жопа пушистая, непушистая и просто человек рядом

      — рыбка, где твоя пушистая жопа?       — неужели ты так давно не видела мою задницу, что она успела зарасти шерстью без твоего светлейшего внимания?       — тьфу на тебя, иккинг! — астрид поперхнулась смешком и кофе. — беззубик где?       иккинг смиренно пожал плечами.       этот вопрос они задавали по сто раз на дню, иногда друг другу, иногда пространству под диваном и за шкафом, а иногда и самой вселенной. исправно тыгыдыкающий по ночам беззубик, превращающийся в настоящую фурию с наступлением тьмы, днём был тих и почти незаметен. о его присутствии можно было судить только по тарахтению всяческих кошачьих игрушек под кроватью и уменьшению уровня корма в миске, а так кот был самым настоящим ниндзя 80-го уровня.       — иккинг, — укоряющим голосом, припасённым специально для таких случаев, позвала его астрид. — найди мне эту мохнатую подстилку.       — зачем?       — нервничаю я, вот зачем!       иккинг кивнул.       беззубик работал на полставки антистрессом, но иногда стресса было так много, что кошак не справлялся и принимался злостно уклоняться от своих обязанностей успокоительного средства. его ловили и возвращали обратно, где наглаживали и вычёсывали с ещё большим усердием и любовью.       на кухне тем временем открылся кран и в раковину тоненькой струйкой потекла вода — квартира была старая, с полусгоревшей проводкой и ужасным напором воды — в общем, канонная студенческая. звонко зацокали кольца астрид о стеклянные стенки чашки, отмываемой от кофейной гущи.       иккинг оторвался от учебника по аэронавигации, аккуратно отложил его в сторону, помня по своему опыту, как институтская библиотекарша терроризировала студентов, заляпавших или порвавших страницы… скорбно вздохнул по своей безвременно почившей спине и громко, на всю квартиру, хрустнул шеей.       — иккинг, рыбка, ну не делай так, — тут же послышался страдальческий стон астрид, ненавидевшей звуки, которые издавал её задеревеневший из-за сидения в одной позе парень. — пожалуйста!       — ммм.       иккинг откинул голову на подлокотник и потёр усталые глаза. слишком долго он фокусировался на убористом шрифте чересчур занудной книженции, пытаясь вникнуть в написанное.       остановился поток воды на кухне, оставив после себя противное покапывание по какой-то металлической посудине — кастрюле, что ли?       иккинг представил, как астрид скользит в своих белых пушистых тапках, подаренных на окончание прошлой сессии с намёком «если и помирать, то только в белых тапочках», возвращается к раковине и раздраженно отодвигает кастрюлю, чтобы не капало на мозги. потирает лоб в рассеянности и желании облегчить натужное сверление боли в висках после напряженной подготовки к первому экзамену. решает поставить чайник. пытается сесть на табуретку, вытащив её из-под стола не глядя, одной ногой, но с оглушительным грохотом роняет.       — уй, ёпрст!       ставит стул нормально и покаянно хлопает себя по лбу, замечая наконец, что забыла включить конфорку. в стенку возмущённо затарабанили соседи, намекая на превосходную слышимость и недовольство по поводу слишком громкого уничтожения мебели.       впрочем, эти должны были уже давно привыкнуть — астрид не удерживает этот стул в девяти случаях из десяти.       — по голове себе постучите, придурки, — недовольно откликается астрид. потом вспоминает, что к кофе у них ничего нет — всё было незаметно сожрано во время ночных бдений над билетами и конспектами, и с досадливым вздохом снова встает.       сейчас выглянет из кухни, чтобы спросить, нужно ли что-нибудь иккингу, а когда тот вяло пожмёт плечами, оторвет от висящего на холодильнике специально для таких целей блокнота листок и примется за список нужных продуктов, задумчиво пожёвывая ручку.       чайник засвистел тяжело, с болезненным скрежетом и придыханием. он тоже был старым, привезенным из отцовского дома ещё на первом курсе, но пока что всё ещё коптил небо.       точнее, потолок.       иккинг потопал на кухню, забыв собственные тапочки под диваном, но не забыв выудить оттуда же беззубика, вытянувшегося в его руках и обречённо мякнувшего. астрид уже разливала кофе по их любимым чашкам: иккингу с нарисованной рыбиной, себе — с надписью «хрен меня сломишь, жизнь хороша». иккинг подарил на первую годовщину отношений, зная, что любая другая «сопливая» цитатка про любовь полетит ему прямиком в голову.       не от злости, что вы, совсем нет.       от смущения, которое астрид привыкла прятать за маской наглости и цинизма. причем так хорошо прятать, что уже и сама не могла найти себя настоящую, понять, кто она на самом деле. и открыть дверцу к своему нежному, уязвимому сердцу астрид смогла только лишь благодаря терпению и безусловной любви иккинга, который помог ей вспомнить, кто она такая.       — на, держи, мучай этого разбойника, — иккинг дождался, когда астрид сядет, и всунул ей в руки повисшего пушистой колбасой беззубика, смиренно сносящего тут же начавшиеся поглаживания и почесушки.       — как твоя подготовка, душа моя?       — хуже некуда.       — а экзамен когда?       — послезавтра.       иккинг многозначительно хмыкнул, скосил взгляд на руки астрид, нервно перебирающие шерсть кота, и потянулся к ней, чтобы ласково поцеловать в нос и заправить за ухо выпавший из причёски непослушный локон.       — ничего, выживем, — убежденно кивнул иккинг. — выучим, справимся. только нужно будет перерыв устроить, чтобы мозги совсем квадратные не стали. воздухом сходить подышать.       — тогда… прогуляемся за продуктами? — тонкие, заляпанные чернилами, пальцы астрид замедлились. беззубик даже поднял голову с её колен и рискнул мягко лизнуть дрогнувшие от неожиданности руки, напрочь запутавшие его шерсть.       — прогуляемся за продуктами, — подтвердил иккинг. — ага.       ему хотелось улыбнуться человеку, которого он знал от и до. который потащит его в близлежащий магазинчик за углом, потому что «в холодильнике не то что мышь повесилась, а даже таракан отравился прошлогодним йогуртом» и который втолкнёт его в душ первым, чтобы ему не пришлось мыться холодной водой.       человеку, который с полной уверенностью скажет: «ты сдашь, не сомневайся, рыбка» и предложит отметить, заказав суши и посмотрев давно откладываемый фильм.       — чего пялишься, рыбка? — покрывающаяся нежным румянцем астрид вторила мыслям иккинга и вызывала непреодолимое желание зацеловать её всю, с ног до головы.       — любуюсь тобой, душа моя, — иккинг всё-таки улыбнулся ей. — и думаю… если бы был такой предмет: астридоведение, я бы сто процентов сдал его на отлично.       — везёт тебе, рыбка. мне бы за знание тебя поставили максимум удовлетворительно.       — не скромничай. ты изучила меня от марки моих любимых боксёров до самой заветной мечты. сдала бы, зуб даю.       — ну… если бы преподавателем, принимающим зачёт, был бы ты, — астрид улыбнулась тоже, только по-другому: хитро, соблазнительно, обнажив милый остренький клычок, от вида которого у иккинга всегда срывало крышу. — я бы…       она приспустила с худого плеча лямку чересчур большой для неё майки и иккинг кинулся вперед, отбирая сонно взмявкнувшего беззубика и прикрывая ему глаза.       чашка с кофе, задевая локтем, опасно зашаталась, но устояла.       — как тебе не стыдно, прямо перед ребёнком! — тоном мамаши, увидевшей, как подростки целуются напротив детской площадки, портя психику её сынуле, занятому исключительно надеванием ведёрка на голову такому же двухлетке, воскликнул иккинг. — прямо перед моим салатом!       астрид, поперхнувшись от неожиданности, моргнула раз, другой. а спустя секунду неловкой паузы внезапно расхохоталась. её звонкому смеху вторило фырканье закатившего глаза на самого себя иккинга и непонимающее мяуканье беззубика.       — вот как тебя назвать, а? — всё ещё посмеиваясь, спросила астрид и мимоходом стукнула в стенку в ответ на морзянку соседей, недовольных их бурным весельем.       — а что, «рыбка» уже не котируется?       — после такого — нет!       — ну, раз беззубик у нас жопа пушистая, я буду непушистой.       — а кем тогда буду я в нашей семейке ненормальных? — глаза астрид сияли.       — ты? хм… — иккинг деланно задумался и, не выдержав, широко улыбнулся. — ты просто человек рядом.       — просто человек? — астрид фыркнула. — ну хоть не третья задница в вашу компанию.       — действительно, у тебя статус-то повыше нашего, — кивнул иккинг, аккуратно спустил беззубика с колен и встал.       а потом быстро развернулся, обнял астрид со спины и шепнул на маленькое ушко, прижавшись щекой к щеке:       — ты просто человек, которого я люблю.