Береги в себе человека

      Очередное утро началось под звук будильника. Приложив палец к экрану и вновь оказавшись в тишине, Даша устало откинулась на подушку и уставилась в потолок. Последнее время жизнь стала напоминать день сурка: ранний подъем, завтрак, поездка до работы, бесконечные тренировки, вечерние индивидуалки, а после — еще и собственные курсы повешения квалификации. В таком бешеном ритме времени не хватало даже на то, чтобы элементарно приготовить вкусный ужин, не говоря уже о свиданиях с противоположным полом. Интересно, и как только Виноградов умудряется встречаться с другими девушками?       Понимая, что мысли вновь вернулись к главному тренеру, Одинцова закрыла лицо руками и громко закричала. Выплеснув все негативные эмоции, она все же нашла в себе силы на то, чтобы подняться с кровати. Решив, что за кофе и хлопьями можно будет посмотреть новости, девушка нажала кнопку на маленьком пульте. Она намеревалась на время отлучиться в ванную, но голос, зазвучавший из динамиков, заставил ее остановиться и сосредоточить внимание на голубом экране.       — Безусловно, для нашего клуба предстоящее первенство является приоритетом, — было весьма удивительно, что Артакова решила дать интервью журналистам. Обычно она предпочитала сохранять молчание и избегать публичных мероприятий. — В этом сезоне мы подготовились и можем с уверенностью заявить о том, что рассчитываем исключительно на призовые места.       — Кто бы сомневался в этом.       Одинцова не удержалась от саркастичного комментария прежде, чем все же покинула кухню. Марина Артакова и ее спортсменки являются прямыми конкурентами Армии. На всех отборочных они сражаются до последнего, и с разной периодичностью уступают друг другу. На последних соревнованиях победила Катя, подопечная Виноградова. Этот удар по репутации сильно подпортил настроение Артаковой и ее команде. Поэтому Даша не сомневалась в том, что на этот раз та подготовила действительно лучших из лучших. И скорее всего, ставка будет сделана на Аню Богданову. Она действительно была подающей надежды спортсменкой, и после ухода Оли в Армию, у Артаковой нет других вариантов.       Следующие полтора часа, за время которых Одинцова успела не только позавтракать и собраться, но и доехать до работы, она думала о соревнованиях, которые состоятся всего через неделю. Несмотря на личные счеты и обиды, она действительно хотела, чтобы победили спортсмены из ее клуба. Делать ставку на мужчин было глупо, ведь бороться с Артемом просто невозможно. А значит, нужно постараться реализовать все силы в женском фигурном катании. Определенно приоритет будет отдан Ане Лавриненко. Нужно только отработать с ней выход из прыжка, в остальном она и так прекрасно справляется.       Сосредоточившись на этой мысли, девушка и не заметила, как дошла до тренерской. Виноградова еще не было, поэтому ей удалось спокойно переодеться и направиться в первый тренировочный зал. Там уже собрались почти все спортсменки, а так же Алексей Тимурович со своей тетрадью. Сегодня первый вторник месяца, а значит по расписанию взвешивание. Перекинувшись с врачом парой слов, Одинцова встала рядом с весами и жестом пригласила первую девочку.       Согласно последним изменениям в требованиях, рост участниц не должен превышать 165 сантиметров. Рекомендуемый вес — не больше 55 килограмм. И пока все показывали удовлетворительные результаты. Все, кроме Насти.       — Ты что, опять села на диету?       Одинцова с нескрываемым раздражением посмотрела на цифры, которые показывали лишь 41 килограмм. Учитывая довольно высокий рост с 164 сантиметра, ей не хватало веса. Все это может негативно сказаться на физическом здоровье Васильевой. Это прекрасно понимали взрослые и пытались помочь. Вот только у самой девушки было другое мнение на этот счет. О чем она решила заявить в весьма категоричной форме, так еще и при большом скоплении народа.       — А вы не завидуйте, Дарья Евгеньевна. Просто кто-то может позволить себе такие формы, а кто-то нет. Так что просто смиритесь и выполняйте свою работу.       В классе воцарилась идеальная тишина. Девочки не могли поверить, что Васильева говорила в подобном тоне со вторым тренером. Алексей Тимурович даже снял очки, чтобы убедиться в реальности увиденной картины. Настя довольно улыбалась, считая, что вышла победителем из этой ситуации.       И лишь Даша спокойно смотрела на глупую восемнадцатилетнюю девочку напротив. Пухлые губы, выразительные карие глаза, длинные светлые волосы. Она определенно производит эффект на всех вокруг, и в первую очередь — на мужчин. Вот только страдает она от того, что определенный мужчина не смотрит в ее сторону.       — Дура ты, Васильева, — подобные слова вызвали шок у девочки, которая не ожидала, что Одинцова может позволить себе такие высказывания. — Тебе бы думать о предстоящем турнире, а не о неразделенной любви. Мужиков ведь в твоей жизни будет еще много. А вот здоровье, которое ты старательно губишь из-за своей глупости, уже не вернуть.       — Вы как со мной разговариваете!       — Так, как этого заслуживает спортсменка, явно забывшая о том, где находится, и для чего вообще ходит на тренировки. Твой вес на грани. Если цифра будет меньше 40, то врач будет вынужден констатировать у тебя анорексию. А это поставит крест на твоем будущем в фигурном катании. Так что лучше подумай о том, как тебе избежать славы больной анорексички, и заодно и исключения из нашего клуба.       На это у Васильевой не нашлось аргументов. Последние слова про возможный уход из фигурного катания действительно подействовали. Но не настолько, чтобы спортсменка изменила мнение касательно Одинцовой. Она промолчала, но окинула второго тренера взглядом, полным ненависти. Давно смирившись с тем, что невозможно нравиться каждому человеку, Даша продолжила работу и пригласила на весы следующую подопечную.       Спустя полчаса, когда последняя девочка вышла из класса, Одинцова устало опустилась на стул и запустила руки в волосы. Работать в женском коллективе оказалось намного сложнее, чем представляла себе девушка. В Белоруссии она в основном тренировала маленьких деток, а вот с теми, кому за восемнадцать, работать не приходилось. И лишь теперь удалось оценить, насколько это было прекрасно. Долгое время она была лишена «счастья» лицезреть сцены ревности, зависти и разбитых сердец. Зато теперь, похоже, придется расплачиваться за годы спокойствия.       — Не слишком ты с ней жестоко? — Алексей Тимурович закрыл тетрадь и готовился выслушать жалобы Дарьи. — Не спорю, она действительно немного перегнула со своей последней диетой. Но кажется, твои слова были слишком резкими. Может и побежать жаловаться.       — О, я в этом не сомневаюсь, — Одинцова даже нашла в себе силы усмехнуться. — Так и представляю эту сцену: Васильева вся в слезах вешается на шею Виноградову, жалуется на меня, просит принять меры против меня. В ее мечтах это все наверняка закончится красивым поцелуем и признанием в любви с последующей свадьбой на берегу океана.       — Она все еще не отошла от желания соблазнить Леонида? — на это девушка лишь покачала головой. — А ты не думаешь, что однажды он сдастся под ее напором?       — Кто? Виноградов что ли? — Дарья посмотрела на своего коллегу весьма выразительным взглядом, от которого ему стало не по себе. — Сам ведь знаешь, что Лёня человек принципов. И он слишком сильно любит свою работу, чтобы рисковать ей ради сомнительной связи с молоденькой девчонкой.       — Даже не знаю… Я бы на его месте не стал недооценивать Васильеву. Уж прости, но женщина в отчаянии может совершить даже самый отчаянный поступок.       — А вот в этом ты абсолютно прав.       Договорившись встретиться на площадке к началу тренировки, сотрудники Армии разошлись по своим делам. Баженов отправился в кабинет, чтобы проверить наличие специальных таблеток и заказать новую партию. Одинцова же решила немного подкрепиться и заглянула в буфет. Сейчас там практически не было народу, поэтому она спокойно выпила стакан сока и съела булочку с маком. Но от ощущений чужих пристальных взглядов на собственной спине было никуда не деться. Это нервировало и мешало сосредоточиться. Именно поэтому покидала буфет девушка уже в напряженном состоянии.       Как и ожидалось, слухи о довольно грубом разговоре быстро разошлись по всему дворцу. И к 11 часам, когда настало время тренировки на льду, о стычке между Одинцовой и Васильевой знали все без исключения. Стоило второму тренеру выйти на лед, как все разговоры стихли. Казалось, все замерли в ожидании того, что вот-вот начнется второй раунд спора. Однако Васильева пошла на принцип и просто игнорировала остальных. Такой вариант развития событий вполне нравился Дарье. Пока «соперник» не предпринимает никаких действий, можно расслабиться.       — Так, и чего стоим? Кого ждем?       — Леонида Викторовича.       Одинцова недоуменно оглянулась в сторону трибун, но Виноградова там не было. Приказав спортсменам выполнять разминку, она направилась в сторону тренерской. За полтора года совместной работы мужчина впервые опоздал на тренировку. Наверняка за этим скрывается что-то серьезное. Может, он заболел? Или у него умер кто-то из родственников? Или попал в аварию? Волнение становилось все больше, и к моменту, когда Даша открыла дверь, она уже успела представить смерть Виноградова. Но нет. Он спокойно сидел за столом, уставившись в одну точку на стене, а перед ним стояла кружка с кофе. Судя по всему, напиток давно успел остыть. Эмоции вновь захлестнули девушку, но на этот раз внутри была лишь злость.       — Какого хрена, Виноградов?       Леонид моргнул пару раз, а потом перевел затуманенный взгляд на свою коллегу. Она была рассержена, о чем говорили ее скрещенные на груди руки. На ногах были коньки, а значит, Одинцова только что пришла со льда…       — Черт! У нас уже началась тренировка, да? — Даша лишь кивнула на эти слова, продолжая буравить Леонида Викторовича недовольным взглядом. И довольно быстро он сдался под таким напором. — Ладно, ладно. Мы все равно опоздали. Спрашивай, что хотела.       — Я хотела узнать, что с тобой происходит?       — Я… слушай, это долгий разговор. Мы можем отложить его до конца тренировки? У нас ведь впереди турнир, не хочется оставлять наших спортсменов и спортсменок без должного внимания.       Замечание было вполне обоснованным, поэтому Даша согласилась придержать свои вопросы, что было только на руку мужчине. Он посчитал, что за это время сможет придумать оправдание тому, что сегодня с ним происходит.       Только это оказалось заблуждением. Ведь на тренировке, которая длилась полтора часа, Виноградов был ужасно рассеянным. Он не замечал банальные ошибки при приземлении, не делал замечание на счет неправильно вытянутого носка, далеко не с первого раза поворачивался, когда его звали. Довольно быстро Одинцовой надоело это, и она взяла тренировку в свои руки. Девушка разъезжала по площадке, помогая ребятам отрабатывать повороты, учила делать прыжок с заходом спиной с разворотом, на себе показывала правильную растяжку при выполнении сложного элемента.       К концу тренировки Даша выдохлась. Давно ей не приходилось работать в таком темпе, да еще и быстро перестраиваться с одного воспитанника на другого. Сначала аксель с Димой, потом бабочка с Жанной, следом тройка с Аней. Было действительно сложно помочь всем и довести каждый номер до идеального состояния. И теперь, когда ребята усталые шли переодеваться, сама Одинцова шла на серьезный разговор с главным тренером команды.       Он уже расположился в своем излюбленном кресле и грел руки о кружку кофе. Поднимающийся от нее пар говорил о том, что Леонид Викторович успел налить себе новую порцию. Мучительно медленно, чтобы настроиться на предстоящую беседу, Даша сняла коньки, повесила жилетку в шкаф, и лишь после этого устроилась на стуле напротив своего непосредственного начальника.       — Ну что, уже придумал правдоподобную отмазку своего сегодняшнего странного поведения? Только учти, что в магнитные бури или ретроградный меркурий я не поверю — для первого ты еще слишком молод, а для второго слишком стар.       Мужчина не сдержал усмешки после подобных слов. То, что Даша с порога не стала накидываться с обвинениями, стало хорошим знаком. Значит, она готова на конструктивный диалог и не будет просто разбрасываться обвинениями.       — Сегодня утром я смотрел интервью Артаковой, — в глубине души Одинцова знала, что неспокойное душевное состояние главного тренера связано именно с этой женщиной. Она была виновницей большинства поступков Виноградова, пускай он сам еще об этом не догадывался. — Так, вот только не нужно закатывать глаза, словно ты и не ждала другого ответа.       — Между прочим, так и есть. Рассказывай, чем уже успели тебя зацепить ее слова? Считаешь, что она слишком абмициозна? Или что она просто подогревает интерес к предстоящим соревнованиям?       — Меня зацепили ее слова тем, что на следующем турнире Армия может проиграть, — а вот это оказалось неожиданным. Даша точно не рассчитывала на то, что интерес к интервью Марины будет чисто деловым. Именно поэтому она подалась вперед, слушая каждое слово Виноградова. — Она терпела довольно долго: не стала поднимать скандал из-за перехода двух ее спортсменок в нашу команду, не отреагировала должным образом после своего поражения. Но раз она изменила своим привычкам и высказалась на камеру, на этот раз все серьезно. Артакова абсолютно уверена в своей победе, и не боится открыто заявлять об этом.       — И что это меняет? — Леонид хотел продолжить, но девушка не позволила этого сделать. — Послушай, я уже перестала тебя понимать. Ты сам говоришь, что твоя Артакова уверена в своей победе. По идее, тебе нужно бросить все свои силы на подготовку наших спортсменов, поставить им лучшие номера, отработать все элементы. А вместо этого ты прячешься, закрываешься в собственном сознании, не даешь ребятам должного внимания. Именно последнее может привести к тому, что твоя Артакова может победить.       — Артакова не моя.       — Ты серьезно? Из всего, что я тебе сейчас сказала, тебя заботит лишь эта фраза? Виноградов, ты действительно тронулся умом, если позволяешь своей бывшей до сих пор ставить тебе палки в колеса. Она давно забыла о тебе, живет своей жизнью, воспитывает прекрасного мальчика, работает в лучшем клубе Москвы! А ты только и ждешь того момента, чтобы побольнее уколоть ее. То переманиваешь ее спортсменок, то сознательно сводишь тему к Марине на каждом интервью. Повзрослей уже!       Одинцова и сама от себя не ожидала, что решится на подобные высказывания. Но обида, которая копилась внутри слишком долго, требовала своего выхода. И нашла в виде столь неприятных, но все же правдивых слов. И видимо, Виноградов подумал о том же, ведь на этот раз не стал спорить. Он еще несколько секунд просидел на кресле, а после подошел к шкафу и начал вытаскивать оттуда одежду.       — Пойдем.       — Что, решил устроить мне казнь и публично уволить? — Даша знала, что Лёня никогда не пойдет на такой шаг, но чтобы разрядить обстановку, решила попробовать пошутить.       — На обед пойдем. Знаю ведь, что ты снова с собой ничего не взяла. Съездим в ближайшую кафешку, отвлечемся от этого кошмара.       Даже если девушка и удивилась такой резкой смене темы, то вслух говорить об этом не рискнула. Она позволила Виноградову надеть на нее куртку и за руку вывести из тренерской. Весь путь до самой улицы они прошли в привычной позе: Даша скрестила руки на груди, а мужчина закинул свою руку ей на плечо.       — Что, даже ничего мне не ответишь?       — Почему же, отвечу. Если бы я не знал тебя, то подумал бы, что ты просто ревнуешь меня к Марине, — предложение было настолько нелепым, что Одинцова закашлялась от неожиданности. — Вот и я о том же. К тому же, если бы ты меня действительно ревновала, то не стала бы отказывать год назад.       — Виноградов, выключи уже свой режим обольстителя, на меня это не работает, — на это тренер лишь горестно вздохнул. — И потом, принимая предложение о переезде сюда, я настраивалась на работу. Я посчитала, что эта должность поможет мне добиться чего-то большего. Поможет достигнуть своей давней мечты.       — Одинцова, эти слова больше напоминают слова человека, который весьма амбициозен и стремится улучшить свою карьеру, — после такого предположения девушка загадочно пожала плечами. — Только не говори, что собираешься подсидеть меня! Даша, это будет удар ниже пояса.       — Неужели думаешь, что я буду раскрывать свои карты? Всему свое время, дорогой.       Как и ожидала Дарья, ласковое обращение окончательно рассеяло внимание мужчины, и он уже не мог думать о том, что услышал раньше. А это и было ей на руку. Поэтому, расположившись на пассажирском сидении черного джипа, Одинцова поспешила завязать разговор на нейтральную тему. Это уменьшило шанс того, что Виноградов вспомнит о недавнем разговоре. А значит, и проблем у нее пока не возникнет.