их, пока нога влезала, а потом тщательно отстирал и поставил на полочку, рядом с фарфоровым футболистом и бело-голубым клубным вымпелом. Гость остановился и подозрительно уставился на нас. Убедился, что на него не обращают внимание, двинулся дальше по коридору. Обойдя его по кругу, вернулся в комнату. Мы с Димой переглянулись. – Это что сейчас такое было?.. – Ээ… прогулка? – Оригинально!.. С тем и разошлись. А утром на кухне Аннушка нас поприветствовала: – Всем утречка, слышали новость?! – Это ка-акую? – зевнул Дима. – По телику в вечерних новостях какой-то батюшка высоких чинов сообщил, что в ночь новогоднюю пройдет всероссийская всенощная, и всех приглашают отметить праздник именно так, а не как мы раньше праздновали. – Пф… – я подхватила сковородку толстой рукавичкой и направилась к выходу, – мало ли, что они придумают? Новый Год отродясь был светским праздником, а мы с бабушкой вообще закоренелые атеистки. – И я тоже, – Димитрий взял с плиты кастрюльку, – пусть без меня как хотят, празднуют, хоть нагишом в проруби скачут! И вообще, это они себя рекламируют! Мы разошлись по комнатам. Бабушка задумчиво перебирала курсовые, высокой стопкой сваленные на столе: – Криста, ты не видела мои астрологические расчеты? – В последний раз видела у тебя в руках, на пути в спальню. – В спальню? – она остановилась посреди движения, – а что я там с ними делала?.. Я пожала плечами. Она пошла в другую комнату и, действительно, вскоре вернулась с папкой в руке: – И верно, у меня на прикроватной тумбочке лежали. Что-то я в последнее время жутко рассеянная… – Это ты из-за новой книги в облаках витаешь. Держу пари, как только сдашь в корректуру, – все вернется на круги своя. – Да, пожалуй… В дверь позвонили громко и требовательно. И звонили, звонили, звонили… в результате открывать ломанулось все наличное население квартиры. Открыла, правда, бабушка, так как звонок был один, то есть, к нам. За дверями стоял толстый, румяный и улыбающийся поп в длинной черной рясе с огромным крестом под дорогой шубой. Я вдруг почуяла невесть откуда взявшееся раздражение, а тем временем ба поинтересовалась: – И что такое случилось, что вы к честным людям с утра пораньше в дверь ломитесь? Усадьба горит, или жена рожает? Так это, батенька, в другие учреждения. – Отец Варфоломей, приходской священник Матвеевской церкви вашего прихода. – А мы тут все атеисты!! – высунулась вдруг Аннушка. Ба только глянула на соседку, и та понятливо скрылась за спиной мужа. Бабушка же величаво выпрямилась: – Во имя Маркса и Энгельса, что такое случилось, что теперь религию на дом доставлять начали? Так мы ничего такого не заказывали. – Приглашаем воцерковиться… – Да ни за что!!! Ступай, мил человек, подобру, по-здорову! И захлопнула дверь прямо перед его пузом. Соседи с любопытством наблюдали. Ба их оглядела: – Ну? Что стоим? Кого ждем? Или кто-то захотел впустить сюда божьего человека? Все дружно помотали головами и разбежались по делам. Юденич думал еще пять дней, а на шестой позвонил и напросился в гости. Не просто так напросился – с собой взял главу шакти и главу странников Добромира. Встречу ба назначила в воскресенье, в мой выходной – иначе, кто готовить-то должен?! Соседям сказала, что даем обед для очень важных людей, которые могут помочь со спонсированием научной деятельности. – Ничего сверхъестественного, но на должном уровне, – добавила она для меня, – пожалуй, борщ, запеченную курицу, гарниры. Закуски, разумеется. Продукты запиши в список, я закуплю в субботу. – Хорошо, ба, – достала с полки свои книги и занялась делом. Особую пикантность ситуации добавляло то, что будет присутствовать Добромир, изъявивший матримониальные намерения в мой адрес. Ничего не скажу, красавец-мужчина, от баб наверняка отбоя нет. Но… значит, покажем товар, то есть, себя, лицом… В субботу бабушка закупила продукты. Ей в этом вызвался помочь Кирюша: парень решил не тратиться на поездку домой и встречал Новый Год по-питерски. Вдвоем они объехали магазины, пополнили припасы. Заодно присмотрели маленький холодильничек в его комнатку – как раз на одного непритязательного студента, и теперь ждали сезонных скидок. Рано утром бабушка занялась уборкой, а я потопала на кухню. Там было пока тихо – воскресенье, люди отдыхают. Поставила бульон на борщ, помыла и подготовила курицу, натерла ее специями и оставила мариноваться. В помещение, зевая и тряся головой, вошла Аннушка: – Утро, Кристиночка! Что так рано? Воскресенье же… – Да вот, гости же… надо заранее все подготовить. А тебе что не спится? – Ильюша всю ночь что-то ворочался, сам не спал, и мне не давал. Но под утро уснул, а мне все равно не спится. Решила тесто поставить, пирожков с картошкой напеку. А после обеда, может, подремать лягу. – Дело хорошее. – А что, важные гости? – Ну да. Бабушке исследовать надо, чтобы марку не терять, а на это ой, какие средства требуются! Даже если сами не проспонсируют, то уж нужным людям словечко замолвят. – И то верно. А если уж мужчины, то к ним прямой путь через желудок! – Что верно, то верно, в жизни не встречала парня, который бы покушать не любил! Мы похихикали и вернулись к своим делам. В кухню заглянул Саша, тихо ойкнул и спрятался, только по коридору шаги протопали. – Чегой-то он?! – тут же среагировала Варфоломеевна. – А шут его знает… странный мальчик какой-то, – я села чистить картошку на борщ и второе. – Ага, точно сказано! Здороваться не считает нужным, а вот на Кирилла наехать попытался. – А он что? Нам он ничего не сказал… – О! Кирюша просто умничка! Так здорово этого Шуру на место поставил! Без единого мата, но так круто!! Я аж заслушалась… Сам разобрался, молодец! Мужчина растет. – Ну и отлично. Гости приехали точно к назначенному времени. Все, как один, пришли с цветами. Юденич откровенно выпендрился и презентовал нам роскошную хризантему редкого сорта в горшке. Шаповалов ограничился сдержанными герберами в стильном букете, а вот Добромир презентовал бабушке скромные золотистые хризантемки, а мне – роскошный букет из алых и белых роз! Глава общины на это только усмехнулся, а вот шакти удивился. Бабушка только кивнула, предоставив мне самой распределять подаренное по вазам. А пока увлекла гостей светской беседой. За стол мы все сели одновременно. Юденич поухаживал за бабушкой, а мне стул отодвинул Добромир. Закуски – салаты, фаршированные рыбным кремом яйца и канапе пошли на ура. Краем глаза следя за гостями, я обратила внимание на то, с каким наслаждением Шаповалов поглощал банальный оливье и порадовалась, что сделала именно этот салат. Добромир с удовольствием попробовал все, что было выставлено. Юденич, уже знакомый с уровнем моей готовки, был более спокоен и сдержан в похвалах, ограничившись салатом с крабовыми палочками и канапе. Наоборот, его больше интересовала причина нашей встречи – тему магического квартала он поднял, даже не дождавшись первой перемены блюд. – Итак, господа и дамы, – он отпил вина из бокала, промокнул салфеткой губы, – к теме нашей встречи… – Дормидонт Саулович, – укоризненно протянул Шаповалов, – грех так нарушать этикет! Тем более, под такие виртуозные штучки! За вас, милые дамы! И поднял свою рюмку. Пришлось поддержать тост. Сама я пила только самое легкое вино (необходимость следить за столом не давала возможности расслабиться), бабушка предпочла французское столовое, как и Юденич. А вот Шаповалов с Добромиром выбрали водку. Правда, последний спиртное только пригублял, не давая себе воли. Но Юденич вновь вернулся к вопросу, только-только дождавшись, пока тарелки с борщом ополовинятся. – Итак, – он сурово посмотрел на шакти, – тема столь серьезна, что отставим великосветские штучки. Юдифь Георгиевна, я могу надеяться, что у нас тут нет неучтенных слушателей? – Разумеется, – бабушка и в самом деле намекнула соседям, что интерес к этому сборищу будет неуместен, – не извольте беспокоиться. Все считают, что я сейчас выбиваю спонсорскую помощь на науку, а что может быть скучнее филологии? – Ну, как посмотреть, – отозвался Добромир, – в моих путешествиях умение объясниться с аборигенами порой имеет решающее значение. – И как же вы выкручиваетесь? – Одна из врожденных способностей Странников – как раз восприимчивость к чужим языкам. Порой достаточно нескольких часов, чтобы я уже смог общаться на бытовом уровне. – Сильно, – одобрительно кивнула ба, – и полезно. – Точно. Но все-таки… что вы думаете об идее наших очаровательных хозяек? – Идея многообещающая, – шакти отправил в рот ложку супа, зажмурился на секунду и продолжил, – я тут посчитал-прикинул, если создать целиком магическое пространство достаточного объема, то может возникнуть не просто домен большого размера, а притянуться и заякориться полноценный параллельный мир с заданными параметрами, например, сильным магическим фоном. А уж пробить между ним и Землей достаточное количество коридоров – дело техники! – Проходы и в самом деле не проблема, – кивнул Добромир, – важно только будет обезопасить выход со стороны обычного мира. Район Фонтанки и в самом деле подходящ по всем статьям: и по количеству укромных закоулков, и по характеристикам энергий. – Это уже технические моменты, – согласился Юденич. – Думаю, месяца через два мы с вами приступим. – А почему не сейчас? – Расчеты, сбор необходимых составляющих для ритуала, плюс, та проблема, о которой вы рассказывали, – Дормидонт со значением наклонил голову в мою сторону. Я кивнула, а остальные гости заинтересовались. Пришлось рассказать о том, чем любят заниматься на досуге некоторые старшекурсники кулинарного колледжа. Маги задумались. – Я, конечно, – Шаповалов начал говорить первым, – подозревал о возможности чего-то подобного, но не думал, что это, во-первых, начнется так быстро, и, во-вторых, не примет такой масштаб. Если уж начали привлекать гражданское население, помимо священников… – Было сразу понятно, что поголовная ликвидация людей Силы невозможна без следственно-розыскной деятельности. То, что у попов банально не хватит людей на это, очевидно. Подготовка же в теологических заведениях занимает годы. Правда, я предполагал, что они просто начнут сотрудничество с правоохранителями. – Наша элита, – бабушка чуть усмехнулась, намекая на другие значения слова, – властью делиться не будет ни с кем, ни под каким соусом. Я имела весьма содержательную беседу с представителем МВД, который заверил меня в их полной лояльности и готовности хранить и защищать от, несомненно, возмутительного попрания Конституции и права на свободу вероисповедания. Бывшая Красная империя семьдесят лет жила в стойком атеизме, где уж тут взять почтение к священному сану? – Тогда я согласен с озвученными сроками, – кивнул Добромир. – Значит, решено? Прошу всех заняться разработкой этого проекта. А пока эти следователи, – Юденич насмешливо улыбнулся, – прочешут весь интересующий нас район и убедятся, что он чист. Поневоле они перекинутся на другие части Петербурга, а мы тем временем будем уже готовы провести ритуал. После принятия решения остаток обеда прошел в светских разговорах и изящном ухаживании Добромира за мной. Юденич на это только усмехался и перемигивался с бабушкой. Напоследок, же прощаясь, странник пригласил нас с ней на «особенную» прогулку.