Аура

- Больно... - Сонмин во сне сжимается, прячась под одеялом и прижимаясь к чему-то мягкому, успокаивается. Кюхен улыбается, чувствуя, как Мин зарылся носом в его шею. - Сейчас пройдет, малыш, - взяв ладонь Чуда в свою: целует каждый палец, затем в середину ладошки, чтобы почувствовать тепло. Сонмин продолжает спать, крепко держась рукой за живот, а второй сжимает ладонь макне. - Сейчас все пройдет... - продолжает бормотать Эвил, хотя сам находится в полудреме. - Кю-а… - подтянувшись, Сонмин обнимает макне за шею и тихо чихает от запаха хлорки. Рано утром паре дали новые комплекты одежды. Совершенно белая футболка и штаны, которые плохо прополоскали после стирки. - Я тут, спи маленький… - поцеловав любимого в лоб, Кюхен поднимает веки и бьющий в окно свет, показывает, что уже день. Рано утром, как и нужно, их подняли, но увидев, что парни спят в одной кровати, в крови, просто перебинтовали их, вкололи какие-то лекарства, причем преимущественно в Кюхена, а потом, дав новую одежду, позволили продолжить спать. Растащить пару не удалось, мистер Чанг увидев, как Мин не опускает макне, недовольно кивнул и ушел из палаты, запретив трогать мемберов до ужина. Единственное, что санитарам можно было делать, это давать лекарства, которыми лечат Кюхена. - Как ты, малыш? – тихо бормочет макне, перебирая чуть влажные пряди возлюбленного пальцами. Сонмину очень плохо, порез глубокий, органы не задеты, но организм молодого парня не привык к такому, и температура скачет вверх-вниз по шкале градусника. - Болит очень, - сквозь сон бормочет любовник и снова проваливается в дрему. - Я люблю тебя. Я очень сильно люблю тебя. Кюхен улыбается, теплые ладони Мина на шее показывают, что он доверяет младшему, ведь если было бы не так, то пальцы держались бы за порез. - Кю-а… Я тебя тоже, очень-очень… - Мин окончательно засыпает, когда теплая ладонь макне накрывает его живот и очень осторожно поглаживает толстую бинтовую повязку. - Главное, что ты начинаешь доверять мне, это самое главное. Большего мне пока ничего на этом свете не нужно. Маленькое чудо, самое очаровательное и дорогое для меня… Сонмин продолжает крепко спать, боль во сне отступает, когда макне ласкает пальцами грубый шов на животе. - Я убью эту тварь, никто не имеет права трогать тебя. Ты только мой. Мой. Я уже доказывал это группе, и доказал, а этот гребанный психиатр за все ответит… Макне засыпает в крепких объятиях возлюбленного, поцеловав тыковку в пухлую щечку.