Аура

Тепло рядом заставляет открыть глаза, и я в ужасе смотрю на тебя, хватаешь меня за плечи, чтобы я не встал, а твоя ладонь ложится на мой рот, и ты тихо шепчешь: - Тише, не бойся, я ничего не сделаю, малыш мой, - ты внимательно смотришь на меня, и твои глаза сияют от удовольствия. Зачем ты это делаешь, Кюхен? Отпусти меня и уйди, наконец. Видишь, что мои глаза внимательно разглядывают тебя - давнего друга, который уже полгода является моим врагом и просто соседом по комнате. - Не кричи, прошу, я сейчас отпущу тебя, Сонмин, маленький мой... одна ночь, и я отпущу тебя, я обещаю, - ты очень медленно убираешь ладонь от моих губ и самодовольно улыбаешься. - Что ты забыл в моей комнате? Ты теперь с Чонсу живешь, - твоя теплая ладонь скользит по моей шее, и ты облизываешь губы, прижимаясь ко мне всем телом. - Ты же знаешь, что это все не может быть просто так... ты ведь вздрагиваешь, чувствуя, как я смотрю на тебя или трогаю. Я отстану от тебя, отдайся мне на одну ночь, - макне наклоняется и проводит влажную дорожку по моей груди, играя языком с горячей кожей. - Кюхен, не трогай меня и не сходи с ума, - твои зубы мягко сжимают мой сосок, ты ласкаешь меня языком и покрываешь мою грудь влажными поцелуями. - Я так тебя хочу, малыш, - твои глаза сверкают в темноте, - Отдайся мне, будь моим этой ночью. Я возьму тебя всего, а ты забирай все, что хочешь, у меня. Слышишь? Забирай все, я отдам, но только после этой ночи, - бормочешь мне в шею, закрываю глаза и понимаю, что этого настырного парня не остановить. Он возьмет меня, даже если я буду против. Пытаюсь убрать твои руки, но ты не обращаешь на меня внимания и целуешь в шею, через секунду я чувствую твой стон удовольствия, тебе так нравится целовать меня... закрываю глаза и понимаю, что моё одеяло исчезло с самого начала, а твое горячее тело прижимается к моему. Пальцы скользят под пижаму, и я краснею. Опускаю глаза и понимаю, что пока я спал, ты расстегнул верхние пуговицы на моей пижаме и сейчас сладко ласкаешь языком мою теплую кожу. - Сонмин... - вздрагиваешь, когда слышишь мой тихий стон и, прорычав что-то, срываешь с меня рубашку, и одним сильным движением сажаешь к себе на колени, проводя пальцами по моей пояснице. - Я хочу тебя, хочу, одного тебя, - тихо рычишь мне в плечо и еще раз проводишь языком по влажной шее, вздрагивая от удовольствия. Никогда бы не подумал, что кому-то будет так хорошо от прикосновения к моему телу... Проводишь пальцами по моему животу и, приподняв меня за бедра, спускаешь с меня штаны. - Я все сделаю сам, ты, главное, получай удовольствие, - шепчешь мне в губы и отпускаешь меня. Я, не удержавшись, падаю на подушку. Встаешь на колени и стягиваешь с себя последний элемент одежды - пижамные штаны, они, собственно, и были на тебе единственной тканью. Стягиваешь с меня штаны и, наклонившись, целуешь в плечо. В губы не пытаешься: знаешь, что я не дам. Знаешь, что не дам, но все равно тянешься к моим губам и получаешь хорошую пощечину. Злобно смотришь на меня, но в следующую минуту хватаешь мою ладонь, которой я ударил тебя, начинаешь покрывать поцелуями красные горящие пальцы. Снова теплый язык скользит по горячей коже, и ты успокаиваешься, не злясь на меня за грубость. Закончив ласкать языком, помогаешь сесть, и одним движением толкаешь на четвереньки. Господи, ты практически ничего не сделал, а я уже возбудился, как это нечестно... Чувствую, как твой горячий член касается моих ягодиц, и я вздрагиваю, понимая, что сейчас я стану твоим. - Ты очень красивый, малыш, - шепчешь мне в шею, и снова твой язык скользит по моей коже, от шеи к позвоночнику и ниже. Нет, не надо... - Кюхен, пожалуйста, я не могу... и ты тоже, мы не можем... - мягко кусаешь за ягодицу, и я вскрикиваю, сжимая зубами подушку. - Тебе будет хорошо, я знаю, - снова шепчешь мне на ухо, и я чувствую, как ты тихо усмехаешься. - Кюхен, хватит, все, я подарил тебе ночь, пусти меня, - капризно выдыхаю и не успеваю ничего сказать, как из груди вырывается громкий стон. Твой горячий язык проходится по тугому колечку мышц, и я тихо стону, с ужасом понимая, что мне это нравится. Все больше прогибаюсь в спине и прошу тебя ласкать все больше и больше, ты еще раз мягко проводишь языком по моей попке, и я зарываюсь лицом в подушку, тихо выдыхая со стоном. - Мой мальчик, кричи, я хочу это слышать... парни крепко спят, мы их не разбудим, - просишь меня, шепча на ухо хриплым, сексуальным голосом. Краснею и отворачиваюсь от тебя, пытаясь снова спрятать лицо в подушке. - Сегодня ты будешь моим навсегда... - Ты же сказал одна ночь, и мы не встретимся ни в каком подтексте... ах... - не успеваю договорить, как в меня проникает влажный палец и сразу начинает искать простату. - Мы будем вместе постоянно, я буду приходить каждую ночь, и ты будешь ждать меня, - этот голос не дает мне покоя, а твои наглые пальцы проникают все глубже и глубже. - Ненавижу тебя, ненавижу, Кюхен, - тихо вскрикиваю, и ты входишь в меня, добавив очень большое количество смазки, чтобы мне не было больно. И, черт возьми, мне нравится, как ты двигаешься во мне, и как ты обнимаешь меня. - Господи, да... Сонмин... ты такой теплый и узкий, как приятно... - крепко обнимаешь меня за талию и садишься, крепко прижимаешь меня к себе и начинаешь плавно входить в меня. - Кюхен, умоляю, не надо, нет... мы ведь... мы с тобой... Кюхен! - вскрикиваю и снова оказываюсь в твоих крепких объятиях, целуешь мои плечи и тихо шепчешь, что хочешь меня. Осторожно входишь и накрываешь мой член ладонью, начиная плавно ласкать его пальцами. - Кюхен, Кю... - тихо вскрикиваю и, прижавшись к тебе спиной, сам насаживаюсь на тебя. Не проходит и пары минут, как я кончаю в объятиях макне, шепча его имя в безумном экстазе... - Сонмин... - через минуту кончаешь прямо в меня, крепко сжав мою талию в объятиях. - Нет, не в меня... - чуть не вскрикиваю от удовольствия и падаю на подушку, закрыв глаза. - Сонмин... - шепчешь мне в шею, накрывая меня своим телом. - Ты оставишь меня? - тихо шепчу, в надежде глядя на тебя. - Да, конечно, я же обещал, я все сделаю, Мин, - твои глаза горят, как и все твое тело. По груди течет пот, и ты только крепче прижимаешь меня к себе. Ты остаешься до утра, и я долго не могу заснуть, потому что ты целуешь мои плечи, шею, спину и шепчешь всякие глупости, благодаря за проведенную ночь. Утром ты просыпаешься, когда меня уже нет, я уже успел спрятаться в ванне и, приведя себя в порядок, иду вниз на завтрак. Ты на удивление бодрым сидишь за столом, и многие парни удивленно смотрят на тебя, ничего не понимая. Кюхен утром веселый, довольный, и главное, настойчиво стережет одно свободное место рядом - для меня. - Доброе утро, - лидер улыбается мне и продолжает жевать хлопья, кивая мне на единственное свободное место за столом. Глядя на тебя, чувствую странную волну удовольствия, которую тут же убираю теми самыми словами, которые звучат в моей голове - их вчера ночью говорил мне ты. Черт, меня трясет и колотит, я на ватных ногах сажусь рядом с тобой и не успеваю ничего сделать, как ты кладешь одну ладонь мне на колено, сжимая пальцы. Черт... Парни продолжают болтать о всяких мелочах, я качаю головой и, когда понимаю, что на нас не обращают внимания, наклоняюсь к тебе и тихо шепчу: - Ты обещал не трогать меня, обещал убраться, - тихо шепчу тебе и замечаю удивленный взгляд Дона. Конечно, мы столько времени не общались с макне, а тут он занимает мне место, мы шепчемся. Я бы тоже был удивлен. - Все нормально? - интересуется ДонХэ и улыбается, незаметно сжимая ладонь Обезьянки под столом. - В полном, - не отрывая глаз от тебя, поджимаю губы и жду ответа, хоть какого-нибудь. - Я не отступлюсь от тебя, я больше не хочу быть твоим врагом, я хочу жить с тобой как раньше. Чтобы ты был моим... - практически выдыхаешь мне в губы, и я облизываюсь, жутко краснея. Отворачиваюсь от тебя к тарелке и начинаю жевать хлопья, которые так заботливо кто-то залил молоком, видно, готовил не Реук. - Слушай, из-за твоей прошлой влюбленности мы поругались в пух и прах, и спустя полгода ты пришел ко мне и... то, что ты пялился на меня все это время, это ничего не значит... Я понял, что ты... Испытываешь что-то ко мне, но то, что ты делал ночью... Ты нормальный вообще? А если бы нас услышали? - тихо шепчу и продолжаю жевать завтрак. - Тебе понравилось, я уверен. Кстати, я возвращаюсь в свою комнату, - последнее предложение говоришь громко, чтобы услышали все парни. Итук удивленно смотрит на тебя и приподнимает бровь, ты только мило улыбаешься и, облизнув губы, продолжаешь поглощать завтрак. - С чего ты вдруг так? - удивляется Йесон и продолжает слушать Шиндона, который что-то ему рассказывает. - Мы с Мином помирились, и я возвращаюсь в комнату к лучшему другу, да? - поворачиваешь ко мне голову и ешь еще одну ложку завтрака. Твои глаза смотрят на меня с жалостью и надеждой, я уже открываю рот и хочу сказать, что я не буду жить с тобой, но ты все еще сжимаешь моё колено пальцами, и я морщусь, кивая. - Да.