Как хорошо, что в мою смену

Очередной рабочий день. Вечером в баре, так ещё и в выходной, народу куда больше, чем в будние дни. Все отдыхают после работы, расслабляя нервы стаканчиком пива или сакэ в компании друзей. Кайзер наблюдал эту картину каждые выходные, когда работы ему не на шутку прибавлялось с заходом каждого нового человека. Оказывается, быть барменом — это не просто стоять за барной стойкой и протирать и без того чистые стаканы, чем, к слову, парень сейчас и занимался. Кайзер никогда бы не мог подумать, что японцы горазды на алкоголь. Некоторые хлещут, а после, бывало, и буянят не хуже немцев или русских. За свою короткую, но насыщенную карьеру разлива напитков по бокалам, Михаэль умудрялся расцеплять сильно невоспитанных и бунтующих посетителей, которые чуть ли не разносят весь зал к чертям. Это, конечно, всё очень весело, но почему именно в его смену?! Мда, паршивая работка, но такова судьба на время учёбы здесь, в Японии. Кайзер не раз задавался вопросом: на кой ему этот университет, если он уже ученик Ноэль Ноа и у него уже огромное будущее в футболе? Не было бы учёбы, не было бы этого всего. Но как же он может променять ежевечерние разговоры о жизни с пьяным на какой-то там задаток в пару миллионов? Впрочем, кто бы дал ему денег, девятнадцатилетнему студенту, если его учитель сам сказал ему учиться дальше? Это, скорее, был приказ, потому что его слова — иди получай образование дальше, метавидец. Ослушаешься, вышвырну из команды. В худшем случае, пошлю Несса за тобой присматривать — звучали устрашающе, поэтому у Кайзера на примете оказалась Япония — страна, совсем противоположная Германии, а значит и характеру футболиста. Ничего, главное, она далеко от Европы, а дальше всё наладится и свыкнется. Только одна проблемка: он тут уже целый год и до сих пор ничего нового не произошло. Каждый раз желание разнообразия заставляет Кайзера вздохнуть и с шумом поставить очередной стакан. Ну, может, всё не так плохо? К нему заходит множество девушек с его университета, что не должно удивлять. Популярность — для Кайзера явление не новое. Да, он может со всеми ними болтать, может мило улыбаться и уделять внимание каждой, и от этого любая начинает думать о взаимности чувств с этим иностранным красавцем. Вот только всеми обожаемый объект не чувствовал ровным счётом ничего ни к одной из них. Ему это не нужно. Вежливость и фальшь — единственное, что есть при разговорах с фанатками. Как же раздражал этот их блеск в глазах и на глазах, их неосознанная «влюблённость», аж хотелось скорее бы избавиться от всех. Жаль только прогнать нельзя… Но какое счастье наступало после их ухода, что прямо хотелось работать больше и с удовольствием обслужить ещё одного уставшего работника. Нет, всё-таки как же скучно и однообразно он живёт… Скорее бы закончить эту дурацкую учёбу и уехать туда, откуда приехал, играть в футбол со своей командой. Так думал Кайзер до одного изменившего всё дня. В привычный выходной день зал как всегда был наполовину полон. Михаэль опять оказался за так «полюбившейся» ему барной стойкой. Такой любимой, особенно в этот день, потому что это и его выходной тоже. Но так как напарник заболел и не смог выйти, а Кайзер управился со всеми делами, вместо долгожданного отдыха под просмотр любимых футбольных матчей он оказался на работе не в свою смену. Ну хорошо, что же поделать… Особо работы пока нет, футбол и тут по телевизору можно глянуть, а за это ему заплатят сверхурочные. Лишними деньги никогда не будут. Правда, слегка в сон клонило… Несмотря на то, что Кайзер довольно быстро справлялся с нагрузкой студента в домашних заданиях, сна, почему-то, ему мало. Сейчас тем более он не был готов работать в ночную смену, поэтому веки, время от времени, хотели сомкнуться, но в этот день он благодарил пьяных гуляк за шумные разговоры, не дающие заснуть окончательно. Встряхнув головой, парень откинул отвлекающие и докучные мысли и поставил одну из бутылок со спиртным на полку. Вдруг, со входа послышались голоса, видимо, небольшой компании. Но таких голосов до Кайзера ещё ни разу не доносилось в этом месте, но он не придал этому большого значения, а просто вздохнул, потому что «опять каких-то клоунов занесло…» Обернувшись, Михаэль наблюдал картину: компания из трёх друзей, ввалившись в заведение, усадили за плечи на стул у стойки одного из парней, выглядевшего крайне устало и хмуро, в то время как двое других выглядели более оживлённо и бодро. – Исаги, ну развеселись хоть немного! — сказал парнишка с жёлтым оттенком волос. По одному его виду, сияющим глазам и широкой улыбке можно сказать, кто самый громкий из них. – Бачира, опять ты за своё. Я всё это, конечно, очень ценю, но почему именно сегодня, когда я хотел отдохнуть по-своему? — синеволосый парень, походу, Исаги, вздохнул, задрав голову. Вот-вот и уже бы начал обращаться к Богу с этим вопросом. – Ну Исаги! Ты такой же мрачный, как и Рин? Хватит быть затворником! Ты и так никуда не выходишь из комнаты, кроме пар. Студенческая жизнь на то и есть, чтобы немножко поразвлекаться по-взрослому. Да, Чигири? — желтоволосый обратился к товарищу справа с длинными розовыми волосами, выжидая от того ответа, как маленький ребёнок. – Не знаю, я сам бы не против остаться дома, но раз ты пригласил… Бачира цокнул, закатив глаза. Надеялся на поддержку, значит. – Исаги, хочешь не хочешь, но придётся что-нибудь выпить, — весельчак хлопнул друга по плечу, игриво и заманчиво улыбнувшись. – Бармен, будьте добры, три бокала… Блин, Чигири, как оно называется? – Вишнёвый ликёр, — подсказал розововолосый. – Точно, его! Кайзер направился за нужной бутылкой, размышляя о недавно случайно услышанном. Этого парня тоже поневоле притащили сюда, тоже нарушили планы в выходной. Он его впервые видит, но уже немного жалко, потому что, в первую очередь, жалко себя. Михаэль разлил жидкость по стаканам, уйдя в размышления, а двое из троицы прожигали его взглядом, наблюдая за работой. Когда всё было готово, напитки стояли прямо перед пришедшими. Михаэль до этого мельком смотрел в их сторону, а сейчас вовсе нет, ведь пока разливал ликёр, тупил глаза в дубовую поверхность. Интереса ради, он поднял голову и что же рассмотрел? Сидящие на стульях парни в его глазах оказались какими-то школьниками. Это сначала удивило, а потом заинтересовало Михаэля. Какого чёрта младшеклассники пришли напиться? Желтоволосый и розововолосый уже взяли свои бокалы, в то время как синеволосый свой не брал, облокотившись рукой о стол. Но друзья ждали и подталкивали бедного парня просто взять и расслабиться с ними и больше такого не повторится, честное слово! С глубоким вздохом, но парнишка всё же тянется за стаканом. И не успевает взять, потому что его перехватывает чья-то рука. – Hast du achtzehn? — игриво у него спрашивают из-за стойки. Подняв голову на того, кто отобрал напиток, синеволосый увидел перед собой весело ухмыляющегося парня с цветными длинными волосами и замысловатой тату на шее в виде синей розы, которую немного прикрывает ворот белой рубашки. Сказать по правде, от внешнего вида впечатление сложилось хорошее, но его интонация и улыбочка очень подозрительны. – Какие-то сомнения? — спросил на японском бесстаканный парень, хотя, чтобы его ликёр отдали назад. – Исаги, чего он хочет? — недоуменно спросил Бачира. – Ты знаешь немецкий? Во даёшь, — удивился Чигири. – Отдай бокал, — раздражённо просил Исаги. Но отобравший его явно с этим не торопился. Он, подняв руку, вертел сосуд, с наигранным любопытством разглядывая его наполненное бордовое дно. – Oh, ja? Ich dachte ihr seid Sehulkinder, — усмехнулся бармен, смерив японца пристально-оценивающим и со скрытой насмешкой взглядом. – Und Sie sind Studenten, — протянул он. – Исаги, не связывайся с ним, можем пойти в другое место, — холодно посмотрев на работника и взволнованно на друга, предложил Бачира и поставил свой стакан. – Как тебя зовут? — обратился Исаги к новому неприятному знакомому. Тот поставил отобранное недалеко от себя и непринуждённо ухмыльнулся – Michael Kaiser. Du kannst einfach Michael sein, — пожал он плечами, внимательно смотря на японца, в нетерпении выжидая ответа. – Переходи на японский, ты же меня понимаешь. – Du vertehst mich auch, Ich will es micht, — хмыкнул немец и отошёл в сторону к другим стаканам. – So sei es, nimm es mit, — Михаэль, даже не оборачиваясь, двинул взятое ликёр по столу, и тот прокатился по гладкой поверхности прямо до Исаги. И не расплескался же… – Schau nicht zu ersticken, — бросил он. – Угу, спасибо, наглое существо… — пробурчал себе Исаги. – Какой высокомерный тип, — кинул недоверчивый взгляд Мегуру. – Интересно, тут со всеми так? — усмехнулся Хёма и отпил ликёра. – М, а это вкусно. Пробуйте. – О-о, действительно! — поделился впечатлением Бачира. – Исаги, ну же! С ходовым вздохом, синеволосый тоже попробовал. – Какой прохладный… — следом, парень залпом выпил содержимое и с грохотом о деревянную поверхность поставил стакан под ошеломлённые взгляды Чигири и Бачиры. – Исаги, всё норм… — начал розововолосый, но не сумел закончить. – Какой же освежающий… — протянул только что всё выпивший. – Кайзер, давай по-новой. Парень отвлёкся от обслуживания другого мужчины и, увидев, кто его звал, впечатлённо и удивлённо вытаращил глаза. Неизвестно почему, но ухмылка сама вылезла при виде картинки только что отказавшегося выпить японца и опустошённого стакана рядом с ним. Кайзер поменял бутылку и неторопливо направился к ним. – Du bist ein Weinkeller, — усмехнулся он, наливая в стакан алую жидкость. Парень взял стакан с ещё более заспанным лицом, попутно угукнув. Видимо, алкоголь уже начал своё действие. – Wie heißt du? – Йоичи Исаги, — неясно, с чего бы Исаги так просто доверил своё имя какому-то несносному с первой встречи бармену, но он это сделал, не задумываясь. Скорее всего, это в ход пошёл второй стакан. – Yoichi-Weinkeller, — Кайзер дал ему прозвище, которое произнёс так, будто пробуя на вкус. – Бачира, ты хоть раз видел такое? — шептал тому Чигири. – Не-а, вообще не думал, что так получится, — отпив ликёра, Бачира удивлённо, но с искоркой глядел на пьянеющего товарища. – Но эта штука и вправду ништяк, — Мегуру повертел стакан. – Ага, как бы он ништяка не подмешал Исаги… – Всё будет нормуль! Михаэль всё стоял рядом и не собирался уходить. Он сложил руки у подбородка, оперевшись локтями о стол. Немец улыбался, изучающе наблюдая за личным весельем Исаги, который, похоже, забыл, что не один. И вот второй стакан пуст. – Ох, прошу ещё, — сказал синеволосый, не смотря в сторону бармена, а чувствуя его присутствие. – Wirst du nicht platzen, Yoichi? – Эй, не зови его по имени, так не принято, — вступился возмущённый Бачира. – Sonst was? — внимание Кайзера в миг переключилось на двух сидящих поблизости. Он пожирал их взглядом, миловидно ухмыляясь, словно сам недавно выпил, в ожидании ответа. Но его не последует, ведь никто из них не понял ни слова, а оглашать то же самое по-японски синеглазый иностранец явно не будет. Именно от осознания своего превосходства, немец якобы разочарованно цокнул, разведя руками, но больше здесь звучала победа и самоважность. Язык, всё-таки, сильнейшее оружие. – Ну вот, а говорили английский-английский, тю, — злился на себя Бачира. – Er hat nichts dagegen, oder, Yoichi? – Du machst mich wütend, halt die Klappe. Просьба на таком грубом языке, как немецкий, прозвучала ещё более грубо из уст охмелевшего Исаги, и половина людей в баре обернулась на резкую речь, даже не поняв ни слова. Бачира и Чигири изумлённо раскрыли глаза. От непонятного для них заявления их друга, сон тут же улетучился, а слова решились быть сказанными спустя несколько минут после переварения случившегося. – Исаги, может пойдём домой? — сказал Хёма. – Да, — вскочил Мегуру, – пойдём, Исаги, хватит с тебя, — парень осторожно взял его за локоть, потянув за него, намекая на направление к выходу. Никто из них не смотрел на того, по чьей вине вылетели иностранные словечки. И этот виновник не менее растерянно, но в отличие от совсем обескровленных японцев, смотрел на происходящее с нарастающей улыбкой во все белоснежные зубы. – Нет, — вырвал руку синеволосый. – Кайзер, тащи сюда мой ликёр. – Oh, oh, — Кайзер приподнял руки, улыбаясь шире. – Wie unhöflich, Yoichi, — он поставил напиток прямо перед новым знакомым, и тот, трясущейся рукой, медленно взял его. – Исаги, хватит! — хотел остановить его желтоволосый, но он не давался и делал новые глотки, пока дно не опустеет окончательно. Протяжно выдохнув, словно после задержки воздуха на долгое время, Исаги снова поставил стекло с грохотом о дерево. – Всё, Исаги, завязывай! — говорил на ухо Чигири, тоже пытаясь вытащить из азартного пьянства. – Hahah, das ist ein Egoist, ja, — задорно и язвительно посмеялся Кайзер. Эти тщетные попытки и безысходные лица очень веселили его. – Vielleicht noch ein Glas, Yoichi? — вновь наливая вишневого пойла, Михаэль, не отрываясь, смотрел горящими синими зрачками на неостанавливающегося студента. – Прекрати, он скоро завалится прямо тут! — останавливал бармена Бачира, который, по его мнению, походил на сумасшедшего. – Исаги, живи! Чигири, вызывай такси. – Я уже! — набрал номер розововолосый. На внезапную суматоху у стойки глазели пьяные зеваки, переглядываясь и насмехаясь над несмышлёнышем, не умеющем пить, и тут же отворачивались к своим кружкам, разговаривая дальше. – Wir sind Fertig, Kaiser, — еле слышно промямлил Йоичи, хватаясь за больную голову. Но адресат всё равно понял очередную неотёсанную «просьбу». – Вот немец нашёлся… — негодовал Чигири. Как он ещё может говорить на другом языке в таком состоянии? Вот что значит пазломозг. – Willst du micht? — Михаэль наклонился ближе к уху Исаги, наигранно изобразив в голосе удивление. – Nun, dann auf deine, Yoichi, — парень поднял сосуд с ликёром, предназначенный для сидящего напротив и на растерянных глазах двух друзей выпил всё содержимое. Ох, оно и вправду освежает… Да кто сказал, что на работе пить нельзя? Исаги приподнял кружащуюся голову и затуманенным взглядом осмотрел обслуживающего их весь невезучий вечер. В голове почему-то сразу всплывало: «бездарь». Дальше, кроме путаницы, ничего осмысленного. – Von dem du morgen nicht viel haben wirst, — смеялся Кайзер, ожидая любой реакции от объекта для издёвок. Почему стало так увлекательно и интересно зубоскалить над этим ни в чём не виновным парнем? – Прибью тебя, Кайзер, — угрожающе сказал синеволосый, но на деле это прозвучало вяло, что вызвало поддельный страх у «жертвы». Ему точно нужно проспаться. Но на одних словах дело не закончилось… Что-то там щёлкнуло в голове напившегося, но он со всех своих силёнок привстал с сидушки и потянулся руками через стойку, всё больше переваливаясь за неё. А добраться хотелось до назойливого немецкого бармена. Кайзер… Йоичи не совсем понимал, что делал и почему сзади с возгласами его пытаются оттащить. В голове была лишь мысль: «почему именно ты, завядшая синяя роза?» Была, но являлась ли искренней? А может, Исаги было плевать на самом деле и просто алкоголь делал своё дело? Да, точно, именно так. – Ja, jetzt gleich?! — нервно усмехался Кайзер. Такое чувство, что он себя тоже уже не мог контролировать. Да что случилось с приходом этих ребят… Только вот Михаэль помирал со скуки и не довольствовался этой и без того нудной работкой ещё больше, но очень неожиданно нашёлся повод уловить каплю веселья, так, для разбавления обстановки, и что из этого вышло? Да уж, влияние приставучего характера Кайзера даёт о себе знать. Не в первый раз он способен вывести человека из себя. Но другой вопрос: а способен ли кто-то так зацепить его? До неспособности утихомирить смех и смыть широкую сумасшедшую улыбку с лица. – Исаги! — крикнул несправляющийся с другом Бачира, пытаясь оттащить его назад. – Хватит. – Oh, wie schrecklich, Yoichi! — протяжно «вопил» Михаэль. Исаги, готовый реально механически устроить драку, всё неугомонно рыпался, да так, будто бы только что сонного и слабого парня заменили на бунтаря, полного энергии. Но вместо того, чтобы отодвинуться подальше от него, Кайзер наоборот сделал пару неспешных шагов к нему. Посчитав это отличной возможностью схватить наглого работника за волосы, синеволосый потянул ладони к ним. Замучившиеся товарищи почти смирились с началом потасовки, но не настолько, чтобы осмелиться выпустить безудержного Исаги. Им оставалось только безнадёжно вздыхать, переглядываться и смотреть, не снимает ли кто этот позор. Но думаете, Кайзер так прост? Конечно же, нет. Ему наскучит стоять, ничего не делая в такой момент. Наоборот, это чудный повод позабавиться больше. Кайзер смело и пафосно подошёл к перевешивающемуся через стойку парню и резко схватил одной рукой за волосы, тем самым подняв голову. Сильно потянув за пряди, Михаэль приблизил лицо затихшего, скорчившегося от боли Исаги. Только что пытавшиеся успокоить друга недоуменно смотрели на эту невразумительную сценку. Ох, но как же горели глаза от вида съёживающегося из-за боли японца. Рука сама сжимает синеватые мягкие локоны сильнее, и это так приятно. – От… пусти, — только и проговорил Исаги, но сделать ничего не мог. – Na ja, nein. Ich mag dein Gesicht, Yoichi, es ist so süß. Ich möchte diese absurde Maske brechen, — рассуждал Кайзер прямо в лицо Исаги. Эти слова не были секретом для окружающих, потому прозвучали громче, чем предполагалось. Но никому нет разницы в громкости. Никто никогда не узнает, что сказал парень с синей розой, помимо самого адресата. – Мерзавец… Да отпусти же ты, больно ведь, — Йоичи сжал зубы и схватился за чужое запястье обеими изнемогшими руками, пытаясь противостоять сильной хватает своей хилой. – Hah, Schwächling, — Кайзер всё-таки отпустил его, чуть ли не швырнув напавшего мальчишку прямо к его компашке и усмехнулся. – Всё, Бачира, идём! Машина подъехала! — сказал Чигири и подключился к нему на помощь. Да что за человек этот Кайзер?… Вывел Исаги на поведение, до этого не наблюдаемое ни Бачирой, ни Чигири, ни кем-либо ещё. Но опять же, вдруг это просто неумение пить? – Чтоб тебя, эгоист недоделанный! Пойдём же, отцепись от него! — наконец-то общими усилиями удалось повести ослабшего парня к выходу. – Кайзер, скотина… — ворчал тот, то и дело оборачиваясь к лицу, носящему эту несчастную фамилию. Но ребята отворачивали его голову оттуда. – Бачира, больше сюда не идём, — заявил Хёма, указывая на первоначальную, уже осознанную ошибку желтоволосого. Уйдя под взгляды случайных свидетелей, компания села в такси и уехала, оставив за собой неловкую, но тут же заполненную людскими голосами тишину. Кайзер вроде успокоился, отдышавшись. Он опёрся ладонями о поверхность и, выдохнув, устремил глаза ко входу. От не таких ух и далёких воспоминаний, парень ухмыльнулся и скрестил руки на груди. – Bis später, Yoichi, — в предвкушении и наслаждении сказал он и, хмыкнув, отвернулся выполнять своё дело. Всё то же самое, но сейчас с настроением. И из-за чего бы ему взяться? Неужели виною стал первый встречный студент по имени Йоичи Исаги? А этот малый оказался завлекательнее, больно дерзким и бесстрашным, чем кажется на первый взгляд. «Йоичи-Йоичи, что ты наделал… Зачем зажёг во мне искорку?» После странного, но необычного случая, Кайзер не мог не думать, как хорошо, что это произошло в его случайную смену. На следующий день Михаэль работал уже на своей очереди. Несмотря на то, что по-хорошему ему нужна бы компенсация в виде отменённого выходного, не говоря о сверхурочных во время отсутствия второго заболевшего, он не был против поработать ещё. С той ночки это место начало выглядеть по-другому, как-то ярче и заманчивее. А может, не только в этом дело? Кайзер отказывался от одной мысли весь день: вдруг Йоичи зайдёт снова? Сколько бы не пытался очистить голову и подумать о другом, это вставало на первое место, вызывая невольную, но нравящуюся улыбку. Кайзер протирал один стакан уже минут семь и никак не мог выйти из раздумий. Когда однотипное движение надоело, он поставил предмет на место и взял на чистку другой, точно такой же. Не поверите, но и это затянулось на столько же, пока входная дверь не отворилась. В рабочий день народу было намного меньше, поэтому зашедший человек — это что-то новенькое в понедельник. Протиравший посуду обернулся, чтобы по инерции обслужить прохожего, но кого он увидел? От неожиданности события и внезапно нахлынувших эмоций, Кайзер чуть не выронил стакан из рук. Но сил совладать с телом хватило, нежели со спокойным своим расположением. – Какая встреча, Йоичи, — ещё и на японском заговорил. На губах парня выявилась кривая ухмылка. Да что это за чувство? Михаэль подошёл к присевшему на стул новому знакомому. – Что, пришёл ещё напиться, но без своих друзей? – Заткнись, — перебил Йоичи, схватившись рукой за лоб. – Что такое, Йоичи? Выглядишь неважно, — немец язвил с наигранным удивлением и непониманием, намекая на свои вчерашние слова. – Неужели? — грубо прошипел синеволосый, хотя больше похоже на утверждение. – Всё из-за тебя. – Я виноват?! — Кайзер театрально уложил ладонь на грудь. – Ещё с похмелья не оклемался, раз не различаешь, кто из нас клоун? Исаги ничего не ответил. Он просто сидел с поникшей головой, то ли задумавшись, то ли от боли в ней. Михаэль с любопытством осматривал японца. – Университет прогулял? — спросил бармен. – Ага, если бы. Будь оно так, я бы не сидел в таком положении. – Так а зачем пришёл, м? – Пришёл… — он заколебался, но Кайзер с полуслова терпеливо ждал продолжения. – Извиниться перед тобой за вчерашнее. Немец расцвёл. Он? Извиниться? Перед ним? Хах, какой воспитанный всё-таки народ. Только несколько часов назад свирепствовал и пытался затеять драку, покрывая ругательствами, а сейчас смирно сидит, держась за побаливающую голову, но по-прежнему говоря нелюбезность в сторону иностранца. – Ну, по факту, это уже сегодня, — пожал плечами Кайзер. – А за что конкретно извиниться? – Ты издеваешься? Я тебя вчера чуть ли не прибил… Послышался громкий смех, сбивший речь Исаги. – Ты? Прибил бы меня? Ты действительно клоунишка, Йоичи, — Михаэль потрепал того по волосам, на что получил шлепок по руке. – А ты большого о себе мнения, я погляжу. Ещё с первой встречи это заметил, — Йоичи недоверчиво оглядывал злосчастное, но такое красивое лицо. Как бы не бесил новый знакомый, но грех будет не признать, что у Исаги на уме по поводу его физиономии. И как бы не хотелось признавать, но при входе в бар и встрече с Кайзером впервые, грустные мысли Исаги об упущенном выходном прервались мыслями «обалдеть, это ещё что за попугай». В хорошем смысле. Столь неординарная внешность сразу показалась привлекательной и притягивающей: длинные сине-блондовые волосы, отлично сочетающиеся с ярко-синими глазами и такого же цвета розой, кстати, довольно-таки необычной тату. Исаги в своём городе редко встречал нательные рисунки, уж тем более такую крупную. Но цветок - явно не конец данного рисунка. Он спрятан где-нибудь под одеждой, длиться лозой по всей руке и заканчивается короной. Насчёт одежды, то эта солидно-походная рубашка с чёрным накинутым на неё жилетом и тёмно-синим галстуком очень подходили ему. Этот человек в принципе выглядит, как носитель подобных костюмов и другой дорогой одежды. Что ещё выделялось, так это высокий рост. Не спорно, что высокие парни всегда считались привлекательными, а плюс такую внешность, как у Кайзера, так вообще самый обаятельный в мире. Мысли о столь вознесённой красоте являлись, потому что Исаги не считал себя писаным красавцем. Ему не потягаться с тем же Рином или Арю, Юкимией или Чигири, или вот с ним. У него самый обычный внешний вид, непримечательный, но милый и доброжелательный, что можно выделить и в его характере. Чего нельзя сказать о Кайзере… Что наружность, что внутренность — две капли воды. Ещё раз доказывает то, что не нужно сразу верить человеку по первому впечатлению. Лучше верить по второму, когда выйдут какие-нибудь изъяны, а ещё лучше, когда истинная натура выйдет наружу. – Это называется адекватная самооценка, милый Йоичи, — подмигнул он. – Нет, это называется bombastisches arschloch-syndrom, если по-твоему, — рассудил Исаги. – А может, театр одного актёра? – Ох, Йоичи, — Михаэль отошёл поставить стакан в руках, затем взяв другой. – Жизнь — это всего лишь сцена, а мы на ней всего лишь актёры. Согласись же, мне точно досталась главная роль, а ты всего второстепенный персонаж. Я уважаю своих товарищей, но только пока они не поднимутся выше меня или пока не полезны мне. Как видишь, милый Йоичи, тебя уважать мне, увы, пока что не за что. – Какая жалость, — но жалости, как таковой, в голосе не наблюдалось. – Мне тебя тоже. Какой ты мерзкий по своему же рассказу. Самому не плохо живётся с такой ношей Бога? – Не тебе, недоросль, меня обучать морали. А твоё уважение, — парень, подойдя к синеволосому, ухмыльнулся и ухватил того за подбородок, – мне ни к чему. – Гадкий, свали нахрен, — студент злобно откинул его руку, отвернувшись, что вызвало смешок со стороны «обидчика». Так как этот стакан последний на какой-то очереди, а народу для хардкорной работы нет, Михаэль нашёл пульт от телевизора и направил его к технике. Исаги заметил картинки на экране, хотя до этого их не было, и понял, в чём дело. На мониторе то появлялись, то сразу же исчезали разного цвета изображения, потому что пальцы владельца пульта ловко переключали каналы в поисках нужного. Наконец, перед глазами появился спортивный канал, где футбольные команды готовились к выходу на поле. Вот это начинало заинтересовывать Йоичи. – Хорош дуться, — неожиданно, рядом послышался ободряющий голос, выведший из размышлений и радости наконец ненадолго расслабиться . – Сейчас Бастард против Барчи будут играть. Футбол вообще смотришь? Такой лёгкий вопрос, на который можно было бы просто ответить «да», но на очевидные вопросы, как правило, хочется сказать куда больше… – Конечно, смотрю, — Исаги быстро развернулся к собеседнику, посмотрев на него загоревшимися от одного только слова «футбол» глазами. Это-то сияние не ускользнуло от острого зрения немца, потому даже удивила и обескуражила на мгновение. Этот парень так сильно любит этот спорт? – Я с четырёх лет этим занимаюсь и слежу за всеми матчами. Футбол — моё всё. И почти все мои друзья тоже футболисты. С четырёх лет? Интересно-интересно… Вот бы сыграть с ним разок и узнать годность на поле. – Неплохо-неплохо. За кого болеешь: за Бастард или Барчу? — спросил Кайзер. – За Бастард, конечно же! Это мой любимый клуб, потому что… – Ноэль Ноа, — закончил с довольной улыбкой Михаэль. – Знаю. – Да… А ты тоже за Бастард? – Ага. Болею за Отечество. – Ах да, ты же иностранец. Но тебе же нравится эта команда? – Всё, Йоичи, хватит болтать, — отмахнулся немец и прибавил звук. – Смотри давай и наслаждайся нашей игрой. Сейчас на раз два эту Барчу.

***

Просмотр матча затянулся надолго, но мучением он не казался. Оба парня обсуждали игру и тактики, возмущались пропущенными голами, радовались за вырванный мяч или чуть ли не орали на весь зал, когда их команда забивала или вытворяла что-то классное. Йоичи знал, что разбирается в футболе, но знания Кайзера его очень впечатлили. Он рассказывал гораздо больше и в общем о мире футбола, и о Бастард Мюнхене, и о Барче тоже, словно читал эти команды. Исаги всё время хотел спросить: откуда у него информация, которой в дополнительных источниках никогда не было? Но так и не сделал этого, списав всё на гигантское фанатство. В любом случае, Кайзера слушать было интереснее всего, чем кого-либо из знакомых. А главное в каком завлекательном виде и с какой интонацией преподносит: со своей обыденной, местами серьёзной или шутливой, а если Исаги что-то не поймёт и спросит, спокойно пояснит, но перед этим не в обиду назовёт его глупеньким. Что если вообще не стоит верить впечатлениям, а узнать человека в разговоре? Сам же Михаэль во время диалога словно получал успокоение и лёгкость, а самое важное жажду учавствовать в обсуждении. С кем бы из своего нескромного круга не общался, всегда нагоняло скуку: куча оживлённых предложений о надоедливой учёбе, согласование планов на выходные или после пар, даже сплетни пролетают мимо ушей каждый день, которые желания слушать нет от слова совсем. Всё это так не нравится, но от людей не отвязаться, сколько бы не пытался уйти в одиночку. Может, поэтому Кайзер устроился сюда? Чтобы сбежать от невыносимых сверстников? Но, как видите, они и тут до тебя доберутся, зато после ухода сильно мотивируют работать. Но с этим синеволосым пареньком не было занудно. Несмотря на то, как они совсем недавно познакомились, что вытворили друг с другом и как надменно разговаривают, Кайзеру нравилось. Эта простота, эта душевная любовь к своему делу, эта невинность и приветливость так цепляли насмешливую и гордую личность немца. Йоичи не лицемерил, а говорил всё, что думает прямо. Честность и дерзость — вот что ещё не могло не зацепить. Общие интересы сближают людей также, как и общая беда объединяет их. – Барча отстаёт, — посмотрел на счёт Исаги. – А должно быть по-другому? – Что он делает? — не понял Йоичи, увидев проделки парня с пушистыми фиолетовыми волосами. – Не дрожи, у Несса всё под контролем, — улыбчиво наблюдал за движениями Михаэль. Несса? Это его имя? Но откуда он знает? Снова не задав ни единого вопроса, японец лишь отвёл непонятливый взгляд в сторону экрана. – И… Нападающий Бастард Мюнхена забивает решающий гол в свою пользу! — объявил комментатор, и немецкая команда громко закричала вместе со своими болельщиками. – Во дают! Круто! Видал, а? — обернулся Исаги, широко улыбаясь. – Да-да, молодцы. Хорошо же моя тактика сработала, — так незаметно похвалил себя Кайзер и убавил звук. Его тактика? Да что он несёт всё время? – Кхм, Кайзер, ты мне так и не ответил, — начал синеволосый. – Я же тебе говорил, можешь звать просто Михаэль. – Тебе нравится эта команда? — решив не реагировать на замечание, сразу перешёл к делу. – Это так важно? – Хочу знать твоё мнение. – Да. Доволен? – А почему? – Как много вопросов на трезвую голову, Йоичи. – Выпей, буду спрашивать на хмельную. Тебе так сложно ответить? Или стесняешься? – Зато ты трезвонишь о любви к Ноа, не смущаясь, — поддел его парень, на что сидящий напротив отвёл взгляд. – Скажу тебе прямо и без возможных надежд, что это не из-за любви к лучшему мировому игроку. Чего? За что-то ещё можно любить Бастард? Значит, Исаги очень ограничен в этом деле, раз так думал? – Так и… в чём дело? – Потому что это моя команда, Йоичи, — спокойная и уверенная ухмылка заиграла на губах иностранца, а синие глаза, выражающие безмятежность, властно сверкнули. Его команда? Стоп-стоп, что это значит? Это же розыгрыш? Вполне может быть в его стиле. – В смысле твоя команда? Ты же шутишь, да? – Никаких шуток, Йоичи. Я всего лишь говорю факт, — как ни в чём не бывало пожал он плечами. – Да скажи же уже нормально! — Йоичи хотел узнать о нём всё, но не хотел догадываться и слушать его таинственные «факты». – Я, Михаэль Кайзер, капитан команды Бастард Мюнхен, их основной и лучший нападающий, плеймейкер, игрок, известный метавиденьем, так называемым «Импактом Кайзера», ученик Ноэля Ноа. У Исаги глаза чуть не выпали. Всё сказанное — правда?! Нет, невозможно… Но что если так? Это же упасть не встать как достойно! Так, как всегда казалось японцу, недостижимо, избранно. И перечисленное имеет он? – Йоичи, чего завис? — обычным своим голосом спросил Кайзер. В нём после такой речи не находилось ни капли беспокойства. Будто и не раскрыл он свою основную, получше бармена, деятельность. – Не надо так на меня смотреть. Дыра же будет. Но у Исаги в голове не укладывалось. Как, почему, что за брехня, какого чёрта? Вдруг, перед глазами пощёлкали пальцами, приводя в реальность. – Чему ты так удивлён, Йоичи? – Чему удивлён?! Ты издеваешься?! – Вроде всё как всегда. – Как ты можешь быть их членом?! – А что, не похож? Я же тебе говорил, Йоичи, что мне досталась главная роль на этой сцене. Я постановщик и режиссёр, я решаю, кто в какой роли будет для главного героя, строю их суть и смысл существования. Я идеал команды, обогнавший своего наставника Ноэля Ноа. Я король на поле, приносящий победы своему войску. Ясно, Йоичи? Обалдеть, так этот парень вообще никого ни во что не ставит? Что значит обогнал Ноа? Нереально! Ложь! Но почему Исаги так не хочет верить его словам? Кайзер так не нравится ему? – Ты наглый лжец. – Пф, довольно, Йоичи. Может тебе доказательства ещё преподнести? – Было бы неплохо. – Тц, тебя не учили, что людям нужно доверять, — сказал Михаэль, доставая из кармана телефон. Полистав в нём что-то, он повернул устройство к вопрошающему. – На смотри. Листай вправо. Исаги листал фотки, почти по минуте всматриваясь в каждую. Это были изображения молодой команды Бастарда, отдельные моменты с соревнований, совместные фото с другими известными командами и их виртуозными мировыми тренерами. Попадалась фотка с тем самым Нессом и самим Кайзером с именной формой под номером десять. Разные города, разные поля, но всё время золотые или серебряные медали со внушающих размеров кубком. Нашлись эпичные моменты с прямых эфиров, завораживающие глаз своей техникой и красотой. Есть в том числе фото со стороны, как Кайзер после игры даёт интервью или общается с фанатками, подписывая им что-то. Каждой из них хотелось получить автограф не столько Михаэля Кайзера футболиста, сколько Михаэля Кайзера видного красавца и дамского угодника. Исаги увидел достаточно, чтобы поверить ему. – И не надоедает же популярность? — с неловкой улыбкой спросил Йоичи, выключая телефон. – Я впервые буду честен в этой теме только с тобой, — Михаэль водил пальцем по столу, опустив голову. – Надоедает. Не пойми меня неправильно, это классно, когда тебя знает и уважает много людей, когда ценят твой талант и восхищаются тобой. Но когда фанатство перерастает в одержимость, так жить невыносимо. Думаю, ты понимаешь, про что я. В такие моменты хочу стать похожим на такого, как ты: обычного человека. Хах, мне даже в студенческой жизни покоя не дают. Как же достали меня… — Кайзер стиснул зубы покрепче. Эти угнетающие мысли давали желание руке взять стакан и со всей силы разбить о пол. Мрачность и тоска в лице вечно ухмыляющегося и издевающегося Кайзера взбудоражила Йоичи. Ого, и такое он испытывает? А может и нет никакого возвышения себя? Исаги не совсем знал, что сказать в такой ситуации. Доселе не дружил он со звёздами, поэтому не мог знать, что у них на душе. Но синеволосый точно понимал, что этого парня нужно утешать, не изменяя его первоначальному поведению. – Ну и чего ты разнылся? — сказал Исаги. На такое начало Михаэль изогнул бровь, посмотрев в серьёзное, но проницательное лицо японца. – Если хочешь, разбей посуду, я же вижу, что ты хочешь, только взбодрись. Мне не нравится такое твоё расположение. – С дубу рухнул, Йоичи? — от его слов Кайзер снова начал улыбаться. – А потом платить, ага, спасибо, потерплю. – Не знаю, хочешь, разбей моё лицо, если тебе станет легче. За него платить не надо, — после «заманчивого» предложения, Исаги пожалел о нём. – Что на тебя нашло? – Не хочу, чтобы такой, как ты грустил. Лучше поясничай и насмехайся над другими, как ты и любишь. Откровенно говоря, я не смогу поддержать тебя, как надо, потому что ты всё верно сказал: я обычный парень, не способный до конца понять вторую жизнь, но можешь высказываться. От этого тоже не менее легко становится. Пока паренёк говорил, с каждой новой репликой Кайзер расцветал, будто бы его тело наполняли величайшей жизненной, освежающей энергией. Ему ещё никто не говорил похожего. Почему? Наверное, потому что Кайзер крутился среди таких же двуличных людей, как он, не способных понять самих себя. Но Исаги простой, нашедший себя в жизни, стремящийся к чему-то определённому, живущий, как все. Скромность, по-видимому, череда неудач, подъёмы после падений — всё сформировало его самого, научило мыслить в трудных жизненных ситуациях. Доброта… Он хочет помочь другим, какими бы те не оказались. Может как раз у него нет маски? – Если хочешь, можешь делиться накопившимся со мной… Михаэль, — произнеся новое для себя имя, Исаги слегка покрылся румянцем и нахмурил брови, отведя синие зрачки. – Что ты сейчас сказал? — внутри Кайзера кипели удивления и неизвестное счастье, но спросил он так, как будто не услышал. – Дурень. Говорю, можешь делиться со мной чем захочешь… – А дальше? – Что дальше? – Как ты меня назвал? – Дурень. – Тц, да не про это я! До этого. – Отстань от меня, синий бутон. – Тебе жарко? – С чего бы? Тут вентиляторы же. – Тогда почему покраснел? Парень схватился за щёки, спрятав их под смех Кайзера. – Чё ты ржёшь?! – Ничего-ничего. Просто ты такой забавный, Йоичи, — Михаэль окинул синеволосого мечтательным взглядом, мягко потрепав по волосам. На этот раз Исаги не откинул руку, хотя думал. – Стесняшка Йоичи. – В отличие от тебя, у меня получилось снять твою абсурдную маску, — дерзко улыбнулся Исаги. – Ой-ой, не льсти себе, — он лукаво улыбнулся. Йоичи глянул на часы. – Ничего себе, мне уже пора, — сказал он, встав со стула. – Ты до утра работаешь? – Ну. Домашку сделал, а, Йоичи? – В том-то и дело, что нет! А у тебя полно свободного времени, раз всё успеваешь? – У меня не завал. Я выбрал профессию по своим силам, лишь бы отучиться. A мог бы в принципе этого не делать, если бы не Ноа. – Он тебе сказал продолжить учёбу? – Ага. Доучусь и улечу обратно в Германию, снова тащить в футболе. – А… Жаль, что покинешь нас. – Хах, правда? Не кисни, пока я тут, можем переодически встречаться. Номер свой дашь? – Оу, да, почему бы и нет? – Всё, до встречи, — сказал Кайзер после обмена. – Приходи выпивать сюда почаще, Йоичи, — кричал он тому вслед. – Да иди ты, Михаэль! – Хахах, смотри не потеряйся по дороге! Исаги улыбнулся, и на этом сегодняшняя их встреча закончилась. Одна из самых приятных и лёгких сердцу. Интересный парень, этот Йоичи Исаги. Михаэль снова улыбнулся, тепло, самому себе, смотря на выход. Нет, всё же хорошо тут работать. Можно посмотреть на это место и занятие в нём под другим углом, и уже не кажутся они такими серыми. Как только ты это сделаешь, прибавляются краски. Их становится ещё больше, когда именно тут можешь поговорить с хорошим для тебя человеком. Кайзеру не за что уважать Исаги? Когда это было? Михаэль уважает его. Просто за то, что он появился в его жизни и неважно каким образом. Уважает за то, что выслушал его и поговорил с ним, постремился понять и поддержать. За то, что ненадолго снял абсурдную маску с него. – Как хорошо, что в мою смену.