Обычный вечер вторника

1. Налия Изумрудные листья плавно опускались на дно любимой прозрачной чашки. Кусочки сушеной земляники и корица щекотали ноздри, заставляя трепетать в предвкушении. Это был ее самый любимый чай, но достать его было делом непростым. Еще более сложным было удержаться и не зарыться носом в бумажный пакет, да остаться так на веки вечные. И еще мучительно долго растягивались минуты, когда чай настаивался. Что же. Она нашла способ скрасить себе время за унылой работой для универа. Дурацкие геометрические композиции… Где-то на двадцатом листе Налия совершенно выдохлась, и уже не соображала, где тут статика, а где динамика. Ну ничего, сейчас она взбодрится! Листья неспешно разворачивались в кружке. Налия задумчиво взяла кисточку, чуть подцветила алый треугольник. Затем с наслаждением вдохнула ароматный чай. Отвлеклась на секунду, потянулась. Протянула руку и с наслаждением отпила воду с разведенной гуашью.   2. Эсси — Ну, выпей! Это чай, лечебный… Я его сам заваривал! — Это-то меня и пугает. — Хрипло пробормотала Нали, взирая на пивную кружку почти до краев наполненную дымящейся почти черной жидкостью. Эсси ближе, уставился на нее с ужасом. — Черт… Твой голос… Выпей все скорее! А то вдруг у тебя будет этот… менингит! Или воспаление легких! Кулинарные способности, как и дар врачевания, не являлись сильными сторонами ее друга. Вкупе с его энтузиазмом, отчаянным желанием помочь и безосновательной паникой это порождало казусные ситуации. Налия же смотрела на осеннюю простуду философски, как на нечто неизбежное и незначительное, пусть и неприятное. Определенно не стоило звонить Ким и своим осипшим голосом изображать Злыдня Кью из детского мультика. Точнее, не стоило этого делать не убедившись, что у той дома не находятся особо тревожные. Не прошло и десяти минут, как Эсси примчался к ней. Со странно позвякивающим рюкзаком, разметавшимися от бега волосами, в которых запутались опавшие листья, и без куртки. Огромные синие глаза смотрели на нее так, будто она уже была на пути в мир иной. Налия вздохнула и осторожно отпила неведомого зелья. Половину кружки явно составлял травяной ликер – вот что, оказывается, позвякивало в рюкзаке. Стручки гвоздики плавали в кружке точно стая мальков и норовили прыгнуть в рот. Листья на дне напоминали ил. Из которого вот-вот вынырнет сом. Но в целом ничего так, согревающе. От двух глотков она будто расплавилась, раскраснелись щеки. Новоявленный знахарь полюбовался на пациентку и убежал на кухню – там что-то подозрительно шипело. Налия поспешно отставила кружку и вылезла из-под одеяла — ей стало жарко как в бане. — Замерзнешь! — тут же раздалось из кухни. Неужели, сквозь стены видит? — Помоги мне допить свой шедевр, Э… А то ведь сам без куртки ходишь… Эй, чего ты делаешь? Тяжелый толстый шарф опутал ее в несколько слоев. Затем его завязали, судя по всему, двойным морским узлом. Нали покорно откинулась на подушки и решила к завтрашнему дню непременно выздороветь. Эсси деловито раскладывал на столе непонятные склянки, связки чеснока и медовые соты. У вирусов и бактерий не было никакого шанса.   3. Братишка — Нет! Подождите! Еще рано! Не привыкшие к тому, чтобы Братишка командовал, а уж тем более повышал голос, друзья даже вздрогнули, поспешно отдернув руки от крохотных чашечек, расставленных на шатком глиняном подносе. — Надо чтобы листья раскрылись, на это нужно сто девяносто три секунды, а потом долить кипятку! — поспешно объяснил он. — Именно так заваривали чай древние фигебарейцы! — А секундомер они где брали? — хмуро поинтересовалась Кимми. Ее все больше напрягало происходящее. Ее братец просто помешался на чертовых фигебарейцах и даже откопал где-то сервиз, где было предметов сто, а кружки были размером с наперсток… Более того, он захотел отпраздновать свой день рождения таким дурацким образом. Теперь у нее пересохло горло, и она вынуждена была ждать, пока сможет, наконец, отхлебнуть микроскопический глоток травяной бурды. Что за идиотизм! Но Братишка прямо-таки светился энтузиазмом. — Был специально обученный раб, чаа-зи, их с трех лет отдавали в чайные дома. Он-то и отсчитывал время! А гости дома, тем временем кланялись изображению богини Нэре и клали на ее алтарь серебряную монетку… Но у меня пока нет алтаря… и все готово! С трудом сохраняя серьезные лица, все осторожно взяли по чашечке. Их пришлось поднимать двумя пальцами, настолько они были миниатюрными. Эсси то и дело закусывал губу, Нали старательно изучала потолок, уголок рта у нее то и дело съезжал в сторону. Они опасались смотреть друг на друга, чтобы не расхохотаться в голос. Кимми бы тоже повеселилась, но уж больно ей на самом деле хотелось пить. — За тебя, Арти! — подчеркнуто торжественно сказала Нали. — Пусть мудрость твоя будет крепче небесной тверди, а слухи о твоей красе достигнут звезд! Эсси закусил губу с еще большей силой и показал ей кулак. Они медленно допили почти безвкусный и остывший напиток. Кимми, к досаде своей, заметила, что жажда не прошла. Братишка сиял. — Правда же, здорово? Такая… связь веков! Древние традиции! — Ага, просто зашибись. — слишком синхронно согласились остальные. — После первой чаши фигебарейцы обычно облачались в шелковые халаты и делали друг другу расслабляющий массаж ног… но может, мы дойдем до «Тупичка» и там возьмем пива? Говорят, чайную церемонию лучше изучать постепе… Кимми восторженно повисла у него на шее. — Да! Тысячу раз да! Ты просто лучший, братик! С днем рождения!