Кто кого?

- О, дорогая, какой чудесный салатик! – нахваливала Марина Васильевна, доедая вторую порцию. – Просто объеденье! - Спасибо, – улыбнулась я. – Я приготовила его специально для моего любимого братика! – Я посмотрела на Максима, который лениво ковырял вилкой приготовленное мною блюдо. Неужели догадался? Да нет, лимон вроде не чувствуется. - Прямо не нарадуюсь вашей дружбе! – умилилась женщина. – Никуша, кстати, а что это за приятная кислинка в салатике? Вроде бы не уксус… - Нет, это лимон! – ответила я, решив, что Макс съел уже достаточно. Хотя, ничего с ним пока не происходит, странно. - Лимон? – вдруг испуганно посмотрела на меня Марина Васильевна. – У меня же аллергия на лимон! О, Боже! Лёшенька, принеси воды, пожалуйста! - Мам, я принесу твои таблетки! – Поляков бросил на меня злой, но в то же время насмешливый, взгляд и быстро вышел из кухни. - Ой, какой кошмар! А это, наверное, наследственно? – ухватилась я за последнюю нить. Неужели я что-то напутала? - Нет, к счастью! – выдохнула мама Макса, держась за горло. – У Максима аллергия только на грейпфруты. Грейпфруты! Чёрт! Я, правда, перепутала! Но Марина Васильевна столько говорит, что я просто не успеваю вникать в суть этого безмерного потока слов. - Ой, простите! Мне так жаль! – искренне произнесла я. Мне стало страшно ни на шутку! А что, если у неё какие-нибудь осложнения пойдут? Что, если "скорую" вызывать придётся? Это же я буду во всём виновата! - Ничего, милая, ты не виновата. Ты же не знала! – прохрипела женщина. - Мам, держи, нашел! – Поляков протянул матери пару таблеток. - Спасибо, Максимчик! Лёшенька, мне нужно на воздух! – заявила Марина Васильевна, и папа вывел её из кухни. - Признайся, ты же думала, это у меня на лимоны аллергия? – усмехнулся Максим, как только наши родители вышли из помещения. - Нет, блин, я твою мать отравить решила! – разозлилась я, временно потеряв образ любящей сестрички. - Ладно, расслабься, у матери аллергия уже два года не проявлялась. Она только панику зря разводит, – успокоил меня парень. – Я ей вместо таблеток уже давно витамины обычные даю. Помогает, знаешь ли. - С чего бы это вдруг ты решил мне это сказать? – удивилась я. – Разве тебе не доставило бы удовольствия наблюдать за моими переживаниями и муками совести? - Ну, что ты? Неужели ты думаешь, что я могу так поступить с любимой сестрёнкой? – улыбнулся он. - Ты уже что-то задумал, да? – не поверила я в искренность слов Макса. - Всё может быть, - загадочно произнёс Поляков, выходя из кухни. Так, с сегодняшнего дня я сплю с топором, если, конечно, вообще усну! - Вы в порядке? – спросила я, увидев Марину Васильевну, выходящую из их с папой спальни. - Да, дорогая. Слава Богу, таблетки вовремя приняла, - слабо улыбнулась она. – Милая, я ни в чём тебя не виню. Ты же не знала. - Ну да, не знала, - пробормотала я. – Всё равно, извините. Спокойной ночи, - сказав эти слова, я пошла в свою комнату. Хорошо, что у меня дверь запирается! А то мало ли, что этому идиоту ночью в голову взбредёт! Но открыв дверь в спальню, я обнаружила, что Макс лежит на моей кровати. - Какого чёрта ты здесь? – прорычала я с порога. Надеюсь, наши родители ничего не слышали, но от греха подальше я зашла в комнату и закрыла дверь изнутри. - Как и обещал, пришел пожелать тебе спокойной ночи, - ответил он, взяв в руки моего любимого плюшевого мишку. – Не знал, что ты любишь мягкие игрушки. Или тебе просто одиноко спать одной? - Верни игрушку на место и свали из моей комнаты! – приказала я, игнорируя его слова. - Не хочу, - поджал губы Максим. – Мне здесь нравится. Твоя комната, между прочим, больше, чем моя! - Прекрасно! Тогда я пойду спать в твою спальню! А ты здесь обнимайся с плюшевым мишкой сколько захочешь! – разозлилась я. - К чему так злиться-то? – Поляков встал с кровати и протянул мне игрушку. – Успокоительного попей, сестрёнка. Я взяла мишку за лапу, в ту же секунду Макс потянул его на себя, и я оказалась прижатой к парню. - Спокойной ночи, солнце, - выдохнул Максим мне в губы, запечатлев на них короткий, почти невесомый, поцелуй. После этого он отстранился и быстро вышел. - Чтоб ты с кровати упал! – крикнула я, швырнув мишку в захлопнувшуюся дверь.