Перепутье +22

Джен — в центре истории действие или сюжет, без упора на романтическую линию
Сапковский Анджей «Ведьмак»

Основные персонажи:
Исенгрим Фаоильтиарна (Железный Волк), Торувьель
Пэйринг:
Торувьель, Фаольтиарна
Рейтинг:
PG-13
Жанры:
Ангст, Драма, Фэнтези, Психология, POV, Songfic
Размер:
Мини, 2 страницы, 1 часть
Статус:
закончен

Эта работа была награждена за грамотность

Награды от читателей:
 
Пока нет
Описание:
Я вновь стою на том перекрестке двух дорог. Тех самых дорог, по которым без возврата ушел ты, Фаольтиарна. Я жду, что однажды ты вернешься, так же крепко обнимая меня, как прежде, нежно прошепчешь: «Hael, Toruviel. Hael, sor'ca»...

Посвящение:
Песне "Баллада о Фаольтиарне" и Бэру (Мелану), натолкнувшему на идею.

Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
9 февраля 2012, 14:44
Жили мы, не считая веков, на земле нам Девой данной.
Было слово её закон, Данамэби, Маэбдах Дана.
И был весь мир как сон и как мечта чудесен,
Цвела земля от слов её зеленых песен…
Только шла волна ваших род за родом
Грудь земли калеча, хуже злых метелей
Были эльфы вольным народом
Превратились в скоя`таэлей.

Тэм Гринхилл "Баллада о Фаольтиарне скоя`таэле

Вот и еще одна зима миновала. Странно, но с каждым годом становится все холоднее, и с каждым годом я все слабее слышу голос Девы Полей, Даны Меабдх, Матери всего живого. Зато с каждым годом я все отчетливее слышу пустоту, которая нарастает где – то там, около сердца. Теперь я не так уверена, что зима покинула меня.
Я вновь стою на том перекрестке двух дорог. Тех самых дорог, по которым без возврата ушел ты, Фаольтиарна. Я жду, что однажды ты вернешься, так же крепко обнимая меня, как прежде, нежно прошепчешь: «Hael, Toruviel. Hael, sor'ca».* И все будет, как раньше: мы возьмемся за руки, вновь продираясь сквозь чащу леса, весело смеясь, и голос, твой чудный голос будет звенеть по еловым веткам. А потом мы наперегонки, как маленькие дети, побежим по прозрачной горной воде, оставляя в воздухе миллиарды кристалликов брызг, счастливые и разгоряченные после бега.
Но этому не бывать. Мы уже не дети. Мы давно выросли, и теперь твой смех не огласит поляну. Нас взрастила людская ненависть, злоба, удивительно сочетающаяся с нашей собственной. Да, теперь все иначе. Теперь никто не сможет услышать твоего смеха, а улыбкой ты не сумеешь одарить даже меня. Разучился.
Ты помнишь то лето, когда впервые пришли люди? Тогда они покушались на самое святое – Шаэрраведд. В вечной тяге все крушить и ломать, они доходили до безумия. Тогда ты вместе с остальными эльфами встал стеной, ограждая от солдат наши фонтаны, храм. Ты просто сказал: «Надо», твердо отстраняясь от меня. Я встала рядом, уверенно натягивая тетиву лука. Ты вымученно улыбнулся.
Тогда мы проиграли. Было больно, обидно и страшно разом лишиться своих корней. С дрожью в непослушных пальцах, мы предавали тела товарищей земле. Ты был рядом, но в то же время я чувствовала, что теряю тебя. И это пугало больше всего. С тех пор я не слышала твоего смеха. Я начинала забывать, как звучит твой голос, потому что ты почти все время молчал, в задумчивости водя пальцами по холодному мраморному обелиску Аэлиренн. Тогда я не знала, о чем ты думаешь, иначе отговорила бы тебя. Но поздно…
Я помню, как однажды в наше поселение ввалились нильфгаардские послы. Они предложили неслыханную дерзость: вступить в их ряды, чтобы сражаться за свободу, которую у нас отняли нордлинги.
Я заметила, как в твоих глазах полыхнул огонек ненависти, но вновь потух под северным ветром безразличия. Ты смело шагнул вперед, а за тобой многие Сеидхе. Тогда я пыталась вразумить тебя, брызжа слюной, кричала, что все это ложь. Но ты не услышал меня. Ты бормотал что – то про свободу, про честь и шанс на новую жизнь. Я никогда не слышала от тебя такого бреда. Но ты решил твердо, даже тверже, чем при битве у Шаэрраведда.
И ты ушел, крепко обняв меня, шепча тихо – тихо: «Faill, elaine Toruviel… leede…»**
Последнее слово я заглушила жарким поцелуем, а слезы сами собой текли из глаз. Ты мягко положил мне руки на плечи жестом, не терпящим возражений. Я отстранилась, ненавидя себя за минутную слабость. Теперь стало еще тяжелее…
А ты ушел, ни разу не обернувшись. И вас, моих братьев и сестер, сопровождал эскорт людей. Это смотрелось так нелепо и унизительно, что я невольно отвернулась и поспешила скрыться в зарослях. «Прощай, Фаольтиарна, эльф», - шептали губы. Я больше не плакала. Я не могла себе позволить плакать над «белкой», цепным псом людей. Но я по-прежнему любила.
Шла война. Война на полнейшее истребление, война против нелюдей. И тогда нам осталось лишь одно: убивать. Нет, мы не присоединились к белкам. Мы пытались самостоятельно отвоевать клочки нашей земли, покрытой слоем пепла, на котором уже никогда ничего не родится. Мы вели заведомо проигрышный бой. Но остались свободными.
Я стою на перекрестье двух дорог, всматриваясь вдаль, щуря глаза от ветра. Я все еще не оставляю надежду увидеть тебя однажды, бодро шагающего мне навстречу, в душе осознавая, что этого никогда не произойдет. Я думаю о том, как сильно ты, должно быть, изменился: хоть мы и не стареем, но отпечаток войны, несомненно, залепил твои глубокие, бездонные глаза, делая их серыми и выгоревшими. И с ужасом думаю, что ты вряд ли узнаешь меня: черные, некогда лоснящиеся и шелковистые волосы грубо отрезаны ножом. Лицо, некогда свежее, ровное, закоптилось, посерело, приобретая нездоровый оттенок. Руки, закаленные в пожаре, больше не были такими чуткими.
Я изменилась. Но моя любовь к тебе не изменится, Фаольтиарна, скоя`таэль.
___________
*Здравствуй, Торувьель. Здравствуй, сестренка.
**Прощай, прекрасная Торувьель… любимая…

Отношение автора к критике:
Приветствую критику в любой форме, укажите все недостатки моих работ.