Можешь не просить, Поттер!

Малфой выглядел подозрительно. Гарри даже не ожидал его увидеть средь бела дня бредущим по Косой аллее, постоянно оглядываясь в поиске слежки. Логика была простой: если он опасается, что за ним кто-то наблюдает, значит, ему есть, что скрывать. Конечно, была небольшая вероятность, что после всего, что случилось с его семьей, тот просто записался конченым параноиком, но Гарри просто отмел эти доводы. Быстро рассчитавшись, Гарри бросил на стол щедрые чаевые и пошел следом за Малфоем, накладывая по дороге дезиллюминационные и маскировочные: его не было ни видно, ни слышно. Даже шаги словно стали беззвучными и каблуки новых форменных ботинок перестали стучать по мостовой. Гарри свернул за угол, видя, что Малфой нырнул туда. В темноте было плохо видно, он подслеповато щурился, пытаясь разглядеть, почему тот остановился. Он что-то рассматривал, держа в руке. Решение принято было мгновенно. Гарри вспомнил о срочной депеше, которая пришла накануне им в отдел. Кто-то занимался скупкой краденных артефактов, большая часть которых находилась в розыске. Малфой с недавних пор трудился в Отделе тайн, и Гарри готов был поверить, что он не причем, но подозрительное поведение бывшего заклятого врага вызывало слишком много сомнений. Он бросил подсвечивающее заклинание Вердимилиус, но реакция Драко только еще раз подтвердила его опасения. Он резко присел, пытаясь спрятаться в углу стены. Дезиллюминационные должны были вот-вот спасть, поэтому он достал из кармана хитрое приспособление наподобие зонта и раскрыл его, прикрываясь, будто щитом. Малфой продолжал копошится, затевая точно что-то недоброе. Гарри быстро среагировал, бросая в него Инкарцеро. Тот дернулся, будто собирался вскочить и не смог. Подняв его, ставя перед собой, он мельком заметил полный ужаса взгляд. Призвав чужую палочку, он рассмеялся, глядя побледневшему Малфою в лицо: — Ну что, доигрался? Артефактами занимаешься, сволочь? — касаясь кончиком палочки его хрупкой шеи, он дотронулся до нервно бьющийся жилки. Гарри, как никогда ярко, ощущал липкий страх, догадываясь, что загнал его в угол. — Поттер, отвали от меня, — сквозь зубы прошептал Драко, отворачиваясь. — Говорю, где запрещенка? Куда дел? — сказал Гарри, пытаясь рассмотреть мусор, валяющийся в грязной подворотне. — Только не втирай мне, что сам Драко Малфой просто так отирался по темным углам. Что прячешь? Артефакты? Говори, живо! Но тот только высокомерно молчал, вызывая нервный тик в руке, напряженно сжимающей волшебную палочку. Гарри безуспешно пытался призвать хоть какой-то предмет, но кроме стандартных обрывков газет, пустых банок и какой-то грязной коробки ничего стоящего вокруг не было. Малфой рассмеялся, наблюдая за его попытками отыскать несуществующий артефакт. — Малфой, охренел совсем, скотина? Нафига я тебя спасал, как придурок? Каким был подонком, таким и остался, — Гарри чувствовал, как волна раздражения поднимается все выше и выше, грозя захлестнуть его. — Я тебя не просил, герой хренов, — выплюнул он ему в лицо, четко выделяя слова. — Таскаешься за мной, словно не можешь жить без меня. Мне по барабану — спасал или нет. От-ва-ли! — Ах так, — Гарри схватил его, притягивая к себе: — Посмотрим, как ты запоешь! — и закружил их в аппарационной воронке.

* * *

В последнюю минуту он передумал перемещаться в Аврорат, сконцентрировавшись на координатах дома на Гриммо. Полумрак гостиной все равно не мог сравниться с темницами Малфой-мэнора. Их возили на практику, показывали места, в которых содержались заключенные. Гарри тогда передернуло от плохих воспоминаний. Интересно, сам Драко спускался туда? Вдыхал гнилостный запах? Ощущал страх запертых там жертв? Видел ужас в их глазах, в ожидании пыток змеемордого? Драко попытался безрезультатно вырваться из его захвата. Гарри был ненамного выше него, но часы тренировок в Аврорской академии сделали свое дело — он был значительно сильнее. Драко только судорожно трепыхался, но вырваться ему не удавалось, он только резче потирался о него. Красные пятна смущения залили его скулы, вызывая у Гарри почти животный восторг. Коснувшись бедром его члена, Драко вздрогнул всем телом и остановился, стараясь максимально отодвинуться от заинтересованно дернувшегося в ответ органа. — Та-а-ак, — протянул довольный Гарри, утыкаясь волшебной палочкой ему в скулу. — Кажется, я знаю, как заставить тебя говорить. Трансфигурированная из кресла подставка для пленников, состоящая из широких крест-накрест скрепленных бревен, идеально дополнила мрачный интерьер комнаты. Гарри отвлеченно подумал, что давно собирался сделать здесь ремонт, но после расставания с Джинни как-то даже не было идей. А вот теперь эти темные безрадостные тона только усиливали атмосферу безнадежности сопротивления, которой он надеялся напугать Малфоя. Привязывая его за руки и ноги к подставке, он подергал волшебные путы, проверяя их на прочность, мимоходом касаясь напряженных рук пленника. Тот попытался уйти от легкой ласки, но, связанный, только сильнее натянул веревки. Гарри усмехнулся. — Станешь ли ты молчать, если я сделаю так, — он взмахнул палочкой и частично избавил Малфоя от одежды: на нем остались только темные плавки, плотно облегающие гибкое тело. Краска стыда продолжала пятнать бледную кожу пленника, расползаясь ниже, переходя на хрупкую шею. Гарри коснулся пальцем пульсирующей венки на виске, не обращая внимания на попытку скинуть его руку, прочертил линию, ведущую через пылающую щеку, по острой линии скул, ниже к подбородку, едва касаясь чувствительной зоны вдоль яремной вены. — Или вот так, — сказал Гарри, довольный произведенным эффектом. Драко напрягся, будто борясь с яркими ощущениями, прикрыл глаза и втянул в ожидании воздух, когда тот продолжил путь, проводя ладонью от впадинки у основания шеи ниже, очерчивая грудную мышцу, спускаясь к плоскому соску, нежно касаясь кончиками пальцев навершия. Драко опять вздрогнул всем телом, вжимаясь в подставку за спиной. — Прекрати, — сдавленно простонал он. — Я ничего не знаю про дракклову дюжину артефактов. Гарри остановился, хищно вглядываясь в него. — Вот ты и проговорился, — хмыкнул он, приподнимая его за подбородок, чтобы заглянуть подернутые поволокой глаза: — Я не говорил ничего про их количество. Коснувшись большим пальцем припухшей нижней губы, Гарри чуть оттянул ее вниз, тут же проходясь пальцем по верхней. — Почему такой греховно-сексуальный рот врет мне? Почему губы, созданные для поцелуев и сладких отсосов так и манят наказать их? — спросил он, отмечая очередную реакцию Драко. Тот прикрыл глаза, зажмуриваясь, словно в ожидании продолжения. Может быть, все это заводит его не меньше, чем возбуждался сам Гарри? Нужно было взять себя в руки, иначе пытка грозила стать обоюдоострым мечом для самого палача. Гарри опять воспользовался понравившимся заклинаниям, избавляя Драко от белья. Полувставший аккуратный член так и манил обхватить его рукой. Он спустился ниже по гладкой кожи груди, с почти бесцветными редкими волосками до маленького пупка и, вызывая дрожь, сместил пальцы ниже к мошонке, обходя стороной возбужденно поднимающийся член, сгребая в ладонь его яйца. Драко простонал, чуть разводя ноги — стоять в прежней позе было, видимо, неудобно. Поведенные поволокой глаза поблескивали в полумраке, Гарри второй рукой опять приподнял его подбородок. Подув на припухшие губы, он медлил: до звездочек перед глазами хотелось впиться в его губы. Но Драко продолжал упрямо молчать, и Гарри не хотел выдать свои чувства в поцелуе. Он присмотрелся к нему, стараясь увидеть пленника со стороны. Запомнить каждый штрих созданной им картины, оставив зашкалившие до предела эмоции. Щеки Драко пылали, прикушенная губа припухла и выглядела дико сексуальной, светлая прядка на покрытом испаренной лбу манила коснуться и зачесать назад, чтобы не мешала. Руки натягивали путы, вызывая покраснение на узких запястьях — завтра точно останется след. Белеющее в полумраке гостиной тело мелко подрагивало: то выгибаясь навстречу, то вжимаясь в темную древесину подставки. Покрасневшая от прилившей к ней крови головка жаждала ласки, член загибался к животу, словно умоляя коснуться. Драко был сейчас таким беззащитным, казалось, любое резкое движение вызовет испуг. Как молодой котенок, разрывающийся между страхом и любопытством, делающий первые робкие шаги в большой мир. — Ты будешь уже говорить? — несмотря на все усилия, голос Гарри выдавал усталость. Он так устал бороться с собой. Драко посмотрел на него с беззвучной мольбой в глазах. Пот влажной дорожкой стекал с его виска. Но он упрямился и молчал. Покачав головой, он попытался отвернуться. У Гарри словно что-то щелкнуло внутри. Он склонился к беззащитной шее и вдохнул запах возбуждения, уткнувшись носом в ямку в основании. Драко охнул, подставляясь. Тогда Гарри лизнул, обводя и всасывая нежную кожу. Стон Драко звучал таким возбуждающим. Гарри попытался через ткань форменных брюк поправить стремительную твердеющую «проблему». Слава Мерлину, потерявший контроль Драко вроде бы ничего не заметил. Но Гарри понимал, что почти не отстал от него — то, что он сам затеял, стало пыткой и для него. Он продолжал сжимать поджавшиеся яички, лаская губами и языком чувствительное для Драко место в основании шеи. Гарри было мало всего этого. Драко так ярко реагировал на его ласки, так дрожал под его поцелуями, был таким отзывчивым в страсти, тем не менее продолжая умалчивать об артефактах, что Гарри чувствовал непреодолимое желание обладать этим мужчиной. Взять его здесь и сейчас. Присвоить и не отпускать, купая в ласке и нежности. От мысли, что Драко становится покорным в страсти, сдавая оборону только ему, продолжая при этом сопротивляться в обычной жизни, показывая свой независимый характер, у Гарри слетели последние предохранители. Он начал второй рукой слепо поглаживать везде, пытаясь запомнить как можно больше такого Драко — его Драко. Изнывая от желания, он спустился губами ниже, лизнув маленький сосок, подув на влажный след от своего языка. Прижался изнывающим от нетерпения стояком к его бедру, вжимаясь в него. Драко еще раз задрожал в его руках, выгибаясь, готовый излиться. — Попроси меня, — горячо зашептал Гарри. — Попроси меня простить! И я дам тебе кончить, котенок. Драко стиснул зубы и приподнял голову. Гарри увидел полные слез глаза. Приоткрыв губы, словно собираясь что-то сказать, Драко внезапно передумал и замотал головой. Гарри резко остановился, опуская руки и отступая на шаг. Драко глухо застонал, безвольно опуская голову. Внезапное потрескивание в камине вывело их из оцепенения. Среди всполохов пламени появилось лицо главы одной из групп Отдела Тайн Фредрика Стивенсона — как раз той, которая занималась Артефактами. Лично Стивенсон подключил его делу об Артефактах, обещая сегодня сообщить важную информацию. — Мистер Поттер, вы здесь? — Фредрик был взволнован. Гарри взглянул на повисшего на путах Драко. Благо, из камина его не было видно. Гарри подошел ближе к каминному порталу, наклоняясь ближе к пламени. — Фредерик, я вас слушаю. — У нас ЧП! Каким-то образом исчез наш ведущий специалист! — сквозь треск поленьев раздался крик Стивенсона. — Мистер Малфой работал под прикрытием и должен был помочь в поиске разгадки. Но он пропал! — голос главы Артефактологической группы звучал взволновано. — Фредерик, успокойтесь, пожалуйста. Для уточнения: Драко Малфой выполняет то задание, о котором вы отказались мне говорить? Это его вы прикрывали? — Мистер Поттер, опять вы за свое, — Стивенсон чихнул, пропадая на мгновение из пламени. — Мы нуждаемся в вашей помощи, но даже вам не можем рассказать обо всем! Важно, что мой лучший человек пропал! С ним что-то случилось. — Давно это произошло? Может, он у любовника? — Гарри взглянул на Малфоя, который чуть выпрямился и вслушивался в их разговор, делая вид, что продолжает приходить в себя после резкого облома. — Он, конечно, очень привлекательный молодой человек и я уверен, что у него много поклонников, — уклончиво начал Стивенсон, останавливаясь. После паузы он опять закричал: — Но вы не знаете, насколько он ответственный! Малфой не мог просто так пропасть! Его схватили! — Стивенсон, успокойтесь, пожалуйста. Я попытаюсь все выяснить. До связи, — ответил Гарри, заканчивая разговор. Драко выглядел чертовски привлекательным. Его тело все еще хранило остатки возбуждения, но блестящие глаза, взгляд полный вызова говорил, что он упивается восторгом. — Видимо, придется тебя отпустить, — сказал Гарри с сожалением, подходя к нему ближе. Чуть помедлив, он быстро вернул Драко прежний вид. Взмах палочки — и Драко стал вновь полностью одетым, а после второго взмаха исчезла подставка и путы. — Можешь не просить меня, Поттер! Хочешь, чтобы я не стал заявлять Стивенсону и Кингсли на тебя? — хриплым голосом сказал тот, растирая следы от веревок на покрасневшей коже запястий. — Хочешь, да? Гарри молчал, исподлобья поглядывая на него. Драко уделал его, оставив в дураках. Получается, он не просто не был замешан в дело об обороте запрещенными артефактами, но еще и помогал Стивенсону. Гарри было стыдно, что он опять поддался эмоциям и сглупил, хватая Драко и пытаясь вырвать у него признание. Это только подтверждало, как он зависим от своего наваждения. — Попроси меня простить. Сможешь? — безжалостно холодным голосом спросил Драко. — И я подумаю, что с тобой сделать. Гарри чувствовал себя подавленно и только мотнул головой, отказываясь говорить. Сейчас он чувствовал только боль. — Отлично, Поттер. Тогда прощай, — Малфой развернулся, забрал свою палочку и аппарировал прочь.