Война за Лотарингию.

Надо сказать, реакция Беатрисы Хоггарт была совершенно непредсказуемой. Она слушала с совершенно невозмутимым лицом, будто для неё это не было неожиданностью. Будто она всё знала. После окончания рассказа Молли, мама помолчала с минуту, глядя куда-то в пустоту, а потом вскочила со стула и быстрым шагом направилась в комнату. - Мам?! Что всё это значит? – ринулась за ней Молли. Она застала мать в её с папой комнате, достающей что-то из-под кровати. Заметив ошалелый взгляд дочери, Бетти сказала ей: - Присядь. Молли покорно послушалась. - А теперь слушай меня внимательно. Я знала, что это рано или поздно случится. И, надо сказать, ты очень везучая девочка. Мы могли бы узнать об этом гораздо позже. Но твоей смерти я бы не допустила ни в коем случае. - Что… Что всё это значит? Почему меня хотят убить? Кто? Объясни мне! – возмущалась Молли. - Тихо! – прикрикнула на неё мать. – Слушай меня. Ты девочка очень умная, поэтому можешь моим словам не поверить. Потому я тебя отправляю к одному человеку. Возможно, после этого мы с тобой не увидимся очень долго… Но ты сильная. Ты справишься. - Мама! Объясни мне всё! - Нет времени! Собирай вещи для дальней дороги. -Ты пойдёшь со мной? - Я постараюсь… Я присоединюсь к вам потом. - К кому это «к нам»? - Увидишь! С этими словами Беатрис вытолкнула свою дочь из комнаты. Ничего не понимающая Молли побрела к себе. Какое путешествие? Откуда мама об этом знает? Загадок становилось всё больше и больше, а ответы никак не хотели проясняться. Из маминой комнаты она слышала какие-то обрывки фраз, но все они были на незнакомом ей языке. Мама знает иностранный язык? Откуда? Ещё одна тайна прибавилась в копилку. Молли достала свой рюкзак и набила его нужными вещами – книгами, блокнотами и тёплой одеждой. Ещё она положила небольшое зеркальце с расчёской, пару ручек, шоколадку (мало ли?) и мягкую игрушку, которую ей подарил её дядя, когда ей был годик. Потом ей сказали, что дядя умер, так что она хранила игрушку очень бережно и никогда с ней не расставалась. Это был обычный плюшевый медвежонок, каких обычно дарят детям. Когда она пыталась застегнуть молнию, не желающую сходиться из-за обилия вещей в рюкзаке, в комнату вошла Беатрис. Она округлила глаза, посмотрев на гигантскую сумку Молли. -Куда столько?! – воскликнула она. - Ну мам! Там всё самое необходимое! - Давай посмотрим. Этот свитер можно убрать. Куда столько одежды? Тебе выдадут всё на месте. Зачем столько книг? Уверяю тебя, у тебя не будет ни времени, ни желания их читать. Не надо брать их с собой. Игрушку можешь оставить. Блокнот… Ну оставь один. Всё. Так намного лучше. Тебе придётся много ходить, а с тяжеленным рюкзаком это будет трудно. Молли осталась очень недовольной из-за того, что вытащили все книги, но спорить с мамой не стала. Может, она действительно права. Беатрис провела дочь в коридор. Пока Молли одевалась, мать говорила ей, куда идти. - Знаешь, где Уолтон-стрит? Когда дойдёшь до перекрёстка, сверни на Аделаида-стрит, а там спроси, где Оксфордский колледж. Туда тебе и надо. Там спроси профессора Сен-Жермена. – наскоро объясняла мама. Когда Молли была готова, Бетти обняла дочь. Затем, взяв её за плечи и смотрев в глаза, говорила: - Помни, ничего не бойся. Будет трудно, будет опасно, но ты не должна отступить. Я тебя люблю, - с этими словами по ещё щеке скатилась слеза. Молли тоже начала плакать и опять кинулась в объятья матери. - Мама, я не знаю, что это, я вообще ничего не понимаю, но я тебе обещаю, что я справлюсь, - шептала она. Попрощавшись, девочка вышла за дверь и начала спускаться. Мама стояла у открытой двери и, плача, смотрела дочери вслед. Напоследок, она крикнула: - Я придумаю, что сказать папе! Молли вышла на улицу. В её глазах читались страх и растерянность. Она прошла мимо площадки, где дети шугнулись от неё, а мамаши лишь презрительно взглянули и продолжили пьянствовать. Она лишь взглянула на маленький трупик ворона, остававшийся лежать на холодном снегу. Она шла и шла, туда, куда ей сказали идти. Она брела, словно призрак неупокоенной души, не зная куда и зачем. Она ведь и вправду не знала. Молли пребывала в лёгком состоянии шока, и лишь стремление всё понять и раскрыть тайны руководствовалось ею. Беатрис смотрела на дочь из окна. Безмолвные рыдания сотрясали её грудь. Она знала, что буквально отправляет дочь на смерть, но другого выхода нет. Уж пусть её убьют потом, нежели сейчас. А если всё получится?.. Надежда маленьким пушистым зверьком закралась в её сердце. Если всё выйдет как надо?.. Шансы были очень малы, но всё-таки они были…