С днем рождения, лисенок

Бакай, ужасно пьяный и счастливый после всего употребленного за этот вечер, с трудом не упал, дойдя до своей каюты. В последний раз дошел до такого лет двадцать пять назад - в расцвет своей юности. В чудовищно тяжелой голове туман, легкость и ни единой мысли о работе. Слушая писк в ушах и старательно игнорируя головокружение и постоянное желание воплотить в жизнь уж совсем выходящую за рамки нелепицу, он довольно вспоминал вечер и каждого гостя. *** Накамура ближе к концу куда-то исчезла, не попрощавшись и не оставив ничего. Под шумок ускользнула от подвыпивших Роны и Джилл, от Генерала, который будучи тоже не совсем трезвым начинал порой перегибать палку и то напоминать ей о Пайках, то заманивать куда-то в сторону. Вдруг, словно молния, сверкнула мысль о подарке, оставленном ею утром и все еще не распечатанном. Бакай медленно поплелся к рабочему столу, осел на свое шикарное кресло и принялся крутить в руках маленькую коробочку. Она не была разукрашена, обклеена подарочной упаковкой, облеплена бантами. Крафт и скотч - дешево и сердито. С чрезмерной аккуратностью дрожащими руками Генерал сначала отодрал скотч, а потом принялся убирать обертку, пахнущую Аей - елкой и ягодой. Крохотная коробочка с крышкой осталась на столе одна. Внутри лежал небольшой перстень, золоченый, с маленьким рисунком бегущей вдаль лисы. Он не был ношен - состояние идеальное, без малейшей царапинки, но было видно, что ему не один десяток лет. Внутри Бакая что-то екнуло и затем медленно расплылось теплом, заставляя его слегка улыбнуться. Точно такое же кольцо он потерял на Земле 11 лет назад. Под подарком лежала бумажка, сложенная в несколько раз. Бак достал, развернул и увидел письмо, написанное аккуратным, разборчивым почерком. Оно было коротким, короче, чем все, что ему обычно писала Накамура. Но почему-то Генерал чувствовал, что именно оно заденет каждую ржавую струнку его прогнившей души «Мой любимый Бакай, Пусть время идет, мы с тобой меняемся, Земля оставлена позади, но то, что я впервые почувствовала к тебе столько лет назад, все еще горит во мне и вряд ли отпустит. Пусть это кольцо служит тебе напоминанием о том, что когда-то в твоей жизни была я. Навеки твоя, Ая Накамура» Это совершенно глупое и нелепое письмецо заставило Генерала улыбнуться с печалью и подумать про себя о том, какая Доктор дурочка. Ему хотелось вызвать Накамуру к себе, наговорить кучу всего, о чем он пожалел бы на следующий день, но рука к телефону так и не потянулась. Постепенно к нему пришло осознание, что таким образом Ая отпускает его - больше не будет соревнований за его внимание, попыток выделиться на фоне остальных любовниц и свиданий. Бак знал, что она поступила мудро, но почему-то внутри него затрещала печаль и навалилась комом грусть. *** На следующее утро, протрезвев и придя в себя, он мысленно вернулся к Ае, почти сразу поняв, что в ней изменилось. Она подстригла волосы. Теперь Бакай считал себя дурачком и нелепо смеялся от того, что не заметил настолько очевидной вещи. Ему снова захотелось почувствовать запах елки и ягоды.