Аура

Черт, он так глубоко входит и снова задевает ту точку, что я не знаю, противно мне или... Одним резким движением тепло исчезает из меня, и я падаю лицом на подушку, прикрываясь, хотя я полностью одет. - Пошли вон от сюда! - рычишь на лидера, который оторвал меня от тебя. Чонсу дает тебе хорошую пощечину, но тебя это злит еще больше. - Я, говорю, убирайтесь из моей комнаты, я, черт возьми, хочу просто трахнуть своего парня, - эта ярость, которая хлещет из тебя, передается старшим и они буквально готовы порвать тебя. - Ребят, хватит... Черт, можно мне одеться, - ты пытаешься так же прикрыться, и с жадностью смотришь на меня. - Извини, - Тукки кивает мне и, швырнув в тебя плед, злобно рычит: - Прикройся и бегом собирать вещи, - старший буквально взрывается от ярости. - Что, прости? - приоткрыв рот, тяжело дышишь. - Ты будешь жить со мной. - Я Сонмина одного не оставлю, и с чего это я удостоен такой чести?! - С того, что ты должен быть под постоянным контролем. Глянув на все это, я и Йесон решили, что ты будешь жить у меня, и это не обсуждается, - лидер с опаской смотрит на злобный взгляд Эвила, которому явно не нравится то, что ночами он не сможет делать того, что он захочет. А хочет он только одного: Сонмина. В ужасе поднимаю глаза на ребят и внутри, словно что-то щелкнуло, причем не у одного меня. Видя мои глаза, МаПа - Йесон срывается с места и буквально налетает на Эвила, в последний момент между вами встает Чжоу Ми и Шиндон, хватают старшего и тащат к дверям. Вуки и Дон, подходят ко мне и, завернув в одеяло, быстро выводят из комнаты. Около выхода встречаю Генри, он единственный, кто не видел всей этой картины, мальчик просто не услышал моего крика. Замечаю влажные черные волосы и улыбаюсь ему. Хорошо, что он этого не видел. Эта мысль проносится сразу у троих: Сонмина, ДонХэ и Кюхена. Первый радуется, что не опозорился. Второй, что не будет вопросов. А третий, потому что не будет ненависти со стороны мелкого. - Парни, я... Я в порядке, - облизываю губы и натягиваю штаны, спрятавшись под одеялом. Хэ сажает меня на свою кровать, и я понимаю, что Вуки куда-то спрятался. Удивленно смотрю по сторонам и поджимаю под себя ноги, накрываю возбужденный член ладонью. - Сонмин... - моя злость появляется из неоткуда, словно дали команду - злись и все будет нормально. Возбуждение бьет сильнее, и я понимаю, что жутко краснею, хотя ничего такого не происходит. Вуки садится рядом и протягивает мне кружку с горячим чаем, чувствую приятный запах лимона и буквально выхватываю ее. - Спасибо, - широко зеваю и понимаю, что очень хочу спать. На дворе третий час ночи, и мне надо думать только о том, как снять возбуждение, а я хочу упасть лицом в подушку и заснуть, чувствуя запах твоего одеколона. Хэ обнимает меня за плечи и двигает мою руку с кружкой к губам, поднимаю на них глаза. Вуки морщится, слыша крики из соседней комнаты, Рыбка же делает вид, что ничего не происходит. - Не вмешивайтесь, договорились? - сжимаю ноги сильнее, и болезненное возбуждение проходит дрожью по всему телу. - Мы не будем пускать его к тебе, - предупреждает Реук и, поцеловав меня в щеку, затем в волосы, и уходит, попрощавшись. - А вот и я, - в комнату заходит Хекдже с небольшим подносом, поджимаю губы и встаю. - Я пошел, и ничего не говорите, ужинайте и молчите, - сжав одеяло в руках, выхожу из комнаты, Обезьянка беспечно ставит поднос на одну персону на постель, который был предназначен для меня. - Я не понимаю, почему Кю так себя ведет, почему Сонмин не защищается и почему ты так часто пропадал от телефона, когда мы переписывались? - возмущенно спрашивает старший, Фиши только виновато улыбается и, поцеловав парня в губы. Хекдже удобней садится на кровати, и Дон забирается на него, задумчиво разглядывая родное лицо. - У нас было все иначе, знаешь, я рад, что отношения получились именно такими... Правда, ты долго решался... - Хэ морщит нос и кладет голову на плечо парня. - Ты дождался и это хорошо, но не обязательно было ходить голым по всей комнате и искать полотенце, - смеется старший и целует младшего в прохладную щеку. Хэ прикрывает глаза и засыпает, прижавшись к любимому парню. - Можно? - в мою комнату заглядывает Шивон и садится рядом, двигаюсь на кровати как можно дальше, но Хибом, который сегодня спит у меня, недовольно урчит. Хичоль оставил нам своего кота и понятное дело, приходится смотреть за этим милым созданием, которое выводит всех из себя. Мало того, что его забывают кормить, так он решил, что черепахи нашего Чонуна это игрушки, которые купили специально для него. - Ты уже вошел, - невольно бросаю взгляд на свою постель, где сладко спит Генри. Это сразу откидывает ненужные вопросы, которые хочет задать парень. - Я хочу поговорить с тобой, - парень понижает голос до шёпота, чтобы не разбудить младшего. - Если это касается Кюхена, то я не хочу разговаривать о нем, накрываюсь одеялом до подбородка и выгибаюсь от тепла. - Мне не нравится, что... - Шивон, спасибо за заботу, но я сам разберусь, - закрываю глаза и сладко зеваю, показывая, что я хочу спать. Парень поджимает губы и, попрощавшись, выходит из моей комнаты. Генри ворочается во сне и что-то бормочет, я только беспокойно прикрываю глаза, думая о том, что возбуждение не уходит... Твой запах заполняет меня, я уже практически отключаюсь, когда свет в коридоре гаснет и вся квартира погружается в умиротворяющую тишину. - Да, именно так все делать... - мелкий разговаривает во сне и это вызывает улыбку. Зарываюсь носом в подушку и вдыхаю твой запах. Как обычно тут не только одеколон, но еще и несколько ноток алкогольного дурмана. Несколько месяцев назад ты пролил вино на свою кровать, точнее ты был на столько зол, что запустил бутылку благородного напитка в стенку и алый поток окрасил всю стену и твою постель. Это было в ту ночь, когда ты пришел, и меня не было в комнате. Облизываю губы и тихо заглядываю в твою тумбочку, кладу туда твой ежедневник. Почитай, надеюсь, тебе понравится. Сладко зеваю и, свернувшись в клубок, накрываюсь теплым одеялом с головой. Раздается шорох, и я выгибаюсь от удовольствия, вот, уже практически засыпаю... Холод проникает под одеяло, морщусь и отворачиваюсь, пытаясь спрятаться под одеяло. - Иди сюда, - шепчешь мне, и я оказываюсь в твоих объятиях, теплые руки крепко обнимают, морщусь и убираю твои руки. - Как ты сюда попал? - бормочу. - Ногами по полу, - не даешь мне вырваться из объятий, и одним резким движением укладываешь на себя. Поджимаю губы и зарываюсь носом в твою шею, ты такой теплый, что я, наконец, начинаю согреваться. - Не ерзай на мне только, я еле успокоился, - теплые губы касаются моего лба и нежно, осторожно покрывают кожу поцелуями. - Кю, ты же... - чмокаешь меня в губы, открываю глаза и даю тебе по губам, чтобы больше такого не повторялось. Мы никогда не целовались в губы, ни разу и тебя это напрягает. Эвил, Эвил, какой же ты... В голове упрямо крутится несколько фраз: теплый, нежный и сильный. Но одновременно пара слов наподобие: мерзкий и отвратительный. Гладишь меня пальцами по пояснице, я одет в теплую пижаму, гуляешь ладонями под тканью, сладко зевая. - Спи, ты даже не сопротивляешься, а это не интересно, - теплые губы касаются моего лба, и я засыпаю, лежа на тебе.