Reflections

Tried to put it out for you to get,

Could've, should've but you never did.

Wish you wanted it a little bit,

More but it's a chore for you to give.

«Эх, летняя практика в художественном университете такая утомительная» — прокрутил у себя в голове студент второго курса, который сидел на планере уже третий час. На самом деле Хван Хенджин очень любит рисовать. Ему нравится рисовать растения, животных. Также людей, а особенно пожилые пары. Парень считает, что так они уже точно не расстанутся, в отличие от молодых возлюбленных. У Хвана был явно талант и притяжение к искусству: многие его работы отправляли на конкурсы или же занимали рамочку в коридоре университета. Преподаватели любили очень Хенджина. В особенности учитель живопись, ведь, как говорил сам Чонун Ли, холсты парня оживают на глазах: голубая, лазурная акварель постепенно смешивается с зелёной, травяной; движения птиц передается с точностью; при написании речки она начинает разливаться, как ранней весной. — Дорогие студенты, завтра на практику придет девушка, которая будет для вас натурщицей. Девушка вашего возраста, прошу, не смущайте ее, — оповестил группу студентов профессор. — Особенно Сынмин. — А что я? — угрюмо взглянул на преподавателя парень. «Хм… Девушка будет позировать, достаточно интересно для портфолио. Интересно какая она?» — до конца практики Хван то и дело думал о незнакомке. Какой ее цвет глаз, волос? А какой оттенок кожи? Насколько аккуратные и пропорциональные у нее черты лица? С этими мыслями парень не заметил, как вернулся в общежитие. Вечером Хван любил заняться своими любимыми делами: приготовить ужин, принять душ и почитать новую книгу, при этом слушая свой любимый плейлист. Парень начал читать книгу, но не мог никак вникнуть, ведь его голову забила та девушка. — Арх, скорее бы завтра! — простонал брюнет. Хенджин поудобнее улёгся в кровать. Его темно-карие глаза начали закрываться от тяжести век, а шоколадные волосы непослушно расползались по подушке. В комнате был свежий воздух и отличная температура — это и поспособствовало быстрому погружению в сон Хван Хенджина.

Утро. 7.20.

Солнечный свет пробивался сквозь летящие тюли. На улице был легкий теплый ветерок, который ласково гладил белоснежную кожу парня, говоря ему «вставай!» Джинни открыл глаза, сел на кровать. «Нужно собираться» — парень встал и пошел на кухню, начал делать свою утреннюю работу. Он все еще не забыл про ту девушку, поэтому с нетерпением ждал момента их встречи. Улица уже была забита людьми: кто-то спешил на работу, кто-то на учебу. Среди этой суматохи Хенджин не заметил рыжую макушку, которую он толкнул. — Прошу прощения! — брюнет спешил, поэтому быстро поклонился и попытался помочь встать. Джинни присмотрелся. На земле сидела «маленькая» девушка. У нее были курчавые рыжие волосы. Лицо был максимально аккуратное, как будто ее «лепил» искусный скульптор. На милых щечках россыпью были расположены веснушки. Носик был маленький, слегка вздёрнутый. Глаза большие, голубые, которые напомнили Хенджину зимнее море в Сеуле. Губки шатенка сначала поджала и прикусила, от чего они стали еще более пухлыми и насыщенными. Казалось, что в это мгновение мир остановился — не было ни ее, ни Хван Хенджина. Однако нервный хмык девушки привел брюнета в сознание. — Вы в порядке? Девушка лишь промолчала. Встала и скорее побежала в сторону университета. — Что это было… — Джинни явно был в недоумении. Он окончательно запутался, и его целью стало найти эту очаровательную шатенку. Уже было почти 9, а это значит, что скоро начнется практика. Когда Хван зашёл в аудиторию (ведь сегодня рисуют с натуры), он увидел, что все тихонько заняли свои места и ждут. Ждут новую натурщицу-модель. Наверное, вселенная услышала парня, и буквально через пару минут в помещение зашла та самая девушка, которая взбудоражила разум студента своей красотой. За ней шел преподаватель живописи. Девушка сдержанными движениями прошла в центр аудитории и села на стул. На ней было лишь тонкое, струящиеся за счет открытого окна и ветра, платье, которое едва прикрывало розовые колени. Хенджин замер. Его сердце остановилось еще в тот момент, как только увидел ее силуэт. Его мир погиб. Парень приступил к работе. Это было тяжелой задачей даже для такого хорошего студента как он — ее красоту было невозможно передать на холст. Хван мучился до последнего, отсидел все 5 часов. За это время Джинни окончательно понял, что влюбился. Беспамятно влюбился. Все начали собираться. Девушка явно многим приглянулась, с ней решили многие заговорить. Парень видел то, как на нее смотрели. Они считали ее совершенством, как и Хенджин. Из разговора парень услышал, что шатенку зовут Кэтрин, да и она вовсе не из Корее. Это было изначально понятно по ее необычной для азиатов внешности. В Корее она взяла новое имя — Хани Ли (Hani Lee). «Почему она смотрит на всех, но не на меня?» — голову брюнета занял этот вопрос. Парень наблюдал, как она мило общается со всеми, дает им номера, рассказывает о себе. Ему завидно. «Посмотри на меня!» — кричит нутро Хван Хенджина. И, о боги, в аудитории остались только они. Только Хван Хенджин и очаровательная «незнакомка» Кэтрин. Мир опять остановился. Но она наконец посмотрела на него. — Привет, — первый начал диалог парень. — Прости пожалуйста за утро. Могу ли я как-нибудь загладить свою вину? Девушка улыбнулась. Нимб. Он точно светился у нее над головой. Тело Джинни оцепенело, каждая клеточка тела думала о ней. — Привет, — ее нежный и сладкий голос соединялся с шумом ветра за окном, — все в порядке. Она совершенна. Изумительна. Безупречна. — Меня зовут Хенджин, Хван Хенджин, — решился продолжить разговор художник. — Я Хани, Хани Ли. Хотя можешь звать меня Кэтрин, — парень не заметил как девушка у нему подошла. Опасно близко. Он чувствовал ее дыхание на шее из-за разницы в росте. — Кэтрин… Могу ли я проводить тебя? — девушка сверкнула глазами, а парень сглотнул. — Конечно, — ее теплая улыбка ударила в голову Хенджину как крепкое, долго выдержанное вино. Всю дорогу до дома он не мог оторваться от нее. Она рассказывала про себя, про жизнь в Европе, про ее милых домашних животных — про всякую ерунду. Но эта ерунда действительно была интересна для Хвана. — Вот мы и пришли. Может зайдешь на чай? — парень точно оттаял. — Давай, спасибо большое, — и они зашли внутрь.

We were too close to the stars

I never knew somebody like you, somebody

Falling just as hard

Как только дверь закрылась, то девушка прильнула к губам парня. Ее губы были нежные, мягкие. Хван чуть не упал на этом моменте. Видимо мечты сбываются. Ее руки легли на плечи Джинни. Парень аккуратно, будто боялся ее сломать, водил, исследовал руками ее тело. Воздуха предательски не хватало. Их губы разомкнулись, глаза были устремлены друг на друга. — Я влюбился с первого взгляда в тебя, ты и есть совершенство. — Я хочу увидеть твою любовь в моих глазах. Эти слова стали спусковым крючком для юноши. Его губы переместились шатенке на шею. Он кусал, целовал и зализывал укусы, прокладывал мокрую дорожку от шеи до груди. Ее бархатистая кожа была на вкус как мед. Медленными движение они оказались в спальне. Вечерело — закат ударил в полузакрытые окна. Хенджин положил руки на бедра. — Могу ли я?.. — в ответ он получил кивок. Неспешными движениями Джинни начал снимать легкое платьице с Хани. Он еще раз убедился, что она прекрасна. Губы опять припали к коже, от Ли стали слышны стоны наслаждения. Находится рядом с ней — уже было наслаждением для Хенджина. Руки все еще блуждали по телу, вызывая ответную реакцию у девушки. Парень начал снимать с себя одежду. Они были почти полностью обнажены. Но все так же близко друг друга. Они не отпускали себя не на сантиметр. — Хенджин, пожалуйста… — задыхаясь от поцелуев, прошептала Кэтрин. Ему нравилась прелюдия, ведь так он может доказать свою любовь к ней. Нежные ладони водили по прессу парня, задевая эрогенные зоны. Хван перестал себя сдерживать. Отодвинув в сторону белье, он вошёл одним пальцем, сорвав стон с уст девушки. Большим пальцем он стимулировал клитор, а губами все еще водил по телу, вызывая множество стонов и мурашек по телу Хани. Другой палец не заставил себя ждать, и девушка через пару минут сама насаживалась на них. Ли чувствовала скоро приближающуюся разрядку, но ей хотелось почувствовать Хвана в себе. — Любимый, я хочу почувствовать тебя в себе… — о нет, вызывайте скорую, Джинни умирает. Парень вышел из нее, нащупал брюки, в которых был контрацептив, и надел уже на возбуждённый орган. Движение — тугие стенки вагины сжимают член Хенджина. Настолько прекрасный момент. Он двигался медленно и нежно, словно боялся, что он проснется, и все окажется сном. — Я вижу твою любовь в отражении твоих глаз, — заявила шатенка. — Я тебя люблю.

See myself in you, alright

I sold my soul for you

Maybe you should stick with us now.