Звёзды на твоём лице.

Мне надо учиться не любить тебя больше. Без учебников и репетиторов. Опять промолчишь, и утопишь.

Смена прошла, мягко говоря, не очень. Управляющий приставил Феликса к Хёнджину, как наставника, потому что первый был одним из самых лучших и востребованных хостов, эта ситуация заставляла сердце младшего колотиться, как бешеное, будто оно вот-вот выпрыгнет. Это всё означало лишь то, что какое-то время ему придется находится рядом со старым другом, чтобы он не натворил каких-то бед. А ведь он может. Ликс с самого начала их знакомства заметил некую неуклюжесть Хвана. Яркая, позитивная музыка раздаётся со всех колонок. И если раньше эта музыка каким-то образом успокаивала, то сейчас лишь заставляла сердце биться чаще, отбивая громким звуком в голове. Улыбка на лице старшего не сходила с лица весь этот вечер, он хорошо справлялся с работой хоста, кроме того, что он пару раз чуть не разбил несколько бокалов, но Ликс вовремя подоспел предотвратить маленькую катастрофу. Неизвестно, насколько ещё хватит младшему сил на «обучение» Джинни. Вечер закончился очередной попыткой Хёнджина поговорить с Ёнбоком, но всё тщетно, ведь он ловко увиливает от диалога, ссылаясь на работу и куда-то убегает, хотя его смена уже закончилась. В кармане джинс старшего всё ещё находился тот самый браслет, а на руке идентичный, но другого цвета. —ничего, Ликси~и, долго ты убегать не сможешь,—на лице Хвана появилась грустная улыбка, которая выражала лишь боль и недопонимание. Он просто-напросто не мог понять, почему Ликс постоянно пытается сбежать от разговора, не убьёт же его Хёнджин? В нём борется непонимание, злость и обида за то, что ему ничего не сказали. Ни слова. Он даже не верит в происходящее, думая, что все это сон или какая-то сказка, но не хочется, чтобы этот сон все-таки заканчивался. Феликс вновь увильнул от разговора, сославшись на работу, хотя сам, даже не переодевшись, схватил свои вещи из шкафчика и убежал куда-то прочь. Возвращаться в квартиру абсолютно не хотелось, ведь завтра наконец-то выходной от учебы и это означало лишь то, что снова он проведет весь этот день в тишине, прямо до его рабочей смены. А там уже будет человек, который на данный момент доставляет много неудобств, заставляя сердце младшего биться со скоростью смены. Ему абсолютно это не нравилось. Он не хотел разговаривать с ним о случившимся именно сейчас. Он лучше воткнет в себя нож, чем поговорил с Хёнджином. Ведь он боится, что тот его никогда больше не простит. Ночной город создавал больше шума, чем дневной. Конечно, ночь с пятницы на субботу, кто будет сидеть дома и спать, если можно пойти повеселиться с друзьями. Все эти мысли навевали глубокие воспоминания о прошлом, где они с Джинни постоянно гуляли до самого утра, где старший считал, ненавистные второму веснушки и сравнивал их со звёздами. *** —Ты знал, что на твоём лице звёзды, Ликси~и?—мальчик постарше аккуратно дотронулся до щеки парня, усыпанной веснушками. Хёнджин разглядывал эти самые веснушки, составляя разные созвездия в своей голове. Он смотрел на младшего с такой нежностью, которая не снилась никому. Они любили друг друга, по-дружески. На руках висело два браслетика с половинками сердечек на них, что иногда магнитились и соприкасались вместе, составляя одно единое сердце. Младший будто не дышал, чувствуя нежное прикосновение к своей коже, немного щекотно, до мурашек приятно. Никто не ценил его веснушки настолько, насколько Хван. И сам Феликс их безумно ненавидит, ведь считал их какими-то пятнами на своем лице. Они оба этнически были корейцами, но Ликс родился в Австралии, а Джинни переехал сюда с родителями, когда ему не было ещё и двух лет. Старший никогда не видел корейца с веснушками, а тут встретил человека, который скрасил его серую жизнь, одним лишь своим присутствием, а всё его лицо было усыпано звёздами - веснушками. *** Подняв голову на звёздное небо, в мыслях сразу всплывают остатки воспоминаний о жизни в Сиднее. На глазах появляются слёзы, ведь всё это время он чувствовал глубокую вину перед старшим. Он буквально его бросил, ничего не сказав. Но иначе было невозможно, ведь он больше не житель Австралии и никогда туда не вернётся, никогда не вернется в тот самый дом, где провел свое детство, не вернется на те улицы, где проводил свободное время, это всё слишком плохо скажется на его, и без этого, плохом ментальном состоянии, он просто не сможет увидеть всё, что было до трагедии. Ему было очень больно покидать родной сердцу город, родных людей, а в особенности Хёнджина. Первое время, после переезда, он даже не ел, потому что ему было слишком плохо от мысли, что они больше никогда не встретятся. С любой болью можно жить, даже с самой невыносимой, нужно лишь к ней привыкнуть. Но он не привык. Каждый его день был наполнен мыслями о человеке, об одном лишь человеке - о Хван Хёнджине. И после их неожиданной встречи, после того, как Феликс стал «наставником» старшего, эти мысли лишь усилились. Он не мог перестать думать о том, кого сам же и бросил несколько лет назад. А ещё о том, что Джинни стал лишь красивее со временем. Его черты лица заострились, тело приобрело более грубую форму, слегка подкаченные руки и ноги, черные, как смоль, глаза…образ не выходил из головы ни на минуту, он съедал Ликса полностью изнутри, от головы и до пят.

Он любил его так сильно, что звёзды тихо плакали от того, как он смотрел, не на них, а на него.

Хёнджин вышел из клуба, крутя на двух пальцах тот самый браслет, он разглядывал половинку серебряного сердца и изредка соединял со своей, такое же сердце, но черного цвета, непроизвольно улыбаясь до ушей. Он вспоминал лицо, усыпанное, по его мнению, звездами - веснушками. Он хотел наконец дотронуться вновь до его лица, обвести каждую веснушку, но понимал что просто не может. Хван остановился, увидев не так далеко знакомый силуэт, что завороженно смотрит на небо. И он тоже поднял взгляд ввысь. Перед ним растиралось бесконечное звездное небо, настолько завораживающее и..холодное. В голове сразу выстроился силуэт со звездами на лице. Опустив голову обратно, парень пошел к тому самому, что все ещё не спускал взгляд со звёзд. Феликс, что все это время стоял как вкопанный, подняв голову вверх, услышал сзади приближающиеся шаги, а позже и то, как его плечо резко, но нежно сжали. Обернувшись, младший увидел перед собой все ещё Хенджина. Он появляется из неоткуда именно в тот момент, когда это не совсем нужно. В уголках глаз мелькают солёные кристаллики, что вот-вот и покатятся по веснусчатым щекам. —Больше не убежишь, Ликси~и,—это звучит, как какая-то угроза, но вовсе не так. Старший не хочет, чтобы тот убегал от разговора в четвертый раз за этот день. Он смотрит на собеседника с легкой обидой в глазах цвета смоли, он слишком хочет поговорить со своим солнечным мальчиком. Или уже не своим? Кто знает этого Феликса..если он так легко смог оставить Джинни одного, на произвол судьбы, может, он уже и не его маленькое солнце. Взгляд наполненный непонимания. В ушах удушающая тишина между этими двумя отзывается звоном или каким-то писком. Не до конца понятно. —Зачем..я тебе?—резкий вопрос повторяется в голове Хёнджина несколько раз. Зачем Ликс ему? Да он бы с радостью отказался от этой щемящей в груди боли, но не может! Глаза старшего наполнились какой-то ненавистью, захотелось спустить всю злость, всю обиду, что таилась в его душе все эти годы. Хотелось рассказать, как ему было тяжело без его солнца, что грело его душу на протяжении стольких лет до из разлучения. —Не думаешь, что нам нужно поговорить?—уже с некой злобой проговаривает хён, брови сводятся к переносице, ресницы начинают подрагивать, а сам он скорчился в какой-то непонятной гримасе. Нет Феликс не думает. Точнее..не сейчас. Он еще не готов. Капельки слёз быстро начинают скатываться по его щекам. Бесконтрольно. Джину так хочется его сейчас обнять и прижать к себе, успокоить и сказать что он не злится, но из-за его гордости - не может. Все происходит слишком быстро, для его понимания. Пока старший немного ослабил бдительность, Ёнбок быстро стряхивает руку старшего со своего плеча и срывается с места. Все происходит слишком быстро. Слишком. Он не хочет сейчас никаких разговоров. Ему нужно смириться с тем, что может происходить дальше. Ком подкатывает к горлу мгновенно, хоть он и убежал достаточно далеко от Хвана. Остановившись у какого-то круглосуточного магазина, Феликс пытался отдышаться. Мысли полностью путались, а эта ситуация никак не выходила из головы, также как и образ Хёнджина. Пульс дико отбивает в висках, а накатывающая истерика давит сильне, чем раньше. На улице стало тише, намного тише, будто он убежал в какую-то глушь, где нет ничего, кроме тишины, успокоения. Некую идиллию прерывает вибрация в заднем кармане брюк. С осторожностью взяв телефон в руки, он увидел неизвестный номер. Возможно, Джисон снова потерял где-то свой телефон и его нужно срочно откуда-то вытаскивать. Поднеся телефон к уху, Ликс ответил на звонок. Из трубки сразу послышалось какое-то мычание, а затем еле разборчивые слова. В голове сразу появляется картинка и образ этого человека. Дядя. —Ну и когда ты вернешься домой?..—протягивает явно пьяный дядя с другой стороны телефона. Истерика накатывает с новой силой, будто он сейчас будет рвать и метать на месте, не разбирая предметов, людей, своих действий. Хочется кричать, просто выть от этого несчастного голоса. Его бы воля - он никогда не встречался с этим человеком. Ни-ког-да. Абсолютно. —Я не вернусь! Это место - не мой дом!—срывается Феликс, огрызаясь на единственного родного, если можно так сказать, человека. —Ты вернёшься сегодня же и я наконец начну воспитывать тебя так, как нужно, неблагодарная тварь!—пьяный голос врывается на крик, оглушая парня на одно ухо. Слишком поздно он вспохватился о воспитании, когда Ёнбоку уже 18, он работает и учится в университете. Он никогда не вернется в это место, что сделало из его жизни сплошной, кромешный ад, откуда и выбраться невозможно. Он знает, что дяде тоже плохо, он потерял сначала сестру, потом и жену, причем в похожих ситуациях - автомобильные аварии. Но почему-то Ликс не спился, в отличие от него, хотя потерял родную мать и тётю. Они всегда относились к нему хорошо, с особой теплотой в действиях и словах, они принимали его любым, главное таким, какой он есть. Но его жизнь вновь приобрела новые обороты, когда произошла ещё одна трагедия. Слёзы стали течь по щекам, не прекращаясь. Хотелось спрятаться куда-нибудь от всего мира и больше никогда не показываться. Без лишних раздумий и слов Феликс блокирует номер своего дяди и направляется в сторону своей квартиры. Слишком много произошло за этот день, он слишком устал от происходящего. Квартира встречает той же удушающей тишиной. Хочется блевать от этого, безумно тошнит. На учёбе завтра выходной, а вот на работе..нет. Ему снова придется столкнуться с Хёнджином, что не оставляет попытки поговорить. На часах уже перевалило за час ночи, глаза, что недавно слезились, уже не выражают никаких особых эмоций и вот-вот сомкнуться. Веки до ужаса тяжёлые. Парень быстро переодевается в домашнюю одежду, с горем пополам складывает рабочую форму и с ног валится на кровать. Этот день он не забудет никогда. Несмотря на сильную усталость и желание поскорее уснуть, сон так и не приходит. Парень листает ленту соцсетей и пытается обдумать то, что произошло за весь день. Мысли о Хёнджине съедают целиком, поглощают и без того запутанное сознание. Идиллию, если её можно таковой назвать, ночных посиделок Феликса прерывает входящее сообщение. Неизвестный. Unknown: Не спится? Брови сразу сводятся к переносице, не понимая кто это и что ему нужно. Lee Felix: Кто ты? Зачем ты мне пишешь? Unknown: Что? Совсем не понимаешь? Выгляни в окно) Ликс скорчился в недоверчивой гримасе, но все-таки встал с кровати и подошёл к окно, там на асфальте белым мелом было написано «Пидор, выходи!», а рядом стоял Джисон с каким-то человеком рядом, что не поднимал головы, будто бы асфальт усыпан какими-то алмазами, так интересно да.. Lee Felix: Джисон, ты ебанутый? Два часа ночи на дворе, что тебе нужно? Unknown: Выходи, прогуляемся) Глубоко вздохнув, Ликс отошёл от окна и пошел к шкафу. Он выбрал очередную чёрную толстовку, джинсы и кепку, будто бы на улице +30°С и шпарит солнце. Прихватив с собой телефон и ключи, он вышел на улицу. Там его с распрастертыми объятиями уже ожидал Джисон и тот самый парень, который клевал носом в асфальт под собой. Мысли путались при взгляде на этого незнакомца, что будто боялся поднять взгляд на светловолосого, или не совсем незнакомца. Несмотря на это, парень перестал обращать внимание на третьего, до того, как он поднял взгляд, устремившийся на Феликса.