Целого части

- А как она потом…- с восторгом проговорил Дима, едва не сбивая локтем большую порцию колы из Макдональдса. Я ответил ему улыбкой. После того, как мы посмотрели сие творение, полное взрывов, крови, сирен, дыма и смертей, мы договорились и сошлись во мнении, что фильм был ужасен и не стоил того, чтобы его снова переснимали и тратили такие деньги на его экранизацию. Я немного читал про этот фильм, многие критики оставляли о нем хорошие отзывы, и я подумал, что эта экранизация будет лучше. Я наивно полагал, что они добавят чье-то своего, а оказалось что они не просто ничего не изменили, так еще и убрали почти все сюжетные линии, кроме одной – девушку много обижали и она начала всех убивать взглядом. И это казалось мне ужасным. Похоже, Дима испытывал те же эмоции, от Кинга в том фильме вообще не осталось. Ничего похожего на оригинальную историю. - Да, ты прав,- кивнул я, лишь бы не дать ему забыть о том, что я здесь. Странным было то, что если даже нам не понравился фильм, мы все равно продолжали его обсуждать, причем в достаточно ярких позитивных красках. - А та сцена с автомобилем? - Я едва не уснул из-за нее. - Не говорите ерунды, смотрели во все глаза,- ответил Дима. - Я искал ляпы. - А по-моему Вам понравился фильм. - Я бы не сказал. Ну, скажем так,- я посмотрел на гору картошки передо мной. И да, я собирался всю ее приговорить.- Я бы не стал ее советовать кому-либо. - А мне понравилось хотя бы потому, что Вы смотрели его вместе со мной,- ответил Дима, печально улыбаясь. Вернее, со стороны казалось, что он улыбается довольно и даже счастливо, но мне эта улыбка показалось очень одинокой. - Да ладно, первый раз, что ли?- пожал я плечами, стараясь снять с себя эту ответственность, которую на меня взвалили. Дима и не понимал, что придает общению со мной слишком большое значение. - Да. Я никогда не ходил в кинотеатр. И вообще с кем-то смотрел фильмы. - Ты никогда не смотрел фильмы с кем-то? Ну где же я еще мог платно поесть картошки с кетчупом, как не в Макдональдсе? - Нет. Обычно я смотрю его дома один или… не смотрю. - А родители? - Папа всегда занят. Да и не захочет он со мной смотреть фильмы. Я посмотрел на него и увидел просто ребенка, который очень хочет быть замеченным своими родителями. Чтобы они обратили на него внимание, потратили на него хоть немного своего времени. Наверное, он рос без матери, потому что не каждая мать будет так пренебрегать своими обязанностями перед ребенком. Хотя, учитывая, какие сейчас ужасы с матерями творятся, этот светлый образ немного запятнан. - А ты его просил когда-то? - Да, много раз, но ему было проще посмотреть новости или сериал, чтобы потом заснуть под телевизор, чем посмотреть что-то со мной. А потом он внезапно встрепенулся, будто я собирался его ударить за его, как ему показалось, ужасные неблагодарные слова. - Но он очень хороший, да!- ответил он, с ужасом глядя на меня, я едва картошкой не подавился от этого взгляда. - Я же ничего не сказал. - Ну я… Я…- он опустил голову, как будто ему было очень стыдно. - Ничего страшного, что ты не считаешь своих родителей святыми. В конце концов, ты уже взрослый, чтобы думать, что твои родители все знают и все умеют, и вообще самые идеальные. Да, в чем-то они не так хороши, как хотелось бы, но это нормально. - Я не хотел… - Ты боишься меня? - Нет, Вы хороший… Просто… У меня всегда было мало тех, с кем я мог бы пообщаться. И когда Вы сказали, что будете тратить на меня время не зависимо от того, когда это будет… Я растерялся. - Похоже, ты консерватор, да? - Наверное,- он снова улыбнулся, понимая, что я не собираюсь его осуждать. - Тогда все понятно,- ответил я, отпивая немного колы. Пока шел фильм, я много раз успел пожалеть о том, что не поел сразу после того, как пришел домой. Хотя в холодильнике пусто и так, я ничего не готовил. Банально не было времени. Мой желудок урчал и я надеялся, что Дима, так поглощенный просмотром фильма и всем, что происходит вокруг, так как это было для него впервые, не услышал моего крика души и того, что пониже. И как же я был неописуемо счастлив, когда смог добраться до ближайшего кафе, где смог бы утолить свой голод. Хотя такое ненормированное принятие пищи может плохо на мне сказаться. - О чем Вы думаете? - О том, как бы я не поправился. А то меня с работы выгонят. - А Вы работаете в модельном бизнесе? - Нет, в обычной фирме, в отделе бухгалтерии. Куча всевозможной возни с бумагами и всем остальным… - И Вам это нравится? - Да как сказать,- проговорил я. Честно говоря, я не очень люблю говорить о своей работе или личной жизни, но не мог же я отказать такому внимательному слушателю. - Не нравится? - Чтобы я поступал на экономический хотел мой отец. Я тогда был молодым и легко увлекался, так что мне было все равно. Я сам просил у них совета. А потом, чем дальше, чем больше я пробовал, и чем больше у меня получалось, я подумал, что это именно то, чем я хочу заниматься. - Вам понравился сам процесс? - Немного,- проговорил я,- пожимая плечами.- Это потом у меня уже сформировалась своя точка зрения, но я могу сказать только одно – я мог бы поблагодарить отца за то, что он предложил мне это. Так что теперь я вполне успешный, у меня есть хороший начальник и ученики, так что я вполне доволен своей профессией. Нравится она мне или нет, я не могу ответить сразу. - Разве у Вас вообще нет никаких интересов? Ничего, чем Вы хотели бы заниматься? - Отчего же?- спросил я.- Я мог бы заниматься чем угодно. Бухгалтерия, чтение, готовка, я мог бы многим заниматься. В конце концов даже уборщица важна как профессия. - Повезло Вам. - Почему?- поинтересовался я, глядя, как Дима опустил голову. Мне тоже было не по себе сейчас. Почему-то раньше мое отношение ко всему меня устраивало, а теперь я чувствовал себя каким-то обделенным. А еще мне почему-то захотелось кофе. Такие разговоры не ведутся под колу или картошку. - Мне пришлось долго спорить с папой о том, чем я хочу заниматься. Он говорил, что ему не нужен сын – книжный червь, потому запретил мне поступать. А я поступил на библиотекаря. Только он об этом не знает. Он часто занят, так что особенно не интересуется моей успеваемостью или тем, чем я занимаюсь. - Тебе грустно от этого? - Н-м,- ответил Дима, качая головой. Как будто хотел сказать нет, но получилось нечто, похожее на согласие.- Нет. Конечно, он не договаривает мне всю правду. Какой бы ребенок, даже будучи воспитанным в условиях полного предоставления самому себе, не хотел бы, чтобы им интересовались? Даже я и то лишний раз радуюсь, когда мне, особенно в тяжелые дни, звонит мама или отец, чтобы просто спросить, как у меня дела. - Это хорошо,- ответил я. В конце концов, это ведь его дело, что он будет делать и что говорить, верно? Как бы я не хотел, я навсегда останусь для него знакомым, который познакомился с ним в метро. - Я Вас сильно достал, да? - Почему это? - Вы, наверное, сильно устали, а я… - Да все хорошо, я же сказал. Все хорошо, так что можешь и не думать об этом, ведь я же сам говорил, что примчусь к тебе в любое время суток. - Я не маленький ребенок, чтобы Вы так обо мне заботились. - Но мне нравится это делать. Мне интересно ходить с тобой в кино и обсуждать фильмы и книги. А вообще, я должен сказать тебе спасибо. Если бы не ты, я бы никогда не нашел времени на то, чтобы посмотреть его. - Правда?- его глаза засияли, и я мысленно погладил себя по головке за то, что сказал все это. Хотя как взрослому человеку мне должно быть стыдно. - Ну конечно. Ты же, наверное, тоже устал за сегодня. - Нет, у нас по пятницам легкий день. - Вот как. Ну и хорошо. - Влад?- позвал меня кто-то, и когда я повернулся, то замер. Опять я почувствовал себя маленьким мальчиком, из которого можно веревки вить. И все из-за этого лица… Из-за этой ужасной женщины. - Юля?- переспросил я.- А что ты тут делаешь? - Я позвонила Анатолию. Он сказал, что вы часто тут гуляете. Ну молодец, Толян! Я тебе памятник, как самому верному другу, в полный рост из золота поставлю в центре города! Ну как можно было так меня выдать, знает ведь, как я ее терпеть не могу! - Я так рада тебя увидеть. Дима посмотрел на ту, кто нарушил нашу беседу. И она наконец обратила на него внимание. - Твой сын? Да не, что-то очень он взрослый. - Чего тебе надо, Юля?- поинтересовался я, давая понять, что она здесь очень нежелательна. Особенно на данный момент. - Как что? Мы же… - Ничего не мы же,- ответил я.- Не думай, что я вот так просто забуду то, как ты меня использовала. - Я тебя не использовала! - Дима, пойдем, уже поздно,- ответил я, хватая его за руку. Еще не хватало устроить здесь сцену для всех. - Влад! - Я уже говорил тебе, что не хочу с тобой больше иметь ничего общего. Избавь меня от своего присутствия,- я начал судорожно натягивать на себя пальто. - Владимир…- проговорил Дима, глядя на меня так, будто я превратился в самого настоящего незнакомца, который мог его обидеть. - Идем отсюда,- велел я. - Влад, не веди себя как ребенок,- проговорила Юля, укоризненно глядя на меня. Я не смотрел на нее, уже обматывал шею Димы шарфом. Я уже приблизительно знал, что она хочет мне сказать, но ничего не хотел слышать. Меня мало волновали ее причины, но я надеялся, что больше ее никогда не увижу. - Пойдем, уже поздно. Переночуешь у меня,- ответил я, волоча растерянного Диму за собой, и быстро вышел из здания, чтобы больше не видеть ее лица перед собой. Хотя это все было равносильно побегу от себя. От своего прошлого. - Владимир…- проговорил Дима, видимо, не ожидая от меня такой реакции, хотя нечто похожее я испытывал и в тот момент, когда Дима первый раз встретился с Толяном и Шуриком. Я быстро поймал такси, чтобы не мерзнуть всю дорогу, ведь я не успел надеть шапку или перчатки, и мы оказались в теплом салоне. - Но мне… домой…- заговорил Дима, видимо, думая, что я буду на него кричать. - Я тебя не отпущу в такое время. Позвони отцу, скажи, что не придешь домой. - Но я же… Нет, я так… Нельзя! - Ты мне не веришь?- спросил я. - Верю, но… Я так не могу. - Мне так будет спокойнее. - Что это за женщина? Почему Вы так разозлились? - Это… Эта…- я начал теребить волосы. Не так я представлял себе концовку этого вечера, точно не так. - Кто она? Ваша девушка? Или жена? - Жена – это громко сказано… Скорее… Нет, ее даже подругой нельзя назвать. - Она Вас бросила? - Я расскажу тебе все дома, хорошо?- поинтересовался я, надеясь, что он поверит мне. И, как ни странно, Дима больше ни слова не сказал.